Добродетельная революция

Когда в апреле Мементо исполнилось восемнадцать, страх за оборотня стал еще больше. Раньше они бежали от революции, отнимавшая магию у детей, теперь же кочуют с места на место снова, ведь стража императора снова начала рыскать и изымать магию теперь у совершеннолетних. Покинуть деревню, где жил Аврелий, было самым сложным. Старик махнул на них рукой да и оставил в своем доме. Рана на лице Мементо зажила, только теперь на левой стороне была надета черная повязка, скрывающая отсутствие глаза. Они жили у медикуса вплоть до начала лета. Услышав о приближении революции в местах, находившихся на границах, ребята поспешили покинуть деревню и направиться в ту часть страны, где еще не было таких волнений. За четырнадцать лет ( а в июле уже 15, ведь как раз в это время его нашли младенцем у подножия приюта), прожитых в этой стране, Оринтайн поменялся. Подрос, темно – зеленые волосы стали гуще и мягче, клюв вырос, а черты человеческого лица уже становились взрослее, не напоминая больше маленького ребенка. Что касалось Мементо, то мальчиком его уже не назовешь. Теперь это был молодой и чертовски привлекательный парень с серебряными волосами. Его лицо осунулось и возмужало, начала расти щетина. Он стал атлетического телосложения в виду частого движения и переездов с места на место, а еще значительно выше и сильнее. На него уже стали засматриваться девушки его возраста, проходящие мимо. Такого внимания у парня еще никогда не было, но теперь он замечал его все больше и больше, улыбаясь всем в ответ и подмигивая одним глазом. Оринтайн, видя это, лишь отворачивался и закатывал глаза, тяжело вздыхая. Проведя много времени в дороге и ночуя на улице и в спокойных лесах, было решено, что пора бы остановиться в каком-то маленьком городке, чтобы привести свои силы в порядок и подготовиться к зимним заморозкам. На дворе был сентябрь, а это самое лучше время, чтобы снарядиться пропитанием и одеждой. Ребята уже не боялись спокойно прохаживаться по городу. На Оринтайна не обращали внимания, потому что считали, что у этого ребенка давно уже отняли магию, а об изъятии у взрослых в сей местах еще не появился указ. Почувствовав свободу передвижения, мальчишки не смогли не нарадоваться. Наконец – то можно ходить туда, куда хочется, делать все то, что захочется, не вызывая подозрений! Такой жизни у них еще не было. Обустроившись в одном из ближайших к центру городов, они стали зарабатывать себе на жизнь. Мементо не упускал возможности подорвать кошельки у зевак на улице, оставаясь незамеченным, но и подработать в общепите, перетаскивая тяжелые мешки с зерном, тоже входило в его «развлечения». Что же до Оринтайна, то он успел обучиться грамоте, а так же устроился работать на почту, раздавая цветастые брошюрки и газеты мирным поселенцам. Работка была не пыльная, да и мальчику нравилось общаться с остальными, узнавая о них чуточку больше. Денег хватало на жизнь. Сняв комнату, смогли накупить новой одежды, а Оринтайн даже выпросил с общих денег у Мементо себе пару монеток на цветастое жабо. Их жизнь поистине стала улучшаться, ведь прожив чуть больше пяти лет, усталость давала о себе знать, ведь были уже мысли о том, чтобы сдаться правосудию, только вот цена слишком высока. Магию старались часто не использовать у всех на виду. Жители словно чувствовали натиск со стороны императора. Правда, не всегда это получалось, ведь люди просто не привыкли жить без помощи магических сил. Вот и сейчас Мементо щелкал в очередной раз своими пальцами, перемешивая в своей чашке крепкий кофе и подогревая его своей магией. Он сидел на кресле – качалке на балкончике в комнате, которую они сняли. Оринтайн же сидел напротив точно на таком же кресле. В его руках были книги, купленные на собственные заработанные деньги. — Черт! — рассерженно воскликнул Мементо, оттаскивая от своего лица кружку. — Перегрел! Ворон не обращает внимания на друга, а лишь больше углубляется в чтение. Оборотень сначала смотрит на улицу, где мирные люди спокойно прогуливались по рынку, потом вовсе на вещего духа, спокойно читавшего рядом. — Что читаешь? — спросил он заинтересованно. Оринтайн взглянул на Мементо исподлобья, поправляя свои очки. — Справочник по экономике. — Серьезно? И тебе это нравится? — Почему бы и нет? Я стараюсь изучать всего и по чуть – чуть, чтобы быть готовым ко всему. — Не знаю, о чем ты, но экономика не поможет нам бежать дальше от закона, — буркнул Мементо, делая глоток остуженного кофе. — Хорошо почувствовать себя вновь свободным, но это явно не на долго. Так, года на два, пока не дойдет и до этих земель. — Ты думаешь, что к этому времени добродетельная революция все еще будет существовать? — фыркнул Оринтайн. — Да ее не станет уже через год. В стране слишком много жителей, а ведь у каждого нужно изъять магические силы и привести во дворец. Сколько потратят на это денег, сколько средств уйдет на реализацию данного указа! Император просто разорится на расходных материалах и поднимет белый флаг, объяввив революцию бессмысленной и глупой затеей! Мементо строго смотрит на ворона, говорящего все это без запинки. — Когда ты разговаривал со мной не такими умными фразами, ты мне нравился гораздо больше! Но ладно, прощаю тебя! — Друг мой, как ты понял, не все время я буду общаться с тобой, как ребенок. Если ты не заметил, то мы взрослеем, и тебе самому уже не четырнадцать лет! За это время мы многое пережили, и оно нас изменило, согласись же! — Да, это действительно так. Одна потеря моего глаза чего стоила! — Это было нашей…недоработкой, — воскликнул Оринтайн. — Было слишком уж тихо, но мы не подавали вида, остановившись на привал. Если бы мы ушли раньше, то ничего этого и не было бы. — Не заговаривай мне зубы. Волк напал бы в любом случае, только неизвестно, выжили бы мы тогда. Он уже караулил нас и просто выжидал лучшего момента для нападения. Зато теперь отбоя от заинтересованных нет! Постоянно спрашивают меня о том, что случилось. Говорю, что потерял глаз в бою с десятком таких вот волков! Верят же! — Очень странно, что верят. Масса одного волка превышает массу твоего в несколько раз. Мементо закатил глаза и чуть ли не кинулся в Оринтайна чашкой с напитком. — Когда ты стал таким скучным? Раньше меня забавляли твои истерики и слезы, а теперь даже поговорить не о чем. — Я же сказал, что мы начинаем взрослеть, мой милый друг! Слезы в прошлом — теперь я готов меняться в лучшую сторону. — А по – моему, все только хуже,— саркастично ответил парень, почесывая щетинистый подбородок. — Но раз уж ты решил вдоволь обучаться, а не отдыхать от революции, пока есть возможность, то это твое дело. Оринтайн косо взглянул на своего друга. — Отдыхать в разгар репрессий? Это непростительно! Нужно всегда быть на чеку, даже, если ничего нам не угрожает! А вдруг стражники нападут прямо сегодня? — Сбежим. Нам не привыкать! — воскликнул парень, перевесив ногу на ногу. — Места здесь упичканы лесной чащей повсюду. Вернемся в леса, переживем снова пик революции и спокойно придем обратно. Не боись, теперь мы точно справимся, нам же не по десять лет, да, Оринтайн? Вещий дух подметил слишком уж приподнятое настроение у своего друга. Мементо вел себя всегда нейтрально и не болтал попусту, а тут толи место его поменяло и возможность отдыха, то ли… — Эх, хорошая сегодня погода, не правда ли? — продолжал напрягать ворона Мементо. Оборотень развалился в кресле, покачиваясь в нем. — А ведь уже сентябрь на дворе! Бабье лето поперло! — Что-то…что – то случилось? — вещий дух отложил книгу в сторону, изучая лучезарного оборотня. Только что Мементо посмотрел на себя в маленькое зеркальце, поправляя свою повязку на глазу. Нет, с ним точно что-то не то! — Ты стал каким – то другим. — Каким это? — усмехнулся парень. — Ну…веселым, что ли. Это не по твоей части. — А, то есть для тебя я всегда должен быть хмурым и злым? Неужели я не могу быть в хорошем расположении духа просто так? — Как бы это сказать…— Оринтайн прохрустел пальцами рук. — Это твой характер. Ты всегда был спокоен и редко, когда проявлял свои эмоции на показ, сдерживая их. А теперь ты удивляешь меня, и это немного беспокоит. Мементо задумчиво взглянул на ворона. Улыбка отразилась на его лице. — Неужели это так сильно заметно? — Да что именно? — вскрикнул ворон. — Ты можешь мне объяснить? — Ты не поймешь! Еще слишком маленький, чтобы понимать! — Я уже достаточно взрослый, чтобы выдерживать твое присутствие все эти года! — захорохорился вещий дух. — О, как мы заговорили, лучший друг! — Мементо! — Ладно, не кипятись так! — Мементо слегка наклонился в сторону Оринтайна, понизив голос. — Я расскажу тебе. Ты помнишь Клариссу? — Что? Какую еще Клариссу? — Ту девушку на рынке. Она продает свежие овощи. Помнишь, она отдала нам целый пакет практически задаром! — Ах, да! — вещий дух кивнул. — Вспомнил. А при чем здесь она? — Мы с ней пообщались ближе, когда я отгрузил мешки с крупами и пошел в сторону дома. Она как раз заканчивала работать. Мы разговорились, и она была не так глупа и наивна, как казалось на первый взгляд. С ней можно было обсудить многое, в общем, разговаривать с ней мне очень понравилось. Мальчик догадывался, что дальше будет. Первый поцелуй. Да, к этому Оринтайн готовился. Дело было не в ревности своего друга – оборотня к другим пассиям, ведь это обычное дело и начало новой ступени, ведущей во взрослую жизнь. — И? — Оринтайн ожидал продолжения, но его не было. Мементо словно мучал ворона, снова смотря на улицу и задумавшись над чем-то. — Мементо? — В общем, я переспал с ней! — Что? — а вот тут Оринтайн опешил от такой резкой новости. — Ты…что… — Да, это случилось! — Мементо начал часто моргать своим глазом. — И знаешь, я…я никогда бы не подумал, что это так...что это так прекрасно! Ты бы знал, какого это, и я… — Довольно! — голос Оринтайна вздрогнул, а Мементо благополучно заткнулся. — Ты прав. Мне действительно об этом еще рано знать! Он осознавал, что рано или поздно, но оборотень захочет вожделеть какую – нибудь девицу. Парень уже взрослый, а внешность его стала намного притягательнее, нежели раньше. Он начал ею пользоваться сполна, засматриваясь на красоток в городе. По – началу, ворон был спокоен, ведь все еще думал, что до такого далеко, но никак не предполагал, что это произойдет уже через два месяца проживания в этом городке. Морально вещий дух не был готов к такой новости, а от искренне счастливого лица Мементо ему стало не по себе. Он хотел уйти, но оборотень, словно чувствуя напряжение ворона, остановил его. — Да что с тобой такое? — непонимающе мотнул головой Мементо. — То ты хотел узнать причину моего хорошего настроения, а теперь и вовсе проваливаешь отсюда, как ни в чем не бывало! — Тебе кажется! Я просто хочу сходить в библиотеку за новой порцией книг! — врет мальчишка. — Уж больно быстро ты сваливаешь! Точно все хорошо? — Точно! — предательский голос дрогнул. Оринтайн поспешно улыбнулся, похлопав парня по плечу. — Я поздравляю тебя, Мементо! Ты стал на одну ступень взрослее обычного! Глядишь и еще кто – то попадется на твою удочку! Мементо лишь самодовольно усмехнулся. — Скажешь тоже! Иди давай в свою библиотеку! Нет, ворон был рад, что Мементо переступил через этот порог, пропустив через себя первый сексуальный опыт. Однако чувства никуда не скроешь, как ни крути. Он понимал, что такое могло быть, но не думал, что в такое хорошее время, когда они с Мементо только начали по – настоящему жить. В душе все равно скреблись кошки, но мальчик старался не выдавать себя, вылетая из комнаты и вытирая на ходу подступившие слезы. Вампир отстранился от Северуса, жалобно смотря на него. Парень шипел, ухватившись за шею, из которой тонкой струйкой стекала кровь. — Помоги мне, чтобы на одежду кровь не попала! — попросил мальчик Лео, протягивая медицинскую ветошь. Парень ловко перебирал между своими пальцами бинты, накладывая на рану временную повязку. — Сегодня я уже сдерживаюсь, чтобы не выпить всю кровь полностью. Да и твой голос в моей голове не понадобился. — Ты стал чаще употреблять ее вместо таблеток, — предположил Северус, спрятав повязку на шее под воротом своей водолазки. — Не заметил, как силы прибавились в твоем теле, и ты стал больше контролировать свою жажду? — Верно! — вампир одобрительно кивнул, присев на скамейку внутри беседки. — Сколько лет прошло с того момента, как я тебя укусил впервые? — Где-то…почти два года, — вспоминал Северус, судорожно постучав пальцами по столу. — Это было в начале ноября, спустя несколько дней после моего дня рождения, а сейчас уже середина октября. — Точно, тебе же скоро пятнадцать! — воскликнул Лео, хлопнув себя по лбу. — А я даже не знаю, что тебе подарить! — Ничего не надо! Ты и так сделал достаточно для меня и для сестер Фишер. Благодаря тебе их бизнес набирает новые обороты, а я стал обучаться магии и не сидеть, сложа руки. — Делов то, книги тебе принести! Это не помощь! — Еще какая помощь, Лео! — Северус оглянулся, удостоверившись в том, что рядом никого больше не было. — Смотри, что я еще могу! Мальчик направил свой взгляд на пластиковый стакан, стоявший на столе. Нахмурив брови, он сжал кулаки, пытаясь сосредоточиться на предмете. Стакан затрясся сам по себе, после чего немного поднялся в воздухе, повисел несколько секунд и снова вернулся на свое место. Лео раскрыл широко глаза от удивления. — Ничего себе! Телепатия, вот это да! Хочешь сказать, что в этом помогли мои книги? — Да. Я выяснил, что дополнительная магия может черпать свою силу из основной. Я обладаю гипнозом, мысленно приказывая живым существам, что хочу от них получить. Тоже самое и с неодушевленными предметами — я просто направляю на нужную мне вещь свою энергию и вуаля! — Северус, да ты просто гений! Если ты будешь практиковаться в магии и дальше, то станешь очень сильным магом! Обладать такими сильными способностями — редкость, особенно в таком возрасте. — Не стоит напоминать о том, сколько мне лет! — Северус недовольно мотнул головой. — Я уже не маленький мальчик. Напомни, в каком возрасте тебя отправили отвоевывать северные земли, когда они еще не были нашими? — В четырнадцать, — сказал Лео то, о чем знал его друг. — Тогда на троне сидел тот еще индюк, плевавший на возраст. В это время мне бы в школу ходить да с девчонками гулять, а не воевать наравне с сильными магами. — Повезло то, что ты смог выйти оттуда живым и невредимым! Тогда ты бы не стал вампиром и не познакомился со мной! — В этом я благодарен судьбе, мой друг! — вампир похлопал парня по плечу. — И ты прав, возраст здесь не главное. У нас с тобой большая разница, но порой ты высказываешь такие умные мысли вслух, о чем я даже не мог подумать! Северус улыбнулся, радуясь похвале. — Кстати, забыл тебе сказать! Мою заявку одобрили! — Постой, о чем ты? — Я про стражу во дворце! Меня утвердили и скоро отправят служить самому императору! — Ничего себе, это круто! — Северус обрадовался приятной новости. — Поздравляю, Лео, это же была твоя мечта! — Это точно! Жду не дождусь, когда за мной приедут с остальными счастливчиками и заберут в караул! — А когда это должно произойти? — Точно сроки не объявляли, но сказали, что это произойдет накануне зимнего сезона. Значит, в ноябре. — Буду надеяться, что ты доживешь в столице до моего дня рождения. Кроме тебя у меня тут никого нет! — Как же нет? Ты знаешь некоторых моих дружков – вампиров, ходивших с нами гулять на главную площадь. Мы знакомились с тобой с девчонками из школы – интерната! Тебе даже понравилась одна, как ее там, Одри? — игриво допытывался Лео, за что получил легкий толчок в плечо. — Да ну тебя, Лео! Не о девочках сейчас надо думать! — А о чем же еще, Северус? Сейчас нужно пользоваться свободой и спокойствием перед тем, как настанут сложные времена из-за натиска добродетельной революции. Ты будешь потом жалеть, что не насытился молодой жизнью. Еще будет время читать книги и развиваться, дай хотя бы возможность самому себе отдохнуть в день твоего рождения. Пятнадцать лет, юбилейная дата, между прочим! Пить ты явно не будешь, а вот позвать наших друзей и девчонок точно не откажешься! Ради меня, прошу, пока я не уехал во дворец! Северус закатил глаза, однако улыбка вырывалась наружу. — Ладно, твоя взяла! Один день, понял? — Будет исполнено, сэр! — вампир шутливо приложил руку к виску, отдавая честь мальчику. — Ты не пожалеешь! Сагиши удивленно рассматривал у себя в руках небольшое увеличительное стекло, похожее на монокль. Он перевел взгляд на одного из лаборантов, показавшего эту вещь с самодовольной улыбкой. — Мой милый друг, что это? — непонимающе спросил его чистокровный вампир, прокручивая стеклышко через свои длинные тонкие пальцы. — Что ты хочешь из него сделать? — Это…это будет нашим помощником при поиске магических сил, — лаборант боялся своего начальника, но его разработка требовала дальнейшего утверждения. — Вы сами понимаете, что вторая волна начинает обретать свои обороты. Многие, прознавшие о том, что изъятие магии началось с границ, переехали жить в столицу и ближайшие города рядом с ней. Начнется путаница, где наши работники начнут сомневаться в том, брали ли они у того или другого мага магию, или же еще нет. — Да, но для этого же существует перепись населения! — уточнил Сагиши. — Мы тщательно ведем отчет в бумагах и проверяем всех поименно. — Верно, но есть и те, кто…кому платят за то, чтобы их вносили в списки просто так, не изымая магию. — Что ты этим хочешь сказать? — нахмурился вампир, повышая голос. — Думаешь, среди моей расы есть предатели? — Кхм, нет, конечно же, я не это имел в виду! Просто понимаете…есть богатые, которые платят бедным свои деньги, а те выдают себя за них. В нашей стране кочуют много бедняков и сирот, а их имена нигде в документах не варьируются. Чисто теоретически, таких людей не существует по базам данных, поэтому те, кому важна магия и те, у кого есть деньги, отводят в лаборатории безымянных людей вместо себя. Сагиши хмыкнул, не додумавшись до этого самостоятельно. — Действительно, недоработка. Так, но при чем здесь это стекло и что оно дает? — Пока что ничего, но если вы выделите средства, то из него можно будет сделать помощника для нашей доблестной стражи. Благодаря точной науке и моим исследованиям, я смогу создать устройство, которое будет вычислять людей, обладающих магией. Вы сможете смотреть в это стекло и видеть ауру человека. Она меняет цвета в зависимости от магического воздействия. Если тело человека будет светиться зелеными оттенками, значит маг перед вами чист, а магию у него изъяли. Однако, если перед вами будет маг с красными оттенками ауры, то в его теле кроется магия. — Хочешь сказать, что если смотреть в этот…этот монокль, — Сагиши снова покрутил в руках стекляшку, — то через него можно будет увидеть цвет ауры? — Именно. Вот, пожалуйста, мои исследования! — ученый лаборант протягивает вампиру несколько десятков листов, но мужчина их отталкивает от себя. — Я все понял и без всякой макулатуры! Хорошо, я постараюсь достать для такого устройства денег. Сам понимаешь, император жаждет власти над всем миром, а благодаря твоему исследованию, его желание станет еще ближе по срокам. Работайте дальше, коллега! Вампир вышел из лаборатории. Задумка и правда была интересна, ведь таким образом людей с магическими способностями можно будет находить по щелчку пальцев. Он надеялся, что Уриэль примет данную затею в оборот, чтобы поскорее собрать всю магию в стране. Также для него это была возможность поскорее закончить со своим планом. Вампиры начинают негодовать, требуя немедленного разрешения на распитие крови. Были случаи, вампиры засыхали от жажды, а таблетки давали мало эффекта. Сагиши останавливает своих соратников, прося еще немного времени. Не так – то просто взять и свергнуть императора, или же заставить его повиноваться. Уриэль хоть и является обычным магом, но он хитер и очень умен, ведь тогда мужчина бы не организовал масштабный переворот в истории страны. Идя по коридорам, он натыкается на Спиритуса, который как раз – таки выходил из своего кабинета с бумагами в руках. Вовремя! — Спиритус! — Сагиши остановился, загораживая ворону путь. — Как приятно снова встретиться с тобой! Вещий дух взглянул на него из под своих рабочих очков, снимая их и смотря на вампира напрямую. — Добрый вечер, Сагиши! Не могу не ответить так же! Оба знали то, что это не так. Сагиши и Спиритус являлись приближенными магами к самому императору, поэтому тайно воевали между собой за внимание Уриэля к себе. Сагиши нервничал, встречая вещего духа на своем пути. Он всегда мечтал насытиться кровью вещего духа, а те, кто пробовал, говорили, что она отличается от крови обычных людей. Она была гораздо вкуснее и слаще, а энергия после распития данного напитка не покидала тело вампира еще несколько дней. И теперь, стоя с ним рядом, Сагиши не успел не подметить легкое головокружение от жажды. Жажды крови Спиритуса! — На самом деле, ты мне нужен! Мои сотрудники готовы создать устройство, благодаря которому мы сможем находить у людей магию в два раза быстрее обычного. — Хм, интересно, каким образом? — заинтересованно спросил Спиритус. — С помощью необычного стекла, мы сможем видеть цвет ауры. Цвет зависит от нахождения в организме магических сил. Если будет красная аура, то перед нами маг со способностями, а если зеленая, то он чист. Мне кажется, данная разработка требует продолжения. — Ты намекаешь на то, что хочешь попросить у императора денег для реализации? — Именно, но я думаю, он будет согласен с моим мнением, так что будь добр, подготовь необходимые документы! Спиритус посмотрел на вампира снизу вверх, от чего Сагиши напрягся. — Для того, чтобы я готовил документы, нужен ответ от императора. Пока он официально не будет предупрежден, я не имею права… — Спиритус, кому, как не мне, знать, что ты можешь работать и без согласия нашего правителя! — зашипел злобно вампир. — Неужели ты меня вовсе не перевариваешь, отказывая в такой маленькой просьбе? — Ничуть нет, Сагиши. Денег едва хватает на реализацию добродетельной революции. Сам знаешь, что помимо данных расходов, требуются деньги на новые казармы, оружие, зарплаты вашим стражникам. Я не могу разорваться и согласиться на данную авантюру, пока официально не даст добро император. Поэтому, извини, но дело вовсе не в ненависти. Спиритус молча прошел мимо Сагиши, а вампиру потребовалось много сил, чтобы не наброситься на ворона и не прокусить ему шею. — Оринтайн, хотим еще! Еще читай! — маленькие мальчишки и девчонки окружили бедного ворона, прыгая перед его клювом. Вещий дух снял с себя очки от усталости в глазах. Вот уже как несколько недель он приходит на местную площадь и читает детишкам стихи. Развлечений в стране практически не было, поэтому дети приняли его жест с похвалой. Дети умоляли родителей отпустить погулять и послушать стихи ворона. Взрослые соглашались и даже приходили вместе с ними, слушая то, как Оринтайн выразительно читал содержимое книг. Им нравилось слушать его голос, а самому ворону развивать у детишек интерес к книгам и великим произведениям литературы. Октябрь заканчивался, как и теплые дни бабьего лета. Начались заморозки, готовя жителей к очередной зиме. Оринтайн уже достал из своих вещей темно – зеленое клетчатое пальто на пуговицах, ведь его рубашки вовсе не согревали. — На сегодня, пожалуй, хватит! — Оринтайн устало закрыл макулатуру, взглянув на ребят. — Приходите завтра, а я принесу вам новые книги. — Но мы хотим еще! Почему ты не хочешь? — Потому что на меня уже косо смотрят ваши родители! — и правда, в стороне стояли взрослые и зевали, дожидаясь своих деток. — Мы уже долго на улице, а мне будет совестно, если вдруг вы заболеете. Лучше завтра посидим подольше, обещаю! Малышня соглашается с Оринтайном, быстро разбегаясь по своим домам. Парень же молча встал с переносного стульчика, сложив его пополам и уложив в свою громоздкую сумку вместе с книгами. В этот самый момент раздался смех позади него. Ворон обернулся и разом его хорошее настроение улетучилось. Мементо стоял в обнимку с новой пассией. Кто знает, сколько он уже успел девиц полапать, но эту новенькую вещий дух еще не видел. Мементо бесцеремонно щупал ее там, где только можно. Что касалось самой девицы, так та была даже не против. Не краснея, девушка нападает на оборотня с новым порывом чувств, страстно целуя его в губы. Оринтайн засобирался поскорее домой. Он не хотел, чтобы Мементо видел его здесь, да и вообще смотреть на своего друга ему не хотелось. Но кто сказал, что все будет так просто? — Оринтайн, подожди! — ворон останавливается, закатив глаза. Мементо, нагнав его, встает с ним в одну линию, направляясь в сторону дома. Пассии уже не было — видимо, попрощались на площади. — Опять читал малышне свои сказки? — Не сказки, а стихи, Мементо! Это совершенно другое! — Да мне все равно! — парень усмехнулся. — Стихи, сказки — для меня все это одно и тоже. Быть может, перекусим где-нибудь? Я не ел с самого утра! — И кто же тебе мешал? Ах, да, твой рот был занят, работая во рту очередной новенькой девицы! — Оринтайн не выдерживает и повышает голос, а шаг его заметно ускоряется от злости. Мементо отстает от ворона на какое-то время, но вновь нагоняет и даже идет чуть впереди. — Слушай, я не пойму, с чем связано твое плохое настроение? Чем тебя не устраивает то, что я ухожу гулять с девушками? — Ты бы, для начала, определился с выбором, Мементо. Как ни посмотрю, каждый день у тебя новая жертва! Ты так вошел во вкус, что стал менять их, как перчатки! — Ну, а в чем проблема? Надоела одна, так можно и взять другую! — смеется Мементо, однако Оринтайн не понимает его шуток. — И вообще — для чего ты мне все это говоришь? Да и настроение у тебя, как обычно, снова поганое! В последнее время ты сам не свой, и меня это беспокоит. — Ах, беспокоит? — Ворон останавливается, грозно глядя на виноватого Мементо. — Неужели ты заметил мое настроение и беспокоишься за него? У тебя нашлось время между охмурением красавиц? Оборотень не понимал, что происходит, пока в его голове не прояснилось. — А, я понял, почему ты такой! Ворон оставался стоять на месте, а пульс заметно участился. Неужели Мементо догадался о чувствах своего друга к нему? Он сейчас отвергнет его, а от этого ворону станет еще хуже, чем было раньше. — Ты ревнуешь! — выпалил оборотень, самодовольно улыбаясь. — Ревнуешь меня к этим красоткам. Я все это время проводил рядом с тобой, перебираясь с места на место, выживая в разных условиях. Был всегда рядом, а теперь, переехав сюда, стал меньше проводить с тобой время. Именно поэтому ты перестал со мной общаться так, как общался раньше? Отчасти, это действительно было так. Оринтайн видел, что Мементо уходит рано утром из комнаты, возвращается лишь под вечер, а от его тела всегда пахнет женскими духами. Злость уже давно закралась в его груди, только вот сказать об этом парень боялся, чтобы не спровоцировать очередную драму между друзьями. Вещий дух не стал ждать развития событий, а лишь продолжил свой путь, но рука оборотня ловит его за запястье. — Да стой же ты! Прости меня! — Что? — непонимающе уставился на него ворон. — Я действительно виноват. Тебя можно понять, ведь мы стали очень близки с тобой. Я сам не заметил, как стал от тебя отдаляться, и не знал, что ты чувствуешь. Сам не понял, как так вышло! — Забей! — ворон хотел избавиться от внимания парня. — Я стал привыкать к такому отношению ко мне! Мементо виновато опускает взгляд, но в ту же секунду вновь смотрит на ворона. — Давай сделаем так! Завтра весь день я проведу только с тобой. Пойду в библиотеку, на рынок, прогуляемся по улицам города, я послушаю с малышней твои сказки. Только вдвоем — я и ты. Оринтайн опешил от такого предложения, не веря тому, что услышал. При чем, идея была не ворона, а самого Мементо. — Я не хочу терять такого близкого мне друга. Без тебя моя жизнь не обретает смысла, и я очень перед тобой виноват. Надеюсь, ты простишь меня, а я обещаю, что стану уделять больше времени в компании с тобой, ежели с другими девушками. — Ты готов пожертвовать своими пассиями ради меня? — недоверчиво буркнул Оринтайн, скрестив руки на груди. — Готов. Даже больше скажу — я никогда не променяю тебя ни на любую девушку в стране! Если будет такой выбор, я всегда буду выбирать тебя! И я докажу тебе это, клянусь! Кажется, Оринтайн стал замечать то, как настроение его улучшается. Мементо действительно дал волю своим чувствам, ведь так хорошо они еще никогда не жили. Не было надзора, вольно делать все, что душе угодно. Его тоже можно понять, ведь вместо книжек, что выбрал Оринтайн, парень выбрал совсем другое. И почему Оринтайн стал таким эгоистом, думая только о себе, а не о желаниях своего друга? Любовь — истинная причина. Как бы он не старался, она все вырывалась наружу, давя на него всем весом и своей мощью. Он не может сопротивляться, как ни крути, пытаться отвлечься книжками и прогулками, что плохо получалось. Оставалось только смириться и дать возможность оборотню насладиться жизнью, а не сжимать его в своих тисках. — Нет, ты не обязан этого делать! — пошел на попятную Оринтайн. — Я понимаю, что ты еще не нагулялся и… — Так, на твоем месте я бы уже давно заткнулся! — перебивает его парень, стукнув указательным пальцем легонько по клюву. — Я же сказал, что завтра буду только с тобой. Не потому, что ты обижен, а потому, что я этого хочу! Разговор окончен! Пройдя вперед, ворон смотрел на мощную спину Мементо, а едва заметная улыбка тут же отразилась на его лице. Кейси уже несколько месяцев жила в столице с барышнями. Джон не поскупился на средства, поэтому смог приобрести большой двухэтажный дом с удобными комнатами и огромной столовой. Естественно, девочке такой расклад вовсе не по душе — территория для уборки стала в два раза больше превышать предыдущий дом терпимости. За сентябрь дамы уже успели наработать себе постоянных клиентов. Кейси то и дело, что едва успевала скрываться ото всех в своей комнате, чтобы не уловить взгляды голодных мужчин на своей груди. Кейси начала взрослеть не только морально, но и физически. Тело стало утонченным и гибким, волосы крепче и шелковистее, а грудь имела место быть, выпирая под одеждой. Дамы предлагали ей куча косметики, чтобы подчеркнуть ее выразительные глаза и губы, но она категорически отказывалась, выбирая естественность. Так есть возможность оставаться незамеченной и не привлекать никого ярким гримом на лице. Джону она так же старалась не попадаться на пути, ведь всякий раз, видя ее в столовой или же за уборкой дома, он одобряюще причмокивал, рассматривая свою заложницу с ног до головы. В такие моменты Кейси становилось не по себе, покрываясь мурашками. Ей было невыносимо жить в борделе, но другого исхода она не видела. Перечитав несколько десяток книг по магии, она не смогла найти ответа на ее проблему. Обратного заклинания на проклятие не существовало, разве что сам колдун захочет все отменить. Сила крылась не только в кольце и костях, но и в самом человеке, а смотря на мистера Миллера, девочка видела, как он разрастался с каждым годом больше и больше, набивая свое пузо вкусностями и спиртными напитками. Значит, он становился еще мощнее и сильнее, нежели раньше. Анита старалась делать все возможное, чтобы Кейси стало чуточку спокойнее, живя здесь. Она отвлекала ее от плохих мыслей, подкидывая новые книги, а так же досаждала Джону, прося милосердия для юной рабыни. Джон был непоколебим, но снисходителен к Кейси, поэтому разрешал девочке выходить на улицу. Под присмотром других барышень, само собой. Первый раз выйдя на улицу без присмотра мистера Миллера, девочку долго не могли успокоить. Пройдясь совсем немного по улице и вкусив свободу впервые за несколько лет, Кейси начала плакать прямо на главной площади, а проходившие люди вопросительно озирались на нее, не понимая истинную причину истерики. Анита прижимала ее к груди, другие барышни мельтешили вокруг, пытаясь успокоить, но Кейси была непоколебима. Вернулась бордель она с опухшим от слез лицом и еще долго не вставала с постели, разве что быстро протирала везде пыль и возвращалась обратно, не взяв в рот ни крошки. Вот и сейчас, выйдя на ночную прогулку, мужчина дал возможность прогуляться до одиннадцати часов вечера. Если кто-то не придет к назначенному времени, тогда знает, что будет. Барышни разбрелись по городу. Одной нужно было новое платье, другой чулки, третьей хотелось прогуляться по парку и поискать себе новую клиентуру. Что же касалось Аниты и Кейси, то они медленно прохаживались по главной площади, рассматривая красивые украшения на деревьях и магазинчиках. Кейси уже успокоилась, придя в норму. Для нее выход на улицу был как праздник, особенно в выходные барышень, гуляющих вместе с ней. Это была единственная возможность пройтись не только по магазинам за продуктами и тканями для новых нарядов, но и прогуляться по столице. Она представляла в эти моменты, что не было никакого проклятья. Она просто гуляет с подругами, смеясь и радуясь новому дню, подле чего вернется к себе домой и будет наслаждаться спокойным вечером и теплотой огня из камина. Вместо этого она приходила домой строго по времени, а за стенками до поздней ночи слушала мужские и женские вздохи и скрип кроватей. — Люди готовятся к началу нового года, — пояснила Анита, завидев вопросительный взгляд своей напарницы. — Уже достают украшения, зажигают искусственные огни. — Странно, ведь сейчас только конец октября, — вскинула брови Кейси. — До начала нового года еще целых два месяца! — В столице привыкли делать все заранее. Потом уже, ближе к самому торжеству, будет не до украшений, ведь там начинается та еще суматоха. Многие украшают свои дома намного раньше обычного. Кейси кивнула, поняв суть. Вокруг нее проходили люди, мирно болтая о своей прекрасной жизни, о работе, о семье. На каменной большой площади посредине стояли столы и стулья, где жители отдыхали и ужинали, попивая из своих кружек. А сбоку от уличного общепита стоит молодежь, распевая песни и играя на музыкальных инструментах. Анита вновь ловит взгляд Кейси. Девочку можно было понять — вместо развлечений она готовится стать жертвой насилия. Как бы эта барышня хотела, чтобы ее подруга проживала все эти дни в радости, а не в горе! Но с этим она ничего не может поделать, как ни крути. — Хочешь, я куплю тебе сахарную вату? — спросила она, копошась в своем клатче. Там как раз стояли ребята примерного возраста Кейси. — Сможешь поболтать с кем – нибудь еще. — Не надо! — грубо ответила девочка. — Смысла от этого никакого, только еще хуже станет. — Да с чего ты взяла, что хуже? Скорее, наоборот, так ты сможешь обрести новых друзей, а не смотреть на нас своими большими глазами. — И что с того, что они у меня будут? — не унималась девочка, видя то, как рыжеволосый высокий парень громко смеется, обнимая за талию молодую девчонку и суя в ее рот кусок ваты. — Как будто они смогут меня спасти от проклятья. У меня есть ты, и того достаточно! Анита останавливается, повернув Кейси на себя. — Дорогая, — она ловит ее взгляд, широко улыбаясь, — в том, что у тебя могут быть друзья, нет ничего плохого. У других барышень, ты думаешь, нет знакомых помимо нашего борделя? Они так же идут на прогулку и договариваются о встрече, так же мило беседуют с остальными и даже делятся с ними секретами. Тяжело же жить без друзей. — У меня были друзья. Самые лучшие друзья на всем свете, — девочка опускает голову вниз. — Новых друзей находить нет никакого желания. А вдруг что-то случится, после чего наши пути разойдутся? Так было с ними, так может быть и с другими. — Ты просто боишься общаться с другими подростками твоего возраста, только и всего, — констатировала Анита. — Все то, что ты говоришь — просто отмазки. Мне кажется, что мы в этом городе надолго, если не навсегда. Джон готовил нас к этому, намекая на революцию. Если она доберется и до столицы, возвращаться обратно больше нет никакого смысла. Дорогая, я просто хочу, чтобы ты научилась улыбаться. Улыбаться новому дню, вставать не от того, что нужно пойти и вымыть полы, а чтобы встретиться с теми, с кем тебе будет комфортно. Барышня смотрит в сторону подростков. Ребята танцевали под музыку музыкантов, задорно смеясь. Кейси же отказывалась даже смотреть туда и не завидовать беззаботному настроению молодежи. — Ты посмотри, они такие счастливые. Им хорошо находиться в компании друг друга. Знаю, их не ждет та же участь, что и тебя. Но смотря в твои глаза, я еще ни разу не видела искреннего счастья. Ты притворяешься, чтобы не расстраивать меня, но в душе твоей все равно пусто. — Ты не знаешь, что у меня в душе, — бурчит Кейси, но Анита доказывает обратное: — Знаю. Я прошла все то, через что проходишь сейчас ты. Я так же попала к еще молодому Джону таким наглым образом, доверившись его помощи и переступив через порог дома. Я так же, как и ты, ждала своей участи, убираясь в доме и готовя еду. Я готова была расстаться с жизнью, если бы не подруги, с которыми я познакомилась, когда шла на рынок. Они смогли поддержать меня в трудную минуту и не дать загнуться от депрессии. Да, бывало, хочется побыть наедине с самой собой, но со временем хочется чего – то другого. Заботы. Внимания. Поддержки. Именно поэтому я хочу, чтобы и ты стала счастливой, не взирая на будущее. Жизнь на этом не заканчивается, а люди рядом с тобой будут поддерживать тебя и любить не в зависимости от того, где ты живешь. Слова Аниты начинают мотивировать девочку. И ведь правда, она была готова покончить с собой, если бы не поддержка этой барышни. А что может быть лучше живого приятного общения и моральной помощи со стороны тех, с кем тебе будет комфортно? — А что стало с твоими подругами потом? Вы перестали общаться? — Нет, — девушка мотнула головой. — Нам пришлось переехать в другой город, но мы до сих пор переписываемся. Когда переезжаю, то сразу же пишу им свой новый адрес, отправляю письма и цветастые открытки. Они тоже поддерживают со мной связь. Так я чувствую себя не одинокой и знаю, что меня все еще любят и ждут в гости. — Но а как же Джон? Он поддерживает затею касательно новых знакомых? — Джону все равно, с кем ты будешь общаться вне дома. Самое главное опрятный вид и вовремя приходить домой, работать на него и зарабатывать ему же деньги. А то, что ты делаешь вне дома в свое свободное время — его не интересует. — Анита, Кейси! — в толпе проходящих мимо горожан девочки заметили запыхавшуюся Мелиссу и Бетти. — Вы чего же тут стоите? — А что, нам и постоять уже нельзя? — хмурится барышня. — Постоять то можно, но вы видели время? Уже скоро одиннадцать, нам пора возвращаться. Анита смотрит на свои ручные часики и тяжело вздыхает. — Верно, а я и не заметила, болтая с Кейси. Нам пора бежать, родная! Девушки круто развернулись, ускорив шаг в сторону своего дома. Кейси держала за руку Аниту, быстрым шагом идя вслед за ней. В стороне от них вновь громко засмеялись. Девочка из любопытства повернула голову и посмотрела на тех, кому сейчас вовсе некуда спешить. Рыжий бледный парень все продолжал громко гоготать, дружественно издеваясь над девушкой рядом с ним. В стороне стояло еще несколько парней и девчонок, наблюдающих за ними и так же посмеиваясь. Ребята были примерно того же возраста, что и сама Кейси. Она успела рассмотреть каждого подростка, пока ее взор не упал на одного их них. Парень выделялся среди толпы. Он был высокого роста с копной светлых волос, лезущих на глаза. Все вокруг смеялись, а он лишь мило улыбался, светясь от счастья и не показывая свое истинное настроение напоказ. Когда он повернул лицо, обращаясь к девице, стоявшей рядом, а свет ночного фонаря осветило его лицо, Кейси заметила знакомые черты. Она сначала подумала, что у нее галлюцинации, а психосоматика начала играть с ней, но потом, когда мальчишка начал смеяться, она без сомнения узнала эту улыбку. — Ай! — Анита вскрикивает от боли в руке, потому что Кейси резко останавливается, глядя на толпу. — Родная, нам надо спешить! — Там…Там Северус! — кричит она, пытаясь вырваться, но барышня была намного сильнее. Подоспевшие Мелисса и Бетти тут же заграждают ей кругозор, скрывая Северуса за своими спинами. Девочка сопротивляется и кричит его имя, но гул толпы вокруг ей мешает. — Тише ты, глупая! — Бетти хватает ее за вторую руку и тянет вслед за Анитой. — Нам нужно возвращаться, иначе из – за тебя мы все тут же и поляжем! Ты что, не знаешь Джона? — Там мой друг, я его потеряла почти пять лет назад! Это он! — со слезами на глазах вопит Кейси, пытаясь снова вырваться, но барышни опять не дают ей этого сделать. — Отпустите меня! Анита перехватывает ее за локоть, заставляя посмотреть на нее. — Кейси! Кейси, остынь! С проклятьем шутки плохи, ты понимаешь это или нет?! Что лучше — быть живой и найти твоего друга потом, или умереть в муках, но увидеть его перед собой? Слова отрезвляюще действуют на девочку. Она судорожно мотает головой, вытирая свое лицо от влаги. — Все правильно, моя хорошая! Идем же скорее домой, а потом мы найдем его. Ты мне веришь? Кейси слышала слова Аниты, верила всему, о чем она говорила ей. Но мандраж от знакомого лица не давал ей покоя всю оставшуюся ночь. Она нашла его! Нашла Северуса!