Первый шаг.

У Эрена и Жана были тёплые и доверительные отношения, но это не отменяло их драк в столовой по любой причине. Но, таким образом, никто и не узнает об их тесной связи. После того как они снесут все на своём пути во время драки и после того как они вместе отбывают свое наказание, они зализывают друг раны, сидя уже в такой родной конюшне, которая пропахла приятным запахом сена. Они искренне извиняются за каждый небольшой синяк, нанесённый за какую-либо колкую фразу. - А раньше ты бы никогда не сказал бы мне такого, - ответил Эрен на извинения Жана, ведь у того под боком образовался огромный синяк, который ужасно ныл. - Это было бы странно. Жан приподнял ночную кофту Йегера и провел горячей рукой по оголенному участку кожи, нежно поглаживая. - Я не отрицаю что я был таким идиотом, но после наших драк и тупых скандалов я хотел извиниться, но боялся, - Кирштейн наклонился и поцеловал ноющее место, оставив маленький мокрый след, - я сам себя не понимал. Я не понимал почему так хотел получить от тебя внимание, утешить, обнять и побыть просто рядом, - убрав руку, Жан опустил кофту, притягивая зеленоглазого ближе к себе, - но после твоего признания я понял что это за чувство. Наверное, это глупо звучит, ведь такое я чувствовал и к Микасе, но это совершенно другое. Мои чувства к тебе сильны и искренни. Жан посмотрел в глаза своего возлюбленного и нежно улыбнулся. Глаза Эрена манили. Они были глубокими и в них хотелось утонуть. Хотелось смотреть в них вечность и видеть там только свое отражение. Да, кареглазый был тем еще собственником. - Я раньше не понимал кого я ревную. Микасу или тебя. Я не понимал почему меня так бесит, когда Армин находится рядом с тобой, когда ты так тесно общался с Микасой. Но седьмого апреля я все понял. И знаешь, я не сожалею. Впервые я не сожалею о том, что связано с тобой. Жан усмехнулся, взяв в свои ладони руки Эрена. Такие гладкие и еще мягкие. Он поднес их к лицу и, прикрыв глаза, нежно поцеловал каждый палец, каждую косточку, каждую венку. - Не думал что ты можешь говорить такие речи, - Йегер поднял лицо Кирштейна и нежно поцеловал в губы, - я думал что я, сошёл с ума. Я и сам хотел быть ближе к тебе, но не знал что мне делать. Я никогда не задумывался о любви, о том что делать и как с этим справляться, но не знаю что бы я делал, если бы в тот день ты бы меня послал куда подальше, - прошептав эти слова в губы, Эрен прикрыл глаза, соприкоснувшись своим лбом с чужим. Они сидели так недолго. Поняв, что уже все легли спать, когда в окнах не горело ни одной свечи, они направились в свои комнаты, еще раз поцеловавшись перед уходом.