море внутри нее.

София слышит нежный голос матери, зовущий к обеду, и незамедлительно спускается по лестнице со второго этажа в предвкушении фирменного минестроне* и лазаньи, которые девушка так любит. Оказавшись на кухне, она вдыхает божественный аромат домашней еды и с нетерпением садится за стол напротив отца, что одаривает ее ласковой улыбкой и получает такую же в ответ, и тут же принимается за еду. Светловолосая блаженно закрывает глаза и мычит в наслаждении, впоследствии чего чувствует мамины поглаживания на затылке и видит ее счастливую улыбку. Далее все происходит, кажется, в одно мгновение. Свет в комнате тут же гаснет, а отец ударяет женщину по лицу. Она испуганно смотрит на дочь, взглядом моля убираться отсюда скорее, но Софию будто крепкими веревками привязали к стулу, из-за чего она не в силах пошевелить и пальцем. Девчонка срывается на рыдания в безрезультатных попытках сорваться с места и хоть как-то помочь маме, а слезы безостановочным потоком льются по ее лицу. Секунда, - и бездыханное тело валится на пол, оставив после себя окровавленный угол стола и все тот же взгляд, полный мольбы. София вскрикивает и тотчас тянется к лампе на прикроватной тумбочке, в мгновение комната озаряется теплым приглушенным светом, из-за чего на душе разливается хрупкое спокойствие. 02:59 - виднеются электронные часы на подоконнике. Девушка вытирает краем одеяла холодный пот со лба и переводит дыхание, спрятав лицо в похолодевших ладонях. Кошмар. Очередной. Она аккуратно поднимается с еле слышно скрипящей постели и занимает излюбленное место на большом кресле у окна, устланном мягким пледом. Нащупав где-то в складках бардовой обивки пачку сигарет, она вытягивает одну и закуривает, выдыхая едкий дым на тихую ночную улицу через предварительно открытую форточку. Эспозито оглядывает свою небольшую уютную комнату, каждая вещь в которой наполнена бесценными воспоминаниями из детства. Взгляд останавливается на стене над изголовьем кровати. Стройная темноволосая женщина стоит босыми ногами на детской постели, сминая одеяло с подсолнухами, и ведет кистью, пропитанной акриловой краской, по ровной бетонной поверхности. Нарисованные разноцветные линии превращаются в волшебный рисунок - ловец снов. Оглядев свое творение, женщина аккуратно спускается на пол и, оставив кисточку, подходит к дочери. - Нравится, одуванчик? - она ласково приобнимает Софию и чуть поглаживает по маленькой хрупкой спинке, пока девчушка восторженно смеется и хлопает в ладошки. - Это ловец снов, - детский взгляд меняется на заинтересованный. - Он всегда-всегда будет охранять тебя, когда ты спишь и будет пропускать к тебе только добрые сны. - Спасибо, мамочка! - маленькие ручки тянутся к маме в намерении обнять. Но женщина будто испаряется в воздухе, забирая с собой и воспоминание. - Одуванчик, - девушка хмыкает, глядя на себя в отражении окна. Сейчас уже нет тех пушистых волос - София каждый день их выпрямляет, она не носит светлых воздушных платьиц - ей по душе кожа и темные джинсы, да и не шутит она так часто, как раньше - юмор перешел в сарказм и подколы. В следующий миг взгляд оказывается на бедрах, исполосованных острым лезвием. Слезы, скатившись по щекам и оставив после себя мокрые дорожки, падают прямо на свежие раны, вызывая неприятное жжение вперемешку с новой болью. - Ладно, скоро станет легче. 8:06 Телефон разрывается от стандартной мелодии, которая заставляет девушку вздрогнуть и открыть глаза - уснуть еще ненадолго вчера все же удалось. Она приподнимается на локтях и смотрит на время, указывающее, что сборы в школу надо начинать немедленно, если она хочет выглядеть более менее нормально. Наконец, она добирается и до телефона, на дисплее которого светится звонок от неизвестного номера. - Да? - сонный голос хрипит, а потому София прочищает горло и переспрашивает еще раз. - Алло? С того момента, как Эспозито согласилась стать участницей группы Дамиано и Виктории, Монескин, все организационные обязанности почему-то сразу же оказались на её плечах, в том числе и поиск барабанщика, очередной кандидат на пост которого сейчас и договаривается с Софией о встрече. Каждый, кто звонил, даже примерно им не подходит. Кто-то не так играет, кто-то не звучит в единстве с группой, кто-то просто не нравится Дамиано и Вик. Сама же Эспозито, если уж говорить совсем честно, не ставит себя вровень с друзьями по музыкальным способностям, считает, что ей нужно еще учиться и учиться, однако все же растворяется в музыке, сливаясь с голосом Давида и утопая в мелодии инструментов. - Хорошо, после уроков у школы. До встречи. Девушка кладет трубку и быстро приводит себя в порядок, волосы закручивая в пучок и надевая первую попавшуюся одежду. Закинув учебники в рюкзак, она вылетает из дома, мысленно благодаря всех богов за то, что отец на работе. Уже в школе она рассказывает друзьям про некоего Итана Торкио, что изъявил желание показать свои способности и попробоваться в группу. - Странно, что я о нем не слышала. Хотя, наверное, на лицо знаю, - отзывается Вик. - Ага, ты тут всех очень хорошо на лицо знаешь, - Дамиано, конечно, не упускает возможность глупо пошутить и тем самым напомнить блондинке о количестве ее половых партнеров в этой школе, после заливаясь громким хохотом, разносящимся по полупустой столовой. София поддерживает его шутку лишь усмешкой, скорее говорящей "ты как всегда", в то время как де Анжелис уже изо всех сил ударяет друга по руке, одновременно строя злобную гримасу, но снова вызывает у шатена лишь смех. Площадь у массивных железных дверей меряет шагами высокий молодой человек. Его длинные тёмные пряди сверкают под ярким солнцем, очаровывая с первого же взгляда. Но, кажется, Вик и Дамиано совершенно не разделяют этого очарования с Софией. Их лица принимают скептически-недоверчивое выражение, но одновременно, как по команде меняются на приветственно-дружелюбное, когда юноша поворачивается к ним. Соф закатывает глаза на типичное лицемерие, присущее в той или иной степени всем людям, а особенно, к сожалению, итальянцам, и с открытой улыбкой протягивает ладонь для рукопожатия. Итан мнется, неловко улыбается и все же жмет протянутую руку своей, чуть влажной от волнения. Он прочищает горло, представляется и знакомится со всеми. От Софии не укрывается тщательно скрываемая лёгкая нервозность в его движениях, что, надо сказать, она находит чрезвычайно милым. - Раз на данном этапе всех все устраивает, давай посмотрим на тебя в деле, Итан, - ликуя, произносит Вик, которая уже явно прониклась симпатией к будущему, уверена Соф, барабанщику группы, и направляется в сторону студии. Светловолосая тут же хватает новенького под локоть, совершенно развеивая его неловкость, и тянет за собой, иногда поглядывая из-за плеча на вокалиста, пытаясь, наверное, пробудить в нем чувства выше дружбы. В это время Эспозито равняется с Дамиано, явно не особо довольным складывающейся ситуацией. - Не нравится он мне, - бурчит Давид, обвивая длинными пальцами руку Софии и цепляя её за свое предплечье. - Да брось, Дами, очень милый парень, - отвлеченно отвечает девушка, смеясь от созерцания того, как Виктория пытается находу заплести шёлковые волосы Торкио в косичку. - Вот увидишь, сейчас все заиграет. В прямом и переносном смысле, - она одаривает парня приободряющей улыбкой и подмигивает, вызывая у того лишь обречённый вздох. Пока София пытается распеваться, де Анжелис настраивает гитару, а Итан готовится к игре на барабанах, Дамиано расслабленно закидывает ногу на ногу и облокачивается на мягкую спинку стула, закуривая сигарету, совершенно не заботясь о том, что через пару минут будет петь. Надо сказать, хрипотца, появившаяся в голосе шатена из-за курения, никак не портит качество исполнения им песен. Наоборот, оно приобретает какое-то волшебство, чарующее далеко не только Соф. Её взгляд проходится с ног до головы барабанщика и встречается с его глазами, а затем наблюдает смущенную улыбку паренька, заметившего, что его рассматривают. Эспозито пресекает порыв встать и подойти к нему, просто отводя глаза. Она берет в руку микрофон вслед за Дамиано и повторяет ногой ритм, который отстукивает Итан палочками. В следующую секунду изящные пальчики Вик пробегаются по струнам электрогитары, извлекая звук из инструмента и заставляя удивительно гармонично слиться с барабанами. Далее ход за Давидом - он начинает петь, иллюстрируя каждую строчку своеобразным телодвижением, надо сказать, довольно элегантным. София же вступает в игру только со второго куплета, разбавляя нежным голосом развязный тембр шатена, тем самым придавая песне черты, кардинально отличающие её от классического рока. - По-моему, звучим отлично! - воскликает блондинка, ставя гитару на прежнее место и облегчённо улыбаясь, явно радуясь, что наконец нашёлся тот, кто идеально подходит группе во всех аспектах. Итан, аккуратно сложивший палочки на барабан, сияет, словно начищенный самовар, вызывая у девушек ответную позитивную реакцию, и закатывание глаз Дамиано, фыркающего чуть ли не каждую минуту.