Мама говорит, что я - ниндзя

             «Нет, это невозможно. Этой странной бабушки и не менее странного летающего кота — кошки? Да без разницы — просто не существует. Неужели я и вправду сумасшедшая? Да точно, эти супергерои, суперзлодей — всего лишь вымысел моей больной башки. Такого ведь не бывает в реальности. Я наверное сейчас в бреду долблюсь об мягкую стенку в психбольнице. Стоп, но ведь сумасшедший не знает, что он сумасшедший. Ну вот, я первая, кто это осознала. Мне просто надо несколько раз моргнуть и иллюзия пройдёт, и я пойму, что нахожусь в светлой маленькой комнате без окон. Как же это грустно звучит.»               — Мрр, Сато-сан, кажется моя девочка онемела, — мурлыкая рассуждает неведомое маленькое существо, похожее на Манэки-нэко. — от шока? — филосовки рассуждает. — А может от моей красоты, мрр. Да, так и есть.               Коралина несколько раз руками трёт свои глаза, пытаясь развеять фантасмагорию.        Но…        Она не пропадает.        От это начинает нарастать градус паники.        Спешно сгибает руку в локте, выставляя ладонь к себе с прижатыми друг к другу пальцами. Затем судорожно трясёт ими вверх вниз.              — SMAMMA-SMAMMA, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, — крепко зажимает ладонями глаза, скатываясь по стенке на пол. И совсем тихо: - smamma-smamma-smamma.               Хранительница японской шкатулки чудес быстро и незаметно, как тень, шла к девушке. Сквозь щель между средним и указательным пальцами было видно подол чёрного кимоно. Пожилая женщина была в нескольких шагах от Каролины.              — Милая моя, говорите, пожалуйста, на французском. Вас совсем не понятно. Смамма — это означает «приятно познакомиться»? — она издевалась над ней. Она действительно не знала итальянского, но конкретно перевод этого слова знала очень хорошо. «Убирайтесь» — часто ей так говорили. — Не сидите на полу. Он же холодный. Хотите почки отморозить? — как любящая бабушка поучает свою любящую внучку.               Девушка вяло убрала руки с лица, как мученица спустила протяжный стон. Перед собой она увидела протянутую ей морщинистую руку. Ногти были ухоженными. Следила за собой.       На старушку смотрели в этот момент очень настороженно. Исподлобья.              — Зачем мне брать руку у воздуха? Не пытайся меня обмануть, — Она обрашалась на «ты», но Сато ничего не сказала на этот счёт.              — А Вы проверьте, Коралина, — она бросила ей вызов.               Потупив пару секунд, девушка всё же решилась положить свою мягкую ладонь на чужую.       Чувствуя, что она поднимается, держась за старушку и ощущая дряблую кожу, она уже начинает сомневаться в том, что это все лишь воображение.              » Или может это просто санитар, ли я всё же не в психбольнице?»              — Так Вы настоящая?              — Говорят, что галлюцинации бывают тактильными.              «Она, что мысли читает? Хотя, нет, скорее всего и так понятно по моему лицу, да и к тому же я спросила её.»              — Мой мозг не настолько умный, чтобы до такого додуматься.              — Мяяу, — квами привлёк к себе внимание. — Неужели я выбрал тупого человека для свершения великих дел, да ещё и с низкой самооценкой. — «Выбрали кого? Меня? Зачем? Эй! Я не тупая! И самооценка нормальная. Хотя…»              — Не говорите так, Моккэ-сама, она просто ещё никогда не видела таких как Вы. Однако удивительно, что Вы диву дали, Коралина. Всё-таки Вы уже не раз видели, как Леди-Баг и Супер-Кот творят чудеса каждый раз, спасая Париж.               Девушка негодующе промолвила, думая как бы отреагировала сама старушка, если бы оказалась на её месте, но представить почему-то было сложно:              — Знаете что?! Если бы вы вдвоём не прокрались в мой дом и не напугали меня до чёртиков, то я ещё может быть нормально отреагировала на летающую кошку и старую бабку у себя в доме! Хотя, мне до сих пор кажется, что я в дурдоме.              — Ай-ай, как Вы выражаетесь. Мне всего лишь сто один год, — Коралину ударили по голове. Ударили веером, на котором были изображены лепестки сакуры. Всё это время он был в левой руке Сато, но девушка это заметила только тогда, когда её им ударили по голове. И эту вещь, словно драгоценность спрятали в чёрное кимоно. — И, если Вам кажется, что Вы в сумасшедшем доме, то наслаждайтесь безумием, пока не проснётесь.              — Мрр-мяу, а я вообще-то не кошка, а квами. Кстати у тебя здесь есть р-рыбка? Желательно сыр-рая.              «Дурдом». Потёрла виски большим и средним пальцами правой руки.              — Мрр, я ненавижу р-рыбу, Котёнок, — язвительно пародирует речь квами. Один из тех немногих моментов, когда Коралина издевается над собеседником, потому что он её бесит.              — Хамка! Я ей глаза выцар-рапаю, — он двинулся к её лицу, но Сато успела его перехватить. — Отпусти! МРР, отпусти!              — Моккэ-сама, не забывайте зачем мы сюда пришли.              — Я уже передумал. Она по-волшебному ящику мне больше нравилась.              — Я и не должна тебе нравится. Вы сказали что пришли за мной. Зачем? Убить? Нет, не убить. Вы бы это уже сделали.              — Моккэ-сама, видите, девочка не глупая. Ваш разум затуманен злобой, не забывайте, что Вы увидели по телевизору.              — Да что вы увидели по телевизору?              — Тебя.              «Какой многозначительный ответ.»              — Ой правда что ли. Signora, как Вымогли меня увидеть по телевизору, если я не поп-звезда? Может вы меня с кем-то перепутали, хмм? Подумайте об этом.              — Сато-сан, может и вправду перепутали. Мне эта грубиянка не нравится, — но Моккэ даже и не слушали. Цокнул. Ему явно это не понравилось.              — Попрошу называть меня по имени, Коралина. Вы промелькнули на краткий миг в репортаже, в котором показывали то, как Леди-баг и Супер-кот сражались с Огненной Принцессой. Вы спасли маленького мальчика. Смогли перелезть по стенке наружной части торгового центра на улицу. Мы удивились тому, как обычная девушка смогла с живым багажом на своих плечах аккуратно перелезть вниз, — на секунду узкие щели очей распахнулись и можно было увидеть сияние в карих глазах.              — Во-первых, как вы меня нашли, исходя только из того момента в репортаже? Во-вторых, перелезть было легко, было за что зацепиться. В-третьих, я спасала своего брата. Любой бы сделал так на моём месте. Так почему я? И для чего?              — Во-первых, мы быстрей бы вас нашли, если бы вы не покрасили свои чёрные волосы в розовый. Вам, кстати, не идёт, — Коралина подавилась слюной, услышав такое. Она и не хотела краситься в этот цвет — она хотела стать рыжей, но перепутала краску, а заметила, когда совершила задуманное. — Во-вторых, учитывая, что это торговый центр: этаж там далеко не второй, а может четвёртый или пятый. Значит, Вы не боитесь высоты, а это важно. В-третьих, всё равно кого Вы там спасли. Сам факт того, что Вы кого-то спасли уже чарует наше сердце, особенно сердце Моккэ-сама.               Сато снова звучала, как заботливая бабушка, которая умеет правильно подбирать слова. Невольно Коралина вспомнила свою настоящую так, что даже стало грустно от того, что они сейчас не видятся. Ведь та живёт в другой стране.              — Сато-сан, ну Вы перегнули. Я просто удивился, — если бы квами краснели, то Моккэ был бы красным как помидор. Ему нравится, когда старушка говорит о нём хорошие вещи, но не любит, когда игнорируют. Никто не любит. — Но да, ты мне понравилась Коралина, тогда. Я хочу, чтобы ты стала носителем моего камня чудес, только если ты не будешь такой же, как сейчас: занозой в пятке, — он подлетел к той самой маленькой деревянной коробочке, и взял оттуда тонкий красный браслет. На нём было пять круглых камушков, которые стояли в ряд. Четыре белых и один золотой посередине. Он аккуратно положил его на ладонь девушки, которая неосознанно для этого протянула руку, чтобы в дальнейшем рассмотреть украшение. А существо с интересом смотрело на неё, ждало её реакцию.              — Стать, типа, супергероем, как Леди-баг и её помощник. Знаете вы выбрали не того человека, — Коралине было очень приятно, что на неё обратили внимание, но здравый смысл перевешивает чувства. — Это большая ответственность. Мне всего лишь пятнадцать лет. Да и у меня много соответствующих проблем, — мешкает, не знает стоит ли говорить вообще что-то о себе, но от того что ей раскрыли «масштабную» тайну этого мира всё же решается: — переживаю из-за безответной, наверное, любви, — горько усмехнулась. — А ещё я не знаю кем стану, когда вырасту. Буду ли я хорошим человеком? Я парюсь из-за того, что не знаю как правильно приготовить ризотто, ведь я не умею готовить. Мне от этого больно, ведь все в моей семье умеют готовить, даже младший брат, которому всего лишь восемь лет. А ещё я не люблю красный так, что это украшение мне не подходит. Это не просто украшение.              — Возраст не имеет значение. Люди всегда из-за чего-то беспокоятся. Главное — учиться на своих ошибках.               Коралине ещё было чем возразить, поэтому указательным пальцем делает кругообразные движения в знак протеста.              — Вы это сейчас серьёзно, а жизненный опыт не учитывается? Вам что, на старости лет скучно жить стало? — недоумевает. Машет указательным пальцем, как маятник, наверх.              — Ну что Вы. Я так всю жизнь делаю, — Сато усмехнулась, как бы вспоминая, что было раньше. — А жизненный опыт уже на месте приобретете.              — Да вы шутите. Нет, я отказываюсь. Я не буду в латексном костюме разгуливать по городу, — скрестила руки на груди, недоверчиво смотря на старушку и квами, которому надоел разговор, поэтому принялся изучать холодильник, в котором было почти темно, но это было не помехой. Для его сверх-зрения это ничего не значило.               Всем известно, что не стоит открывать холодильник, когда выключено электричество, но сейчас Коралина совершенно об этом не думала.              — Необязательно латексный. И кто сказал, что Вы прямо так сразу будете совершать великие вещи. Я не просто так стала хранительницей японской шкатулки. Я мусор не выбираю, это делают квами. А из мусора я уже делаю конфетку, — от таких слов Коралина поперхнулась, в который уже раз. Это было даже обиднее чем, когда ей предъявили за волосы, хотя это и была чистая правда. Жестокая правда. — Я обучаю, будущих сверхлюдей.              — Это было обидно.              — Зато честно, — расстроившись, что в холодильнике нет рыбы, вернулся к своим собеседникам. — Я кстати мог пройти сквозь холодильник. — девушка не поняла к чему это было сказано, но когда поймёт, то разозлился. — И вообще я считаю, что у меня неплохой вкус. Это уже Сато-сан шутит. И да, купи рыбу. Я только её ем. Хочет, чтобы они ушли.                    — Уходите. Вы проникли в мой дом, нахамили, так ещё и что-то указываете.              — Мм, нет. Девочка, мы из Японии прибыли во Францию не для того, чтобы посмотреть на Эйфелеву башню — мы пришли, чтобы ты стала моим человеком. «Хамим»? «Око за око». Слышала когда-нибудь? — Каролина бы разозлилась, но…               Коралина устала спорить.        Коралина хотела, чтобы это уже побыстрее закончилось.              — Я не верю в то, что смогу стать героем. Уйдите, пожалуйста.              — Вам не обязательно быть героем. Вы сами выбираете, кому будете служить.              — Служить? В каком смысле? — услышав это в девушке зажёгся маленький огонёк интереса, но это не мешало ей сомневаться в том, что она ещё не готова принять на себя такую ответственную роль. И она всё ещё хотела, чтобы они ушли, но из-за одного сказанного простого слова уже меньше. «Служить…»              — Вы узнаете больше, если согласитесь стать моей ученицей, а впоследствии и носить сам талисман, — неожиданно старушка замолчала, а потом удрученно сказала, как будто только что поняла: — Что же, я надеялась, что Вы сразу согласитесь, но так и быть. Я даю вам неделю на раздумья. Нас искать не надо, мы сами придём, — Сато забрала браслет, который всё ещё был в руках Коралины. Положила его обратно в шкатулку и другой рукой взяла фонарь. — Мы уходим. До свидания, Каролина. Я не сомневаюсь в Вашем решении. Проводите нас до двери?               Коралина скептически на них посмотрела. Она не могла поверить, что они наконец уходят.              — Да, конечно.               Их путь от кухни до входной двери провожало мягкое жёлтое свечение.              — До свидания.              — Мрр, Не забудь про р-рыбу. Сыр-рую, — мромурчал. В своих мечтах он уже плавал в океане сырой рыбы.              — И помните, Коралина, что необязательно быть хорошим человеком, чтобы делать невероятные вещи. И ещё… Вы не любите красный, потому что Вам приходится скрывать свою зверскую натуру?              Сато усмехнулась, подмигнув.              — Что?              — Шучу.               Дверь сама закрылась.        Магия, ничего не скажешь. В квартире стало так тихо. Так пусто.        Снова появился свет. Он ослепил глаза девушки. — Как во время. От такой внезапности она потянулась к выключателю.        Снова темно.        Тело охватила дикая апатия, вообще ничего не хотелось делать.        Но Коралина пошла в ванную, не включая свет, чтобы умыться холодной водой. Она обжигала кожу, приводила в чувства.               «Не обязательно быть хорошим человеком, чтобы делать невероятные вещи… зверь внутри.» — кажется в этих словах есть доля правды. Ведь в истории было люди, которые по своей природе были ужасными (зверями?), но достигали невероятных вершин, двигали мир вперёд. Но ведь так делали и хорошие люди. Они тоже были теми, кто добивались всего. Просто у всех свои методы.               «Но я ведь не плохая. Нет, я не плохая, я обычная. Они думают, что я соглашусь, но нет. Я не стану. Не стану. А стану кем? Я так и не поняла, кем они хотят чтобы я стала. Они ведь не говорили «герой» или «злодей». Чего они от меня хотят?»               Не став вытирать своё лицо об полотенце, сразу пошла в свою комнату, сбивая по пути предметы и ударяясь об стенки, но Коралина этого не замечала. Она уже не думала — она была опустошенной, ведь разговор с её новыми знакомыми достаточно сильно обескуражил её.       Но быстро очухалась, когда споткнулась на всё ту же мягкую плюшевую игрушку в виде щеночка в своей комнате.               «Где моя гитара?!» — внезапно вспомнила девушка.               Она побежала на кухню, включая везде свет, хоть он и слепил глаза. Её зрение было охвачено светлыми пятнами, но она увидела свою гитару фирмы гибсон у прохода к кухне. Она одиноко стояла, и было с ней что-то не так. К её ладам была прикреплена визитка тёмно-жёлтого цвета.               Там было написано: «Сато Джун — Ваш вечный хранитель               Номер телефона: ххх… "               «А говорила, что сама придёт. Она хочет, чтобы я ей сама позвонила и согласилась принять её предложение? Не дождётся.»        С остервенением разорвала картонную визитку и выкинула её в почти пустое мусорное ведро, а гитару забрала в свою комнату.        И электричество снова отключили.              — Да они издеваются! — не выдержала Коралина.