Солнечные блики

Сережа не знает, почему им с Олегом так повезло, ведь немногим в приюте достается одна комната на двоих. Они же с десяти лет только вдвоем. Наверное, просто воспитателям надоели вечные драки, а еще, что они ни с кем не могут ужиться. Когда Сережа был один, то его синяки игнорировать было слишком просто. Когда появился Олег, и синяки стали появляться на всех остальных, закрыть глаза на проблему уже не выходило. Сережа думает, что их просто изолировали, чтобы не мешались. Этим, правда, заставили других ребят завидовать, но кулаки Олега быстро научили всех, что не стоит пытаться выместить зависть на Сереже. За каждый синяк Сережи Олег ставил с десяток. В Олеге было слишком много ярости и силы, когда дело касалось Сережи. Сережа всегда боялся грома. С самого детства он не мог заснуть в грозу. Слишком богатое воображение рисовало яркие картинки множества несчастий, которые может принести гром. И шаровая молния — самое безобидное из них. Сереже было десять, когда Олег обратил на это внимание. В комнате на двоих не заметить, как трясется Сережа, было просто невозможно. Он не засмеялся, как делали остальные, если замечали Сережин страх. Олег просто перебрался на его кровать, крепко обнял и гладил по волосам, шепча, что пока он рядом, Сереже нечего бояться, даже гром не сможет его достать. Сережа верил, Олегу невозможно было не поверить. С тех пор Олег всегда перебирался на кровать Сережи, если гремел гром. Это стало их традицией. Сереже шестнадцать и он давно не боится грома. Вот и сейчас он стоит и смотрит, как небо за окном расчерчивается очередной молнией. Он оборачивается на кровать Олега. Тот сегодня работал в магазине, помогал разгружать машину, поэтому безумно устал. Олег спит так крепко, что даже шум грозы не может побеспокоить его сон. Сережа не хочет тревожить Олега, но в последнюю неделю они проводили вместе так мало времени. У Олега все время находилась работа, а Сережа просиживал дни и вечера за книгами. Он очень хочет поступить в университет, это его мечта. Он, конечно, мог бы пойти работать уже сейчас, как Олег, в приюте на это закрывали глаза, лишь бы воспитанники справлялись с обязанностями внутри стен, а остальное неважно. Впрочем, они всегда были в этой категории «неважно». Но Олег настоял на том, чтобы Сережа даже не думал об этом, ведь такой ум пропадать не должен, а на любимую газировку Олег заработает сам. Сережа не знает, что бы делал без Олега. Он лишь надеется, что однажды отплатит ему сполна за все. За заботу, любовь и дурацкую газировку. Сережа осторожно присаживается на край кровати и проводит пальцами по волосам Олега. Ему так его не хватает в последнее время, но так не хочется будить. Олег слегка морщится во сне, но не просыпается. Сережа улыбается и хочет встать, но вдруг его перехватывают за запястье. — Там гром, — сонно бормочет Олег и тянет Сережу к себе, — ложись. Сереже не нужно повторять дважды, он забирается под одеяло и крепко прижимается обнаженной спиной к груди Олега. Олег невероятно теплый, а в кольце его рук так уютно, привычно, и Сереже кажется, что он мгновенно готов провалиться в сон, но ему так хочется насладиться моментом. Он прижимается к Олегу сильнее, при этом чувствует, что возбуждается. Ему хочется быть с Олегом еще ближе. После того признания у дуба их отношения изменились незначительно, в них разве что появились поцелуи украдкой, да пару раз Сережа дрочил, представляя себя вместе с Олегом. Но это были лишь фантазии, сейчас Сережа чувствует, что Олег хочет этого не меньше. — Сереж, я… — начинает Олег хрипловатым голосом, но Сережа не дает ему договорить, поворачивается и целует, прижимаясь к нему так сильно, чтобы Олег почувствовал все, чего так хочется Сереже. Олег отвечает на поцелуй, стаскивает с них обоих нижнее белье и касается члена Сережи, сперва неуверенно и осторожно, но потом сжимает его сильнее у основания, начиная ласкать. Сережа не остается в долгу, ведь ему тоже так хочется прикоснуться к Олегу. Они не перестают целоваться, при этом ласкают друг друга так, как делали это самим себе до этого в одиночестве. Сереже прикосновения Олега нравятся куда больше, чем его собственные, он отрывается от губ, стонет еле слышно и кончает под очередной раскат грома. Чувствует при этом, что теперь гроза будет ассоциироваться у него только с чем-то приятным. Олег догоняет его почти мгновенно, снова касается губ Сережи своими, а потом подносит пальцы к губам, чтобы слизать с них сперму. Он словно пробует Сережу, тот моментально повторяет это движение вслед за ним. Ему хочется попробовать вместе с Олегом все, абсолютно все. Они лежат некоторое время в тишине, Сереже нужно осознать произошедшее, а еще ему слишком хорошо, чтобы думать хоть о чем-то. — Олеж, а если они узнают. — Сереже очень хорошо рядом с Олегом, но эти мысли невольно лезут в голову. К ним и так цепляются постоянно, дразнят парочкой, Сережу — девчонкой, страшно подумать что они сделают, если узнают, что их шутки ушли недалеко от истины. — Не узнают, — отрицательно мотает головой Олег, — а если и узнают, то я смогу за нас постоять. Тебе нечего бояться рядом со мной, ты же знаешь? Сережа лишь кивает, он верит Олегу, а еще знает, что вместе с ним ему совершенно ничего не страшно. Он же перестал бояться грома.