Спиральные зарисовки

Если верить плану, на все про все должно было уйти лет десять, не больше. Да что там план! Литов читал же отчеты по проекту «Академия»! Вдумчиво читал, не абы как, все-таки это не просто исторические документы — от них можно было перенять полезный опыт и выловить кучу советов о том, как делать не надо. Основываясь на нынешних данных, конечно. Так вот, согласно отчетам, «завалить» на бок целую планету в те времена удалось за десять полных стандартных годовых циклов. Долго, но такова цена формирования устойчивого климата на вновь образованных материках. Конечно, разумная жизнь на такой планете уже никогда не появится — в том виде, в каком ее задумала Вселенная конкретно для этой планеты, конечно, но зато вот, вот он пример торжества мысли! Великолепный прецедент, равных которому по масштабу и по значимости до сих пор не случалось! Планета-Академия жива, заселена полуразумной студенческой жизнью, климат — загляденье, флора и фауна — ни в сказке сказать! Красота! И конечно, когда эксперимент задумали повторить, всё пошло совершенно не тем путем и не в том направлении. Сначала какой-то умник решил ускориться, и планету в соседней с Дельтой Павлина звездной системе поворачивали не десять, а пять лет. Климат в такой спешке формироваться не умел. Он и на Академии-то, по существу, устаканивался еще лет двадцать после «поворота». Потом материки, вместо того, чтобы остаться на своих местах, пустились в свободное плаванье по всей планете, сталкиваясь друг с другом и разрушаясь, словно льдинки в весеннем ручье. Так выяснилось, что никаких материков на той планете нет и не было. Были лишь плавучие островки, состоящие из всплывших на поверхность океанов водорослей, которые каким-то естественным образом склеивались, часто сместе с песком и камешками со дна. Да и океан был — одно название. Самая большая глубина едва достигала километра. Продолжать что-либо здесь было уже бессмысленно. На планету, безвозвратно загубленную, со всех концов Обитаемой Галактики слетались ученые. Все кто мог хоть как-то помочь в исследованиях удивительнейшего прецедента в истории геологии... Да и в истории вообще. Литов отбросил сапогом шматок слипшихся, еще не застывших водорослей и, утопая по колено в воде с илистым дном, пошел в направлении ближайшей группы. Там, кажется, мелькала ярко-зеленая бандана Петера Дебовски, начальника экспедиции. Петер был там. — Я тут подумал, — сказал Литов, не тратя времени на приветствия и не давая начальнику вставить слово. — И решил, что пригожусь где-нибудь в другом месте. Извини, Петро, это... Идейное. Дебовски усмехнулся и пожал плечами. Говорить тут нечего — он тоже читал отчеты по проекту «Академия». А еще он, как и Литов, читал отчеты по проекту «Новая планета (1)» и прекрасно понимал, что за идейность проснулась вдруг у Аркадия Ивановича. Ну, изучат они эту планету. Напишут тонну отчетов, исследований, защитят кучу диссертаций по «Новой планете (1)» (вот она, плавает кусками вокруг!). Потратят на это лет... может, те же десять, а может и больше. Поймут, что было не так, почему сразу не установили, что планета непригодна для такого тотального терраформирования. Все поймут, все установят. Через полвека, может, чуть дольше, задумают новый проект. Но где гарантия того, что пришедшие им на смену изучат досконально не только документы, но и саму планету, которую в следующий раз отдадут на растерзание? Где гарантия, что еще одна планета с уникальной биосистемой не окажется безвозвратно утерянной? Нет таких гарантий.