Спиральные зарисовки

Особенности малых народностей Про зехеров в Обитаемой Галактике почти ничего не известно. То ли они поклонники какого-то древнего культа, то ли полноценная, но малочисленная раса. Живут замкнуто на нескольких планетах в созвездии Лебедя, мирно соседствуют с развитыми аборигенами, вежливо отбиваются от неразвитых. Поклоняются Зехеру, а кто это такой и с чего бы ему поклоняться — не рассказывают. Если про зехеров что и известно — всё недостоверное, из каких-то старых, невесть кем составленных энциклопедий да по рассказам путешественников. Встретить зехера в космопорту любой густонаселенной планеты, где всегда толпы приезжих, где огромный трафик, где можно найти что угодно и кого угодно — редко, но удается. В пёстрой толпе они выделяются высоким ростом, чёрной глянцевой кожей и волосами всех оттенков фиолетового. Уж если искать прицельно — всегда найдёшь. Но то — большие планеты, Центр. Чем ближе к пограничью, тем ниже вероятность. В приграничье, порой, встречаются самые экзотические расы — но не зехеры. А какова, как думаете, вероятность встретить там молодую зехеру, по их меркам — почти девочку? Да не абы где, а рядом с учебным кораблем Космофлота. Одну, с громоздким чемоданом на гравиподушке и картой общего допуска в мелко дрожащей руке. Эльза сначала глазам не поверила, думала, ну, хочется какой-нибудь девчонке закосить под экзотику, ну и что? Она и сама периодически такое сотворяла со своей внешностью, что Арай от неё шарахался с непривычки — это лучший-то друг! Благо, с вопросом внешнего вида в Космофлоте было строго, и последствия экспериментов исчезали также быстро, как и появлялись... И все же, подойдя ближе, Эльза убедилась: не закос, нет. Настоящая зехера. Такая глянцевая кожа ну и одной другой расы не встречается, да и глаза тон в тон к волосам смотрятся настолько неестественно, насколько и должны. Кажется, Литов их так и описывал: «Поначалу думаешь, будто попал в мир оживших пластиковых манекенов, в старый земной универмаг...» «Упустить такой шанс? — хмыкнула про себя Эльза. — Ну нет!..» В конце концов, от одного знакомства ничего не будет. От привета дети не родятся... *** Робкой малышке и почти девочке не так давно исполнилось что-то около сорока лет — годовых циклов её родной планеты. Она носила на левой руке пленочный компьютер (Эльза слышала пока только об опытных образцах!) и слышала скрип кресла на другом конце корабля за сотней перегородок и стенок. Она скромно сидела в уголке кают-компании и с легкой улыбкой слушала разговоры (насколько Эльза понимала — абсолютно все) и также скромно била в зубы всех, кто доставал особенно сильно. Она вообще была довольно скромной девушкой, мало рассказывавшей о себе. Представилась она Виллимой и попросила отвезти ее до Планеты-Академии, где собиралась изучать кибергалактическую безопасность — собственно, это все, что знал о ней экипаж учебного корабля. Равно как никто не знал, почему ее вообще взяли на борт. Решение принимал капитан единолично, и, ясное дело, информация эта для курсантов не предназначалась совершенно. От Эльзы она шарахалась, как от чумной. Отчего, почему — сказать не мог никто. До Академии лететь дней десять от силы — даже с высадками «в поле». Жили они в разных каютах, до сих пор не виделись... Единственный раз — тогда, у трапа. Может, в этом всё и дело? Эльза подошла к Виллиме со спины и сказала самую гениальную вещь в своей жизни. Такими словами новые знакомства и затевать. — Боишься? — спросила Эльза громко и весело, кладя ладонь девушке на плечо. — Да не переживай. Сейчас в нуль-пространстве мало кто погибает. Хотя... смотря чья смена. Зехера даже не вздрогнула. Наверное, услышала приближение Эльзы за полкилометра. Но с того момента при каждом приближении Эльзы спешно передвигалась в другой угол помещения, а то и вовсе уходила. «Может, у них не принято в личное пространство вторгаться? — корила себя Эльза. — Совсем же другая культура, закрытая, а я со своими шуточками... Надо извиниться, пока не стало поздно. А то так и останется у нее впечатление на всю оставшуюся жизнь». Но за девять дней полета и дежурств застать Виллиму в одиночестве так и не удалось. Да что там в одиночестве! Она действительно не позволяла Эльза приближаться к себе! Пару раз, когда Эльза почти, вот почти-почти догоняла девушку, та буквально убегала и исчезала невесть куда в широком главном коридоре. Чудеса. — Да подожди же! — не выдержав, крикнула Эльза ей вслед спустя девять суток и бесчисленное количеств попыток поговорить. — Я всего-то извиниться хотела! За дурацкое поведение! Тускло освещенный белым светом коридор ответил ей тишиной. — Ну и пожалуйста, — буркнула Эльза. — Все равно все знают, какой у тебя слух. Будем считать, что я извинилась, а ты услышала. В конце концов, не хочет — и не надо. Золотое правило. Будем считать инцидент исчерпанным. Тем более Виллима ее действительно услышала. Она сидела на стуле в каюте Эльзы, как всегда, с абсолютно ровной спиной и сложенными на коленях руками. С интересом вертела головой, рассматривая казенную обстановку и аккуратно сложенные личные вещи. — Твоя соседка сегодня дежурит за пультом, — зехера говорила, словно мелкие камушки во рту перекатывала, но на вполне сносной космолингве. Где только выучила? — Поэтому я пришла. — Не стоит спрашивать, как ты сюда попала? — Эльза приподняла бровь, но спокойно прикрыла, не запирая, дверь. Вилли прищурилась и едва заметно кивнула — увидела. Или услышала. — Это совершенно не важно, — улыбнулась Виллима. — О кибербезопасности в замкнутых сетях мы лучше в другой раз поговорим. — А что, и другой раз будет? — не удержавшись, съязвила Эльза. — Может быть. «Как пойдет» — так у вас говорят? — И зачем же ты пришла? — Несколько причин, — казалось, Виллима выпрямилась еще сильнее. — Сказать, что услышала извинения. Сказать, что они приняты. Оказать ответную услугу. — Погоди, не понимаю... Какую услугу? — Объяснить. Своё... дурацкое поведение, так ты это назвала? — Это я про себя говорила, — сказала Эльза. — Вы очень закрытая раса, а я делаю быстрее, чем думаю. Может, у вас не принято что-то из того, что я сделала? Я этого знать не могла, поэтому и прошу прощения. — Я тоже не сразу об этом подумала, — Виллима слабо улыбнулась. — Что вы, земляне, можете чего-то и не знать. Испугалась. В общем, просто имей в виду, что плечи — очень интимная зона. Её недаром закрывают многослойной тканью. Зехеры позволяют дотрагиваться до своих плеч только самым близким, и все это знают... Не думала, что в первый же день на меня так накинется совершенный незнакомец, вот и перепугалась. — М-да, — Эльза села на кровать напротив Виллимы, почесала в затылке. — У нас этот жест — проявление дружбы и расположения. А интимные зоны в другом месте. — Не настолько интимные, — оборвала Эльзу девушка. — Рука на плече — это демонстрация любви. Но не на публику, а... для двоих. Понимаешь? — Понимаю! Никогда бы не подумала, что наш первый поцелуй будет таким, — Эльзе почему-то стало вдруг очень смешно. — Это как в старой фантастике! Очень старой. Но очень романтичной...