Не верю!

      Поздняя, поздняя ночь. Или уже утро. Кто его разберёт. За окном вальяжной высотки, которая в знойный день отблескивает сумасшедше стеклом, охватывающим её по кругу, спиной ко всему миру сидит Сергей Разумовский. Капли дождя с треском разбиваются о его лопатки, ворот белоснежной ,вздёрнутой слегка вверх к шее рубашки, выпирающие кости спины. Чуть светлеет, кажется. На улице. Беспокойный выходной Питер постепенно выплевывает из клубов на улицу разных людей, надыбав где-то для них тысячи разноцветных зонтиков,нацепив на тела обратно куртки и лакированные ботинки. Картины меняются везде, да вот только не на верхнем этаже офиса. Сергей не доверяет Питеру. Питер ему чужд. Ни единого родного лица, ни единой улыбки. Пуст! В руках у Сереги паршивого серого цвета очки: он прямиком с проекта нырнул в офис, чтобы его хотя бы люди не поймали... Вспышка -Сергей, теперь вы имеете неограниченный доступ к материалам международной сети, какой ваш следующий... -Издательство «Правда», подтвердите слухи о подписании вами контракта со спонсором к проекту «Вместе2.1» -Я, м-мы,- затихает с каждым звуком Серёжа, - наш...наша... мы...наша цель,- запинаясь на каждом слоге,- пожалуйста, -не перебивайте, это не вежливо,-сдвигает брови,-Извините, я прошу вас, пожал,-сглатывает,-пожалуйста... -Ваши очки добавляют вам шарма или вы просто боитесь показать лицо, Сергей ,- перебивает кто-то -Мои очки мне для работы,-нервно пронывает фразу, в тысячный раз отвечая на этот вопрос,- я в них работаю, работаю,- вздыхает. -Я прошу вас, не следуйте дальше, - складывает руки вперёд к лицу, кусая костяшки пальцев,- пожалуйста -Что вы скажете о новостном издательстве... Сергей разворачивается спиной к армии журналистов и начинает ускорять шаг Быстрее. Быстрее. -Как нам известно, ваш лучший друг погиб, общее самочувствие на сегодняшний день?,- не унимается рыжеволосая девушка где-то в глубине толпы Оно выплёвывается в спину с такой силой. Что-то ужасное, уголь. Горячий. Резко торомозит. Едко вдыхает, задыхаясь на секунду от перекрытого кислорода, огромной дыры в нижней части живота. И всеми силами продолжает вздох, изгибая от пытки раскалённой правдой узкую спину. Тишина в коридоре. Мрак и смерть наливает глаза: -Я не понимаю вас,- лёд и точная, скрупулёзно выстреленная фраза Тишина -Кто вы вообще? Вы не можете... Топот каблуков и глухой шелест брюк, размашистые движения руками -Мы знаем о вашей связи, ваши комментарии, журнал «Глэм-научная восьмёрка» -Кто вы?,- шепотом бессильно шипит Сергей Дверь захлопывается, а за ней слышен частый удар молоточков по крышке лифта и мощное поступательное движение далеко вверх. Это смерть. -Осторожно, двери закрываются, следующая станция- ваш офис Гробовая тишина. Нарушает её ошарашенный шёпот. Полный горечи и сожаления. -Марго, сколько у людей есть жизней, не знаешь? -Здравствуйте, Сергей. Полагаю, одна. Так говорит большинство ученых и некоторые философы, хотя существует множество гипотез о загробной жизни человека, о перерождении и попадании в так называемый рай, о котором написано в… -Спасибо,Марго, дальше не нужно,- прижимается к дверце лифта Сергей, гулко вбирая в себя воздух,-выключи ,пожалуйста,отопление, мне очень душно -Хорошо, выполняю. Душно и больно. В кончиках пальцев постепенно появляются заряды, которые сначала лопаются, словно пузырьки в апельсиновой газировке, потом вдруг через неё пропускают ток, и пальцы безвольно обжигает и раздирает от дрожи. Рук он не чувствует, но пальцы... Они доставили ему много боли. Эти пальцы сделали за всю жизнь недосягаемое. Они хватали ручку и писали невероятные программы, клацали по клавиатуре и планшету, очерчивая проект всей его жизни, перелистывали страницы научной литературы и творили свою науку...они...они любили. Да, они очень глубоко любили. Того, чьё имя теперь и вправду нельзя называть, потому что и имени такого больше нет. Пальцы гладили вдумчиво и медленно его колючую шею, они касались языка на секунду, а потом стирали нежно кровь, оставшуюся после бритья на щеке. Ночами они касались его. Осторожно, изучающе. Жарко. Трогали ключицы, очерчивая косточку за косточкой. Не было ни единого места на теле, не обласканного Серёжей. Он называл его Серёжей. Это он придумал, что Сергей- Серёжа. Что Серёже нужна твёрдая рука. Серёжа всегда знал, что он пешка в его ладонях. А пешка на поле боя почти всегда ничего не решает. Потому что пешку есть кому защищать. -Если я проиграю, кто будет сражаться дальше? -Если ты проиграешь, я буду уничтожать и истреблять всех до тех пор, пока ты не вернёшься, пока Я тебя не достану. А я тебя возьму. И буду брать и забирать себе, ты понял? -Я люблю тебя. Мощный удар в висок- зажмуривает глаза -Сергей, мы прибыли на ваш этаж, вам точно не нужна медицинская помощь? Мне вызвать доктора? «Я люблю тебя»,-срывается на выдохе шепотом -И я люблю вас, Сергей. Но я всего лишь голограмма. Пройдите в свою комнату Он подставляет руки под колени и медленно с хрустом в спине и коленях вырастает в сгорбленную позу. -Спасибо, Марго, я сам. Удар -Убери руки, я сам. Господи, ты совсем ахренел, идиот несчастный -Я в силах открыть эту чёртову дверь, Олег, скрипит недовольный голос. -Я разорву к чертям собачим эти бумаги, я выкину их нахер, я вырублю с ноги твои компьютеры и повыбиваю стёкла всем этим сукам в очках. Что ты наделал, Разумовский, что ты творишь! Отвечай, -кричит он. -Я не... Я не... Сергей убирает руку от двери и с тишайшим всхлипом вздрагивает, от чего плечи два раза дергаются и остаются прижатыми к шее. -Я ненавижу твою работу. Ты убиваешь себя. Я привяжу тебя к твоей кровати... или лучше я привяжу тебя к себе, чтобы ты только ещё раз работал ночью, чтобы ещё только единожды эти богатые сволочи касались твоих рук, а после этого крали твои деньги. Я ненавижу тех, кто ломает тебя, - чуть мягче говорит Он, слушая прерывистое дыхание, губы, повторяющие безмолвно вслед сказанные слова. Сергей глубоко вздыхает и устало, мёртво прижимает лоб к двери, которую Олег почему-то запретил открывать ему. Он понимает теперь, почему. Сергей закрывает глаза, и слёзы, тёплые, оставшиеся в нём на сей день, неторопливо и скупо стекают по багряным щекам. -Олег,- шёпотом доносится до уха. Олег Волков,-переходит на нормальный тон. Всхлип. -Я очень,-громче,- очень,-ещё громче. -Я очень сильно устал от всего,- срывается сырой , мокрый, полный желчи, скрипа и бессилия голос. Сергей резко разворачивается к человеку, что сразу ловит его глаза и расширяет свои, с мудростью взирая на больного. Серёжа хватается за ворот чёрной рубашки и ,словно после выстрела, получает дозу обессиливающей слабости, стекает к коленям Олега, который от исступления только лишь провожает его макушку вниз. -Спаси меня! Прошу! Нет, я умоляю тебя,- кричит Сергей, дергая беспощадно низ брюк. -Я умру. Я не выдержу. -Ты не посмеешь.