Матерь.

На следующий день. Деревня. Карл приспокойно работал в своей мастерской, точнее, спокойно он работал в перерывах между гневным ором на одно из своих творений - Штурма и поисками нужных ему инструментов, конечно же с сопровождением в виде отборного англо-немецко-румынского мата. Плюсы есть во всем, даже в принудительном прибывании на этом, всеми забытом, клочке Земли в румынских горах. Относительно тихую работу Хайзенберга, уже на протяжении нескольких минут, начали прерывать какие то странные звуки откуда то снаружи здания. Казалось бы: фабрика это далеко не умиротворённое место и различных звуков здесь хоть отбавляй, фабрика Хайзенберга же тут далеко не исключение. Просто за те несчётные года, проведённые в этом месте, Карл, привык, буквально ко всем, звукам своего пристанища, в связи с чем довольно быстро различал средь них (звуков) самозванца. —Scheiße! — Рыкнул инженер бросая инструменты и грозными шагами направляясь к выходу с предприятия. —Ну и что за урод мешает мне работать!? — Вылетя на улицу разразился вопросом немец, оглядываясь вокруг. Когда же он обнаружил причину своего недовольства, то невесело усмехнулся. —А, прошу прощения, тут не урод, тут уроды. — Специально выделив последную букву, сказал Карл, будто летающим тварям на крыше было до этого дело. —А ваша хозяйка. — При упоминании Альсины он демонстративно сплюнул. — Не говорила вам что НА МОЕЙ ТЕРРИТОРИИ ВАМ ДЕЛАТЬ НЕХЕР!? — Резко задал риторический вопрос лорд, уже готовясь запустить в, ответно раскричавшихся на его ор бестий, всем подручным металлом, как в голову пришла интересная мысль. Вместо того что бы убить порождения из подвалов сарая «Дерьмотряски», как Карл её про себя называет, он лишь сковал их металлическими листами и быстро скрылся за воротами. Уже через пять минут он вернулся к своим «заключённым» с двумя реактивными солдатами. —Ну что, развлечёмся?... валкории... ва-вал... — Он точно помнил, что слышал название этих крылатых выродков, но память упорно не хотела вспоминать его полностью. — untermenschen* короче. — Отмахнулся инженер освобождая вальномий* от железных коконов, тем самым давая своим творениям отмашку к действию. Само собой Хайзенберг был уверен в победе своих солдат, даже при трёхкратном перевесе не стороне врага, но когда всего лишь через полторы минуты, все незванные твари были отправлены на тот свет - немец опешил, правда не на долго, ибо удивление резко сменила гордость, собой любимым конечно в первую очередь, но и бойцы получили немного, правда совершенно не нужной, похвалы в виде коротких аплодисментов. —Gut. — Кивнул он, перед тем как дать плодам некроэксперементов задание посложнее, но поинтереснее. Леди Димитреску... Сколько благородства и силы заложено в данный титул и фамилию... На сей момент, который продолжается уж больше века, носительницей этой фамилии является гордая и прекрасная Альсина Димитреску, а так же её три, не менее прекрасные и гордые, больные садистки дочери: Бэлла, Кассандра и Даниэлла. —Мама. — Рой жужжащих мух, что на большой скорости, но при этом с изрядной долей осторожности, влетел в комнату, где в данный момент находилась владычица замка, медленно попивающая вино и читающая какую-то книгу, что расположилась на коленях у дамы. —Да, Даниэлла? — Она оторвалась от чтения и перевела взгляд на дочь. —Телефон звонит, ты говорила никогда не поднимать трубку, вот... — Проговорила самая младшая из дочерей замявшись в конце, чем вызвала тёплую улыбку у матери. —Спасибо девочка моя. — Альсина встала на ноги и надела свою широкополую шляпу, что до сего момента покоилась на спинке комфортабельного кресла. — Ступай. — Девушка кивнула и «растворилась» в чёрной тучке насекомых, после чего мигом покинула помещение, что немного погодя сделала и сама Леди Димитреску, направившись в свои апартаменты где и находилось средство связи. Через несколько секунд быстрой, но элегантной, как собственно, любое действо совершаемое аристократкой, она оказалась в нужном помещении, величественную тишину которого, разрезал противный звон аппарата, проведённого сюда, по приказу просьбе Матери Миранды. Женщина села на пристолешный табурет и сняла трубку. —Матерь Миранда? — Да, она помнила, что госпожа говорила на позавчерашнем «семейном собрании», но поскольку за всё время работы телефона, только госпожа и звонила Альсине, первым на ум пришла именно она. —Нет блять, Отец Хоффман. — Резкий, грубый голос по ту сторону, сразу же дал понять кто оторвал её от приятного времениприпровождения. —Ты забыла что Матерь покинула деревню? Совсем из ума выжила от своего вина? —Что тебе нужно? — Еле скрывая злобу спросила Димитреску, что была в шаге от того, что бы оборвать разговор. —Скажи-ка мне пожалуйста, какого хрена твои крылатые твари забыли на моей фабрике? — Задал вопрос мужчина, интонационально выделив принадлежность предприятия. —Понятия не имею, хотя возможно они просто учуяли твою вонь. — Съязвила Димитреску, решив между делом покрасить свои и без того кроваво-алые губы. —Хех, ну тогда у тебя тоже запашок не из лучших. — Не остался в долгу Карл злорадно ухмыляясь по ту сторону провода. — Вообщем слушай: эти крылатые untermenschen - твоя работа и эта самая твоя работа, заявилась на мою территорию, мешая мне работать, нарушая тем самым, установленные нашей матерью правила. Так что не заставляй Матерь Миранду по приезду волноваться за своего любимого сына, что подвергнулся нападкам взбалмешной сестры. — С некоторой агрессией в голосе выдвинул и обвинения и требования Хайзенберг, от чего лицо Альсины скривилось в гримасе неподдельного гнева. —Да что т... — Она было начала говорить в ответ, но оказалась перебита «младшим братом». —И да, мы в расчёте. — Напоследок выдал инженер смеясь, прежде чем бросить трубку. —Чёртов мужлан, ну нечего... он у меня ещё попляше... — С ненавистью и презрением сквозь зубы говорила Димитреску вставая с табурета, как пред её окном появилась барахтыющаяся вальномия, видимо на чем то подвешенная. Сквозь вопли твари она так же услышала звук какого то мотора, перемещиеся где-то сверху. —Умолкни. — Повелела гневная Альсина открывшая окно и разрубившая существо на несколько ломтиков своими острыми длинными когтями угольного цвета. Она выглянула на улицу придерживая шляпу и оглядел ась. Как оказалось, шум двигателя издавали порождения Карла, что постепенно, короткими перелётами прибежались к земле. —Сволочь... — Прошипела владычица замка дёргая за верёвку, на которой висела уже успевшая раствориться после смерти вальномия, тем самым обрывая её. Тем временем в румынском городке, дом Уинтерсов. Миранда проснулась раньше Итана, ещё бы, сон нужен ей лишь для спокойного притворства Мией, так что она может встать довольно таки рано, надо лишь соблюдать некоторые рамки. Первым делом она направилась к ребёнку, дабы покормить её, убрать за ней... ну и полюбоваться ею, куда уж без этого. Следующим этапом была готовка завтрака, конечно, ещё остался вчерашний ужин, но Матерь посчитала, не из соображений заботы конечно же.. а ради лучшего вживания в роль, что для утреннего приёма пищи нужно что то полегче, так что выбор пал на банальную глазунью. Полчаса спустя. —Спасибо за завтрак. — Вытирая руки и лицо полотенцем после умывания, сказал Уинтерс целуя «жену» в щёчку. — Я побежал, дорогая, до вечера, пока Роза. — Блондин чмокнул дочь в лоб. —Удачи. — С улыбкой пожелала «Мия» уходящему «мужу». Теперь у Миранды будет весь день на то, что бы заняться Розой. Как решила Матерь - девочка должна перестать бояться её истинного облика, поэтому придётся задержаться... Но она ждала так много... поэтому ничего не стоит подождать ещё.