Зов Луны

Учебная неделя шла своим чередом, где-то ускоряя, а где-то замедляя свой ход, особенно на скучных занятиях, к которым, к сожалению, относилась и Защита от Темных Искусств. Возможно, сам предмет был достаточно интересным и захватывающим, но явно не с таким преподавателем, как Квиринус Квиррелл. Его уроки можно было сравнить с уроками по Истории Магии, которые преподавал призрак - Профессор Бинс. Во всяком случае, Гарри подозревал, что с этим человеком что-то не так. Он постоянно заикался, рассказывал о вампире, который на него напал в то время, как сам он чудом спасся, поэтому теперь кабинет пропах чесноком. Как такого человека можно было назначить на должность профессора по Защите, не понимал никто. На первом уроке Мун повторила свой вопрос, но на него Квирелл ответил, что-то в духе: - "Вы б-бу-будете п-проходить эт-эту т-тему п-позже", - после чего вернулся к лекции. Чары с Профессором Флитвиком проходили в спокойном темпе. Он никуда не торопился, поэтому использование заклинаний будет только за неделю до Хеллоуина. Лишь одного предмета не было у первого курса Слизерина и Гриффиндора - зельеварения. Именно поэтому сейчас они ожидали начала пары у преподавателя, который только от рассказов старшекурсников вселял страх во многие души учеников. Гарри на различные прозвища лишь качал головой, не желая верить в них. Через несколько минут все ученики сидели за партами, пока профессор, одетый в черную мантию, которая развевалась при его ходьбе, начал перекличку, останавливаясь на фамилии Гарри, но, одарив его острым взглядов ониксовых глаз, продолжил. – Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, – начал Снейп. Он говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Как и на уроках профессора трансфигурации, здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами. – Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, – продолжил Снейп. – Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. После этой короткой речи царившая в курсе тишина стала абсолютной. Некоторые Гриффиндорцы ежились и ерзали на своих местах по разным причинам, а Слизерин вообще не обращал внимания на манеру речи профессора. – Поттер! – неожиданно произнес Снейп. – Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Гарри задумался лишь на секунду, замечая, как одна рука в классе поднялась, явно зная ответ, после чего, перевел взгляд на профессора и нахмурился. Он читал об этом как раз в тот момент, когда к нему пристали Уоррингтон с дружками. – Насколько я помню, если смешать эти два ингридиента, то... – Гарри остановился, вспоминая что было написано в книге, – может получиться, кажется, глоток... Смертельной Жизни, – мальчик с хорошо скрытой надеждой посмотрел на профессора, в глазах которого на долю секунды заметил усмешку. – Ужасно, Поттер, но меня безмерно радует, что вы хотя бы пролистали учебник, – Снейп произнес это насмешливым тоном. – Если смешать измельченный корень асфоделя и настойку полыни, то получится напиток Живой Смерти, если переводить для отдельных личностей, то это очень сильное усыпляющее зелье, – доходчиво объяснил он и, не дожидаясь ответной реакции, продолжил. – Если я попрошу вас принести мне беозаровый камень, где вы будете его искать? – продолжал профессор, а в глазах цвета Авады Кедавры вспыхнул азарт - ответ он знал, благодаря стае. – Я думаю, что в одном из ваших шкафов точно найдется с десяток таких камней, но если кто-то додумается отравиться какой-нибудь дрянью вне школы, то ему придется выпотрошить козу, чтобы достать из ее желудка камень, – Гарри сказал это уверенно, чтобы переключить внимание с прошлого его ответа, а при представлении потрошения козы, он невольно облизнул губы, что не осталось без внимания, но не поднималось в дальнейшем разговоре. – Очень хорошо... В чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? – Это одно и тоже растение более известное под названием волчий аконит, – мальчик скривился при употреблении этого слова. Ответ на этот вопрос он знал, даже не читая учебник - слишком часто он слышал о таком растении от сородичей. – Отлично. Двадцать очков Слизерину за знание предмета, – бесстрастно прокомментировал Снейп. – Почему никто не записывает за мистером Поттером? – спросил он, обводя класс взглядом. Тут же послышалось шуршание пергамента и скрип пера. – Ваше задание на сегодняшний урок - разбиться на пары и приготовить простейшее зелье от фурункулов. Рецепт есть в ваших учебниках и на доске. Ингредиенты, как указал мистер Поттер, находятся в шкафах. Вперед, – проговорил зельевар. Гарри посмотрел на класс и понял, что из кандидатов на его пару по работе, есть только девочка-альбинос, Селена Мун, сестра которой явно сдружилась с кем-то из своего факультета. – Привет, ты не против, поработать со мной? – спросил Гарри, подойдя к сокурснице. – Нет, конечно я не против, – мягко улыбнулась она, раскладывая подготовленные ингредиенты. – Мое имя Селена Мун, – девочка подняла голову, смотря в волшебные глаза, и протянула руку, чуть вздрогнув. – Гарри Поттер, приятно познакомиться, – улыбнулся в ответ он. – Ну, давай начнем. – Да, – просто ответила Селена, после чего у них началась совместная работа. При этом, казалось, что они дополняли друг друга, абстрагируясь от остальных. К сожалению, где-то на середине варки класс вдруг наполнилась ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Один студент из Гриффиндора каким-то образом умудрился растопить котел своего товарища, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а виновник, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри. – Идиот! – прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. – Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Мальчик вместо ответа сморщился и заплакал - теперь и нос его был усыпан красными волдырями. – Отведите его в больничное крыло, – скривившись, произнес Снейп, обращаясь к какому-то Гриффиндорцу. А потом повернулся к рыжеволосому, что работал вместе с ушедшим и чудом избежал брызг. — Уизли, почему вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? – Я не знал, сэр, я отвлекся, – пробормотал первокурсник. – Минус пятнадцать очков с Гриффиндора за рассеянность во время занятия. – Но… – Еще минус пять за пререкание с преподавателем, – ответил Снейп, не позволив договорить. – Продолжаем работать. – Гриффиндорцы, – вздохнул Гарри, возвращаясь к работе, заставив Селену чуть посмеяться. – Поверь, если бы у нас был урок с Хаффлпаффом, все было бы куда плачевней, – произнесла она, помешивая зелье в котле. – Откуда ты знаешь, может быть там великие зельевары. – У меня много родственников с Хаффлпаффа, знал бы ты истории, которые они рассказывают, – продолжала Селена. – Я пока насчитал только двух братьев с нашего факультета и сестру из Гриффиндора. Сколько твоих родственников ходит по Хогвартсу? – чуть посмеиваясь спросил Гарри, под размеренный стук ножа о доску. – Дай-ка посчитать… – девочка сделала паузу, – на данный момент восемь, – спокойно произнесла она. – Восемь? Ты просто шутишь… – Нет-нет, я не шучу, просто родной брат из них только один, все остальные кузены и кузины из придаточных ветвей. Ой… Смотри, оно готово! – Селена улыбнулась, выглядя при этом, как что-то чересчур невинное, радуясь таким, казалось, обычным вещам. – Да, ты права, – сказал Гарри, заглянув в котел. – Я бы сказал, что оно идеально, – усмехнулся он, а после продолжил заговорческим шепотом. – Возможно лучше, чем у Малфоя, – они вместе тихонько засмеялись, что заметил профессор. – Мун, Поттер, вы уже закончили, раз решили, что можно расслабиться? – Да, сэр, – в унисон произнесли первокурсники. – Тогда перелейте в колбу, подпишите и положите на мой стол, после чего покиньте это помещение. Чем быстрее, тем лучше, – резко сказал Снейп, переводя взгляд на других учеников, чтобы посмотреть, как идет прогресс у них. Селена и Гарри переглянулись, после чего мальчик разлил зелье по колбам, а девочка принялась подписывать название и собственные фамилии. Когда с этим было покончено, они отнесли колбы к Снейпу и вышли из класса. – У тебя серьезно так много родственников? – решил продолжить незаконченный разговор Гарри, пока они шли к подземельям. – На самом деле, я думаю, что преподаватели уже устали от нас, – слегка посмеялась Селена. – И да, у меня серьезно такая большая семья. Через несколько лет в Хогвартс пойдут самые младшие из моих родственников. Я знаю, что похожая ситуация была с родом Блэк, очень жаль, что из них остался только старший сын Миссис Блэк, да и тот в Азкабане. Печальная история, надеюсь с нашим родом такого не произойдет, – глубоко вздохнув, закончила Селена. – Ты, видимо, достаточно много знаешь, – хмыкнул Гарри. – Как и полагается всем чистокровным, ну еще у меня, так скажем, много связей, – два первокурсника тихо засмеялись. – Ах да, спасибо за сотрудничество, – Гарри первый прервал небольшую паузу. – Боюсь, что благодарить придется тебя. Не думаю, что кто-либо захотел бы стоять со мной в паре, особенно из Слизерина. – Почему? – Ну… Во-первых альбинизм… – последовал простой ответ, сопровождаемый взмахом руки, указывающей на нее. – Это глупо, я считаю. Это же так необычно и завороживающе. К тому же ты прекрасный собеседник. – Ты перебиваешь, – шутливо нахмурилась Селена. – Во-вторых, наш род достаточно древний и благородный, но слишком отличающийся от других таких же родов. – И что с этого? – непонимающе спросил Гарри. – Люди не любят тех, кто отличается от нормы, то же самое с вещами и даже магией. Это ужасно, но боюсь ничего не поделаешь, никто не может бороться за это, а кто мог… Ты сам знаешь… – Селена отвела взгляд, внимательно рассматривая каменную стену, пока они шли в подземелье. Гарри прекрасно понял, что имела в виду его собеседница. Он на своей шкуре знает, что такое дискриминация, и это начинало злить его. – Я понимаю тебя, это правда несправедливо… – Ты слишком добрый и справедливый для Слизерина, – улыбнулась Селена, внезапно меняя тему разговора. – Я слишком добрый? Ну уж нет. Ты просто не видела меня в… – Гарри прервал себя, понимая, что чуть не совершил ошибку, – в первый учебный день. Малфой и Уоррингтон до сих пор не подходят ко мне, даже не смотрят в мою сторону. А вот на счет тебя, я бы не назвал тебя змеей. Орел да, но не змея, – усмехнулся он. – А может ты просто скрываешь клыки? – Мой брат в Равенкло, а не я. И, между прочим, ты сам скрываешь зубки, – Селена слегка ударила его локтем в бок, посмеиваясь. – Хорошо-хорошо. Так что мы теперь… как это называется… друзья? – Шляпа случайно не хотела распределить тебя на Хаффлпафф? Гарри наклонился и прошептал ей на ухо: – Вообще-то предлагала во все дома, но склонялась к Гриффиндору и Слизерину. – Неужели великий Избранный сам выбрал Слизерин? – насмешливо приподняла белоснежную бровь Селена в стиле Снейпа. – Сонная Одурь, – проговорил Гарри, когда студенты дошли до входа, после чего продолжил с ноткой железа в голосе. – Забудь все эти треклятые прозвища. Я не такой, и к концу года все это поймут. Но моя задача проста - ослабить бдительность. А Слизерин, – уже мягче сказал он. – На самом деле у меня не было выбора, иначе мне было бы не просто дома… – А можно поинтересоваться? – как-то неуверенно спросила девочка. – Я… Извини, я не могу. Я и так слишком много говорю, это ужасный минус. Правда, извини, просто, надеюсь ты поймешь… – Конечно, это не так важно, правда же, – улыбнулась Селена и обняла Гарри, который чуть вздрогнул от такого, казалось, простого действия. – Что такое? – Я… не привык к объятиям, это же так называется, да? – как-то неловко произнес Гарри. По лицу Селены было видно, что вопрос, беспокоящий ее, почти вырвался, но она одернула себя и вместо этого произнесла: – Да, так. Итак, нам нужно сделать большое количество домашней работы. Предлагаю начать. – Я думаю, что нам нужна библиотека. Как думаешь, за сколько мы дойдем до нее? – с легким блеском в глазах спросил Гарри. – Это вызов? – Да, – и они отправились в библиотеку.

***

Вечером, когда все разошлись по своим комнатам, Гарри лежал на своей кровати, смотря на балдахин и размышляя о том, что произошло за первую неделю его нахождения в Хогвартсе, а также о том, что должно произойти в ближайшем будущем. С одной стороны, в голове мальчика проскользнула мысль о том, что нужно сказать декану о его "пушистой" проблеме, но он не мог этого сделать по одной простой причине. Это было опасно, так как он не знал, что из себя представляет Северус Снейп, и чьи интересы он будет защищать. С другой стороны, Гарри понимал, что нужно все оставить в секрете, ведь иначе он будет зарегистрирован в Министерстве, а от этого будут проблемы. Что ему вообще можно делать, чтобы не навлечь на себя беду? .