Зачем я взяла эту чёртову монету?!

***

       Пока девушка выходила, Эпплджек, не отрываясь и не переставая истошно ржать, смотрела на меня, довольно злобно сверкая единственным глазом. Но вот стерва вышла, и Джеки закрыла глаза, продолжая хохотать. Я попыталась вразумить её, тем более мы остались вдвоем. — Джеки, милая… — Эпплджек закашлялась, и смех стал хриплым. — Давай, давай успокоимся. Нам надо подумать, что делать дальше. Ты права, я не могу понять, что ты сейчас чувствуешь. И скорее всего никогда не пойму… — Вот именно, что ты можешь знать о ней.       Опять. Самое время нахуй. — Да, да, — визгливый звук заполнил голову. — Как ты можешь к чему-то её призывать, если сама не можешь взять себя в руки?! — Смотри, тебе всего-то надо головой пробить стекло! Видишь, видишь какое тонкое, видишь?       Опять. Опять эта мерзость. Как заткнуть, где выключатель. — Ха, она ещё называет НАС мерзостью. Совсем совесть потеряла, дрянь?       Прекратите. Прекратите, сейчас же не время, сейчас же, сейчас. Надо же как-то помочь, помочь… кому? — Точно, точно, можно же можно, да можно так, да, да, стекло не выглядит таким уж и, да, можно попробовать.       Я не заметила, как из угла добралась до стенки моего аквариума. Да, да, она тонкая, а тут так тихо, тут так мало места, надо просто…       И я со всей дури ударилась лбом о стекло. И ещё раз. И ещё. Раз, два, раз, два. Веселей, веселей! Я уже вижу, вижу трещины, веселей? — Да, да, весело, весело… — забормотала я, — Вон как стекла разбиваются, раз, и нет их! Раз и нет! Ха-ха!        Хрусь, хрусь. Раз, два. Вперёд, назад. Методично, мелодично, успокаивает. Время прекратило свой ход. Только два движения. И резкая боль. И облегчение. И боль. И облегчение. Раз за разом, раз за разом. Волны боли. Но как же после них спокойно… не трогайте, так спокойно. — Рей?.. — Раз, два! Вы что, не видите, не видите, куда надо бить?! Почему так неаккуратно… всегда так, хочешь сделать… — Рейнбоу Дэш АЛЕ! АЛЕ!        Что-то мешает. Голос. Ещё раз врезаюсь головой и медленно поднимаю лицо к стеклу и прижимаюсь. Тепло. Что-то красное. Я как будто рядом с мамой, её красное платье… мама, мама, где ты сейчас. — Рей! РЕЙ! Что ты делаешь, прекрати!        Ну почему я не могу с тобой побыть, а, мам? Почему мне вечно кто-то мешает? Я вернусь к тебе, подожди, подожди… — Чего тебе? — Зачем, зачем ты это стала делать? — Делать что? — Ты, ты… — медленно, как на замедленном видео, обрабатываются слова. Не могу понять, кто говорит, зачем говорит… — Ты билась головой о стену! — А ты что, запретить мне хочешь? Я что хочу, то и делаю. Поняла?! — Рей, почему ты так, что… — Да к кому ты блять обращаешься? Рей, Рей! Кто такая Рей?!        Повисла тишина. Точнее сказать повесилась. Кровь медленными толчками шла к голове. И от неё. И снаружи её. Мама… — Ты, ты Рей! Прекрати так себя вести, иначе не получишь пирогов!        Пирогов? Это какая-то тупая шутка. Но смешно, смешно, даже слеза прокатилась от смешка. — Будешь плохо себя вести, не пойду ночевать с тобой на крышу и на концерт не пойду, и хвост делать не буду и… и… — Да поняла я, Эпплджек. — теперь уже в глазах стало совсем мокро. — Прости, я хотела тебя привести в чувство, а в итоге потеряла самообладание… — Я оторвала лицо от стекла, и только сейчас поняла, что со мной происходило. Стекло после моей головы было в трещинах, ошметки зацепили и рассекли кожу, поэтому на местах последующих ударов были кровавые отметины. Хорошо я продолбилась так. Мощно…

***

— Спасибо.        Молчание. Как-то неловко. Надо что-то сказать, наверное? — Я… Эпплджек, просто… — Я не злюсь на тебя. — я уже успела отойти от моего кровавого позора. На пару метров, физически. Частично голоса продолжали гудеть, как опилки в голове. Теперь я сидела где-то посередине куба так, чтобы видеть Эпплджек. Видеть её… — Я же понимаю, что ты бы никогда так не сделала со мной.        Страшно поднимать голову. Страшно смотреть ей в глаза. Но надо. — Джеки, в жизни не смогу… — Тебе не надо себя прощать. Вряд ли ты что-то смогла бы сделать с ними. Я то видела их, когда эти мрази пришли забирать тебя. Опасные люди… жуткие… — Почему же ты тогда?.. — Прости. — Джеки замялась и прикусила губу. И начала наматывать часть волос на нормальный палец. — Мне как будто крышу снесло. Они же били меня, они же… — Она стала судорожно всхлипывать. — Не надо, если не хочешь говорить об этом сейчас, то не надо! — поспешно выпалила я. — Х.хршо. — тихий протяжный вздох, за ним всхлип и более спокойная речь. — Так вот… после всего этого, они оставили меня одну, а я потеряла сознание. Проснулась уже в этой штуке, закрытая хренью. В итоге я только сейчас увидела свет, после того, как нас с тобой разлучили… поэтому когда сдернули занавеску, я была ещё чуток… ну ты понимаешь. Пришибленной. Ну и правда была на тебя зла. Но как только увидела, что ты делаешь, как будто встало что-то на место. Ты кстати не знаешь, сколько времени прошло? Сколько ты билась? — А что, это было долго? — Довольно. Я успела прийти в себя. А поверь, вряд ли это произошло быстро…        Нашу беседу прервала дверь, распахнувшаяся от мощного удара ноги. — Здравствуйте, девочки, перерыв окончен!