Зов Луны

Несильный удар о что-то твердое, заставил Гарри проснуться и застонать от нежелательного пробуждения. Открыв глаза, он понял, что лежит на полу. Посмотрев на кровать, мальчик увидел, что она разворочена, а половина одеяла спустилась на пол вслед за ним самим. – Просто чудесно, – вздохнул Гарри, проведя рукой по лицу. – Такая большая кровать, и я все равно с нее упал… "Я метался во сне? Кажется, мне снился какой-то сон… – думал он, возвращая одеяло на свое законное место. – Какой же это был сон… Красные глаза… Черт, я даже не помню из-за чего метался во сне, – вздохнул мальчик, открывая шкаф, в котором уже висели мантии и рубашки, а на полках лежали брюки. – Последний раз я метался так давно" Непрошенные воспоминания о событиях пятилетней давности были отброшены в сторону до того момента, пока Гарри не решил посмотреть в зеркало. Оттуда на него смотрел одиннадцатилетний мальчик среднего роста с короткими чернильно-черными волосами и зелеными глазами, которые, казалось, излучали мягкий свет. Но стоило только присмотреться к телу, как можно было увидеть множество шрамов, сосредоточенных в основном на спине, руках и ногах. Гарри провел по ним рукой, вырисовывая только ему одному известные узоры. Он помнил, как получил каждый из них, но главный и самый первый покоился на животе. Это был след от укуса, который изменил его жизнь. ~Ретроспектива~ – Переночуешь на улице, тогда поймешь, что мы для тебя делаем, мальчик, – брызгал слюной моржеподобный человек. – Что б и ноги твоей не было в этом доме до утра! – вскрикнул он, хлопая белой дверью прямо перед лицом шестилетнего мальчика. Предательские слезы покатились по щекам, когда Гарри сжался на ступеньках. Он был готов к побоям, но дядя снова удивил его, и это было намного хуже. Конечно, он мог пойти к миссис Фигг, но уже было темно, поэтому он боялся, что разбудит ее. Гарри просто некуда было идти, хотя он и не хотел, но прекрасно понимал, что его могут увидеть, и тогда ему снова причинят боль, поэтому мальчик встал на ноги и двинулся в направлении леса, что находился относительно недалеко. В лесу он смог вздохнуть полной грудью. Гарри всегда больше нравилось на природе, чем среди домов и машин, возможно поэтому он с некоторой радостью выполнял задание своей тети, когда та говорила поработать в саду. Увы, вой, разрезавший спокойную атмосферу леса, заставил мальчика замереть на месте. Он читал о волках. Они жили в стаях и нападали на людей все вместе, и это пугало еще больше. Вой пробирался в самую душу, из-за чего сердце забилось чаще, а зрачки расширились. Мальчик не хотел умирать, но знал, что бежать ни в коем случае нельзя, поэтому он замер на месте, слушая, как вой становится все ближе, пока Гарри не увидел серого волка с глазами, цвета неба. Он был один. Как минимум, так казалось. И это радовало. Волк рычал, скаля желтые зубы, пока подходил все ближе и ближе. Гарри ничего не мог сделать, кроме как затаить дыхание и судорожно глотать слюну, жмуря глаза и стараясь не дать слезам скатиться на землю. Сильный удар в живот привел к тому, что мальчик ударился головой о землю, а за этим последовала боль, какую Гарри еще не приходилось чувствовать. Казалось, будто его живот разрезают ножами, а последнее, что он увидел прежде чем погрузиться в темноту, был грозный оскал около лица. ~Конец ретроспективы~ Гарри ухмыльнулся, показывая свои заостренные зубы отражению. – Какое ужасное тело. Почему бы тебе не воспользоваться зельем? Твои шрамы так портят… – бурчало зеркало. – А мне нравится, поэтому лучше помолчи, зеркало, – язвительно ответил мальчик, показывая зеркалу язык. Считая разговор законченным, он отошел к шкафу, где лежали все его вещи. Он достал черные брюки и изумрудную рубашку, собираясь надеть их. Вновь подойдя к зеркалу, Гарри завязал исчерченный серебряными полосами зеленый галстук, после чего провел рукой по волосам, оголяя шрам в виде молнии, за который он получил свою известность. – Такой красивый мальчик, если бы не эти ужасные шрамы на лице... – продолжало зеркало, но Гарри решил просто не обращать внимание, а позже спросить есть ли какое-нибудь заклинание, способное заставить зеркало молчать. "Какие они наивные, – посмеивался он. – Мальчик-Который-Выжил - темное существо. Я уже вижу заголовки Ежедневного Пророка. Глупцы, ожидающие подвигов от ребенка", – рычал мальчик, всматриваясь в свое отражение. Покончив с прихорашиванием, Гарри накинул мантию с гербом Слизерина и вышел в общую гостиную, прихватив с собой книгу по Зельеварению. В общей комнате было тихо, так как все еще либо нежились в теплых объятиях кровати, либо только собирались выйти. Это было только на пользу зеленоглазому мальчику, который устроился на полу около камина, перелистывая страницы, которые полностью были заполнены текстом, и лишь изредка мелькали какие-то картинки ингредиентов. Увлекшись, он не заметил, как ученики стали выходить из своих комнат, старательно скрывая свой сонный вид, но как только около него остановилось несколько пар ног, Гарри все же поднял взгляд. – Сразу учишься знать, где твое место, Поттер, – посмеиваясь произнес третьекурсник, что стоял ближе остальных. Казалось, все кто присутствовал в гостиной наблюдали за этой разборкой, поэтому Гарри знал, что здесь ему тоже придется доказывать свое место в иерархии. – Конечно, ты не знал, что у камина самое теплое место, а значит самое лучшее. Я легко могу принести сюда кресло и от этого ценность не изменится. Делай выводы, – безразлично произнес мальчик, продолжая читать учебник. – Мыслишь, как какое-то животное, Поттер. Молодец, ничего нельзя сказать, – продолжал насмехаться старший вместе со своими дружками, пока сам не оказался на полу, за счет того, что Гарри дернул его за ногу, лишая равновесия и прижимая тело к земле собственным весом так, что, наклонив голову, губами он едва касался мочки уха, а рукой сжимал горло. – Мне не нравится, когда со мной так обращаются, зато мне нравится, как твое сердце начинает качать кровь быстрее из-за страха, мне нравится, как я одним движением руки, – он сжал горло третьекурсника сильнее, – могу лишить тебя твоей жалкой жизни, боюсь, что при других условиях я бы это уже сделал, но мы же не хотим, чтобы кто-то умирал в первый день учебы, – понимая, что мальчик начинает задыхаться, Гарри убрал руку и слез с него. – Я, надеюсь, ты понял меня, и больше таких недоразумений не случится, верно? – улыбнувшись, произнес он, смотря на третьекурсника, что жадно глотал воздух. – Понял или нет? Отвечай, – холодным тоном сказал младший. – Д-да. – Вот и славно, а теперь иди, куда шел, – фыркнул Гарри, а после поднял учебник и пошел в сторону своей комнаты под удивленные взгляды других студентов, которые начинали шептаться между собой, но сам мальчик даже не обращал на это внимание. – Поттер, – донесся до него голос, когда префекты собирали первокурсников. – Да, это я. Ты забыл мое имя, Драко? – вздохнул Гарри, смотря на подошедшего блондина. – Что ты сделал с Уоррингтоном? – спросил тот. – Если ты про того трусливого щенка, то я лишь доказываю свое место на факультете. Хоть моя фамилия и Поттер, но все же полукровка, еще вопросы? – ответил Гарри, следуя за префектом. – Ты мог бы просто находиться в моей компании. Малфой са… – горделиво начал блондин, но был грубо прерван. – Я сам буду добиваться уважения, а не потому что я общаюсь с кем-то у кого влиятельный отец, – фыркнул Поттер, делая акцент на слове "отец". – Попробуй только сделать что-то благодаря своим успехам, а не отца, – посмеивался мальчик, смотря, как начинает краснеть бледная кожа аристократа. – Мой отец… – Вот видишь, чуть что, и сразу отец, – снова Малфой был прерван словами Гарри, но на этот раз Драко лишь одарил его яростным взглядом, и остаток пути до зала прошел в полной тишине.

***

В Большом Зале уже шумели студенты, когда туда пришли первокурсники Слизерина. Вскоре в зал влетели совы, усаживаясь около своих хозяев. Одна птица отличалась от всех остальных и сразу привлекла внимание. И именно она села около Гарри. – Привет, Аскара, – улыбнулся мальчик, проводя рукой по шелковистым перьям, пока его пальцы не прикусили. – Ей, у меня ничего для тебя нет. Сам, вон, недавно ел, – Гарри заметил, как к нему идет декан, поэтому улыбнулся еще шире. – Только прилетел, а уже пользуешься популярностью. – Мистер Поттер, мои слова для вас ничего не значат или вы не знаете правил? – раздался едкий голос, в то время, как Аскара распушил свои перья, с недоверием наблюдая за подошедшим. – Профессор Снейп, боюсь вас огорчить, – поворачиваясь лицом к мастеру зелий, начал слизеринец, – но я ознакомлен с правилами, и, знаете, там не было написано ничего из того, что запрещало бы привозить с собой животных, помимо, прошу заметить, рекомендуемых жабы, кошки и совы, – птица издала недовольный звук, поведя крылом. – Ах да, конечно, извини, – Гарри успокаивающе провел рукой по шее птицы. – К тому же, Аскара прилетел сам, я его не привозил. И, если вы так переживаете, проверьте учеников. Я уверен, у половины будут животные не из списка, сэр, – закончил первокурсник, смотря на профессора, который с некой неприязнью бросал взгляды на него самого. – Конечно Поттер, поэтому вы посчитали, что беркут будет прекрасным животным, а главное совершенно не опасным. Или у вас проблемы с вниманием, которое вам уделяют? – самодовольно хмыкнул профессор. – У меня нет звездной болезни. Я не знаю, что вы себе напридумывали, сэр, но за последние пять, даже если бы она была, то ее бы выбили из меня, как пыль из ковра, – прокомментировал Гарри, сжимая руки в кулаки. – А на счет Аскара. Я не скажу, что он добрый, потому что это была бы ложь. Если вы заботитесь о безопасности, то он не собирается нападать на кого-либо, как минимум, пока мне не будет угрожать опасность. Кроме того, вы можете посмотреть на его клюв и когти. Видите багровые пятна? Это кровь. Он недавно поел, поэтому смысла есть еще раз нет. В совятне он жить не будет, в моей комнате...возможно, но я живу отдельно. Какие у вас еще претензии, профессор, – произнес мальчик, смотря прямо в глаза Снейпу. – У меня претензий к вам никаких нет, но после занятий вас ждет директор в своем кабинете на чашечку чая с лакричными леденцами. И заберите свое расписание, – надменным тоном произнес Северус, отдавая пергамент студенту, после чего, не дожидаясь реакции,отошел к префектам. – Чудесно, – вздохнул Гарри, зарываясь пальцами в волосы, пока беркут не издал скрежещущий звук и не дотронулся клювом до его щеки. – Спасибо, Аскара, никто кроме тебя. Ей, стоп, теперь мне нужно умыться, у меня же кровь на лице, боюсь люди не поймут, – посмеивался он и, не замечая, как за ним следят несколько пар глаз, стер кровь с его клюва. – У тебя был насыщенный завтрак. Повезло. У меня только каша. Кажется, я начинаю завидовать тебе, – фыркнул Гарри, переводя взгляд на стол. – У меня скоро начнуться занятия, поэтому давай, лети. Постарайся в следующий раз прилететь чистым, – он провел по клюву прежде, чем беркут расправил крылья, достигающих двух метров в размахе, и поднялся в воздух. Сделав один круг по Большому Залу, он улетел. – Позер, – цокнув, Гарри покачал головой, хотя на лице его была улыбка, пока его взгляд не упал на профессора по Защите от Темных Искусств. От этого шрам начало неприятно покалывать с нарастающей силой, заставив мальчика отвернуться. "Почему это происходит? – нахмурился первокурсник, стараясь не замечать остаточную боль. – Что-то здесь не так. Посмотрим, что будет дальше".

***

– Где ты купил ту птицу? – раздался чей-то голос, когда, дожидаясь первой пары занятий в этом году, Гарри читал учебник. – Прости, что? – он лениво поднял взгляд от строк и увидел перед собой Малфоя. – А, Драко, ты уже решил подойти ко мне. Довольно быстро. Так о чем ты? – Где ты купил ту птицу? – словно попугай, повторил тот свою фразу, смотря прямо в глаза волшебного зеленого цвета. – Я его не покупал, – просто ответил Гарри, собираясь продолжить читать. – Что значит, ты его не покупал? – Драко, Драко, не все зависит от количества денег в банке и не все можно купить на них, – увидев непонимающий взгляд, мальчик поднял голову к потолку, вздохнув, а после вновь посмотрел на блондина. – Я спас Аскара, когда он был птенцом. Он вырос рядом со мной, я его воспитал, в каком-то смысле. Он мой друг и помощник по охоте. – Птица? Друг? Охота? – все больше хмурился Малфой, разрушая свою безразличную маску. – Где ты жил, раз у тебя такие друзья, а охота... Ты просто бегал по лесу и убивал разных животных, чтобы поесть? У тебя не было домового эльфа, чтобы приказать подать еду или просто купить? – Да, Драко, я убивал животных, – Гарри заметил, как его собеседник чуть вздрогнул, а несколько студентов, находившихся рядом обернулись, но решили заняться своими делами. – Какая неженка, – фыркнул он, а после наклонился к его уху и начал шептать на грани слышимости. – Подумай своей блондинистой головой, если умеешь. Я пять лет жил в бегах, потому что не хотел возвращаться к своим убогим родственникам магглам, у которых я жил до этого шесть лет, как раб, но волшебный мир этого конечно не знает, а в газетах писали лишь то, что хотел великий Альбус много чего Дамблдор, и вы проглатывали это, как рыбы наживку. После них, я жил с другими людьми в лесу, постоянно перемещаясь, чтобы нас не нашли. Эти люди знают про волшебство, но некоторые из них даже не маги. Они видели во мне просто ребенка, потому что именно им я был, хотя они рассказали эту чушь про Избранного. Мы прятались, чтобы выжить, мы охотились, чтобы выжить, но, знаешь, один раз мне позволили развлечься, потому что мои родственники не были вкусными, даже Аскара не стал их есть. Я не тот кого во мне видят, а видят во мне мальчика, который всех спасет, видят лишь обертку, а ты можешь хорошенько подумать и сложить все факты, но запомни, если хоть слово из того, что ты сейчас услышал будет передано другому, не важно каким способом, тебя ждет одна маленькая неприятность, которая тебе и твоему отцу очень не понравится, – Гарри отстранился, смотря в глаза цвета жидкого серебра, в которых зрачок начал расширяться от страха. – Надеюсь, ты понял меня, Драко, – подытожил слизеринец, как раз в тот момент, когда прозвучал колокольный звон, оповещая о начале занятий, поэтому Гарри схватил свою сумку и зашел в кабинет, присаживаясь за последнюю парту. Только тогда, успокоившись, он понял, как много сказал. "Черт, мне нужно контролировать эту чертову вспыльчивость", – закусив губу, подумал мальчик. – Это ваше первое занятие по Трансфигурации. Трансфигурация один самых сложных и опасных разделов магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, поэтому любое нарушение дисциплины на моих уроках будет строго наказываться. Я вас предупредила, – серьезно начала профессор МакГонагалл, смотря на каждого в классе по очереди. – Итак, сегодня я вам расскажу основную теорию, а после вы потренеруетесь. С помощью Трансфигурации, мы можем один предмет превратить во что-то другое. Этот навык может помочь, как бою, так и в быту. К высшей трансфигурации относится трансфигурация тела и анимагия, которые вы будете изучать на шестом и седьмом курсах при сдаче СОВ на нужном уровне. Возникли ли у вас вопросы? – в классе сразу подняли руки пару человек. – Да, мистер Томас? – Как Трансфигурация может помочь в бою? – Это хороший вопрос. Большинство магов используют исключительно атакующие и защитные заклятия, забывая об окружающей их обстановке. Так вы можете трансфигурировать какую-нибудь ветку в меч и нанести смертельный удар, если от этого, конечно, зависит ваша жизнь, потому что мы не должны убивать других, достаточно только победить. Еще вопросы? Да-да, Мисс Мун. – Что такое анимагия? – Гарри посмотрел на первокурсницу, чья фамилия была такой же, что и у парочки с его факультета, но, заметив одежду с красными отделками, решил не уделять особого внимания ее персоне. – Снова хороший вопрос. Анимагия - это, как я уже сказала, раздел высшей трансфигурации. Он основывается на трансфигурации тела, но в данном случае человек превращается в животное, на которое он больше всего похож по характеру и поведению. Это может быть совершенно любое животного от муравья до слона, поэтому некоторые расстраиваются, когда узнают, что их животное - гусеница. Научиться анимагии сложно, но возможно, для этого требуется серьезное отношение и сосредоточенность. Кроме того, все анимаги должны пройти регистрацию в министерстве, если обнаруживается незарегистрированный, то вас ждет Азкабан, – закончив говорить, МакГонагалл стала превращаться в кошку, а через несколько секунд обратно. В классе послышались восхищенные вздохи, в то время, как Гарри вздохнул и отвел взгляд, для него анимагия закрытая ветвь. – У вас есть вопрос, мисс…? – Мун, профессор, – Гарри нахмурился и посмотрел на говорящую. Это была его однофакультетница, если судить по зеленому галстуку. Эта девочка выглядела почти так же, как предполагаемые братья: белесая кожа, густые белоснежные волосы, заплетенные в два низких и свободных хвоста. Наверное, единственным отличием были сиреневые глаза и длина волос. Изучив ее, он перевел взгляд на девочку с Гриффиндора. Она отличалась тем, что ее волосы были менее пышными и доходили всего лишь до плеч, а глаза были серыми с легким намеком на голубой. – Вы можете рассказать об оборотнях и считается ли это анимагией? – заданный первокурсницей вопрос, вывел Гарри из размышлений. – Боюсь на этот вопрос вам ответит профессор Квиррелл, если вы его спросите, – скомкано ответила МакГонагалл и сразу перевела тему. – А теперь давайте продолжим. На первом курсе мы освоим… – лекция продолжалась до тех пор, пока профессор не раздала каждому по спичке. – Ваше задание - превратить эту спичку в иголку. Не переживайте, если у вас не получится с первого раза, – проинструктировала она и отошла к своему столу. Гарри скептически посмотрел на спичку перед ним, затем прикрыл глаза, чтобы сконцентрироваться на создании мысленного образа иглы. Представив ее, первокурсник взял в руку палочку серебристо-белого цвета и взмахнул ей. К сожалению, ничего не произошло ни с первого, ни со второго, ни с третьего раза. Примерно на девятый раз спичка приобрела форму иглы, но не стала железной. Понимая, что лучше у него не получится, Гарри остановился на этом варианте и стал всматриваться в окно, дожидаясь окончания занятия. – Мистер Поттер, вы закончили? – прозвучал голос профессора рядом с ним – В чем смысл продолжать, если я понимаю, что ничего лучше не получится. К тому же, это игла, я вполне могу шить ей, а значит задание выполнено, профессор, – скучающим тоном произнес мальчик, переводя взгляд на МакГонагалл, которая взяла руки его преображенную спичку. – Пять баллов Слизерину за старание, – как-то недовольно произнесла она, поджимая губы, после чего отошла к девочке, которая изо всех сил тянула руку. Вскоре прозвенел колокол и день пошел своим чередом.

***

Гарри стоял перед горгульей, которая сторожила вход в кабинет директора. Мальчик даже не заметил, как пролетел день, и совершенно не хотел находиться здесь, но иных вариантов у него не было. – Лакричные леденцы. Горгулья отъехала в сторону, открывая проход, в который первокурсник зашел. Из-за волнения у него создавалось ощущение, будто по коже бегают насекомые. – Здравствуй, Гарри, – добродушно поприветствовал его директор, улыбаясь. – Добрый вечер, сэр, – кивнул Гарри и присел на стул, натягивая на свое лицо улыбку. – Хочешь чаю? Может лимонные дольки? – Нет, благодарю, не хочу портить аппетит перед ужином, – словно извиняясь, произнес мальчик, осматривая все вокруг, пока его взгляд не наткнулся на птицу. – Кто это? – О, это Фоукс, мальчик мой, феникс, – ответил Дамблдор, слегка поглаживая свою бороду. – О чем вы хотели со мной поговорить, директор? – первокурсник, насмотревшись на редкое создание, решил направить разговор в нужное русло. – Где ты был, Гарри? Мы очень волновались, когда ваши родственники связались с нами и сказали, что вас нет… – Вы знали, что я жил с ними? – каким-то надломленным голосом спросил Гарри, сжимая руки в кулаки под столом, где директор не мог увидеть. – Да, мальчик мой, но пойми старика. Это было самое безопасное место для тебя, но ты ушел оттуда, подвергая себя опасности, – Дамблдор говорил спокойно, уверенный в своей правоте. – Вы говорите про безопасность, но они меня чуть не убили, я спасся, когда убежал от них, – у первокурсника создавалось ощущение, что ему вскрывают старые раны и засыпают их солью. – Сбежав, я жил куда лучше, чем в пыльном чулане с ними… – Ох, Гарри… Неужели все было так серьезно? Мне так жаль, мальчик мой… Если бы ты только рассказал Арабелле… Прости старика… Гарри, ты… ты знаешь, что они мертвы? – глаза директора сверкали алмазами из-под очков-половинок, когда Гарри поднял глаза. – Нет, профессор, – ложь легко выскользнула из его рта, а вот слово о том, что миссис Фигг была кем-то вроде шпиона только разозлила его, заставив сжимать кулаки. Лишь на секунду он подумал о том, как все сложилось бы, пойди он той ночью к соседке, а не в лес. – Откуда у тебя та птица, мальчик мой? – после затянувшейся паузы произнес Дамблдор, переводя тему. – Аскара, сэр, – на лице мальчика появилась едва заметная улыбка, – мой друг. Я нашел его несколько лет назад, когда он был еще птенцом, таким маленьким и беспомощным, и вырастил его в большую и грозную птицу. Боюсь, у вас не получится заставить его перестать здесь появляться. Обратно он не полетит, Аскара не собирается меня бросать, как и я его. – Это очень хороший поступок, Гарри. Как на это отреагировали твои опекуны? – Не… – Гарри хотел ответить, но одернул себя, стараясь больше не попадаться на такие легкие манипуляции. – С чего вы взяли, что у меня были опекуны? – Ты же должен был жить с кем-то, иначе я не смогу выпустить тебя из Хогвартса, зная, что ты сам по себе, – устало вздохнул Дамблдор. – Но, директор… – Извини, мальчик мой, но я должен обеспечивать безопасность студентов, которые ходят в школу. Ох, что-то мы засиделись, скоро время ужина, как бы не опоздать, верно же? – Конечно, сэр, – подчинился Гарри, хотя внутри он хотел вцепиться в горло этого старика. – До свидания, – попрощался он и вышел из кабинета, уже не замечая, каким взглядом его провожает директор. Мысли метались в голове Гарри, пока он мчался в сторону подземелий, чуть ли не сбивая некоторых студентов с ног. Как же он ненавидел директора в этот момент. Он просто не оставил ему выбора. Скажешь, и это будет иметь совершенно неизвестные последствия. Не скажешь - останешься. Ему нужно было подумать над этим, а мысли занимали все его внимание, поэтому он даже не заметил, как за ним следила пара глаз, в которых искрами расцветал красный.