Hold me tight

Окруженный слишком пугающими людьми вокруг себя, Чонгук плетется среди них, понимая, что у него нет ни единой попытки сбежать, — сразу перехватят. Потому, он идет спокойно, сдерживая горячие слезы, в которых боль и обида. Он не покажет свою слабость, только не тем, кто его выкупил. Погода будто подстроилась под напряженное настроение: небо потемнело из-за больших густых туч, которые перекрыли солнечный свет. Ощущение, словно вместе с солнечным светом эти тучи забрали и счастье Чонгука. Он не чувствуют былой радости и трепета в груди, как это было буквально утром. На смену теплу пришел знобящий холод, пробирающий до костей. Парня заводят в двухэтажный особняк, выдержанный в темных тонах. Выглядит довольно богато, но что-то заставляет насторожиться. Вокруг этого дома аура весьма мрачная и холодная, из-за чего Чонгук ощущает крупные мурашки по своей спине. Обычно когда говорят о богачах и огромных особняках, представляются чуть ли не дворцы с сияющими куполами, внутри которых все сделано исключительно из золота. Но Чонгук видит перед собой интересный интерьер, все сделано идеально и удобно, ничего лишнего, но опять же, в темных тонах. Здесь нет никакого золота, но при этом сразу ясно, что каждая деталь интерьера может стоить довольно не хило. Охрана говорит идти по коридору, оставляя омегу одного. Чонгук сглатывает слюну и медленно ступает по паркету, осматривая все вокруг себя. Вдоль стен горят лампы с чуть приглушенным светом, но, тем не менее, все прекрасно видно. Через несколько минут Чон видит перед собой большую комнату, своим видом напоминающую гостиную. Свет падает через огромные панорамные окна, наполовину прикрытые плотным тюлью. В центре расположен серый строгий диван, а чуть дальше несколько кресел. Свет приглушен и здесь, создавая особую атмосферу. Но Чонгуку эта атмосфера не нравится совсем. Он оглядывается, пытаясь что-то найти. И находит. Кого-то. На лестнице в гостиную появляется альфа в светло-сером костюме, у него черные, как смоль волосы, но белоснежная кожа. Чонгук со своего места ощущает доминантный запах виолы. Омега только сейчас обратил внимание, что везде пахнет похожим ароматом: пудровым, слегка древесным. Альфа несколько секунд с интересом разглядывает парня, чуть наклонив голову в бок, смотря как-то по-особенному… Чонгук этот взгляд узнаёт. Этот лисий взгляд может узнать любой, ведь его обладатель — Мин Юнги. Высокий и статный альфа, от него аура строгости исходит за милю, он появляется на каждом собрании и банкете вместе со своим отцом. Он же — единственный наследник. — Здравствуй, Чонгук. — первым подает голос альфа, полностью спустившись в гостиную. Его голос низкий, слегка хриплый, но приятный. — Не стой в пороге, присаживайся. — Юнги садится на одно из кресел, закинув одну ногу на другую. Рядом с ним появляется дворецкий, ожидая указаний. Юнги смотрит несколько секунд на омегу, не понимая, почему он до сих пор не сел. — Дворецкий Ли, принесите кофе моему гостю. — альфа, поправляет на себе пиджак, продолжая, — Хотя нет, уже довольно поздно. Заварите ромашковый чай. Дворецкий кивает и пропадет из виду, а Юнги смотрит все также цепко. — Ты сядешь? — голос альфы спокойный, ровный. — Я не собираюсь здесь задерживаться, зачем мне садиться? — наконец отвечает Чон. Услышав его голос, Юнги улыбается уголком губ довольно, смотря в глаза. — С этого момента это и твой дом, как это ты не собираешься? — хмыкает Мин, поднимаясь с места, — Добро пожаловать домой, господин Мин. — Юнги улыбается скалясь и подходя ближе, шепчет последние слова в самое ухо омеги. — Мучает склероз? Тогда спешу напомнить, что моя фамилия Чон. — отходя на несколько шагов отвечает Чонгук. — О, это мы исправим совсем скоро. — улыбка с лица пропадает в момент, Юнги что-то почувствовал. — Я не намерен говорить с тобой, пока от тебя воняет чужим альфой. Прими ванную. Мерзко… — Можно догадаться, что у меня уже есть альфа и мое нахождение здесь не имеет никакого смысла. — хмурясь, произносит Чон. — Да, есть. Твой альфа я, Чонгук. — Нет, мой альфа глава клана Ким. И ты, как никто другой, должен об этом знать. — услышав это, Юнги немного меняется в лице, смотря с отвращением. — Был им. — исправляет Юнги, щелкнув пальцами. — Ты утомил меня, Чонгук. Я даю тебе возможность подумать и отдохнуть сегодня ночью. — Юнги поворачивается в сторону, — Отведите его в комнату для гостей, сегодня он может поспать там. С завтрашнего дня Господин Мин будет разделять кровать со мной. Подготовьте все. Сказав все, Юнги удаляется, не дав сказать и слова. За спиной Чонгука появляется все та же охрана, которая уводит его в отдельную комнату, закрывая на замок.

***

Чонгук сидит на краю большой двуспальной кровати, смотря куда-то в пол. Он думает. Много думает о том, как бы ему вырваться. Зачем все это, если между ним и Юнги нет никакой любви? Где выгода для него? Об этом Чонгук решает поговорить утром, надеясь, что его отпустят хотя бы с каким-либо условием. Чонгук скучает по Тэхену. По его теплым объятиям, дурманящему запаху и успокаивающему голосу. Где-то в груди тянет болезненно, ноет, тянется к родному, но никого нет. Никто не бежит спасать Чонгука, он наедине со своими мыслями, слезами и силами. Только он сможет вызволить себя отсюда. Омега ложится в постель, даже ее не расстилая. Душ принять, как ему было велено, он просто не сможет, ведь его рубашка, волосы и запястья все еще хранят дорогой сердцу запах. Чон обнимает себя руками, обещая себе, что совсем скоро он будет нежиться в объятиях своего альфы, а весь этот кошмар забудет, как страшный сон…

***

Тэхен сидит на очередном выматывающем собрании, постукивая ручкой по папке с отчетами. Один из сотрудников японской компании выступает как спикер, предлагая новые методы продаж. Альфа слушает внимательно, ни на что не отвлекаясь. Телефон спрятан в кармане классических брюк, на удивление, за весь вечер ни разу не завибрировав. Скорее всего Чонгук решил уйти в учебу с головой, поэтому ничего не пишет. Ким про себя решает написать ему, узнать как его омега проводит свое время, ведь последние три дня Тэхен настолько занят, что не успевает даже обедать, что уж говорить о сообщениях. Альфа обещает себе позвонить Чонгуку, а как приедет задарить его объятиями и любимым шоколадом, но парня сразу же вырывают из размышлений. — Господин Ким, мы бы хотели услышать Ваше мнение по этому поводу. — бета у интерактивной доски улыбается с долей волнения, но Тэхен быстро подхватывает тему, говоря все, что думает. Он обязательно проверит сообщения, но позже. Да и что может случиться?

***

Огромный стол древесного цвета накрыт темно-синей скатертью, на которой выставлены две тарелки с омлетом. Вокруг них столовые приборы, а ближе к центру закуски и сладости. Чонгук сидит напротив Юнги, молча смотря в свою тарелку. Мин смотрит на омегу, тяжело вздохнув. — Поешь. — четко произносит Юн, отчего по спине Чонгука пробегаются холодные мурашки из-за страха, которого он не выкажет. — Я не голоден. — прилетает в ответ. — Слуги сказали мне, что ты третий день отказываешься что-то есть. Посмотри на себя, ты еле сидишь. — строго говорит Юнги, поправив челку. — Ешь. — Я сказал, что не буду, пока ты не поговоришь со мной. — А я сказал, что этот разговор я поддерживать не намерен, я не ясно выразился? — также холодно и спокойно отвечает. — А теперь ешь. Я тебя взял замуж, а не в плен. — Послушай… Зачем нам этот брак? Выгоды тебе никакой, а мне тем более… Я не люблю тебя, а ты не любишь меня. — стойко произносит Чонгук, но на последней фразе замечает в лице альфы смятение. Юнги смотрит в глаза, будто отрицая его слова. Омега вздрагивает, часто хлопая глазами. — Не может быть… Мы виделись всего три раза… Послушай, я не… — Чонгук. Ты нравишься мне. И мы теперь пара, хочешь ты того, или нет. — Юн перебирает в руке вилку, — Ты это хотел обсудить? Кушай. — Ты не понимаешь, мы не мож… Чонгук дергается от испуга, когда слышит оглушительный звон вилки, что разбила графин с водой, стоящий на столе. Множество осколков лежат на столе, некоторые падают на пол, вместе со стекающей водой. Юнги встает с места, откидывая от себя стул так, что тот с грохотом падает на паркет. Он подходит к Чонгуку и повторяет слишком строго. Его феромоны сильные, подавляющие, омега внутри Чонгука скулит, но не подчиняется. — Повторю последний раз. Ешь. — Даже не подумаю. — Чонгук, я хотел по-хорошему, но ты не понимаешь. — альфа садится на ближайший к Чонгуку стул, берет вилку в руки и, отрезав кусочек омлета, подносит к чужим губам. — Открывай рот. Чонгук показательно отворачивается, вставая со стула, но его рывком сажают на место, грубо потянув за плечо. — Не трогай меня, блять! — вскрикивает омега, тут же получая звонкую пощечину. Он ладонью накрывает горящую щеку, сдерживая рвущиеся слезы, и смотрит на Юнги со всей ненавистью. — Ты на кого голос повышаешь? — спокойно настолько, что раздражает. Альфа рукой хватается за подбородок Чона, больно давит большим пальцем на губы, повторяя свои слова. — Открывай рот. Горячая слеза все-таки падает на грубую ладонь, когда Юнги начинает насильно кормить омегу. Чонгуку приходится слушаться, потому что больно, нет сил сопротивляться и никто за него постоять не сможет. Теперь он у себя один. — Тэхен узнает обо всем. И тогда ты пожалеешь, Мин Юнги. — шипит Чонгук, с обидой смотря на альфу, на что тот лишь скалится. — Посмотрим.

***

Чонгук лежит на краю кровати, по привычке обнимая себя руками, как в комнату заходит дворецкий. Он осматривает омегу и приказывает ему пройти с ним до комнаты хозяина, потому что молодоженам положено спать вместе. Чонгука от страха начинает потряхивать, от мыслей, что он будет спать с чужим альфой становится слишком противно, по щекам снова стекают слезы, но деться просто некуда. Его уводят в спальню по размерам еще больше прежней. Здесь также стоит огромная кровать, по бокам от нее небольшие тумбы, напротив плоский телевизор. На окнах плотные шторы черного цвета, что совсем не пропускают света. Чонгука оставляют одного в комнате. Он садится на одну сторону кровати, тыльной стороной ладони вытирая влажные глаза и чувствует, как матрас прогибается под тяжестью чужого тела. Невольно морщится от происходящего: он находится в постели чужого альфы, практически находясь с ним в браке, пока его парень находится в другой стране. На талии ощущается теплая ладонь, а после омегу утягивают в постель под одеяло. Юнги обнимает его со спины, носом ведя по затылку. Запах Тэхена практически выветрился, теперь можно наслаждаться природным запахом омеги. Альфа водит рукой по впалому животу, шепча куда-то в ухо… — Прости за сегодняшнее, но я хочу, чтобы ты хоть что-то кушал, тебе нужны силы. — он поправляет на Чонгуке их общее теперь одеяло, и улыбается уголком губ, — Спокойной ночи. Чонгук молчит в ответ. Молчит, потому что больно кусает свои губы. Молчит, потому что боится выдать то, что рыдает, захлебывается в слезах от досады. Молчит, потому что его бесит собственное бессилие. Молчит, потому что это единственное, что он сейчас может.

***

Тэхен поправляет на себе черный пиджак, смотря через иллюминатор на ночной город. Под ним миллионы светящихся фонарей, что видны с любой высоты, тысячи домов и зданий, в одном из которых его ждет один непослушный мальчик с самой прелестной улыбкой и нежными руками, в волосах которого всегда прячется легкий беспорядок, а в глазах пляшет яркий огонек. В руке Тэхена такая же черная, как и его костюм, папка, в которой он составляет последний отчет. Он возвращается домой. К своему омеге.