Династия Веном

      — Ну, мы не обязаны идти туда прямо сейчас, — попытался успокоить Йохана длинноволосый мужчина. — Подождем тут пару дней. Наверняка тут есть гостиница.       Парень по соседству выглядел немного удрученным. Немного только потому что на вид сдерживался изо всех сил. Лукас подумал, что это из-за того, что он обидел его утром.       — Не дуйся, ладно? Я был козлом сегодня. Плохой день.       — Я не дуюсь! Все нормально… Пошли уже отсюда… — разом проглотив остатки холодного эспрессо, Йохан спрыгнул на пол и потянулся за чемоданом.       — Давай помогу, — со своей почти пустой сумкой Лукасу прям стало не по себе.       — Норм, — буркнул второй.       Лукас взял свободную ладонь Йохана в свою.       «Черт! Я сейчас лопну от счастья! Если б это была другая…» — Йохан снова вспомнил утреннюю кару неприступной конечности и решил вынуть из носа вату.       Вдруг на пороге перед ними предстала девушка, судя по форме, работница заведения в сопровождении двух амбалов.       — Ой… я забыл заплатить, — тут же опомнился Лукас.       «И почему тут нужно расплачиваться после?»       — С вас тысяча долларов, — с ослепительной улыбкой прощебетала дама.       — ЧТО?! — хором проорали двое.       — Ты вроде что-то хотел… Воды?       — Твою мать! Облапошились на штуку баксов! — негодовал Йохан. Он сидел на поребрике, как унылая лиса, зажав между ног чемодан. — Тысячу, блядь, баксов за кофе! Я, клянусь, не знал об этом!       — Да ладно, значит, пойдем сразу на таможню…       — Да… то-то я думаю, пустовато было в той кафехе. Ебаный в рот!       — Харош ругаться… — Лукас грубо потрепал его по голове. — А то штраф еще влепят… Ты еще торчишь мне за кофе.       В зале ожидания царил хаос. По углам кто-то расставил палатки, на сиденьях спали люди, туда-сюда сновали какие-то орущие толпы. Воняло мочой. Огромное табло под потолком гласило: 46%.       — Ч-черт… — оглядевшись по сторонам двое поняли, что все места у стен были заняты.       — Спрячь сумку под пиджак и прикрой чемодан, — шепнул Йохан и, крепче сжав ручку коричневого саквояжа.       Пока они пробирались через толпу, чьи-то лапы то и дело норовили схватиться за кожаный угол и утащить его в течение ног. Наконец, они нашли свободный пятачок рядом со скамейкой, на которой сидела дама с младенцем на руках.       — Не давай ей ничего. И не вздумай оставлять ей какие-либо вещи под присмотр, — прошипел Йохан в ухо Лукаса. — Я скоро вернусь…       — Куда ты? — обеспокоился Лукас.       — Я разузнаю все. Встань ровно, расправь плечи, спрячь правую руку…       — Что ты…       — Лукас, эти люди… Я видел это раньше… Когда жил на улице. Они готовы на все. На все, слышишь? Нас уже заметили.       Лукас сразу огляделся вокруг и приметил мужчину в кепи, натянутом почти до носа. Он стоял метрах в десяти и смотрел в их сторону.       — Я узнаю, что там и сразу вернусь… Прикрой! — с этими словами Йохан резко раскрыл чемодан и быстро вытащил оттуда какие-то вещи. — Береги пальцы! — громко выкрикнул он, прежде чем прищемить чью-то ладонь тяжелыми створками. Лукас даже не успел ничего понять. Он просто стоял с открытым ртом и смотрел, как Йохан засовывает бриллиантовое колье к себе в трусы.       — И не ввязывайся ни с кем в драку!       «Им нечего терять… Я знаю, что ни думают, чем они оправдывают себя. «Завтра я начну новую жизнь», «Я больше никогда не сделаю этого», «Все равно я умру»…       Йохан шел в сторону экрана, обтекая потоки людей. В основном они выглядели, как бродяги или бомжи. Бедолаги, застрявшие в своем страхе. В страхе перед цифрой над их головами, нависшей, как божья кара.       Вот он наткнулся на некую организованность: несколько людей стояли в очереди к какой-то небольшой комнатке. Она выступала квадратом в углу зала, но непохоже, чтобы там могло поместиться много людей. Йохан встал в очередь, то и дело пытаясь заглянуть за плечо впереди стоящего мужика. Он чувствовал нетерпение, потому что беспокоился за Лукаса. Очередь была длинной. Внезапно Йохан понял, что, сколько бы он не заглядывал вперед, видел только профили людей. Все они повернули головы не вперед — а к стене.       И вот он стоит лицом к такой же шеренге людей. В основном, девушек. Молодые и не очень, высокие и низкие… симпатичные и страшные. Объединяло их одно — таблички в руках с предложением сексуальных услуг.       «Блядь, как всегда…»       Он невольно вспомнил своих подруг и, прогоняя грустные мысли, побежал вперед. Оказалось, очереди в ту каморку не было вовсе: ни одного человека. Он спокойно подошел к маленькому окошку и заглянул в него. Ничего, кроме углубления в стене в форме куба. Рядом он обнаружил металлическую пластину, на которой были выбиты слова инструкции.       «Декларирование багажа: правила пользования системой «Грейс».       — 50 ШТУК?!       На другой стороне была огороженная стеклом шеренга с бегущей строкой «Бизнес-класс». Как понял Йохан, вход в камеру тоже управлялся той же системой. «Должно быть, сюда попадают те, кто постоянно ездит туда-сюда, как Пэм с Шоном. Наверняка, у них какой-то проездной билет». Действительно, люди внутри бокса выглядели совершенно иначе. Приличная одежда и напуганные глаза. Конечно же, тем, кто был снаружи, они не нравились. Словно отражение стены у пункта сдачи ценностей, где богатенькие транзитники снимали проституток, здесь обезумевший низший класс также стоял, сверля глазами людей за стеклом, словно кровных врагов. В стекло летели ругательства, кулаки, моча, сперма.       Йохан ушел. Он уже понял, что средний выход вел в пункт досмотра.       — Мне нужны деньги.       — Сколько?       Лукас стоял прямо на чемодане. Он выглядел взвинченным, но был в порядке. Видимо, просто побеседовал с кем-то, решил Йохан.       — Все пятьдесят… я верну…       — Ясно. У меня 49, штука ушла на кофе, помнишь?       — А? — Йохан вскинул ресницы чтобы посмотреть на собеседника. Лукас увидел в его взгляде растерянность.       — Хэй, все будет нормально…       Йохан смотрел на него ясными зелеными глазами, слегка сморщив лоб. Лукасу захотелось обнять его.       — Ты когда-нибудь… забей… просто дай мне залезть в чемодан…       — Не думаю, что это хорошая идея…       «Просто крась уже…»       Йохан стоял, прижавшись к теплому животу мужчины напротив. Под тонкой рубашкой стучало сердце.       — Ты не можешь как-то напрячь их что ли?       –…       — Ты понимаешь, что я не могу разговаривать, когда ты красишь мне губы? — после окончания действа заворчал парень.       — Я думаю, есть и другой путь… Ты не должен этого делать… Может, мы просто продадим какие-то твои вещи?       — Это бесполезно. Все они будут уничтожены. Иначе не было бы смысла сдавать что-то ценное.       Йохан не хотел, чтобы Лукас беспокоился за него. Но за себя он переживал. Знание может быть тяжелым бременем, когда ты понимаешь, как устроен мир. По крайней мере, мир этого зала. Богатые покупают бедных, а бедные желают богатых. Спрос в той очереди был больше предложения.       — Ты уже делал это? — серьезно спросил Лукас.       — Нет. Но я делал гораздо худшие вещи.       Несколько штрихов маркером по картонке, и Йохан, поправив платье, встал на колени с объявлением «Только девочки:*»