Часть 38. Тэхо и Хэвон
25 июля 2021 г., 16:06
— Это безумие... Полнейшее безумие, и я до сих пор не понимаю, как на всё это согласился! — Джин сидел, откинувшись на мягкую спинку своего спального места, и внимательно изучал экран смартфона под мерный стук колес, пока Тэхен расположился у него под боком, беспечно качая ножкой и поглаживая по колену своего почти что уже фактического мужа.
— Это приключение, и не испытание. — Тэхен улыбнулся, в то время как Джин, сумев ненадолго отвлечься от, очевидно, очень важных дел, посмотрел на него взглядом, полным отчаянного скептицизма.
— Я сейчас ищу авиабилеты, при том, что в данный момент мы едем на поезде. И все наши путешествия должны каким-то образом уложиться в четыре дня… — Джин закатил глаза. — Ну максимум в пять, а потом…
— Мы отправимся в новое путешествие! — Тэхен повернул к Джину голову, и Джин не мог не заметить, насколько восхищен и заинтригован он был этой перспективой. — Свадьба на берегу моря! Это же сказка...
И на этом моменте Джин позволил себе самодовольно улыбнутся.
— Да, сказка, которую нам полностью организуют добрые феи-крестные с железными яйцами и непреодолимой тягой к авантюрам. — Он вздохнул, запустив пальцы в волосы Тэхена, который поудобнее расположил на его широком плече свою очаровательно лохматую голову. — Просто для меня это слишком насыщенная программа. И дело даже не в том, что мы теперь в разъездах, потому что разъезды налегке — это даже приятно, а в том… Что мы едем знакомиться с родителями! И если со своими я знаком, то с твоими…
— Волнуешься? — Тэхен вновь повернулся к Джину, и тот не стал скрывать от него то, что… итак было очевидно.
— Конечно, я волнуюсь! В своей жизни мне всего раз приходилось знакомиться с родителями моего парня, и ни разу с родителями моего мужа! А это, между прочим, очень важный момент, потому что если ты вдруг не понравишься родителям своего… — Джин рассуждал очень сосредоточенно, чтобы лишний раз подчеркнуть важность этого момента.
— Ты понравишься моим родителям. Об этом можешь вообще не переживать. Вы подружитесь. Мои родители — замечательные, открытые люди, с которыми сложнее НЕ найти общий язык, чем… найти его.
— Тэ, я не сомневаюсь в этом. — Джин запрокинул голову, затем серьезно посмотрев на Тэхена. — Не сомневаюсь, что твои родители замечательные, но все равно волнуюсь. И отчасти потому, что всё это в спешке. Как можно торопиться в таком деле?!
— Очень просто. — Тэхен пожал плечами, затем ловко и полностью развернувшись к будущему мужу, двумя руками опираясь на согнутые колени взволнованного Джина. — Для первого знакомства достаточно одного дня. А вот когда мы встретимся второй раз, все-все вместе, со всеми родителями за одним столом… Вот тогда будем долго разговаривать, знакомиться обстоятельно, и не будем никуда спешить. Сейчас мы просто… Сейчас мы просто побудем хорошими сыновьями, потому что вот мне не хочется выходить за тебя замуж, зная, что мои самые близкие люди находятся в неведении.
Джин задумался, прямо смотря на Тэхена, но видя не его, а свои собственные, внезапно обрушившиеся на него суетливые воспоминания и опасения, а затем кивнул.
— Да, ты прав. — И он вновь начал изучать экран своего смартфона. — Билетов много, лететь два часа. Есть вполне нормальный вариант вылететь рано утром и следующим ранним утром прилететь. Или… — Джин быстро скользил пальцем по светящемуся экрану. — Или вылететь ранним утром и вернуться в ночь того же дня. Если ты понял, что я имею ввиду.
— Ты предлагаешь даже не ночевать? — Тэхен задумчиво смотрел на Джина, который задумчиво смотрел на находящиеся перед его глазами лётные варианты.
— А как хочешь ты?
— В любом случае, нужно остаться с ночевкой. Потому что в этом случае у нас будет не только совместный ужин, но и завтрак, а это лишний повод поговорить и провести время вместе. Уверен, ты успел соскучиться. — Тэхен заметил на лице Джина мягкую, едва уловимую улыбку, которая пробивалась через густую, мигом нашедшую на него сосредоточенность. — Если, конечно, у твоих родителей есть, где разместиться.
— У моих родителей квартира на двести квадратов. Думаю, мы найдем для себя укромный уголок. — Джин вдруг задумчиво поднял глаза. — Да и отец, наверняка, захочет с тобой поговорить, а на это может уйти…
— О чем? — Теперь пришла очередь Тэхена волноваться, и Джин хитро улыбнулся.
— Вот потом и узнаешь. Но вообще, это будет что-то искреннее и заботливое, с легким оттенком нравоучения. Папа очень серьезно относится к вопросу создания семьи, а так же достаточно прагматичен, предпочитая оценивать риски и выгоды до того, как ничего уже нельзя будет повернуть назад. Это обычные родительские разговоры, просто в случае моего отца они чуть менее романтичны и трогательны, но мама всегда его очень качественно смягчает, так что вообще никаких проблем.
— Я помню, что рассказывала тетушка Су. — Тэхен улыбнулся. — И, честно сказать, мне всё же не терпится познакомиться.
Джин сосредоточенно водил пальцами по экрану.
— Написал Чимину — он оформит билеты. Теперь нужно выбрать кольца… Но я знаю, где их можно будет выбрать, потому что…. — Джин рассуждал, рассеяно наглаживая плечо Тэхена, который теперь, вновь устроившись на его груди, повернул к нему только голову, с особым удовольствием наблюдая за красивым и излишне сосредоточенным лицом, на котором появились очаровательно напряженные, придающие лицу еще больше мужественности заломы между бровей. — Потому что я официальный амбассадор. Как тебе эти?
Джин повернул к Тэхену экран, и Тэхен покачал головой.
— Не нравится. — Он внимательно следил за реакцией Джина, который никак негативно не отреагировал на это замечание, продолжив поиски. — Значит, ты лицо Картье?
И Джин вновь показал ему телефон, где на главной странице официального сайта было его красивое лицо и красивая рука в очень красивых и дорогих часах.
— У тебя там бонусная программа? Хочу этот снимок себе на заставку. — Тэхен говорил без тени иронии, но Джин улыбнулся.
— Да, пять процентов.
— Эх, если бы я знал…. — Тэхен вздохнул, а затем схватился за лежавшую на его плече руку, переплетя их пальцы. — Давай еще варианты.
— Как тебе такие? — Джин показал пару обручальных колец, но Тэхен лишь поморщился.
— Слишком просто. Настолько просто, что неинтересно и не вдохновляет на долгую счастливую семейную жизнь.
— На, выбирай. — Джин вложил в его свободную руку телефон, в то время как сам потянулся к столику, на котором стояла открытая и уже наверняка успевшая нагреться до этого приятно охлажденная бутылочка минералки. — Тебе не угодишь.
Тэхену понадобилась пара минут, чтобы он победно продемонстрировал Джину экран.
— Вот эти.
— Мне… — Джин чуть больше приблизился к телефону, чтобы лучше разглядеть. — Нравится. Но не слишком ли широкие?
— Только будут подчеркивать аристократичность твоих пальцев… — Тэхен самодовольно улыбнулся, заметив краем глаза, что свои глаза Джин теперь закатил. — Это не сарказм.
— Знаешь, меня больше волнует, как это кольцо будет смотреться на твоей руке… — В голосе Джина послышалось взволнованная многозначительность, и Тэхен опустил телефон, полностью к нему развернувшись. — С ума схожу от твоих рук.
— А я от тебя. — Тэхен ответил настолько серьезно и решительно, как будто у них с Джином теперь было соревнование, кто быстрее и от чего слетит с катушек.
Но Джин решил сразу капитулировать, притянув к себе Тэхена за подбородок, чтобы нежно поцеловать. А затем забрать свой телефон.
— Размер у нас одинаковый, значит, могу оплачивать и оформлять доставку на адрес Чимина. — И Джин вновь был сосредоточен. — Получается, мы с тобой сделали теперь всё, что должны были. По крайней мере из того, что было особенно важно и срочно.
— Ты сделал. — Тэхен вновь откинулся на широкое плечо, двумя руками перебирая все это время находящиеся в его ладони пальцы Джина. — А я бесполезный.
— Ты вдохновитель. Мотиватор. Единственная причина, почему я теперь такой собранный и деятельный. — Джин быстро, благодаря достигшим небывалых высот развития информационным технологиям, оплатил заказ, затем сделав еще пару лишних, но очень важных движений пальцами по экрану, затем, наконец, телефон отложив, этим экраном для верности положив его вниз. — Теперь можно отдохнуть.
— Может сходим в вагон-ресторан? Я по-моему проголодался. — Тэхен сверялся с ощущениями внутри живота, но ему явно мешали барахтающиеся там бабочки.
— Поддерживаю,самое время! — Джин мягко отстранил от себя Тэхена, быстро поднявшись и протянув ему руку. — Будем считать, что это свидание. Только не забудь надеть тапочки.
***
— Твой маме точно понравятся эти цветы? — Джин смотрел на Тэхена почти с отчаянием, и Тэхен, не из злых побуждений, улыбнулся, мягко поцеловав его в щеку, пока Джин глазами искал другие варианты. — Тебе нравятся именно эти цветы? Если ты сам будешь восхищен ими, они в любом случае произведут должный эффект на мою маму. — Почему бы тебе просто не сказать, какие у твоей мамы... любимые цветы? — Джин нахмурился, все еще не имея возможности отвести взгляд от пышных белых хризантем. — Потому что отец редко ей их дарил, а я всегда, когда появилась материальная возможность, выбирал что-то другое, поэтому… Стыдно признаться, но я не знаю, какие моя мама любит цветы. И любит ли их вообще. Услышав последнюю фразу Джин округлил глаза, в которых явно читалась паника. И Тэхен рассмеялся, двумя руками взяв его за талию и притянув к себе, положив свою голову на его широкое плечо. — Моя мама будет в восторге от тебя. Как и я. — Тэ, я серьезно! — Джин до сих пор не мог расслабиться и правильно воспринять то, как Тэхен теперь стремился разрядить атмосферу. — Мне нравятся они, и я не могу выбрать ничего другого. Джин смотрел на пышный букет хризантем, аккуратные, белоснежные лепестки которых очень эффектно контрастировали с темной зеленью стеблей и листьев. — Волшебные. Такие же понятные, близкие, но при этом утонченные и нежные, как моя мама. — Тэхен отстранился, теперь также смотря на цветы, пока Джин смотрел на него. — Ты серьезно? — В его голосе слышалась надежда, и Тэхен уверенно кивнул. — Отлично! Значит, берем его! — Белые хризантемы и красное вино… — Тэхен мечтательно закатил глаза, затем задумчиво посмотрел на серьезного Джина. — Очень живописно и символично. — Вино мне помогал выбирать Чимин, который ни черта в нем не смыслит, как и я. — Джин надул губы. — Но мы полагались на мнение опытного сомелье, поэтому… Ох, только бы твой папа оценил… — Оценит. Мой папа оценит заботу и проявленное внимание, а насчет вина… — Тэхен пожал плечами. — Он не разбирается в букетах, но свято верит, что бокал красного сухого продлит его активную жизнь. Но ты должен выдохнуть. — Тэхен прямо смотрел Джину в глаза. — Перестань волноваться! Я люблю тебя, а значит, мои родители полюбят тебя в тот же момент, как увидят. Ты делаешь меня счастливым, а это твоя самая лучшая рекомендация в их глазах. Потому что все остальное неважно. Джин смотрел на него задумчиво, а потом улыбнулся, прислонившись лбом его виску, носом коснувшись щеки. — Я глупо выгляжу, я знаю. — Ты выглядишь так, что я готов вновь упасть перед тобой на колени и просить твоей руки. — И Тэхен взял Джина за руку, потянув к продавцу. — Давай закончим уже с этим побыстрее и приступим в главному.***
Такси остановилось перед трехэтажным домом качественной современной отделки. Здание было похоже на коттеджное, только небывалого размаха. Территория за кованым забором также напоминала что-то загородное, при том, что дом находился практически в черте города. — Здесь всего шесть квартир. Родители настояли на том, чтобы жить в квартире, а я хотел, чтобы они поселились за городом, потому пришлось найти этот компромисс. — Тэхен помог Джину выбраться, не помяв букет, затем быстро перекинув через плечо их одну на двоих дорожную сумку. — Здесь тихо, но при этом достаточно людно, чтобы не чувствовать себя совсем одиноко. — Мне нравится. — Джин оглядывался по сторонам, пока они проходили через пост охраны, который им легко удалось преодолеть после того, как Тэхен показал какую-то карточку, покрепче ухватив Джина за талию, чтобы сразу было понятно, что он обязательно прилагается к нему. — Деревья, цветы, газон… Мне кажется, для счастья большего не надо. — За домом есть еще крохотный парк и деревянная зона отдыха. Мы потом прогуляемся с Тани, и я тебе всё покажу. — Тани? — Джин удивлено посмотрел на Тэхена, который набирал какие-то цифры на кодовом замке монументально, но минималистично надежной входной двери. — Да, это мой брат. — Тэхен спокойно улыбнулся, направляя Джина через просторный, залитый через огромные окна светом холл. — Ему семь лет. — У тебя есть брат?! — Джин теперь даже не пытался скрывать свое удивление, которое быстро начало сопровождаться негодованием. — Почему ты не говорил, что у тебя есть брат?! — Терпение, дорогой. — Тэхен направлял Джина к широкой лестнице, которая вела на второй этаж. — Ты все узнаешь в ближайшее время. А пока… терпение. И им понадобилась пара минут, чтобы оказаться перед массивной деревянной дверью, которая состояла из двух створок, обрамленных по краям небольшими стеклянными просветами, через которые можно было разглядеть лишь то, что в квартире было светло. Тэхен открыл дверь свои ключом и первым тихо скользнул внутрь, пальцем у губ дав Джину знак сохранять молчание. — А вот и мой брат. — Тэхен, осторожно положив сумку на пол, указал на сонно семенящего по деревянному паркету черному померанскому шпицу, который сладко зевал, затем вернув себе бодрость духа, как только учуял знакомый запах. Он встал на задние лапки, передними нетерпеливо упираясь Тэхену в ногу, и он тут же взял его на руки, подставив щеку под приветливый розовый язычок. — Джинни, познакомься — это Ентан. Ентан, это мой будущий муж, Ким Сокджин. Тэхен повернул песика к Джину, но пёсик не торопился обращать на него внимание, теперь с аппетитом обнюхивая своего хозяина. — Эй, Тани! Куда это ты так ускакал? Джин услышал донесшийся откуда-то из глубины квартиры низкий, спокойный голос, в котором можно было расслышать тот же приглушенный бархат, что и в голосе Тэхена. — Мама пока занята, поэтому ты…. Мужчина появился в гостиной и тут же замер. Он смотрел на своего сына, который без промедления тут же подошел к нему, на ходу слюнявя палец. — Па, ну ты как маленький. — И он начал мягко оттирать что-то со щеки своего отца, который смотрел на него с удивлением, любовью и вообще всеми самыми светлыми чувствами, которые вообще может отыскать в себе любящий родитель к своему ребенку. — Мы приехали! — Ух, медвежонок! — Мужчина, наконец, широко улыбнулся, и Джин сразу узнал уже успевшую полюбиться ему квадртаную улыбку. Отец заключил сына в крепких объятиях, чуть приподняв от пола, пока Тэхен также крепко обнимал его за шею. Это было трогательно, совсем по-детски, будто Тэхену было десять, и он только вернулся от бабушки с дедушкой, у которых провел все каникулы. — У мамы урок, так что… — Мужчина быстро потрепал сына по голове, затем без приглашений и представлений направившись к Джину. — Ох, я очень давно хотел с тобой познакомиться! Джин, в руках которого до сих пор находился букет, теперь с любопытством и волнением разглядывал подошедшего к нему мужчину. Высокий, статный… Вылитый Тэхен, только на пару десятков лет старше. Джин знал, что дети бывают похожими на своих родителей, но не знал, что настолько. И, возможно, на его лице отразилось удивление, потому что отец Тэхена снисходительно, но при этом нисколько не потеряв дружелюбие улыбнулся. — Похожи, правда? Жена, когда получила маленького Тэтэ на руки, сразу сказала, что родила себе второго мужа, настолько сынок получился в отца. Это воспоминание тут же настроило Джина на нужный лад, и он расслабленно улыбнулся. — Ким Сокджин. — Он протянул свою руку, неловко прижав к себе букет, который тут же забрал Тэхен, успев до этого быстро спустить с рук собачку, тут же принявшуюся обнюхивать Джина. — Можно просто Джин. — Мой Джинни. — Мужчина с интересом и без стеснения разглядывал Джина, затем хитро сощурившись, смотря ему прямо в глаза, мягко отвечая на рукопожатие. — Так Тэхен всегда называл тебя в разговоре, когда речь заходила о его личной жизни, как всегда, окутанной тайной. И мне очень приятно познакомиться! Ким Тэхо, можно просто по имени, а можно Тэ. В нашей семье я Тэ, а Тэхен — Тэтэ, согласно преемственности поколений. — Взаимно. — Джин широко улыбнулся. — Па, Джин очень волновался перед встречей с тобой и с мамой, так что, ты теперь должен его успокоить. — Тэхен успел приземлить букет на низкий стеклянный журнальный стол, теперь встав рядом с Джином плечом к плечу, за которое покровительственно его обнял. — Медвежонок, ты заставил Джина краснеть. — Ким Тэхо нахмурился, затем ободряюще сжав руку Джина в своей красивой узкой ладони. — Ты зря волновался, Джинни! Первое впечатление явно удалось, а все остальное будет только лучше. Так что… — Он вдруг погрустнел. — Придется подождать, пока Хэвон закончит — у нее только начался урок. А пока будем ждать, я угощу вас чаем! Мы как раз недавно пополнили запасы. Пойдем, Джинни! Ким Тэхо уверенно взял Джина за руку и повел за собой, пока Тэхен присел на корточки, чтобы поиграть с требующим внимания шпицем, который, правда, почти сразу, как только Джин и мистер Ким покинули гостиную в направлении кухни, посеменил короткими лапками за ними. — Чувствуй себя здесь как дома и ничего не стесняйся. — Ким Тэхо усадил Джина на мягкий, стильной конфигурации стул, который находился за небольшим обеденным столом, затем направившись к кухонному гарнитуру. — Тебе нравится зеленый цвет? Вся кухня была выполнена в приглушенных, но при этом глубоких изумрудных оттенках, которые дополняли друг друга, варьируясь лишь в яркости. — Да. Он умиротворяет. — Джину действительно нравилось. Особенно в сочетании с льющимся с улицы через панорамные окна солнечным светом, который смягчал глубокую зеленую прохлады стен. — Точно. — Ким Тэхо занимался заварочным чайником. — Па, присядь — я похлопочу. — Тэхен встал рядом с отцом, и Джин невольно обратил внимание на то, что и отец, и сын, который успел когда-то избавиться от носков, были босиком. Очевидно, это была небольшая семейная традиция. И в тот момент, когда Джин об этом подумал, Ентан прыгнул ему на колени, повернув к нему свою маленькую милую мордочку с высунутым языком. Джин тут же принялся гладить густую мягкую шерсть, и песик прижал ушки, прикрыв глаза и запрокидывая головку навстречу рукам. — Предлагаю сделать чай и пойти посмотреть твою мастерскую! — Тэхен не смог убедить отца оставить долг гостеприимства, и теперь они вдвоем оформляли небольшой деревянный поднос чашками. — Джинни, ты голоден? — Ким Тэхо повернулся к Джину, который теперь весь был поглощен находившимся на его руках и походившим на мягкую игрушку пушистым померанским красавчиком. — Нет, спасибо. — Джин поднял глаза и, увидев на лице старшего Кима искреннее беспокойство и заботу, улыбнулся. — Хорошо, но я всё же добавлю немного сладостей. — Ким Тэхо хитро улыбнулся, затем отправившись к холодильнику. — Тани, ты занял мое место. — Тэхен, который теперь должен был подождать, когда заварится чай, облокотился на стол, смотря за тем, как песик не сводил с Джина свои черные глазки-пуговки. — Знаешь, мне кажется, что это теперь его место… — Джин продолжал гладить шпица, который начал сопеть от удовольствия. — Ну, это мы еще посмотрим. — Тэхен подошел к своему будущему мужу и, взяв за подбородок, мягко поцеловал, затем заглянув в глаза и добавив почти шепотом. — Я же говорил, что ты всем понравишься. — Так, всё готово! — Ким Тэхо успел оформить тарелку чем-то разноцветными и аппетитным, не поворачиваясь, как будто знал, какой за его спиной разворачивался романтически интимный момент, вместо этого принявшись за чашки. — У тебя очаровательный папа. — Джин добавил также шепотом, сразу подставив губы для еще одного поцелуя, который не заставил себя ждать. Тэхен собирался еще что-то добавить, но вдруг Ентан соскочил с ног Джина, и в следующее мгновение стало понятно, почему. — Тэ, а что у нас здесь… На кухне появилась женщина, которая остановилась в дверях, медленно переведя свой взгляд с мужа на Тэхена и притаившегося Джина. Высокая, тонкая, женственно изящная в каждой своей черте, одетая в длинное легкое платье с длинными рукавами, которое вторило каждому ее движению, и босая. Черные волосы забраны в аккуратный пучок, обнажающий тонкую длинную шею, подчеркнутую прилично глубоким V-образным вырезом шелковой горловины. — Мама! — Тэхен бросился к явно обескураженной таким сюрпризом женщине, тут же заключив ее в крепкое объятия и закружив вокруг, легко до этого приподняв от пола. Женщина звонко рассмеялась. — Медвежонок. — Ее тонкие, красивые руки обвили крепкие плечи сына, и она, прикрыв глаза, прижалась щекой к его щеке. — Вы давно здесь? Услышав обращение «Вы», Джин тут же поднялся, в то время как на вопрос отозвался старший Ким. — Нет, родная, недавно. Я бы позвал тебя, если бы не урок. — Как знала — отлучилась попить водички. — Глаза женщины хитро заблестели, и она, отпустив сына, сделала шаг навстречу Джину. — Хэвон. Очень приятно познакомиться, Джинни. Тэтэ нам много рассказывал о тебе. Она протянула свою тонкую, изящную ручку, и Джин особенно бережно ее пожал, ощутив тепло мягкой кожи. — Взаимно. — Он улыбнулся, и внимательно его разглядывающая с хитрым прищуром миссис Ким тут же улыбнулась в ответ. — Но мне нужно… — Цветы. Я видела их в гостиной и сразу понадеялась, что они для меня. — Ким Хэвон заговорщицки улыбнулась, затем мягко, лишь тонкими нежными пальцами коснувшись щеки Джина. — Спасибо. Они замечательные, и Тэ найдет куда их поставить. А пока… Я все же должна продолжить свой урок. Женщина забавно надула губы, затем быстро подойдя к мужу и заглянув на стоящий рядом с ним поднос. — О, шоколадные конфетки — это для меня. — Она хитро улыбалась, явно теперь выбирая самую вкусную. И Ким Тэхо, очевидно, как никто другой знающий вкусы своей любимой супруги, решил не томить ее самостоятельными поисками и взял с тарелки одну из конфет, сразу направив ее в уже в готовности приоткрытый рот. — Спасибо, родной. Теперь у меня будет больше сил. Ким Хэвон выпорхнула из кухни, до этого безмолвно задержавшись напротив Джина, мягко сжав его плечо, и Ким Тэхо, влюбленным взглядом проводив жену, взял поднос в руки. — Прошу в мою мастерскую.***
— А вот это моя любимая фотография! — Ким Хэвон аккуратно достала из альбома снимок, протянув его сидящему к ней плечом к плечу Джину. — Здесь Тэтэ пять лет. Муж купил мне на день рождения клубнику, потому что я ее обожаю, но в нашей семье клубнику обожаю не только я… В общем, фото было сделано в тот момент, когда Тэтэ украдкой подчищал ее с тарелки. На Джина со снимка смотрел карапуз в темно-синем комбинезончике, взъерошенный, с набитыми щеками, который смотрел в камеру широко раскрытыми глазами, при этом пытаясь пихнуть за щеку большую красную ягоду. И Джину оставалось лишь умиляться и лишний раз убеждаться в своих сильных чувствах к этому бессовестно влюбленному в клубнику малышу. — Разумеется, при виде этой картины, ругать Тэтэ никто не мог. — Женщина, тепло улыбаясь, вернула снимок на место. — Я вообще не понимаю, как можно ругать и наказывать маленького человечка, который получился от большой любви… О, а вот здесь он запечатлен сразу после того, как пытался съесть пластилин, до этого попросив у бабушки сахар. Благо, мама каким-то чудом смогла почувствовать, что Тэтэ что-то задумал и предотвратила это преступление в отношении ни в чем не повинного пластилина, который... Сжат здесь в его правой ручке. По-моему, он вылепил морковку. Теперь на Джина смотрел насупившийся малыш, румяные щечки которого были агрессивно надуты, в то время как губки поджаты. Он стоял, в белых гольфах, одной ручкой теребя край своей клетчатой рубашечки. — После рождения Тэхена мы с мужем старались запечатлеть как можно больше моментов. Никогда не жалели денег на пленку, которая помогла сохранить эти драгоценные воспоминания. — Женщина улыбалась, с любовью тонкими пальцами неторопливо водя по цветным снимкам. — Но память бесценна, и я понимаю, что тогда мы тратились не зря, потому что теперь… Ну посмотри, разве он не прелесть?! И Джину предстала картина Тэхена, в рубашке и с голой попой, сладко уснувшего на большом плюшевом медведе. — Соседский ребенок вырос и передал нам этого медведя, который тут же стал лучшим другом Тэтэ. Как видишь, он его совершенно не стеснялся… Джин рассмеялся, и Ким Хэвон широко улыбнулась. — Иногда я грущу от того, что мы с мужем не могли в детстве дать Тэтэ всего того, что было у других детей, а теперь он обеспечивает нас с отцом и дает нам то, чего нет у многих. — На лице Ким Хэвон до сих пор была улыбка, но теперь с легким налетом грусти, которую Джину поскорее захотелось стереть с ее милого доброго лица. — Вы дали ему любовь и заботу, а это, если верить моей тетушке, а она понимает в детской психологии, самое важное и нужное для ребенка. Вы дали ему то, что позволило ему вырасти в прекрасного человека, который умеет любить, заботиться, быть благодарным… — Джин порозовел. — Самого лучшего человека. А значит, вы должны не грустить, а гордиться собой. Тем более, что Тэхен всегда говорил, что у него было самое счастливое детство. И самые лучшие родители. Ким Хэвон внимательно смотрела на Джина, затем мягко прислонив свою макушку к его виску. И Джин невольно поймал себя на мысли, что несмотря на то, что они были знакомы всего несколько часов, он уже чувствовал себя как будто вторым родным сыном, настолько непосредственными, теплыми и искренними были все проявления родителей Тэхена. — Он тебя очень любит, и теперь я понимаю, что ты любишь его не меньше. И знаешь… То, что вы успели развестись — ничего не значит. Наоборот. Любое с успехом пройденное испытание на пути — это долгосрочный вклад в счастливое совместное будущее. Которое вы сделали еще более реальным, решив пожениться второй раз. То, что не убивает любовь, делает ее только сильнее и… — Ма, папа сказал, что не может справиться без тебя. — Тэхен появился в гостиной внезапно, и женщина встрепенулась, тут же поднявшись. — Давайте я помогу! — Джин поднялся следом, но Ким Хэвон положила на его плечо руку, побуждая вернуться на свое место. — Мы справимся, Джинни. — Она улыбнулась. — А если не справимся — я громко позову на помощь. Как только мама скрылась на кухне, Тэхен устроился не на ее месте, а за спиной Джина, прямо у мягкой спинки дивана, потянув его на себя, крепко обхватив за плечи и уткнувшись носом в его волосы на висках. — Мама показала тебе фотку, где я сижу на горшке, с трусами на голове и малярной кистью в руке? Его тихий бархатный голос заставил Джина чуть откинуть голову, что было встречено мягким, остановившимся на его щеке поцелуем. — Нет, но всё впереди. — После того, как ты это увидишь, пути назад не будет. — Тэхен спустил свои руки с плеч, неожиданно и ловко забравшись ими под край светло-серого хлопкового свитшота, заставив Джина вздрогнуть от неожиданно холодных и чувствительных ощущений на теплой коже. — Что, придется все-таки жениться? — Джин повернул к Тэхену голову, с выдохом дернувшись, когда пальцы под кофтой как будто невзначай прошлись по соскам. — Придется. — Тэхен задумчиво улыбнулся, а затем припал к пухлым губам, слишком чувственно и откровенно для сложившейся обстановки целуя Джина, который и не думал сопротивляться, чуть выгибаясь за откровенно касающимися его пальцами. — Видеть тебя здесь — это совсем по-другому... Тебе нравится? — Очень. — Джин не знал, о чем именно спрашивал Тэхен, но ему на самом деле нравилось теперь абсолютно все. — Я рад. — И Тэхен, как ни в чем ни бывало, лишь раздразнив его своими провокационными телодвижениями, достал свои руки и крепко обнял ими Джина за плечи, прижавшись губами к его макушке. — Уверен, ты только укрепишься в этом мнении.***
— В нашей семье изначально готовил Тэ. — Ким Хэвон сидела, облокотившись на своего мужа, который только-только отложил столовые приборы и взялся за бокал красного вина, с интересом к нему принюхиваясь, как будто мог различить богатый и выдержанный букет. — Я честно, пыталась, но летящее на руки горячее масло и брызгающий кипяток… Всё это вселяло в меня священный ужас. — Тогда я рассудил, что в нашем случае, готовка будет исключительно мужской обязанностью, потому что я обязан был защитить свою прекрасную даму от всех напастей. — Ким Тэхо с любовью посмотрел на свою жену, которая, совершенно не стесняясь, потянулась к нему, мягко поцеловав в губы. — Мама помогала мне учиться, и теперь, спустя двадцать с лишним лет, мне кажется, я, наконец-то, смог достичь успеха. — Очень вкусно! — Джин решил, что для большей убедительности ему теперь не нужно пытаться побыстрее прожевать то на самом деле вкусное, что он запихал за щеки. Ким Тэхо улыбнулся, и было видно, насколько приятны ему были эти слова. — Джин тоже умопомрачительно готовит! — Тэхен теперь повторил позу своей мамы, облокотившись на Джина, который тут же поднял руку, расположив ее на мягкой спинке стула Тэхена, дав ему возможность подобраться ближе. — Даже лучше тебя. Джин собирался возмутиться, но Ким Тэхо хитро улыбнулся, смотря на сына, явно одобряя его слова. — Потому что из желанных рук. Не просто родных или любимых. Поддерживаю, сынок, и нисколько не сомневаюсь. — И Ким Тэхо обнял жену, которая прильнула к нему, попутно с этим взяв в руки длинный стручок зеленого перца, которым начала с аппетитом хрустеть. — Мне кажется, самое время послушать, как вы с женой познакомились и… — Джин, наконец, справившись с ужином, подчистив тарелку и отложив приборы, расслабленно взялся за наполненный винный бокал. — И как у нас получился такой красивый мальчик… — Ким Хэвон хитро посмотрела на сына, затем переведя полный ностальгической теплоты взгляд на Джина. — На самом деле, в этой истории не было ничего увлекательного или из ряда вон выходящего. — Да, кроме того, что мы поженились на второй день после знакомства. — Старший Ким невозмутимо взял с тарелки несколько ломтиков маринованной редиски, пока Джин явно был очень впечатлен озвученным фактом. — Я увидел Хэвон во время подготовки проектов по портретной живописи. Она помогала моей сокурснице. Я рисовал друга, мужественный профиль которого давно не давал мне покоя, но не мог оторвать от нее взгляд. Я художник и всегда был художником, и я… Просто это было похоже на волшебное видение, на чистую магию, и я буквально потерял дар речи. — Я кожей чувствовала его тяжелый взгляд. — Ким Хэвон подняла на мужа как будто до сих пор влюбленные глаза. — Тяжелый темный взгляд, который, кажется, пробирал до костей. Он смотрел на меня, не отрываясь, и в определенный момент мне просто захотелось сбежать, и я попросила подругу выйти ненадолго и подышать воздухом, пока она немного порисует без меня. — И я пошел за ней как загипнотизированный, совершенно не заботясь о своей работе и о том, что впечатлительная девушка вполне сможет принять меня за маньяка. — А я ведь и приняла. — Ким Хэвон громко рассмеялась. — Увидев, что он вышел из аудитории вслед за мной, я чуть ли не бегом двинула по коридору, чтобы найти укрытие в женской уборной. А он опередил меня, захлопнув дверь перед моим носом. И тогда он посмотрел на меня по-другому. Не как невыносимо красивый и беспощадный хищник, а как смущенный, теплый и мягкий романтик, который теперь делал над собой смертельное усилие, проявляя такую отчаянную инициативу. — Я извинился и спросил ее имя, пытаясь хоть как-то совладать со своим сердцем, смотря в ее широко раскрытые, поначалу испуганные глаза. А потом сразу договорился о том, что провожу ее. — Мы почти не говорили. Просто держались за руки, и, кажется, это знакомство каждый из нас переживал глубоко внутри. Но с одинаковыми чувством. Чувством, что это была судьба и что теперь нас ничто не сможет разлучить и разъединить, даже если мы сознательно будем отгораживаться друг от друга. — Ким Хэвон стала задумчивой. — Это было сильное чувство. Чувство какой-то неизбежности, и при этом — головокружительная эйфория от его присутствия. Сердце билось как бешеное, и казалось, каждая клеточка тела стремилась к нему навстречу. Трепет и волнение. Непонятные, незнакомые и в один миг перевернувшие всё внутри. — Я понял, что не хочу с ней расставаться ни на миг и сразу предложил пожениться, потому что если мы поженимся, нам смогут дать комнату в общежитии, чтобы мы жили вместе. С родителями жить не хотелось, потому что ни перед кем не хотелось отчитываться в своих чувствах и желаниях... Поэтому мы расписались тайно. — А я потом получила нагоняй от мамы, которая потребовала познакомить ее с Тэ. Я росла без отца, и мама очень переживала, что мне так же не повезет, как и ей в свое время. Но потом она убедилась, что мне... повезло. — И я сразу начал называть свекровь мамой. — Ким Тэхо с теплотой улыбнулся. — В общем, мы жили душа в душу, и сразу после окончания университета, я художественного отделения, а Хэвон — музыкального, мы переехали к маме Хэвон, потому что с моими родителями жила моя сестра с мужем. И мы начали активно планировать появление Тэхена. Который, к слову, появился спустя год. — И наша жизнь сразу стала в два раза труднее, и в бесконечное количество раз счастливее. — Хэвон быстро взял сына за руку, сжав его пальцы. — Я была в декретном отпуске, мама мне помогала, пока Тэ зарабатывал деньги, берясь даже за самые мелкие заказы. Нам помогали родители, но им нужно было поднимать сестру… В общем, было трудно, но в нашем маленьком мирке всегда было солнечно, несмотря на трудности и погоду за окном. Благодаря этому медвежонку. — Мы поначалу с Хэвон пытались быть с ним строгими, но потом сдались. Зачем ругать того, кого ты любишь больше себя? Мы узнавали его, знакомились с ним, помогали узнать нас… На самом деле, это очень увлекательно — воспитывать ребенка. Хотя… мы его больше баловали, и в один момент побоялись, что он вырастит эгоистом, но моя мама сказала, что из Тэтэ никогда не получится эгоист, потому что у него слишком большое сердце и хороший пример перед глазами. И мы успокоились, продолжая лишь направлять и сопровождатьТэхена в его взрослении, с каждым новым годом убеждаясь, что смогли воспитать достойного человека. — Ким Тэхо гордо улыбнулся, а потом с сомнением сощурился, глянув на жену. — Слишком самодовольно, да? — Даже, я бы сказала, претенциозно, дорогой. — Ким Хэвон широко улыбнулась, затем посмотрев на Джина. — Но это все от большой любви, ты же понимаешь. — Да, кому, как не мне знать, что в отношении Ким Тэхена любовь может быть только большая… Я бы даже сказал, беспощадная. — Джин задумчиво смотрел на Тэхена, который, расслабленно прикрыв глаза, подставил ему губы для подтверждения прозвучавших слов. — Спасибо за сына. Правда. Это не для красного словца — я действительно благодарен судьбе за то, что он встретился на моем пути. Не верил в судьбу, а Тэхен убедил меня. — Судьба всегда была перед моими глазами в лице моих родителей, поэтому я легко смог разглядеть ее и в тебе. — Тэхен звучал спокойно и серьезно, взяв руку Джина и переплетя их пальцы. — Ничего сверхъестественного. Но теперь тебе стоит немного рассказать о себе. — Требуем! — Ким Тэхо решительно кивнул, подняв бокал, и Джин задумчиво улыбнулся, пытаясь сдержать смешок от забавной напряженности создавшегося момента. — В таком случае... Я начну издалека…***
— Большое спасибо за гостеприимство! — Джин обнял Ким Хэвон, которая не торопилась выпускать его из своих теплых объятий, затем засуетившись уже рядом с сыном. — Было крайне приятно познакомиться, и я обязательно поговорю со своими родителями, чтобы мы в ближайшее время смогли встретиться все вместе. — И Джин тут же задумался. — Ну, как в ближайшее… Если учесть наши съемки и... — Мы с Хэвон всегда готовы оставить свои дела, при том, что у нас их не так много. — Ким Тэхо уже совершенно по-родственному прижимал к себе Джина за плечо, наблюдая за тем, как его любимая жена напутствовала сына в дорогу. — Обещайте, что сделаете подробный фото и видео отчет своей свадьбы. — О, это даже не обсуждается! — Тэхен слишком уверенно кивнул, отпустив маму, и принявшись за папу. — Я не буду прощаться. — И будешь чаще приезжать. — Ким Хэвон надула губы, затем строго посмотрев на Джина. — Вы будете чаще приезжать. — Ну, шесть часов на поезде — это не так много, чтобы отказывать себе в таком удовольствии… — Джин задумчиво улыбнулся, затем присев и схватив трущегося у его ног игривого шпица, который, кажется, тоже не хотел прощаться. — Мам, пап, пожелайте мне удачи. — Тэхен обнял своих родителей, обоих и сразу. — Теперь пришла моя очередь волноваться. — Ой, медвежонок, уверен, что ты с первого взгляда очаруешь своих будущих родителей. — Ким Хэвон мягко отстранила сына, нежно взяв его за щечки. — Зря мы что ли вырастили тебя таким красивым и со всех сторон талантливым?! — Ох, медвежонок, ты еще не знаешь, что тебя ждет… — Джин задумчиво и многозначительно улыбнулся, но по его виду можно было понять, что ждет Тэхена только что-то приятное, потому что Джин знал, что его родители смогут полюбить его выбор даже больше него самого. Это была отличительная черта любых безоглядно любящих родителей, и если бы Джин озвучил эту мысль вслух, чета Ким бы сразу с ним согласилась, успев за это непродолжительное время проникнуться к нему самым теплыми чувствами. И теперь подобное предстояло пройти другой чете Ким… — Не хочется уезжать…. — Джин поджал губы, оглянувшись ровно в тот момент, когда в окне появилась Ким Хэвон с мужем, которым он тут же помахал рукой, не только прощаясь, но и обещая однажды вернуться. — Но впереди новое приключение, и теперь… — Пришла моя очередь волноваться. — Тэхен широко улыбнулся, обняв Джина. — Приключение продолжается...
