Этот перламутр...

Прогуливаясь по окрестностям, Йоко увидела перламутровый балкон. Все балконы в округе были обычными, монотонными, а этот бросался в глаза - такой выделяющийся, как будто так и хотел, чтобы на него бесстыдно пялились. «Какая же пошлятина,» - подумалось Йоко, но она продолжала стоять и смотреть на него. Время близилось к вечеру, нужно было возвращаться домой, ведь Йоко Литтнер теперь учительница или, как она любила себя называть, «училка», а завтрашний день обещал быть загруженным. Вернувшись домой, первым делом Йоко рухнула на свою большую кровать. Издав томный вздох, она сняла с себя очки, отложив их на рядом стоящую тумбочку. Как было хорошо под завершённый день полежать в мягкой постели, хоть девушке иногда и казалось, что чего-то ей не достает... Только вот чего — сама не понимала. Внезапно ей вспомнился увиденный балкон. «И что за извращенец выбрал такой цвет?» - прикрыв лицо рукой и повернувшись на бок, Йоко сама того не заметила, как её щеки покраснели. Неужели её смущал этот оттенок? Буквально напротив кровати открывался замечательный вид на закат, который освещал всё в округе. В глазах все затуманивалось, хотелось спать, но оставалась пара дел по дому, поэтому, хоть и не желая того, Йоко заставила себя подняться и подошла к своему балкону. Всё-таки даже несмотря на свою нелюбовь к оранжевому цвету, она считала закат красивым. Да и её имя было, как-никак, в честь солнца. — Эй, лучик, — теплый мужской шепот на ушко вызвал ураган эмоций. Приятные мурашки той же секундой пробежались по всей спине, всё лицо Йоко от смущения покраснело. Девушка тот же час отшатнулась в сторону, уже готовясь хвататься за винтовку, которую она прятала под кроватью. Голос был знакомый. Его бы она никогда не спутала и, уж тем более, не забыла бы. Йоко была не из простых девушек, которых так легко схватить и, тем более, удержать, как в моральном, так и в физическом плане. Но вырваться она не смогла, ведь талию уже удерживали чьи-то сильные руки. Поэтому всё, что вышло - это только усугубить положение и полностью прижаться к захватчику, но даже он, видимо, не ожидал такой силы от девушки, поэтому второй рукой пришлось схватить её за грудь, чтобы она уж точно не вырвалась. От этого с губ Литтнер сорвался стон, в нем было не столько ощутимо возмущение, сколько то, что ей это даже понравилось… От этого осознания Йоко почувствовала, как ей стыдно. Раньше таких ощущений ей испытывать не доводилось. Даже со спины, через длинные красные волосы и ткань пиджака, который она не сняла, ощущался неплохой рельеф теплого тела этого наглого человека, который посмел ворваться к ней в дом и теперь так бесцеремонно её лапать. — Т-ты к-кто т-такой? — спросила девушка, пытаясь скрыть свою неловкость. После этих слов одним резким движением Йоко была развернута на 180 градусов. Теперь она упиралась к нему не спиной, а грудью. Йоко почувствовала, как жар пробежался по всему телу, а от осознания того, что ей это нравится, становилось грустно, ведь сейчас она посмотрит этому кому-то в лицо и придет полное разочарование, потому что там окажется какой-нибудь очередной наглый урод, которому она набьет морду. Пришлось зажмурить глаза, ожидая дальнейшие действия наглеца, все равно он проиграл уже тогда, когда очутился в этом доме. — Йоко, я соскучился, — протянуто-нежно прозвучал голос. Все ещё до боли в сердце знакомый голос так и просил поддаться, будь это даже не тот, о ком сейчас крутились мысли в голове Литтнер. Тело стало совсем ватным, глаза все ещё было страшно открывать. Несмотря на желание, проснуться никак не получалось, тем более настоящие ощущения Йоко никогда не спутала бы с теми, что были во снах. Может, это даже не сон. Она уже давно прекратила различать реальность и выдумку. Горячие пальцы захватчика нежно коснулись кожи «училки», заправляя алую прядь ей за ухо. Даже прикосновения ощущались ей такими родными... Он провел рукой по её аккуратному подбородку, слегка приподнимая его, и стал опускаться к приоткрытым губам. Чувствуя горячее дыхание и уже зная наперед, что сейчас будет, она попыталась ещё раз проснуться… и… ещё раз… и… ещё… последний… раз… до тех пор, пока слияние губ не произошло полностью, что заставило девушку напрячься и с точностью осознать, что она вовсе не спит. Пытаясь безуспешно вырваться, она сопротивлялась уже со всех сил, но тот, кто её держал, видимо тоже был не из слабых, скорее даже сильнее. Сердце бешено билось, казалось, что сейчас выпрыгнет из груди. При этом своим же телом она ощущала, как бьется сердце того, в чьих объятиях она буквально закована. Этот вкус губ было ни с чем не спутать... … … … Неужели…? Объятия ослабли, в этот же миг по всему телу девушки прошлись мурашки. Но, наконец-то, она была свободна и вольна делать все, что пожелает. Однако всё ещё боялась открыть глаза. — Такой наряд… я не удержался, — он провел большим пальцем по губе. Ну точно, этот голос было уже ни с чем не спутать. Йоко медленно открыла глаза и после этого чуть не словила сердечный приступ. Она начала глубоко дышать и сию же секунду развернулась, дабы протереть глаза и хоть немного успокоиться, а не свалиться в обморок от нехватки кислорода. В её голове перемешивались мысли, всё тело было как будто из ваты, а голова была тяжелой. Казалось, что она вот-вот потеряет равновесие. Собирая в кулаки остатки сил, Йоко нашла в себе смелость. Затем медленно обернулась обратно. — Не-е-ет, ну это явно розыгрыш! — в голос засмеялась она. Благо она умела себя сдерживать, и всякий, кто проходил по улице, если бы и услышал её, то ничего не заподозрил. Стоило ей на него взглянуть, как груз с плеч спал. Йомако облокотилась о подоконник, который стоял за её спиной, вальяжно раскинулась. — Что же ты, пришел тот самый «долг» забрать? — с губ выпал ироничный смешок. Да, это был он самый, Камина. Теперь она смотрела на него всего, в его полный рост, разглядывая до самых мелких деталей. — Ты не изменился, разве что молчишь, — печально вздохнула она. Широкая улыбка не сходила с его лица, а после услышанного он закинул руку за шею, почесать затылок. Не сдержался, улыбнулся во весь рот. — А у тебя вот задница стала ещё больше, — жадный взгляд Камины прошелся по всему телу Йоко. — Да как ты смеешь! — она вмиг покраснела от его дерзости. Йомако сжала руки в кулаки, затем приблизилась к нему чуть ли не в упор, остановившись в паре сантиметров. Камина был на полголовы выше её, поэтому всего лишь дышал ей в алые волосы. У него возникла мысль обнять её, погладить по волосам. Рука уже потянулась, но на полпути он опустил её. Улыбка не спадала с его губ, но теперь уже была грустной. Опустив взгляд в пол, Йоко задумалась. Для неё сейчас всё было и правда как сон, только вот просыпаться совсем не хотелось. Сейчас он казался ей таким же, как тот перламутровый балкон, вызывал очень похожие чувства. Приятные мурашки пробежались вновь по всему стройному телу девушки, ей так захотелось, чтобы он коснулся хотя бы кончиками пальцев до нее. Нет, ей хотелось сейчас чего-то большего. Сердце сильно забилось. — Ты так и не вернул мне долг, — полушепотом сказала она. Ощутить его всего. Да, именно этого она сейчас хотела. Хотя бы сейчас, хоть немного, ей так сильно хотелось побыть рядом с ним. — Мне ведь ещё не поздно вернуть его сейчас, — чуть приблизившись, произнёс он. Она чуть не отпрянула, но вовремя удержалась, оставшись на месте. Казалось, что Камина хочет того же, что и Йоко. Нет, по его глазам было четко видно, что он этого хотел, стоило в этот момент ей только взглянуть в них. Камина ласково провел рукой по алым волосам, нежно собирая в пальцы тонкую прядь, поднеся её к своим губам. Для Литтнер в этот момент казалось, что он попросту дразнит её. И тогда же девушка решила взять инициативу в свои руки, как в их первый раз. Она встала на носочки и, словно позабыв обо всем, закрыла глаза и потянулась к его губам. Камина не стал сопротивляться, лишь пошел навстречу. Это был короткий и нежный поцелуй, без всякой пошлости, в нем чувствовались лишь нежность и тоска по былому. Казалось, что Йоко спрашивает разрешения, вот так целуя парня, и стоило ей отпрянуть от губ Камины, как он моментально ухватил её за талию и прижал к себе всем телом, словно не желая отпускать. Щеки Йоко залились румянцем от смущения, но она не сопротивлялась. Если кто-либо и может проявлять такую наглость, то пусть будет он. Сейчас ей не хотелось думать ни о чем, только быть с ним и чувствовать его всего, всем своим телом и душой. На этот раз поцелуй был с такой страстью, что Йоко начала впиваться ногтями в плечи парня, задевая его ключицы. Он не чувствовал боли, его тело сейчас горело от страсти, собственно, как и тело девушки, которую он обнимал. За непрерывным слиянием губ последовала инициатива от Камины, он решил углубить поцелуй, использовав язык. Йоко и не была против, хоть и лёгкий стон выдал удивление, она пошла навстречу. Им обоим хотелось из этого момента выжать всё. Отрываться совсем не хотелось, даже когда обоим начало не хватать воздуха. Почти непрерывно они стояли так долгое время, пока все внутри до предела не начало гореть, требуя большего. Кровать была рядом, а мысль пришла будто в одно время им обоим. Отходя назад, Камина потянул Йоко на себя, она же пошла вперед, слегка толкая его. Парень рухнулся на кровать, утягивая красноволосую за собой, все ещё не отрываясь от её губ. Он заправил распущенные волосы девушке за шею, уже намереваясь продолжить дальше. Но Литтнер его опередила, в сию же секунду оторвавшись от длительного поцелуя, она спустилась вбок, от щеки до уха парня, оставив на коже дорожку своего теплого дыхания, нежно прикусила мочку. По его телу невольно прошлась волна мурашек, Камина издал томный вздох, сжимая одной рукой ткань на талии Йомако, другой же аккуратно придерживал её за шею, не надавливая, как бы давая ей свободу воли. Всё же ему было интересно, какая она в порыве страсти, хоть и не был из тех, кто требует это. Камине не нужна чья-то инициатива. Если он чего-то хочет, то возьмет сам. Дальнейшим спуском была шея парня. Медленно переходя к ней, Йоко остановилась и, облизнув место, укусила, в тот же миг поцеловав. Камина же не почувствовал боли, лишь приятное покалывание. Ему хотелось сейчас перевернуть её, поменяться с ней местами, но он выжидал, интерес кипел. Что же она ещё придумает? Может, ему даже нравилась эта нежность, в процессе он не мог никуда деваться, как только позволять себе гладить Йоко по волосам, словно хваля кошку. Оторвавшись от шеи Камины, она оставила ему красный след, который пройдет теперь совсем не скоро. Собственность — таким она считала его сейчас для себя. Никак иначе и нельзя было. На данный момент Камина и правда принадлежал ей, он был полностью в её власти. Дальше она плавно перешла на ярко выраженные ключицы, дорожкой поцелуев дошла до их середины и, пуская в ход язык, начала спускаться, от груди — ниже, к прессу, задевая ногтями его слегка выпирающие ребра. Чем ниже Йоко спускалась, тем сильнее Камина чувствовал, как желание в нем доходит до предела, но он не из простых, ему нравилось, как в нем кипит интерес, нравилось ощущать новые эмоции. Он одновременно был в нетерпении от ожидания, что будет дальше, и одновременно хотел сорваться — схватить Йоко, даже не спрашивая разрешения, и полностью завладеть её прелестным телом. В голове фантазий было хоть отбавляй, и ему это нравилось. Когда язык Литтнер спустился в самый низ, останавливаясь у пояса, девушка выжидающе помедлила, словно боясь заходить дальше. Вспомнив, с кем она сейчас находится и что такой шанс, возможно, больше не выпадет, Йоко тяжело вздохнула, решившись — она будет идти до конца. Спуская руки к бедрам парня, она зацепилась за его штаны и резко стянула их вместе с нижним бельем. Штаны отлетели в сторону, на кресло, стоявшее рядом с кроватью. Камина даже стыда не почувствовал, весь расслабленный, с взъерошенными волосами, он лишь слегка приподнялся, упираясь локтями в кровать, так сильно ему хотелось увидеть этот развратный процесс. Увидеть то, что Йоко собиралась сейчас сделать. От нетерпения и жажды он прикусил губу. Такой вид Литтнер видела впервые, размеры так ещё больше впечатлили. Конечно, она никогда не недооценивала Камину, но сам вид его члена уже вызывал у нее кучу развратных мыслей. Она сглотнула, чувствуя, как кровь приливает к лицу и как необычно она начинает чувствовать себя снизу, горячо — и, конечно же, она знала, что это за чувство. Оставаясь в том же положении, девушка выпрямила спину, пышная грудь в из-за этого казалась ещё больше, снявшийся галстук полетел на то же самое кресло, за ним последовал пиджак и снятая через голову кофта, а затем и лифчик. Камина лишь смотрел и любовался видами её красивой большой груди, все ещё ожидая продолжения. Облизнувшись, Йоко подмигнула, посмотрев парню в глаза, снова дразнила. Она приподняла руками свои груди, которые едва помещались в ладони, тряся их, как будто выводя парня из себя, и по его сверкающим глазам было видно, что у девушки это получалось. Поиграв ещё немного с прелестями, что дала природа, Йоко начала действовать. Согнув спину, она наклонилась ближе, помогая руками своей груди плотно прижаться к члену. Как только это произошло, они оба ахнули в унисон. Камина от новых ощущений и возбуждения, Йоко же ощутила, насколько твердой и горячей может быть эта «штука». Девушка начала водить грудями вверх-вниз по члену и сама же долго не продержалась, как приспустила голову и включила в ход язык, который попробовал на вкус верхнюю часть. Почувствовав это, Камина чуть не подскочил, однако успел сдержаться и лишь вздрогнул, запрокидывая голову назад, вместе с этим прикусывая губу. Увидев это, Йомако захотелось сделать это полностью, поэтому, не особо раздумывая, она заправила прядь волос за ухо и, другой рукой придерживая член, взяла его полностью в рот, начиная двигаться. Камина не смог сдерживаться, из его уст начали вырываться стоны, по всему телу разливался жар. Не сдержавшись, он схватил девушку за волосы, бесстыдно заставляя её делать это глубже. Обычно бы Йоко за такую наглость вдарила, но сейчас она лишь прикрыла глаза, из которых ненароком слегка показывались слезинки. Такой подход был очень грубым даже для него, но ноги девушки начали ненароком трястись. Не сдержавшись, свою свободную руку она решила перевести в место пониже, чуть задрав юбку вверх, она засунула ладонь в вырез на бедре, проникнув пальцами меж тонких прозрачных перламутровых колготок и того же цвета трусиков, дошла до того «заветного» места, двумя пальцами Йоко начала поглаживать себя, ублажать, чувствуя насколько она уже влажная, что стало удивительным даже для неё самой. Камина понимал, что если так продолжится, то все придет лишь к тому, что только он сам и получит оргазм, потому что, признаться, был он на пределе, а то, что Йоко пустила в ход свою руку — тоже явно говорило о многом. Камина понимал, что этим он не удовлетворится полностью, поэтому грубо схватил запястья красноволосой, заставляя оторваться от обоих процессов, которыми она сейчас была так увлечена. В мгновение девушка оказалась сверху на парне, а в тот же миг перевернутой, теперь она была под ним. — Возьми меня, — почти умоляюще тихо произнесла Йоко. Недолго осматривая её, всю возбужденную, помятую, покорную, он содрал юбку, которая отправилась вслед за остальной горой вещей. Сейчас церемониться не хотелось обоим, возбуждение слишком обуревало. Колготки слишком возбуждали, так не хотелось их срывать. Камине не составило труда перевернуть девушку в очередной раз, меняя её положение, она быстро спохватилась и, оказавшись на животе, приподняла бедра, расставляя ноги шире, но даже этого было недостаточно. Камина сам решал, как широко они будут раздвинуты. При этом грубом движении Йоко издала стон удовольствия, ей нравилась грубость, проявленная с его стороны, а ему нравилось то, как она покорно все делает. Не снимая с девушки колготок, он в порыве страсти их разорвал, оставляя специальное отверстие, трусики же пришлось немного сдвинуть пальцами, которые коснулись «киски» Йоко, от чего она в тот же миг машинально двинулась вперед, будто прося уже быстрее его сделать «это». Ждать долго не пришлось, ухватившись одной рукой за ягодицы девушки, второй рукой он помог члену войти внутрь киски. Йомако тут же издала стон, боли она не почувствовала, потому что она уже взрослая девушка и любила ласкать себя разными игрушками, хорошо припрятанными в доме. Однако такое для нее было впервые - чувствовать горячий и твердый орган у себя внутри. Камина продвигал его не полностью, медленно, но уже чувствовал, как его дыхание сбивается, как сердце бешено колотится в груди. Как же в ней сейчас было горячо, узко и влажно. Даже от таких медленных движений Йоко не могла сдерживать стонов. Эти звуки, особенно из её уст, её голос пробуждал в Камине ещё больше страсти. Теперь уже двумя руками он сжал ягодицы девушки, резко двинув её бедра к себе, тем самым делая проникновение ещё глубже. Литтнер уже не могла сдерживать себя, и с каждым толчком из её уст вырывался все более сладкий стон, который так и говорил, что она приближается к «пику» удовольствия. Только вот от этих звуков Камине хотелось сильнее ею овладевать. Было непривычно ощущать, как в ней что-то движется, ещё и размеры с шириной явно были более выдающимися, что не говоря про твердость и жар. Резкий глубокий толчок, и Йоко издает громкий сладостный стон, от которого у Камины напрочь сбивается дыхание, он тоже издает стон, но пока ещё держится. А вот у Йомако подкашиваются ноги, а внутри все сжимается, сжимая с этим и то, что находилось сейчас внутри неё. Камина не собирается на этом заканчивать, пока он в строю — ничего не закончится. Он ожидает недолгое время и подхватывает девушку за живот, сам же прижимается всем телом к её выгнутой спине и, не выходя из нее, начинает двигаться, только уже гораздо жестче и быстрее. Целует оголенную шею, нежно кусая, а руками трогает груди, стимулируя соски. Йоко стонет почти без остановки, кажется, она сейчас кончит второй раз — так и случается. Камина чувствует, как её тело снова сжимает его, но он не может остановиться, сейчас он хочет овладеть ею полностью, без остатка, поэтому даже несмотря на это, он продолжает делать толчки и двигаться в ней. Стоны Йоко почти срываются на крик: — Да, сильнее, не останавливайся, — она сама просит его. Значит, он останавливаться и не будет. Камина хватает девушку за волосы, тянет на себя и понимает, что ещё немного.. И он заканчивает, не вынимая. Тяжело дыша, Камина чуть нагибается и страстно целует Йоко в губы. Без слов, просто поцелуй. Наверняка лучший в её жизни. Что ни говори, когда Йоко проснулась, никого в своем доме не обнаружила, ни следа. Хоть и ощущения она помнила каждой частичкой своего тела, оно всё болело. С окна виднелся вдали лишь тот самый загадочный перламутровый балкон. Наверняка это был лишь сон или параллельный мир. А может все же реальность?.. По крайней мере, этого она никогда не забудет.