Молодая Справедливость: Вторжение

Петра: ❗❗❗17:15 Петра: ❓17:15 Петра: ❗❓17:15 Петра:🆘 17:16 Петра: (╯°□°）╯︵ ┻━┻ 17:16 Петра: ರ╭╮ರ 17:17

Коннер: Ты должна болеть, а не писать. Что случилось? 17:19

Петра: Где вы встретите Сэма? В какую сторону мне его пинать?) 17:19

Коннер: В сторону С.Т.А.Р лабс, я скину адрес чуть позже 17:20

Петра: 👌 17:20 Петра: И не смей ему ничего про меня рассказывать! 17:20 Петра: Лучше ты мне потом все расскажешь)) 17:20

Коннер: Не надейся 17:21

Петра: Т^Т 17:21

Коннер: Почему ты не обсуждаешь подробности с Диком? Вы поссорились? 17:22

Петра: Нет 17:22 Петра: Он просто слишком серьезный 17:23 Петра: Фе-е 17:23

Коннер: О да, пришельцы, похищающие людей — не повод стать серьезнее 17:24

Петра: Именно!!! 17:24 Петра: Стой 17:25 Петра: Это был сарказм, верно? -_- 17:25

Коннер: Отпишусь, как все закончится 17:26

Петра: Бяка 17:26 Петра: Удачи 17:27

***

— Мне даже не верится! — всплеснув руками воскликнул Гарфилд. — Я на другой планете! Хотя ты, сестренка, наверняка до сих пор так часто думаешь про Землю, — хихикнул мальчик, подойдя к М’Ганн. — Да, примерно, — хмыкнула она, растрепав его волосы. — Я так чуть ли не каждый день говорю, — негромко сказал Сэм, осматриваясь по сторонам. Вообще, по идее, Коннер не должен знать его имени, но, серьезно, чтоб Петра, и молчала о чем-то? Нет, какое-то время она честно пыталась хранить личности «своих мальчиков» в секрете, но не получилось. Так что он немного знал про этого Человека-Ракету. — Точно! — все так же эмоционально сказал услышавший его Гар. — Ты ведь все время посещаешь разные планеты! А ты случайно уже не был здесь? — Эм, нет, вроде бы, — неуверенно пожал плечами Сэм. — После стольких лет я не совсем уверен… Глаза мальчика загорелись, а хвост радостно заметался из стороны в сторону — он явно был не прочь послушать про космические приключения Новы. — Адам! — послышался со стороны женский голос, сопровождающийся торопливыми шагов. — Адам! Они обернулись к звавшей ученого темноволосой инопланетянке с бледно-голубоватой кожей и какими-то эльфийскими чертами лица. Рядом с ней шел высокий лысый пришелец в защитных зеленых очках и светлой одежде. Сардат, видимо. Инопланетянка начала торопливо что-то говорить, подойдя к Адаму почти вплотную. — Здорово! Наверное. Я думаю, — неловко улыбнувшись, сказал он, глядя на нее сверху вниз. — Она спрашивала, кто мы такие, — неожиданно сказал Сэм. — Благодаря шлему я понимаю все инопланетные языки, а все пришельцы понимают меня, — пояснил он. — Звучит отлично! — обрадовался Адам. — Я все еще учу их язык, так что большую часть времени мы проводим за игрой в шарады, — вздохнул он. — Группа «Зета», это мои друзья на Ранне: Сардат, — пришелец, услышав свое имя, видимо понял, что их знакомят, и чинно кивнул на этих словах, — и его дочка, Алана, — представил он пришельцев. На имени девушки голос ученого стал неожиданно нежным, как и направленный на нее взгляд. Алана отвечала точно таким же взглядом, чуть смущенно улыбаясь. Коннер отвел взгляд. Было крайне неловко смотреть на кого-то настолько очевидно влюбленного, как эти двое. М’Ганн и Сэм поступили точно так же, пока Гарфилд с неизменно-неприкрытым любопытством глядел на пришельцев. — Кхм, — прочистив горло, опомнился Адам. — Нова, ты не мог бы?.. — Ой! — воскликнула Алана, приложив пальцы к вискам. — Что это было? — посмотрев на отца, спросила она на чистом английском. — Какое странное ощущение, — поддержал ее Сардат, недоуменно держась за голову. — Чт… Как это? — удивленно глядя них, спросил Адам, посмотрев на их группу. М’Ганн выступила вперед, привлекая к себе внимание. Коннер нахмурился — телепатия, чтоб ее… — Я соединила наши сознания, и выступаю кем-то вроде… психопереводчика, — подобрав подходящее слово, сказала марсианка. — Вы говорите на своем языке, мы на своем, но все друг друга понимают. — Потрясающе! — восторженно восклицает Сардат, но быстро берет себя в руки, придавая лицу вежливо-беспристрастное выражение. — Теперь общение стало гораздо… легче, — подойдя к Адаму, кокетливо сказала Алана, убрав руки за спину и пристав на носочки. Ученый смущенно порозовел, потерев шею ладонью. Сэм фыркает, прикрыв рот ладонью. Коннер покачал головой. Телепатия. То, что для М’Ганн было естественно, в последнее время сильно напрягало его. Поблизости послышалось пиликанье, пищание, чем-то напоминающее звук полицейской сирены на Земле, и от Коннера не укрылось то, как при этом напрягся Сардат. — Продолжим разговор внутри, — приглушив голос, сказал он, развернувшись и жестом велев им следовать за собой. –Когда принимаешь землян — осторожность не повредит, — пробормотал он себе под нос. Они молча прошли в небольшое помещение и молча же спустились на небольшом лифте. В свете ламп кожа инопланетян казалась почти что телесного цвета. Гарфилд нетерпеливо вздыхал, хвост возбужденно метался из стороны в сторону. Коннер незаметно дал ему легкий щелбан, из-за чего мальчик выпрямился, сцепив руки в замок за спиной и начав перекатываться с пяток на носки. Коннер покачал головой. Гарфилд — неудержимый комок энергии. Ему даже постоять пару минут спокойно трудно, что говорить о чем-то другом? Поэтому Коннер совершенно не удивился, когда он, стоило дверцам лифта открыться, выкрикнул: — Инопланетная фауна! И побежал к сидящей на узловатой ветке неведомой зверушке иронично-зеленого цвета. — Они, случаем, с Девушкой-Пауком не родственники? — хмыкнув, спросил Нова, пока Гарфилд предельно серьезно разглядывал странного птеродактиля с желтоватыми глазами на выкате. — Она моя сестра, парень, — зачем-то сказал Коннер, рассматривая, видимо, лабораторию, в которую их привел Сардат. — Это я знаю, — странным тоном сказал Сэм. — Вы смогли выяснить, почему землян не любят в этой части галактики? — тем временем спросил Адам, подойдя к столу. Чувствовал он себя здесь довольно комфортно — сказывались частые встречи с инопланетными друзьями. — Научное руководство Ранна — ксенофобы, — уклончиво ответил Сардат. — Мне приходится тайно проводить свои эксперименты о межпланетных перемещениях через зета-порталы. — Так вот почему вы не заявили о краже технологий, — сочувствующе сказал Адам. Горе ученого может понять только другой ученый. — Именно, — кивнул Сардат. –Если научное руководство узнает, что я позволил инопланетянам — тем более землянам –телепортироваться на Ранн, нам с дочерью будет грозить серьезная опасность. — Так почему именно землян здесь так не любят? — повторил вопрос Сэм, скрестив руки на груди — Они хотя бы видели тех, кого ненавидят? — согласился с ним Коннер. Сардат всей ладонью нажал на некое устройство, по форме похожее на объемный треугольник с отсеченными углами и оранжевым кругом по центру. Устройство раскрылось, как цветок, и в воздухе возникла голограмма уже знакомых им фотографий словно озверевших героев. Чудо-Женщина с перекошенным от ярости лицом, Бэтмен, готовый бросить в кого-то бэтаранг, Железный Человек, из брони которого торчат небольшие лазерные установки и ракетницы, Супермен, глаза которого буквально пылают, Марсианский Охотник, готовый набросится на невидимого противника… Слишком ужасно, чтобы быть правдой. Но как же правдоподобно. Из-за шлема было непонятно, но Коннер был уверен, что Сэм, не видевший этих фото, с любопытством разглядывал голограммы. — Думаю, Адам показывал вам это, — сказала Алана. — Но нам все еще не известны подробности, — виновато сказала инопланетянка. — Научное руководство не намерено делиться подробностями с населением, — с легким презрением сказал Сардат. Похоже, научное руководство здесь было чем-то вроде главного органа управления, что крайне не устраивало Сардата. — Но мы узнали, что на планете Римбор был инцидент с преступниками-землянами, известными как Лига Справедливости и Мстители, — добавила Алана. Уже что-то. — Надеюсь, вы не имеете отношения к этим преступникам? — с легким подозрением в голосе спросил Сардат. — Мы не состоим в Лиге, — переведя взгляд с экрана на него, безэмоционально ответила М’Ганн. — Или в Мстителях, — вставил свои пять центов Сэм. Гарфилд — чья голова стала точно такой же, как у зеленого пучеглазого птеродактиля, теперь сидевшего у него на плече — кивнул, подбежав к ним. Коннер не любил врать и знал, что М’Ганн тоже. Но эта маленькая ложь поможет им найти ответы на многие вопросы. «Ложь во благо» на практике. — На Римборе были эти десятеро, — указав рукой себе за спину, где на голо-экране появилось десять фотографий, сказал Сардат. — Но с тех пор кролотеанцы установили планетарный надзор на случай появления любого из так называемых «Мстителей» или «Лиги справедливости». — Кролотеанцы! — вдруг воскликнул Адам, подскочив к Сардату и схватив того за руку. Пришелец недоуменно посмотрел на чужую конечность, но не спешил убрать ладонь ученого. Наверное, у жителей Ранна излишняя тактильность не была в порядке вещей. — Они же украли технологии зета-платформ, чтобы тайком проникнуть на Землю, где и узнали о других героях! — Я знаю, — не разделяя непонятного энтузиазма собрата-ученого, сказал Сардат, все же отстранившись. — Именно об этом я и говорил во время нашей прошлой встречи. — Ну конечно! — ни капли не смутившись, вновь воскликнул Адам, хлопнув себя по лбу. — Кролотеанцы! Я вас не понял, — признался он, искренне сокрушаясь. — Думал, что это слово означает «вор» на языке Ранна. — Ты не далек от истины, — заметил Сэм. — «Кроло» и правда означает «вор» на интерлаке, а учитывая, что их культура основана на воровстве технологий… — Да-да, это понятно, — нетерпеливо прервал его Коннер. — Вопрос в том, что нам с этим делать. Кролотеанцев не получится полностью… убрать с Земли, если у них останется хоть одна зета-платформа. Алана развернулась и нажала на пару кнопок на продвинутом голо-проекторе. В воздухе появилось изображение одиноких Земли и Ранна, зависших на разных концах оранжевой сферу, в которую они были заключены. — Можно использовать зета-щит моего отца, — предложила инопланетянка, посмотрев на Сардата. Тот как-то неохотно пояснил: — Если я смогу его усовершенствовать, примитивные зета-порталы по-прежнему будут работать в пределах земной атмосферы. Но незаконная телепортация на Землю и в другие миры будет невозможна. — Проще говоря, этот щит не позволит кролотеанцам вторгаться к нам через зета-порталы, — сказал Сэм, разглядывая неразрывную красную линию, что окружала модели их планет и соединяла их между собой. — И не позволит уйти тем, кто уже на Земле, — подхватил Коннер. — Верно, — кивнул Сардат, на лице которого можно было разглядеть тихое недовольство и желание поскорее разобраться со всем этим. Его можно было понять — его технологии были украдены, его жизнь и жизнь его дочери находятся под угрозой, и проблемы пока и не думают решаться. В первую очередь он — оскорбленный ученый, желающий поскорее разобраться со всем этим и забыть, как страшный сон. — Адам сказал, что вы обнаружили кролотеанскую зета-платформу здесь, на Ранне, — решила напомнить М’Ганн. Веснушки на ее щеках — не такие многочисленные, как у Петры, небольшая горстка на лице — забавно дергались, пока она говорила, словно бегая по коже. Гарфилд все это время не вмешивался в разговор, внимательно слушая их, переводя взгляд с одного говорившего на другого, и рассеяно почесывал миниатюрного пернато-рогатого птеродактиля. — Верно, — подтвердил Сардат. — Но джунгли Ранна могут быть опасны. Вам понадобится проводник. — Я пойду, — вызвалась Алана, подойдя к отцу и положив ладонь ему на плечо. Голубоватые, в тон губам, отметины под глазами выгодно оттеняли их фиалковый цвет. — Ты должен закончить зета-щит, отец. Сардат поджал губы. Было видно, что он против этой идеи, но, понимая, что выбора нет, не возражает. Первое проявление нормальных, человеческих — даже отцовских — эмоций от этого сухаря. — Вам потребуется маскировка, — только и сказал он. Какое-никакое, но подобие плана у них есть. Уже что-то.

***

К огромному сожалению Сэма, он не был зеленого цвета, а значит и не умел менять свою внешность. Судя по тому, что зеленокожие марсианка и вроде как земной мальчишка с легкостью смогли замаскироваться, это правда было как-то связано с расцветкой их кожи. По крайней мере, ему это казалось чуть-чуть логичным. А еще он понял прежде непонятную нелюбовь Петры к коммуникаторам — телепатическая связь реально была гораздо удобнее. Сэм надвинул капюшон просторного плаща поглубже, пряча лицо в тенях, и зашел следом за остальными в вагон поезда на, судя по всему, магнитной тяге. «Все должно пройти гладко» — сказала Алана, вместе с Адамом сев на против них с Мисс Марсианкой — на плече которой сидел Бистбой, принявший облик того самого рогатого «голубя» — и Супербоем. — »… Если не нагрянет Научный Патруль с обычной проверкой документов» — добавила она, когда пара мужчин в темной форме не позволила автоматическим дверям закрыться и зашла к ним, обшаривая вагон цепкими взглядами. Сэм мысленно застонал. Вот он так и знал, что зря Петра ему удачи пожелала — весь Щ.И.Т. знал о ее феноменальном «везении». Дэнни даже как-то раз притащил ее к Стрэнджу, проверить ту на проклятья или сглазы там какие-нибудь, а когда они ничего не нашли, то уже Люк повел ее к какому-то своему знакомому эксперту* по «уличной магии» (Стрэндж и Вонг, услышав это, только фыркнули), но и тот только руками развел.Но невезение у нее было, и было оно похлеще, чем у Черного Кота, который лишь просто влиял на вероятности возле себя. «Сила» Петры же простиралась по всем просторам галактики. «Я отвлеку их»— говорит Адам, открывая одолженный у Сардата рюкзак, больше напоминающий сумку для гольфа. Внутри него лежит красно-белый, под цвет плаща Адама, реактивный ранец. Он более продвинутый и обтекаемый, чем те, что были в распоряжении Щ.И.Т.а, но догадаться не сложно. «Слишком рискованно» — Алана схватила его за руку, заставляя посмотреть себе в глаза. — «Я…» «Ты — проводник по джунглям» — напоминает Адам. — «Я увильну от этих ребят и вернусь к твоему отцу, помогу закончить зета-щит» Алана берет его ладони в свои руки, она взволнованно смотрит на него. От этого Сэм чувствует себя невероятно неловко, совсем как в то время, когда они вчетвером жили у Петры, и к ней приходил ее парень. «Будь осторожен» — просит она. Адам улыбается: сначала нежно, а потом проказливо, как мальчишка, а не ученый. — О, бойся Бармаглота, сын! — резко вскочив и подняв руки, драматично воскликнул Адам, из-за чего члены Научного Патруля крупно вздрогнули, попятившись. — Он так свиреп и дик, а в глуще рымит исполин — Злопасный Брандашмыг! Ученый разыграл целое представление, в лицах пересказывая отрывок стиха. Пришельцы смотрели на него широко распахнутыми глазами, пока Адам откровенно кривлялся. — Ха, я поймал твой нос! — дернув стоявшего к нему ближе инопланетянина за нос, хохотнул Адам, и выбежал из вагона. Научный Патруль бросился за ним, оставляя их в пустом вагоне. «Бармаглот?» — подойдя к ним, спросила Алана, старательно выговорив незнакомое слово. — «Брандашмыг?» «Ну, он же Стрэндж» — пожал плечами-крыльями Бистбой. Сэм ухмыльнулся на недоуменное выражение лица инопланетянки. Какое-то время они ехали в молчании. «Сэ… то есть, Нова» — торопливо исправившись, зовет его Бистбой. Желтые лупоглазые глаза виновато глядят на него. «Ты правда думаешь, что я думаю, что Петра вам ничего про нас не рассказывала?» — спросил Сэм, машинально проверив спрятанный в задний карман джинсов шлем. Какое счастье, что шлемы Корпуса при необходимости могли становится мягкими, как ткань. «А что ты про нас знаешь?» — полюбопытствовал мальчик, по-птичьи (ха-ха) склонив голову на бок. «Много чего» — неопределенно ответил Сэм. Как оказалось, Девушка-паук, несмотря на патологическую непрекращающуюся болтовню, была мастером в фильтровании речи. Да что там, они сперва вообще не знали, что вреднючка-Паркер, их одноклассница из новой школы, и Девушка-Паук, назначенный им, довольно скрытный, но опытный лидер — одно лицо. Сэм считал, что Спайди — это либо колкая и скрытная Мишель «ЭмДжей-для-друзей-но-не-для-тебя» Джонс, либо милая Гвен Стейси. А потом долго отходил от шока, когда на школу в поисках Девушки-Паука напала Ужасающая Четверка, и мелкая Петра, что чуть ли не в половину меньше Люка (опустим тот факт, что сам он ненамного выше нее), с одного удара вырубила Тундру — жестокую воительницу из другого измерения (не спрашивайте). Ее волосы тогда были прикрыты капюшоном, а лицо полностью скрывала паутина, сквозь которую она умудрялась каким-то образом видеть. Язвительно-саркастичный Эван тогда был настолько удивлен, что беспрекословно делал то, что она ему говорила, не вставляя своих привычных комментариев. Дэнни, как обычно, отнесся ко всему философски. Но даже тогда она долгое время ничего им не рассказывала о том, где она училась или чем занималась до Щ.И.Т.а — Спайди частенько пропадала из Нью-Йорка, и Сэм помнит, как Фьюри был «раздосадован» тем, что не мог отследить ее перемещений: что-то (или кто-то) не давало ему этого сделать. Правду о себе — и то не всю — она раскрыла где-то через год после своего внезапного решения стать агентом Щ.И.Т.а. «Раз уж разговор зашел о ней, то как она?» — спросил Супербой. — «С ее любовью к космосу странно, что она сама не вызвалась идти» Сэм опустил голову, сжав ладони в кулаки. «Сэм?» — словно коснувшись его сознания ладонью, привлекает таким образом его внимание марсианка. — «Что случилось? Она цела?» «Ее загнали в угол» — бесцветным голосом начал Сэм. — «Все были так заняты, пытаясь привести все в порядок, что не заметили, как Октавиус со своими прихвостнями напали на нее. Около двадцати переломов, яд Скорпиона, ожоги от электричества» — перечислил он. Марсианка громко ахнула, закрыв рот ладонями, Бистбой свалился ей на колени, растеряно глядя на него, Сэма, Супербой сцепил зубы, яростно сверкая льдисто-голубыми глазами, сжимая и разжимая кулаки. Сэм чувствует подступающую к горлу тошноту. Он должен был быть там. Должен был. Он смог бы остановить их. И тогда он бы не мчался через весь город, услышав по коммуникатору, как Плащ с заметной паникой в голосе звал их всех в Трискелион. Тогда он бы не видел, как врачи, суетясь, одновременно накачивали ее обезболивающим и пытались зафиксировать сломанные кости, чтобы те правильно срослись. В итоге он и лже-секретаря не спас, и ее. Алана все это время с неким интересом слушала их, не вмешиваясь, и демонстративно смотрела либо в окно, либо в миниатюрную, размером с ладонь, копию того голо-проектора, что был в лаборатории Сардата. «Она хотела пойти, правда, хотела. Но всякий раз, когда она пыталась выйти из мед.отсека, Плащ отправлял ее обратно» — усмехнулся Сэм. «Очень похоже на нее» — тихо посмеялась марсианка, слабо улыбнувшись. «Не вини себя, Сэм» — попросил Супербой. — «Поверь, уж кто-кто, а мы знаем, что чувствуешь, когда она рвется в бой на костылях» «Так и хочется дать ей подзатыльник, да совесть не позволяет?» — спросил Сэм. Супербой усмехнулся уголками губ. «Именно. Все равно, что щенка пнуть» «Не хочу прерывать вас, но мы почти на месте» — открыв карту на голо-проекторе, сказала Алана, надев такой же реактивный ранец, какой был у Адама. — «Пора выходить» Коннер кивнул, поднялся со своего места и пинком выломал дверь. Что ж, теперь понятно, в кого у Петры точно такая же привычка открывать двери. Девушки и Бистбой вылетели из вагона, Сэм, сняв плащ и надев шлем — за ними. Коннер, как единственный не летающий из группы, шел последним, но на землю он приземлился достаточно мягко — Сэм судил исключительно по Люку, единственному «тяжеловесу» их команды. «Сюда» — еще раз сверившись с картой, сказала Алана, взмахом руки велев им следовать за собой. Бистбой, принявший свой обычный облик, подпрыгнул в воздух и раскачался на крепкой лиане, пролетев над их головами и приземлившись перед Аланой. Сэм вздохнул — хотел бы он сейчас лететь, а не идти, да его «сияние» может быть очень и очень заметным в полумраке джунглей Ранна. — О-о-о, — восхищенно протянул Бистбой, восхищенно глядя на розово-сиреневый, чуть светящийся в темноте цветок. — Это будет отличным сувениром с другой планеты! — заявил мальчик, прыгнув вперед. — Стой! — схватив его за хвост, воскликнула Алана. Бистбой шлепнулся наземь в паре сантиметров от желанного цветка. Алана подняла с земли ветку и бросила ее в песок, окружавший кривоватый ствол цветка. Песок, словно живой, накрыл собой ветку, раздался звук, похожий на отрыжку, в воздухе отчетливо запахло серой, и по песку пробежала волна быстро потухшего розово-фиолетового пламени. Бистбой вскрикнул, рывком поднявшись с земли. Хвост его стоял трубой, шерсть встала дыбом. — Синяя трясина. Погубит, — тоном учителя на уроке сказала Алана, скрестив руки на груди. — Правило: красивое — не трогай. — Понял, — кивнул мальчик, теперь уже недоверчиво косясь на цветок. — Значит, эта тема с сувенирами пошла от вас? — продолжив путь, спросил Сэм. — «Тема с сувенирами?» — переспросила Мисс Марси. — Спайди время от времени подберет что-нибудь после задания с таинственным «Сувенир!», и больше эту вещь никто никогда не видит, — рассказал Сэм. Стоит вспомнить хотя бы тот раз, когда Петра стащила металлическое «перо» от костюма Стервятника, или часть щупальца Октавиуса, или… В общем, она много чего тащила с миссий, заданий и стычек со злодеями. — Ну, можно и так сказать, — уклончиво ответил Супербой. Он решил умолчать о том, что в Зале Трофеев для Петры давно уже выделен отдельный шкаф. Бистбой хихикнул и хитро посмотрел на марсианку и Супербоя. — А знаете, что мне напомнил тот цветок? — убрав руки за спину, спросил он. — Тот раз, когда вы двое приехали навестить меня! Супербой тогда еще нарвал тебе цветов, оказавшихся ядовитым сумахом! — не дождавшись ответа, сказал он, возбужденно подпрыгнув на месте. — Это было давно, — коротко ответила марсианка, отведя взгляд. Мальчик грустно посмотрел на нее, но сдаваться, похоже, не был намерен. — Но ты то помнишь? — с надеждой спросил он у Супербоя, подскочив к нему и взяв за руку. — Далеко нам еще? — хмуро спросил парень, мягко освободив руку из ладоней мальчика. — Почти пришли, — чуть заторможено отозвалась Алана. Бистбой совсем сник, печально подметая хвостом землю. — Эй, пацан, — поравнявшись с ним, позвал его Сэм, чуть толкнув локтем в бок. — Нам в Щ.И.Т.е говорили, что если человек уходит от ответа, то значит он что-то скрывает. Мальчик на секунду задумался и, сделав какие-то свои выводы, лучисто улыбнулся. — Я понял, — прошептал он заговорческим шепотом, подмигнув. — Я Гарфилд, кстати. — Приятно познакомится, — хмыкнул Сэм. — Мое имя ты уже знаешь. Гарфилд смущенно фыркнул и побежал вперед, к марсианке. — Ему всегда нравились рассказы Петры о вас, — заставив Сэма вздрогнуть, сказал Супербой, бесшумно подойдя к нему со спины. — Неужели она рассказывала о нас что-то хорошее? — недоверчиво спросил Сэм. Нет, у них были хорошие отношения, но очень уж она любила подшучивать над ними и утрировать. — Ему? Да. Нам она частенько жаловалась и ныла, — поделился с ним Супербой. — Но иногда и хвасталась. — Последнее та-ак утешает, — пробормотал Сэм, закатив глаза. Супербой хмыкнул и вдруг протянул ему руку. — Коннер, — представился он. — Думаю, это будет честным, учитывая, что я знаю твое имя, — уточнил он. Сэм торопливо кивнул, пожав руку в ответ. Так вот чье имя они так часто слышали от Петры. Вообще, они слышали довольно много имен. И, если он не ошибается, то марсианку зовут… «М’Ганн М’орз» — раздался у него в голове голос девушки. — «Меган — мое земное имя. Прости, что вот так влезла в твои мысли» «Ничего страшного» — заверил ее Сэм. — «Рад познакомится. На Марсе я еще не бывал» — зачем-то сказал он. Марсианку усмехнулась и ничего не сказала, за что Сэм был ей благодарен. Меган и Коннер. Коннер и Меган. Эти два имени они часто слышали в паре, правда, думали, что это как-то связано с тем старым ситкомом, который они один раз смотрели с Петрой. Значит, все те люди — Уолли, Артемида, Ракель, Зи, Дина и многие другие- о которых они слышали и правда связаны с «второй» жизнью Петры, а не просто ее друзья или знакомые. Правда, они так и думали, но думать и получить подтверждение — такие разные вещи. Приятное ощущение — быть правым в чем-то.

***

«Она больше, чем я ожидала» — притаившись в кустах, пораженно-озадачено сказала Алана, глядя на большое, размером с пару стадионов, сооружение, похожее на приплюснутый сверху ангар для самолетов. –«Пусть даже глубоко в джунглях, но как можно было отстроить такое без ведома Научного Руководства?» После жизни на Земле, М’Ганн могла назвать несколько способов, но, пожалуй, не станет этого делать. «Я иду внутрь» — накинув капюшон на голову и поднявшись в воздух, сказала М’Ганн. — «Пришлю вам изображение места встречи» Проникнуть внутрь — пожалуй, самое легкое, что им предстоит сделать за этот вечер. При хорошем раскладе, все остальное тоже должно пройти нетрудно и, в идеале, быстро. Пройдя сквозь стену, М’Ганн огляделась. Выглядело все слегка зловеще: зеленые камни-светильники в опорных колоннах, по центру — огромное устройство с множеством оранжевых экранов, вокруг которого, как тычинки в цветке, расположены зета-платформы. И, конечно же, кролотеанцы. И ни одного более-менее подходящего для них входа. М’Ганн, на всякий случай еще раз внимательно все осмотрев, подняла взгляд вверх. Там, словно жерло вулкана, находился еще один, не замеченный ей ранее, круглый вход, прикрытый створчатыми дверцами, которые ей не составило труда открыть. К слову, через него открывался красивый вид на две луны Ранна. «Я нашла для вас вход» — не давая дверцам закрыться, доложила М’Ганн, наблюдая за пришельцами. — «Все чисто» — дождавшись остальных, сказала она, помогая им спуститься внутрь. «А должно быть грязно» — спросила бы ехидно Петра, будь она сейчас с ними. М’Ганн почувствовала укол в сердце от мысли о подруге. Как только это все закончится, нужно будет обязательно ее навестить — они не виделись, кажется, больше месяца! Правда, это значит, что придется выслушать тысячу и одну шутку про «принца и лягушку», но это того стоит. Никем незамеченные, они притаились за одной из колон. «Шесть зета-платформ!» — звенящим от возмущения голосом сказала Алана, сверху вниз глядя на украденные технологии. «Недолго им осталось» — заверил ее Коннер, достав из рюкзака небольшой кейс. — «Это — мини-бомбы» — достав из кейса один из шести металлических шаров, сказал он. — «Они уничтожат платформы, не разрушая базы. Таймер поставлен на три минуты — успеем уйти прежде, чем кролотеанцы поймут, в чем дело» «Мы с Бистбоем их поставим» — притянув бомбы к себе телекинезом, сказала М’Ганн, вручив парочку из них Гарфилду-обезьянке. — «Ждите здесь» Маленький зеленый Гарфилд шустро установил свои бомбы на две ближайшие платформы, М’Ганн позаботилась об остальных. Бомбы легко примагнитились к основаниям платформ и начали мигать красным, предупреждая о скором взрыве. «Ну что, разнесем эти палатки со сладостями?» — коварно потерев ладони друг о друга, спросил Гарфилд, пропрыгав за ней. М’Ганн тепло усмехнулась. Именно в этот момент раздалось неясное пиликанье и через отверстие в потолке, служившее им входом, протянулась высокая раскладная антенна. «Пути назад нет» — мрачно сказал Коннер. — «Мы заперты внутри вместе с бомбами» «Что они говорят?» — спросила Алана, глядя на засуетившихся кролотеанцев. «Входящая зета-трансмиссия» — перевел Сэм. — «Их станет еще больше» Буквально через миг его слова подтвердились: платформы начали сиять таким знакомым светом и на каждой платформе появилось еще больше пришельцев. Разъяренных пришельцев. «Вместе с бомбами и зловещей компанией» — уточнил Коннер, скривившись. «Они говорят, что на Земле их загнали в ловушку» — сказал Сэм. — «Хоть у кого-то все идет хорошо. Что значит «мета-земляне»?» «Новый план» — напряженно наблюдая за кролотеанцами, торопливо сказала М’Ганн. — «Когда платформы взорвутся, воспользуйтесь паникой и прорвитесь к двери, я прикрою» «И мы взорвем этот…» Гарфилд закричал, когда платформа, возле которой он прятался, взорвалась. Кролотеанцы начали кричать, пока платформы рушились, а М’Ганн с трудом подавила желание закричать в голос. «Гарфилд?!Гар? Ты в порядке?» — пытаясь найти его посреди хаоса, звала М’Ганн, даже не пытаясь скрыть волнение в голосе. «Да… Да, я в порядке» — простонал Гарфилд. М’Ганн облегченно выдохнула, когда заметила зеленую гориллу, бьющую себя кулаками в грудь. — «Вперед!» Гарфилд легко раскидал стоящих у него на пути дезориентированных кролотеанцев, вслед за ним бежал Коннер и летели Алана с Сэмом. М’Ганн, все еще поддерживая свою «невидимость», открыла основные двери базы, похожие на зеленый театральный занавес. За дверями был длинный зеленый же коридор, в котором М’Ганн перестала скрываться, и двери которого Сэм снес один энергетическим залпом. Несмотря на трудности, им все удалось. Как и всегда.

***

«Те кролотеанцы, что перенесли с помощью платформ, были с Земли?» — продираясь сквозь густую растительность джунглей, спросила Алана. «Да, наши товарищи по команде накрыли там их базы» — подтвердила М’Ганн, идя следом за ней. «А ты не можешь прочесть их мысли и разузнать поточнее?» — предложил Гарфилд, что так и остался гориллой (он вообще любил обезьян любых видов). «Их мозг работает слишком сложно» — покачала головой М’Ганн, отодвинув в сторону пару лиан. — «Мне потребуется много часов, может, даже дней, чтобы овладеть их языком на психоуровне. И они это заметят» «Понял» — вздохнул Гарфилд. Кажется, такое объяснение его не устраивало. Для него М’Ганн — самая могущественная марсианка во вселенной, поэтому он слабо верит, что та чего-то не может. Коннеру он сильно напоминал Джона и Морган, что точно так же думали про него и Петру (Джону было все равно на то, что Коннер не может и половину из того, что умел Кларк — он, по словам мальчика, всегда будет для него самым-самым). Коннер остановился, услышав невдалеке шум и грохот от сломанных деревьев. «Они нас преследуют» — предупредил он остальных, обернувшись, вглядываясь в темные джунгли. — «Или кто-то другой, кто-то большой» — признался он. Ошибиться может каждый, и он в том числе. Просто привык, что на миссиях нужно ожидать худшего — тогда либо не расстроишься, либо приятно удивишься. К сожалению, в этот раз он оказался прав — переключившись на тепловое зрение, он смог разглядеть несколько механизмов, напоминающих жуков на четырех конечностях. — Бежим! — успел прокричать он, прежде чем рядом с ними взорвалась выпущенная в них ракета. М’Ганн и Сэм летели впереди, расчищая путь телекинезом и энергетическими залпами, Алана за ними, Гарфилд, обернувшийся гепардом, бежал по земле, Коннер был замыкающим. Один робот выстрелом попал в реактивный ранец Аланы, отчего девушка, потеряв управление, начала зигзагами подниматься вверх. Алана успела нажать на значок на своей одежды, и ремни ранца разъединились — ранец устремился ввысь, взорвавшись через миг, а инопланетянка начала падать вниз, пока Сэм не подхватил ее на руки, быстро увернувшись от очередного выстрела. Коннер подпрыгнул вверх, ненадолго взлетев, собираясь одним мощным прыжком пополам с недополетом сократить расстояние между ним и остальными, но из-за выстрела в спину он упал, покатившись по земле к обрыву, едва успев зацепиться за край. Робот выстрелил, целясь ему в руку, но Коннер перестал держаться за край и приземлился вниз. — Я отведу его в сторону! — опустив рядом с ним Алану, сказал Сэм, — Уходите! Коннер кивнул, подхватив уже ничему не удивляющуюся девушки на руки, и прыгнул вперед, притаившись за большим валуном, пока Сэм стрелял в роботов, вынуждая их преследовать его. — Сюда! — дернув его за рукав, шепотом сказала Алана, указав в сторону небольшой пещеры, вход в которую был так удобно прикрыт свисающими с верхнего края темные лозы с красными цветами. Едва они забежали внутрь, как мимо них прогрохотали роботы, возле которых то и дело вспыхивал голубой свет и были слышны задорные выкрики и подначивания. Коннер, что словно застыл, прижавшись спиной к стене пещеры и рукой прижимая к ней Алану, чтобы в случае чего находится между ней и роботами, выдохнул, чувствуя, как постепенно замедляется сердцебиение. «Супербой, Алана, Нова, вы в порядке?» — раздался в голове взволнованный голос М’Ганн. «В порядке. Пока» — напряженно вслушиваясь в отдаляющиеся шаги, ответил Коннер. — «А вы?» «Нас не заметили» — чуть помедлив сказала М’Ганн. «Меня напрягает куст, в котором я прячусь, но в целом порядок, если кому интересно» — доложил Сэм. — «Я увел их в сторону, но не знаю, насколько далеко» «А теперь то мы можем уничтожить этот фургончик с мороженым?» — нетерпеливо спросил Гарфилд. Коннер так и не смог понять, почему он время от времени сравнивал что-нибудь со сладостями и местами их продажи. Может, пытался создать «свою фишку»? хотя вряд ли — будто зеленой кожи и трансформации ему мало. Наверное, просто шутит. «Теперь мы будем ждать, пока патруль не уйдет подальше» — с нажимом сказала ему М’Ганн, наверняка строго посмотрев на мальчика. Она честно пыталась не баловать Гарфилда, но получалось средне, и поэтому тот не всегда воспринимал всерьез ее серьезные взгляды, ведь чаще всего они были шуткой. Коннер надеется, что хоть сейчас он хотя бы ненадолго усмирит свою порывистость. — «Затем встретимся под железной дорогой» «И объединимся с отцом и Адамом, чтобы решить, что делать с кролотеанской базой» — добавила усевшаяся по-турецки Алана. «М’Ганн…» — позвал Коннер, прекрасно зная, что больше его никто не услышит. Несмотря ни на что, он не мог не волноваться за нее и Гарфилда. — «Будь осторожна» «И ты, Коннер» — попросила в ответ марсианка и прервала связь. Будто трубку повесила. Коннер вздохнул, пройдя вглубь небольшой пещеры, и уселся на пол рядом с Аланой, подтянув колени к груди, устроив на них локти, откинув голову назад и прикрыв глаза. — Та-а-ак… Как долго вы были вместе? — осторожно спросила Алана, судя по шуршанию, придвинувшись чуть ближе к нему. Коннер усмехнулся. Как долго? Всю его жизнь, за вычетом пары месяцев в самом начале и последних шести. — Ты не хочешь говорить об этом? — Да. — О-о, потому что она нас услышит? — зачем-то приглушив голос, предположила Алана. — У нее не получится, — сказал Коннер. — Перевод происходит автоматически, она не слышит то, что мы говорим вслух. — Так поговорим? — еще раз предложила Алана. — Нас разделяют световые годы, вряд ли мы еще встретимся. Я идеальный собеседник. Коннер ничего не ответил, и Алана, пробормотав что-то, отодвинулась от него. Он не хотел обижать ее — если, конечно, она обиделась — но и обсуждать ничего не хотел. Все, что нужно и не очень, он уже обдумал сам, а Петра, прознав об их расставании, высказала все, что думает и о ситуации в целом, и о нем в частности. Все было слишком сложно и странно. Как и должно быть в отношениях марсианки и полукриптонца. Несколько лет назад выяснилось, что, несмотря ни на что, криптонская природа все же взяла верх над человеческой. Медленно, крайне медленно, но у него просыпались способности криптонцев. Один раз он с криком упал на колени, когда по ушам внезапно ударили словно ставшие в сотни, тысячи раз громче звуки. Неожидавший этого Кларк, впрочем, не растерявшись, помог ему взять себя в руки. С тех пор некоторые способности то проявлялись, то исчезали, другие же постепенно набирали силу, крепли. М’Ганн была рядом, когда все это происходило, помогала справится или защитить окружающих, как в случае, когда у него ненадолго проявилось тепловое зрение. По прогнозам некоторых ученых С.Т.А.Р. лабс (и отдельно Тони и Петры, потому как они просто не могли стоять в стороне) через пять-семь лет проявятся все способности. Все было прекрасно. Не без трудностей, но кто живет без них? А сейчас? Сейчас она с Ла‘гааном, этой заменой Калдура. Скрепя сердце Коннер признавал — он… неплохой, придурковат чуть-чуть, но в целом неплох. М’Ганн с ним было хорошо. Когда Петра узнала, что М’Ганн встречается с «лягушкой, лягушкам не в обиду», то через некоторое время осторожно предположила, что, возможно, она об этом жалеет, и на самом деле хочет быть с ним. И назвала идиотом, когда Коннер сказал, что нет, не жалеет. Ведь это он ее бросил.

***

— Ушли! — дождавшись, пока роботы пройдут мимо, радостно воскликнул Гарфилд, трансформировавшись из местного птеродактиля обратно в зверо-мальчика. — Ты отлично справилась с заданием, молодец! — подняв руку, чтобы дать пять, сказал он, балансируя на ветке. Но никто не хлопнул по его ладони, М‘Ганн не появилась перед ним. Гарфилд нахмурился, недоуменно оглядевшись, когда на него налетели со спины, заключая в крепкие объятия. — Эй! Это еще что? — для вида возмутился мальчик, попытавшись развернуться лицом к снявшей маскировку М’Ганн. — Ничего, — со смехом сказала М’Ганн, сильнее стиснув его. — Семейный обычай. — Пусти! — начав извиваться, потребовал Гарфилд. М’Ганн разжала руки, отпуская его, и мальчик соскочил с ветки вниз. — Бежим к железной дороге! — воскликнул он, ловко прыгая с лианы на лиану, совсем как настоящая обезьянка. — Не спеши, Гар! — рассмеялась М’Ганн, следуя за ним. — Не то попадешь в зубы плотоядному дереву! — Не волнуйся! — прокричал Гарфилд, раскачавшись на особенно длинной лиане и спрыгнув на толстую узловатую ветку. — Ты же можешь еще раз перелить мне свою кровь! Интересно, какую способность я получил бы? — не всерьез задумался он, продолжив путь. — М-м, способность слушать свою старшую сестру, может быть? — чуть ехидно предположила М’Ганн, и услышала хихиканье отдалившегося Гарфилда. — Что-что? Я не расслышал! — откровенно дурачась прокричал он, приземлившись возле небольшого водопада. М’Ганн усмехнулась, покачав головой, и, подлетев ближе, заметила, что Гарфилд, вернувший себе человеческий облик (пусть кожа, волосы и глаза так и остались зелеными), как завороженный, без движения смотрит на водопад пустым взглядом. — Гарфилд? — присев на корточки перед ним, позвала его М’Ганн. — Что с тобой? Он никак не отреагировал. М’Ганн обернулась, хмуро оглядев водопад. Могло ли дело быть в нем? Может, как и в случае с цветком, он не то, чем кажется? Сюда бы Алану или Петру с ее чутьем… Вздохнув, М’Ганн прикоснулась кончиками пальцев висков Гарфилда и закрыла глаза. Она лишь заглянет в его сознание, ничего большего — это саму малость сложнее чтения мыслей, а при должной осторожности и умении совершенно безопасно… … в воде, возле такого же водопада, кверху дном лежит старенький, выцветши-красный пикап. От него в воздух поднимается черный дым, колеса с тихим скрипом по инерции продолжают крутится. Мокрый, дрожащий Гарфилд, не чувствуя боли, стоит на берегу, глядя на него… … С губ дрожащего мальчика срывается всхлип, по щекам текут слезы. М’Ганн, чувствуя тяжесть в груди, притянула его к себе, обнимая, зарывшись носом в мягкие темно-зеленые волосы. Он пережил так много. Смерть Мари; усыновление Ритой Фарр, близкой подругой его мамы; Роковой Патруль, членом которого он стал; смерть некоторых его членов, в числе которых была и Рита, Эластик-Герл… Слишком много для тринадцатилетнего мальчика. «Мне так жаль, Гар» — шептала она, проводя ладонью сверху вниз по его спине. — «Я должна была быть там, сделать что-то… Ты ни в чем не виноват… Ты не мог помешать Королеве Пчел» — мягко отодвинув его от себя и приподняв за подбородок, сказала М’Ганн, с понимающей улыбкой глядя в большие глаза, вытирая пальцами слезы с щек. — «Я тоже очень, очень сильно скучаю по твоей маме… но нам надо идти. Пожалуйста» Гарфилд растянул губы в слабой улыбке, шмыгнув носом, и обвил руками ее шею, цепляясь за нее, как утопающий за спасательный круг. Сидя возле водопада, они стали отличной мишенью.

***

Когда один из роботов погнался за Аланой, они с Сэмом набросились на второго, в два счета избавившись от пилота, управлявшего этой махиной. Они с Аланой, решив, что их уже не будут искать, хотели пойти к железной дороге, но девушка перестала понимать его, а он ее. Встретивший их Сэм подтвердил его опасения: М’Ганн и Гарфилда схватили и несли в сторону базы кролотеанцев, оказавшейся полноценным звездолетом. Сэм ненадолго отлучился, проверить, как справилась Алана — хотя уже знакомая им синяя трясина, найденная ими при составлении короткого плана, должна была ей помочь — а Коннер, вогнав пальцы в щель между крепкими дверями, раздвинул их в стороны. За ними, в небольшой нише, лежали оглушенные М’Ганн и Гарфилд. Коннер глубоко вздохнул, чувствуя невероятное облегчение при виде целых и невредимых них, и осторожно взял М’Ганн на руки. Подошедшие к нему Сэм с Аланой помогли выбраться уже пришедшему в себя, вновь покрывшемуся шерстью и отрастившему хвост Гарфилду (из-за своих способностей, мальчик обладал очень и очень быстрой регенерацией, так что и без сознания провалялся совсем недолго). — Коннер… — на грани слышимости выдохнула М’Ганн, уткнувшись носом ему в шею. От чужого дыхания по спине невольно пробежали мурашки. Коннер только успел опустить ее на землю, когда над головой послышался невообразимый шум от множества двигателей. Землю у них под ногами вспахали несколько залпов. Ему они не нанесли бы особого ущерба, разве что доставили бы некий дискомфорт, но вот остальные такой прочностью не обладали. Сэм, поднявшись над ними, создал вокруг них полусферу из той же голубоватой энергии, с помощью которой летал и которую выпускал во врагов. Щит без видимого ущерба принимал на себя предназначавшиеся им залпы, пока Коннер не передвинул поврежденного робота таким образом, чтобы он прикрывал еще не пришедшую в себя М‘Ганн и Алану — Сэм будет нужен, чтобы избавится от кролотеанцев, и им понадобится защита. — Они все еще хотят поймать нас, или просто мстят? — яростно мотая хвостом из стороны в сторону, спросил Гарфилд, выглядывая из-за пока невостребованного импровизированного укрытия. — Неважно. Мы помешали им, и их это разозлило, — сказал Коннер. — Ты в игре? — Я? — переспросил мальчик. — Я в игре! — Останься с ней, — буквально на секунду присев рядом с М’Ганн, попросил Алану Коннер. Девушка что-то сказала, но махнула рукой на попытку что-либо донести до него — все равно не поймет. — Если тебе интересно, она сказала: «Куда ты… а, ладно», — сказал ему Сэм, убрав щит и опустившись рядом с ним. — Крушим? Коннер кивнул. — Крушим. И, выскочив из-за робота, со всей силы швырнул Гарфилда, на лету обернувшегося любимой гориллой, в звездолет. Летевший следом за ним Сэм пару раз протаранил корабль…собой, промелькнув на темном небе яркой вспышкой. Коннер, уже собиравшийся присоединится к ним, аж засмотрелся. Креативный парень, ничего не скажешь. Зато понятно, почему с Петрой по началу общий язык найти не могли– два настолько нестандартно мыслящих индивидуума с большим трудом могут ужиться на одной жилплощади.

***

М’Ганн вместе со всеми смотрела вверх, на постепенно светлеющее небо, где все же уцелевший звездолет стал фиолетовым, быстро исчезнувшим вдали росчерком. — Все в порядке? — окинув ее внимательным взглядом, хмуро спросил Коннер. — Да, — просто ответила М’Ганн и показала отобранную у кролотеанца вещь, напоминающую земную барсетку, только надетую не на пояс, а через плечо. — Сувенир для Бистбоя, — пояснила она, кинув повязку Гарфилду. — Мило! — разглядывая пойманную повязку, оценил мальчик. Коннер же подозрительно прищурился. — Откуда это? М’Ганн напряглась под его внимательным взглядом. Слегка бледная Алана, переводила растерянный взгляд с него на М’ганн и обратно. А потом Коннер посмотрел ей за спину. Льдисто-голубые глаза распахнулись, кровь отхлынула от лица. «М’Ганн, что ты…» «Сейчас это не важно!» — резче, чем хотелось бы, перебила она его. Укол совести был проигнорирован. — Что случилось? –недоуменно спросил только что вернувшийся Сэм. — Мы должны вернуться на Землю, — не став что-то объяснять, заявила М’Ганн, затылком чувствуя тяжелый взгляд Коннера. — Я знаю, что случилось на Римборе, — все же пояснила она. — Я знаю, что произошло за те шестнадцать часов. В некоторых случаях цель оправдывает средства и методы. Она в этом уверена.