Danganronpa: Another Universe. Ultimate Archer's story

00:51.Ночь.Бар. В помещении была полутьма. Неудивительно, ведь посетителей уже почти не было. Бармен устало протирал стаканы, его смена совсем скоро подойдёт к концу, что его невероятно радовало, ведь он хотел как можно скорее вернуться к беременной жене. Но также его интересовала парочка за самым дальним столиком, а точнее их диалог. Бармен даже не слушал столь любимый джаз, играющий из колонок, настолько была интригующей беседа между относительно молодой женщиной и мужчиной приблизительно её возраста. — Ну ты даёшь, Ямамото… — вздохнул Горо, воспоминая то, что произошло буквально пару часов назад, — Я ж не всерьёз это пари предложил… Ясен пень, что не выпьешь ты три кружки за раз. Взяла и всё разлила, уборщику пришлось убирать. Повезло, что я тебе всё оплатил… — Спасибо… — Азуми легла на свою руку, спрятав в ее изгибе лицо, — Я твой должник… — Да ладно… — пожал плечами мужчина, — Мне уже не впервой… Да и думать *я* должен был. Я-то тебя знаю, что предложи, а ты согласишься. Тренер ему не ответила, а только отхлебнула ещё пива. Несмотря на то, что она была прилично пьяна, она уже не была столь энергична, а просто наблюдала за людьми на улице. — Интересно, как там у Канэко дела… — Горо не хотел сидеть в неловком молчании и поддерживал разговор, — Она ушла уже сколько времени назад.? Два или три часа, по-моему. Какая-то расстроенная была, не заметила? — мужчина повернулся к своей собеседнице. — Холодная… — лениво поправила Азуми, — А в принципе, она всегда такая… — Правда? Я думал, что с тобой она теплее, чем с другими. Как никак, а ты её уже два года тренируешь… — Хах, мечтай, — горько усмехнулась пьяная Ямамото, — Даже спустя два года она холодна, как лёд. Если честно, с того момента, как у её матери отобрали родительские права, мы в основном на тренировках только пересекаемся… Ну, и на соревнованиях, конечно же… Всё остальное время она себе на уме, к сожалению… Это я её один раз в бар позвала, сблизиться хотела… А она взяла и так быстро ушла… — М-да уж, странно… — Горо вздохнул, — Может, она пьяных людей не любит. Я слышал, что в её семье она пережила насилие… Может, это пьяницы были? — Нет, там люди порядочные были… — Азуми шикнула, — Хотя, порядочные там только на словах. Я когда документы о них читала, так чуть не поседела, у них *такие* меры воспитания… Да и ушла она не от того, что ты сказал… Мне кажется, ей не понравилась наша с ней близость… — А что такое? — тренер изогнул бровь. — Знаешь, за эти два года я такое заметила… — лучница выпила ещё алкоголя, — Несмотря на то, что я вытащила её из той семьи, Эцуко словно боится меня… Всегда крайне холодна, пусть и вежливая достаточно, но временами грубая… А когда она мне помогает с новенькими, такое ощущение, что она просто «отплачивает» мне за спасение. Если честно, мне кажется, что семьёй мы стать не сможем… — Ну почему? — Горо похлопал её по плечу, — Я ещё слышал, что она выросла в весьма неблагоприятных условиях. Может, ей нужно время? — Да сколько ещё ждать… — еще один глоток, — Два года прошло, как никак… Воцарилась тишина. Лишь тихий джаз нарушал её. — Эй, Горо… — тихо позвала Ямамото, — Скажи, я ведь никудышная мать.? — Что? Ну… Как я могу сказать… У тебя же нет детей… — А могла бы быть никудышной.? — Да нет, не думаю… — лучник почесал затылок, — С детьми ты работать умеешь. Не зря же ты такой статус получила, хотя всего два года у нас работаешь… Думаю, и мать из тебя была бы хорошая. — Правда? — глоток. — Ну да. А что? — Да так, ничего… — Ты всё ещё из-за Канэко так сокрушаешься? Не переживай, уверен, что чуть-чуть времени пройдёт и она к тебе потеплеет. Я думаю, что в её семье что-то происходило, поэтому она так себя ведёт. — Уж не знаю, что там происходило… Но факт остается фактом — она очень проблемный ребёнок. — Да ну? — Ага… В её старой школе меня однажды к директору вызывали… Говорили, мол, она с какими-то девочками подралась, да так, что одна из них оказалась в больнице… Она ей что-то сломала, если честно я не особо удивилась, — Азуми тихо усмехнулась, когда брови Горо медленно поползли вверх, — На наших первых тренировках Эцуко показала просто недюжую силу, я вообще такого не ждала от четырнадцатилетней девочки. Да и девица она весьма вздорная, если честно. Чуть что не понравилось и сразу язвит, а я слышала, что те девочки, которых она побила, оказались «дрянными девицами». Всё из себя такие дерзкие и наглые… Потом ученики, что видели драку, рассказали, что они первые к ней подошли, толкаться начали, а Эцуко просто взяла и избила их всех, как только драка началась… Я бы удивилась, если бы она сама начала драку, ведь Эцуко сама в подобные передряги не лезет обычно… Но я, если честно, не ждала, что одну из тех девчонок она доведет до больницы… — М-да… — Горо лёг на спинку стула, — Это что же такое сделать надо было, чтобы в первые же дни в школе натравить на себя хулиганок… — Да сто процентов просто сказала что-то не то, вот и всё… — Азуми чуть приподнялась, — Ты же и сам знаешь, задирам много причин не нужно. Одно неосторожное слово — и ты их враг навеки. — Твоя правда… — лучник потупил взгляд, — Слушай, мне интересно, почему ты её до сих пор тянешь? Ямамото повернула голову в сторону друга: — Всмысле? — Ну, она так ко всем относится, и к тебе в том числе, а ты даже поговорить с ней об этом не хочешь? Я на самом деле тоже это заметил. Я ведь её тоже тренировал, когда ты заболела в прошлом году. Ученица она хорошая, прилежная, и способности нехилые… Я бы сказал, на уровень выше профессиональных лучников её возраста. Но… Она на самом деле какая-то холодная, ни с кем не разговаривает, даже друзей среди других учеников у неё нет, вечно одна и какая-то хмурая… А ты всё к ней да к ней?.. Скажи, что такое, Азуми? Лучница не ответила а просто посмотрела куда-то в потолок. Её губы дрожали, она всеми силами пытается не разрыдаться. — А… Это… — кажется, Горо сообразил, что к чему, — Прости… — Всё нормально, — ответ Ямамото прозвучал чуть резко, но она тут же смягчилась, — Просто воспоминания не самые лучшие, вот… и эмоции накатили… — Я понимаю… — тренер скрестил руки на груди и зажмурился, когда негативное воспоминание снова пронеслось в его памяти, — Это… Было жутко… Я прекрасно знаю, насколько тебе было тяжело тогда… Дальше разговор он продолжать не стал. Лучник прекрасно помнил, в каком состоянии была Азуми семь лет назад, когда он вытащил её из того бара. Горо было больно вспомнить ту потрепанную, в хлам пьяную, убитую горем Ямамото. В то время она, можно сказать, была на социальном дне. Тренер тихо по-доброму усмехнулся, ведь сейчас она один из самых уважаемых тренеров в своей старой секции и в новой. На самом деле, Горо уже понемногу догадывался о причинах такого странного тепла к Эцуко от Азуми. Очевидно, что она хочет почувствовать себя так, будто они с Канэко семья. Но младшая лучница оказалось неприступна и поэтому уже после того, как её мама больше ей не являлась официальным родителем, их дорожки с Азуми во многом разошлись. Только потом, после того, как Эцуко самостоятельно выиграла несколько турниров, Ямамото ей приставили как тренера для дальнейшего оттачивания навыков. Но встречались они только на тренировках и соревнованиях, почти не общаясь. Правда, Горо не ожидал, что спустя уже два года Азуми снова попытается сблизиться с Эцуко. Конечно, это попытка снова оказалась провальной, вот теперь Ямамото и убивается в баре. Несмотря на некоторые проблемы с алкоголем, Азуми все знали, как очень хорошего, чуткого к детям тренера. Несмотря на это, с Эцуко они так и не смогли сблизиться Когда Азуми только пришла в секцию Горо, слухи о странной девочке, что уже годами исправно приходит на ночные турниры и учится стрелять, быстро дошли до её ушей. Заинтересованная тренер тут же попыталась найти с незнакомкой общий язык, но всё было бесполезно. Девочка была ко всём холодна как лёд. Так уж получилось, что Азуми случайно узнала о том, что девочку дома избивают. Конечно, она тут же забила тревогу, подала в суд и уже через пару недель Эцуко забрали из той семьи, попутно запретив её матери даже приближаться к дочери. Не то от гнева, не то от сожаления, мама Эцуко сказала своей дочери то, что повлияло на Канэко самым странным образом. * * * — Я полагаю, что больше не смогу увидеться со своей дочерью, верно? — казалось, женщину это ничуть не задело. Она смотрела на судью совершенно спокойно, её бровь даже не дрогнула, когда Азуми злобно на неё зыркнула. — Всё верно, Канэко-сан, — пожилой мужчина за кафедрой собирал бумаги в ровную стопку, — С сегодняшнего дня, двадцать второго августа, ХХХХ года Вам запрещается подходить к потерпевшей, а также как-то контактировать с ней. В случае нарушения постановления суд оставляет за собой полное право арестовать обвиняемого и установить соответствующую меру наказания. — Спасибо за оглашение приговора, господин Судья, — старшая Канэко вежливо поклонилась. — Также в связи с постановлением суда Обвинитель Ямамото Азуми назначается законным опекуном потерпевшей, — добавил судья и взял в руки молоток, — На этом дело объявляется закрытым. — громкий звук удара деревяшки разнёсся по залу, после чего все присутствующие встали. — Ну чтож, прощай Эцуко, — от неожиданного голоса матери девочка остановилась. — Милая, пойдём, — Азуми попыталась потянуть новоиспечённую падчерицу за собой, но Канэко-младшая твёрдо стояла на ногах, без слов изъявляя желание дослушать слова своей бывшей мамы. — Видимо, с тобой мы больше не увидимся. Скажу честно, я не ожидала, что тебе хватит ума столько времени скрывать от меня правду и благополучно сбегать из дома, пока я не вижу. Правда… Я прекрасно понимаю, *что* заставило тебя убегать. Эцуко вздрогнула. Она схватилась рукой за рукав рубашки и принялась усердно его мять. — Если это то, о чем я подумала, то… я крайне разочарована, Эцуко. Ты опозорила и меня, и себя. Видимо, ты на самом деле слаба. Как я и думала. Возможно, поэтому я больше не хочу тебя видеть. -Я-- — Хорош болтать, а ну на выход! — полный охранник грубо толкнул Канэко-старшую, когда младшая уже хотела ей ответить. Сохраняя гордую осанку, женщина покинула помещение. Эцуко на секунду обернулась, но её тут потащила за руку Азуми в сторону выхода из зала суда. — Это больше не твоя мама. Мы уходим, Эцуко, — лучница вывела ребёнка в коридор и повела в комнату отдыха, где и планировала её оставить, пока она не заполнит всё необходимые бумаги. Ребёнок еле плелся за женщиной и, казалось, не очень-то и хотел идти с ней. Время от времени она останавливалась, но Ямамото всё также продолжала тащить её за собой, словно непослушного карапуза, что увидел на полке классную игрушку и упрашивает мать купить её. — Ну всё, Эцуко, можешь отдохнуть, — Азуми усадила потускневшую девушку на диван, та не охотно приняла её предложение и села на диван с сильно выпрямленной спиной, — Ты чего, расслабься! Канэко исподлобья посмотрела на неё. В её взгляде была странная смесь гнева и испуга. Также там виднелась маленькая тень сожаления. Азуми невольно передёрнуло от этого взгляда. Этот ребёнок в принципе смотрит на всех как-то странно. Будто всё окружающие — её враги. — П-посиди здесь, милая… — тренер и сама не поняла, как начала заикаться, — Я возьму всё документы и приду, к тебе, хорошо? Ты тут пока можешь водички попить, — она взглядом указала на стоявший в углу кулмарт и поспешила удалиться. Последнее, что она видела, была Эцуко, что посмотрела куда-то за спину Азуми. * * * Ямамото сломя голову неслась в сторону комнаты отдыха с бумагами наперевес. Человек, что всё оформлял всё необходимое, как назло, работал, как черепаха и весь процесс занял около часа. Эцуко наверняка устала её ждать. — Милая, прости, я опоздала! — Ямамото резко влетела в комнату и уже собралась кинуться к дивану, но тут же обнаружила, что Канэко на нём нет, — Эцуко? Эцуко, где ты?! — Пожалуйста, не кричите, — холодный голос девочки послышался из-за угла. Канэко стояла у окна и разглядывала деревья, — Ваш шум напрягает. — О боже, милая, я просто испугалась… — тренер подошла к ней, — Скажи, как ты себя чувствуешь? Сейчас я вызову такси и мы поедем домой… — женщина торопливо достала телефон из сумки, — Будешь жить со своей новой мамой? -Нет, -ответ ножом порезал сердце лучницы. -Что…? — Я не буду жить с Вами. Я буду жить одна, — сухо добавила Канэко. Азуми заметила, что её глаза и нос были красными и опухшими. — Эцуко, ты что такое говоришь?.. — Ямамото попыталась взять девочку за руку, но та только отпрянула, — Как ты будешь жить одна? — Я уже взрослая! Найду квартиру и буду жить в ней! — Эцуко пыталась звучать спокойно, но её голос пару раз переходил в крик, — Я видела, другие так могут, так почему я не могу? — А что если что-то случиться? — парировала Ямамото, — Что если ты поранишься или ещё чего похуже? — То я сама смогу о себе позаботиться. Я уже не ребёнок, Ямамото-сан. Лучница сделала глубокий вдох. Видимо, спорить с этой девочкой бесполезно. — Хорошо. Но если что-то случится, я тут же тебя заберу. Ямамото криво улыбнулась, но Эцуко это полностью проигнорировала и прошла мимо неё, как ни в чем не бывало. — «Азуми, брось, это пройдёт…» — утешала себя лучница, следуя за девочкой, — «Это определённо юношеский максимализм. Перебесится и сама к тебе прибежит. В конце концов, очевидно, что она не будет такой, как остальные дети. К тому же, пусть ты и потеряла потенциальную падчерицу, но главное — не потерять талантливого спортсмена. Ты сама видела на ночном турнире, её навыки в стрельбе безупречны, но есть некоторые проблемы с техникой и не хватает теоретических знаний. У тебя есть всё шансы воспитать Мастера Спорта. Нужно лишь немного подождать.» * * * Километры крови вокруг. Именно так выглядело море при красном свете неба. Поначалу это многих пугало, но со временем, когда насилие и жестокость вошли в нормальный образ жизни каждого, то на море мало кто стал обращать внимание. Ведь смысл Трагедии был совсем не в этом. На одиноком острове посреди океана возвышалась башня, освещённая всех сторон. Несмотря на то, что было раннее утро, вокруг неё гудели машины и вертолёты. Основание Будущего работает без перерывов. — Совсем недавно мне доложили, что в нескольких городах Франции прошли вооружённые восстания, — тихо проговорила Сейко, — Но правительство тут же их подавило. Известно, что там было, очень много раненных, поэтому я тут же отправила им всё необходимые медикаменты. — Хорошо, Кимура-сан, — Казуо что-то записывал на листок, — Очень хорошо… Как обстановка в Японии? — Негусто, — ответил Соноске, — От правительства до сих пор никаких ответов. Также стало известно, что несколько чиновников нашли застрелившимися в их собственных домах. Мы предполагаем, что это произошло из-за падения Абсолютного Отчаяния. — Понятно… — Лидер организации нервно пожевал губы и снова заглянул в листок, — Думаю, можно предположить, что среди власти есть ещё последователи Организатора. Я поручаю девятому отделу немедленно туда слетать и всё проверить. В случае, если вы найдете ещё отчаявшихся, немедленно доставьте их сюда для допроса. Ни в коем случае не позвольте им совершить самоубийство. — Есть! — Кузнец тут же вскочил и направился к выходу. — Что до Вас, Кимура-сан, — старик повернулся к формацевту, — То продолжайте следить за обстановкой. В случае новых вооружённых конфликтов продолжайте заниматься доставкой медицинских препаратов. Девушка кратко кивнула и вышла вслед за другом. За столом остались только Тэнган и лидер тринадцатой дивизии. Взгляд девушки был не то мрачен, не то серьёзен. Хотя, Казуо уже давно привык к такому выражению лица своей работницы. — Я полагаю, моя очередь.? — сухо спросила она, положив руку на стол. — Да, — Тэнган откашлялся, — Можешь говорить, Канэко-сан. — Недавно российской армии удалось прорвать блокаду нескольких крупных городов, таких как Москва, Санкт-петербург и Севастополь. Выяснилось, что эту блокаду устроили группа отчаявшихся, в которую входили несколько известных артистов. Туда была отправлена вся необходимая гуманитарная помощь. Ныне действующий лидер страны высказал искреннюю благодарность, — несмотря на такую хорошую новость, голос Эцуко звучал холодно, словно она и не рада вовсе. — Ну хорошо.! — старик криво улыбнулся, но от девушки не последовало совершенно никакой реакции, — Кхм-кхм! В любом случае, Канэко-сан, я вызвал тебя не просто для доклада. Эцуко всем корпусом повернулась к старику, показывая, что слушает его. Лидер Организации чуть нахмурился и выпрямился. — За пару часов до Вашего возвращения мы получили сообщение о большой активности Монокум в заблокированном до недавнего времени Това-сити. Насколько мы знаем, город был заблокирован около полугода, наши разведчики уже были там. Говорят, что всё это время там происходил геноцид с огромным количеством погибших, соответственно, провизии у них тоже не наблюдается… — В чём моя задача? — спросила девушка, когда он замолчал. — Ах да… Твоя задача — зачистить город от разбушевавшихся Монокум, а также доставить всю необходимую помощь местным жителям. На точке тебя встретит наш интерн и объяснит подробности на месте. Отправка через двадцать четыре часа, иди и подготовься. Старик стукнул папкой бумаг, показывая, что встреча закончена. Эцуко мгновенно встала и, не прощаясь, вышла, пока Тэнган снова принялся за работу. * * * — «С чего это вдруг меня должен встречать интерн?» — Канэко недовольно смаковала новость в своей голове. Тэнган даже никак не прокомментировал её недавнюю победу в Фукусиме, а просто послал на следующее задание, будто бы она совсем ничего не сделала, — «Я и сама могла бы справиться!..» Лучница настолько сфокусировалась на этой новости, что не заметила впереди плетущегося парня, в которого и влетела на полной скорости. Юноша с вскриком упал на пол, что вывело девушку из своих мыслей. — А-а-ай…- сморщившись, он потёр голову, попутно вставая на ноги. — Митарай-кун, всё хорошо! — к нему тут же подскочила стоящая рядом Аои, — Ты не ушибся? — Да нет… Все хорошо, — Рёта еще немного покряхтел и начал успокаиваться, Надо вперед смотреть, а не себе в ноги… Канэко-сан, ты как? Я сильно тебя ударил? — Тц… Нет, — пренебрежительно ответила Эцуко и прошла мимо. — Уверена? Я видела, ты чуть не упала… — Асахина встала перед ней. — С дороги, — девушка чуть пихнула пловца в бок, чтобы освободить себе путь. — Ты чего— — Мне надо идти, — не дожидаясь ответа, девушка ушла в свою комнату. — Что это с ней? — Аои всё смотрела лучнице вслед, — Опять она какая-то злая… — Ну… Она всегда такая, если ты забыла…- поправил её Митарай, — Но также думаю, что это из-за меня… — А ты тут причём? — Ну… Если ты забыла, частично из-за меня наш класс теперь… Такой…- Рёта потупил взгляд, — Если бы я тогда не струсил, все они бы… — Хватит! — пловец положила руки ему на плечи, — Ты действовал тогда не по своей воле. Или тебе память не до конца вернулась?  — Нет, просто… Если бы не мой талант…  — Всё хорошо, Митарай-кун! Ты просто оказался её жертвой, вот и всё! Я уверена, Канэко-сан на тебя не злиться! Наверняка… Она просто чуть устала. В конце концов, она недавно вернулась с опасного задания, отдохнёт чуток и потеплеет! — Асахина лучезарно улыбнулась, — Ведь она классная на самом деле, я сама видела. Она просто волнуется за всех нас, вот и грубит. — Может, ты и права… — аниматор бросил взгляд на коридор, где недавно скрылась Эцуко, — Но…мне кажется, что с ней всё это происходит и из-за меня тоже. Самозванец мне рассказывал, что в первые их дни в Академии она была такой же, но потом чуть потеплела. А после того дня… Всех этих двух лет словно и не было. * * * В ванной комнате помещения 474 стояла девушка, оперевшись на раковину и смотря на себя в зеркало. За всё прошедшее время её внешний вид страшно изменился. Короткие тёмные волосы были всё также странно подстрижены, две пряди всё также торчали впереди. На девушке была форма Основания Будущего, что делала её куда взрослее и солиднее. На галстуке ярко светился значок Организации, контрастируя с мрачным лицом лучницы. Её взгляд заметно потускнел, в нём не было и капли надежды. Шрамов под рукавами чёрного пиджака стало больше, но теперь они все были получены в результате огромного количества сражений с Отчаянием. Один из таких шрамов украшал лицо Канэко. Он тянулся нижнего угла челюсти до конца скулы, делая ее и без того угрожающий вид более жутким. Перед тем, как зайти в ванную, девушка бросила взгляд на календарь. 3 ноября ХХХХ года. С падения Академии «Пик Надежды» прошло чуть больше года. С момента, как она вступила в Основание Будущего прошло ровно столько времени. За эти почти что тринадцать месяцев Канэко дослужилась до звания Лидера одной из дивизий. В Организации все её знали, как невероятно сильного солдата, на чьём счету уже около тысячи устранённых Отчаявшихся, но при это она была также была известна, как холодная и недоверчивая девушка, от которой не дождёшься доброго слова. Она стала такой с того самого дня, как все её одноклассники стали Абсолютным Отчаянием. …Так же будет лучше, верно? Невольно девушка вспомнила о своих одноклассниках. Они все были добрыми и весёлыми, что всегда настораживало лучницу в первое время, но потом она начала привыкать к ним и немного даже теплеть. Пока *это* не произошло. Она вспомнила их улыбающихся лица, которых больше уже не вернуть. Она вспомнила *его* нежное лицо. ЧЁРТ! Девушка выкинула эти мысли, как только ком начал подступать к горлу. Она не будет снова вспоминать о них. Это в прошлом. Ведь так? Задернув рукав рубашки, лучница взглянула на свой лоб. Благо, синяка нет. Этот Митарай вообще не смотрит куда идёт. Девушка стиснула зубы, вспомнив о нём. Они с аниматором почти вообще не разговаривают и не без причин. Ведь из-за него всё это произошло. Из-за его трусости весь мир теперь превратился в настоящий ад. Послышался стук в дверь. Девушка вышла из ванной и, заглянув в глазок, невольно сжала кулак. Там была знакомая макушка. Девушка тихо рыкнула и открыла дверь. — Что? — спросила она. — Эм… Привет…- неуверенно выдала Сейко, — Я тут… — Не мямли, говори увереннее, — лучница раздражённо прикрыла глаза, — Давай быстрее. — Ах, хорошо!.. — Кимура вздрогнула от её резкого тона, — Я тут… тебе принесла, — из кармана пиджака она вытащила небольшую коробку, перевязанную лентой, — Канэко-сан, у тебя же сегодня День Рождения, да..? Ну… Я это… То есть мы с Рурукой-чан… Хотели поздравить тебя… Ведь ты так редко на базе бываешь… Так что в-вот! — она вытянула руки перед Канэко, — С Днём Рождения! Лучница молча смотрела на фармацевта. Сначала она вытянула руку тоже, но через секунду отдёрнула её. — Что вы хотите? — она сжала кулак сильнее, — Вам что-то надо? — Ч-что? нет! — выпалила Кимура, — Мы с Рурукой-чан просто решили тебя поздравить! Просто… В прошлом году из-за суматохи мы не смогли, но сейчас нам ничего не мешает! Эцуко молчала. Её кулак не то сжимался, не то разжимался. От этого Сейко нервно сглотнула. Канэко вдохнула носом воздух. — Хорошо, — она взяла коробку из рук формацефта, — Мне надо идти. Отправляюсь на задание через сутки. Спасибо. — Хорошо-хорошо! — с этим Эцуко закрыла дверь, а Сейко побежала в комнату 576. * * * — Ну? Что она сказала? — кондитер неспешно жевала конфету и через всю комнату смотрела на Сейко. — Ну… Сказала, что ей надо идти, поблагодарила…- фармацевт прижалась к двери, — Всё… — И что, это всё? — Андо с возмущённым вскриком привстала, — То есть, даже не обняла тебя? — Ну да… Даже не улыбнулась… Может, ей не понравился подарок? — Кимура села на диванчик рядом с подругой. Та в ответ положила голову ей на плечо, разжёвывая мармеладку. Рурука мечтательно закатила глаза к потолку и начала думать с периодичным хмыканьем. — М-м-м… Не думаю, — она сделала вывод, — Ты же знаешь, Канэко всегда такая. Тёплой улыбочки не дождёшься. — Ага…- Сейко легла на спинку дивана, — Я надеялась, что в её День Рождения она чуть приободриться, а она всё такая же мрачная… Думала, может, подарок её приободрить… — Ну я же тебе говорила, что это бесполезно, — кондитер закинула еще конфетку в рот, — Если человек на протяжении года даже не улыбается, то навряд ли он начнёт это делать в свой День Рождения. И вообще, чего ты к ней лезешь? Она даже не наша близкая подруга, чтобы ей подарочки дарить. Забей. — Просто… Неправильно это как то…- Кимура опустила маску на подбородок и прикрыла глаза. Девушка мяла в двух пальцах ткань, ее глаза гуляли с одного предмета в комнате на другой, — Думаю, в собственный День Рождения человек не должен оставаться один… — …Только если он не сам себя вогнал в это одиночество, — закончила за неё Рурука, — Сейко-чан, пойми, Канэко ни с кем не разговаривает по собственной воле. Вспомни, сколько раз мы к ней подходили, а она нас отшивала. Бросай эту затею, она тебе ничем не ответит. — Не знаю…- фармацевт положила голову на голову подруги, — Мне кажется, на её поведение есть причины… Раньше же она так себя не вела… — Кто знает… — Андо расслаблено закрыла глаза, — В любом случае, это не наше дело… * * * Эцуко услышала, как шаги от её двери удаляются. Девушка взглянула на коробку. К ней был прикреплён листок с красиво выведенным «С Днём Рождения!» на нём. Лучница оглядела коробку со всех сторон. Вроде, никаких подлянок нет. Тогда зачем ей её подарили? И откуда они знают про её дату рождения, учитывая, что сама Канэко про неё уже забыла. Не зная, что делать, лучница решила убрать коробку в шкаф. Она быстро открыла нижний ящик, чтобы запихнуть туда подарок и забыть про него. Как только она это сделала, в её глаза ударил глянцевый журнал с до боли знакомым лицом на обложке. Весёлая улыбка Джунко разъедала зрение девушки, поэтому она схватила журнал, разорвала его на две половинки и бросила в мусорное ведро. — Чёрт! — сквозь стиснутые зубы послышалось шипение, когда маленькая урна покачнулась от резкого удара толстым слоем бумаги, — «Что это вообще тут делает?» Неприятный воспоминания накатили на мозг, от которых снова начало тошнить. Канэко опёрлась на крышку стола и закрыла глаза, чтобы всё перетерпеть. Но ужасная картинка сама выстраивалась в мыслях. * * * — Э-э-эй, Митарай-чан! — в комнату, где были только ошеломлённые Эцуко и Нагито и испуганный Рёта лениво ввалилась гяру, — Как тут у тебя дела? Работаешь? — Эношима-сан, я… — аниматор попытался встать, но из-за накатившего стресса не смог, — Я м-могу объяснить! — Чего? — девушка скрестила руки на груди, — Чего это ты мне объяснять должен, а? Отчаяние не ждёт, знаешь ли, а ну-ка за работу — от её слов парень нервно сглотнул и снова полез на рабочее место, — Вот так-то! И не нужно меня задерживать, а то— — Привет, — Джунко замерла от голоса Нагито за её спиной, — А что здесь происходит? — Чего? — Эношима резко развернулась, — А вы здесь откуда? — Скажем так…- Комаэда тихо рассмеялся, — Мы тут кое-кого ищем… — «Кое-кого», да?..- скучающим тоном произнесла гяру, прикрыв глаза, — Что ж, догадываюсь, о ком ты говоришь, Комаэда-чан. Ты, наверное, про Микан-чан? — Да, -парень непринуждённо улыбнулся, — Ты наверняка слышала о её похищении месяц назад, верно? Недавно один наш одноклассник вернулся из долгого путешествия и выяснил, что её держат где-то в школе… Мы искали её несколько часов, пока Канэко-сан не заметила, как она бежит сюда. И вот, мы здесь… Только, я почему-то нигде не вижу Цумики-сан… — Неудивительно, её тут и нет, — кажется, Джунко чуть расслабилась, — Я ведь её послала в совсем другое место… — Ты… Послала.? — повторила её слова Эцуко. По ей лицу стекал холодный пот, ногти нервно скребли кожу, — Это… Значит… Ты её похитила.? — Дай-ка подумать, — Эношима игриво приложила палец к губам, — Ага! Мы с Мукуро-чан на время забрали Микан-чан, чтобы помочь нам. Да, Митарай-чан? — она пихнула аниматора в бок. — А…Эм… Да…- Рёта сжал в руках стилус и уставился в экран, не желая видеть этого. — Для чего… Вы это сделали…? — Канэко чуть отодвинулась, — Что вам от неё нужно? — Да так, ничего… — Эношима совсем не обращала внимания на нарастающую панику однокашницы, о просто продолжала свою речь, — Просто она нам с кое-чем помогала… Я ей показала кое-какой сюрприз для вас всех раньше времени, чтобы она согласилась, вот…она нам и помогает, — гяру начала рассматривать свой маникюр, зевая, — Мой сюрприз будет очень масштабным, уж поверьте. — Правда? Как это мило с твоей стороны, Эношима- сан! — Нагито хлопнул в ладоши, — Уже не терпится увидеть!.. Правда… У меня один вопрос…- счастливчик опустил голову и закрыл глаза, — Что ты имела ввиду, когда сказала Митараю-куну, что «Отчаяние не ждёт»? — О, так ты это запомнил? — Джунко демонстративно распахнула глаза, — Какой же ты внимательный, Комаэда-чан! Да, мой сюрприз связан с Отчаянием. Даже тот бунт на улице — часть моего сюрприза. Кстати, убийство Нацуми-чан — тоже его часть. А у тебя какие-то проблемы с этим? — К сожаленю, такой сюрприз я принять не смогу…- Комаэда с разочарованием всплеснул руками, — Ведь то, что ты собираешься сделать…непростительно. — Что? Правда? — Джунко начала качать головой в разные стороны, — Тебе не нравятся восстания? Или тебе не нравится Отчаяние.? Ах да, конечно… Ты же у нас фанбойчик Надежды номер один… В таком случае, понятно, что тебя смутило… — Всё верно, я лишь глупый фанат Надежды, -парень кротко улыбнулся, — Может, поэтому моя удача привела меня сюда… — он начал медленно приближаться к Джунко, чем вывел Эцуко из лёгкого транса. — Комаэда, ты куда… — губы девушки дрожали, но вмиг прекратили, когда прохладная рука Нагито аккуратно прошлась по её запястью. — Стой смирно, — тихо скомандовал он, а затем продолжил чуть громче, — Но вынужден тебя поправить, Эношима-сан. Я не являюсь ненавистником Отчаяния, ведь без неё Надежда потеряет всякий смысл. Отчаяние — это ступень на пути к Абсолютной Надежде, поэтому этот сюрприз не может быть принят.Ведь… Если он будет принят, то вместо Абсолютной Надежды мы получим Абсолютное Отчаяние. -Ого… Какие речи…- Эношима склонила голову набок, — Я всегда знала, что ты псих, но чтобы настолько… Но позволь спросить, что мне в таком случае делать? Отменить сюрприз? — Нет! Не следует! — Нагито остановился, он начал доставать что-то из кармана на своей жилетки, — Я не хочу, чтобы такое Отчаяние пропало зря… Из кармана Комаэды послышался щелчок, после чего из кармана показался чёрный корпус, а затем и ствол пистолета. Счастливчик решительно вынул его и направил на никак не отреагировавшую на это Джунко. — Хм-хм… Так вот что ты решил сделать… — гяру подняла одну бровь вверх, — Признаться, я впечатлена. Ты на самом деле отбитый настолько, насколько я себе представляла. — К-Комаэда, ты что творишь?! — Эцуко вздрогнула, когда оружие появилось в руках её друга, — Откуда это у тебя? — Когда мы пошли искать Цумики-сан, я взял его из учительского стола… Знаешь, на всякий случай. Я думал, что он мне пригодиться для защиты от бесталанных, но не думал, что он мне понадобиться в *таком* случае… — парень был абсолютно спокоен. Его рука даже не дрожала, настолько он был уверен в себе, — Хотя, я даже немного рад. — И чему же? — с толикой интереса спросила Эношима. Канэко посмотрела на неё и на Нагито. Никто из них не был испуган, оба со спокойными улыбками смотрели друг другу в глаза. Комаэда медленно готовил пистолет к выстрелу, Джунко наблюдала за каждым его действием, её губы мелко дрожали в сдерживаемой усмешке. Страшно здесь было только Эцуко. — «Чёрт… Какой же позор…» — девушка сжала кулак до крови и продолжила наблюдать. Её глаза немного бегали по сторонам. — Тому, что такой мусор, как я, может уничтожить Абсолютное Отчаяние, — Нагито чуть надавил на курок, не нажимая полностью, — Подумать только, я никогда не думал, что доживу до такого момента! Может, после такого меня можно будет назвать… Абсолютной Надеждой.? — Воу! ты назвал меня Абсолютным Отчаянием? Боже, я польщена! — Эношима взвизгнула, приложив руки к щекам, — Но… Даже если ты станешь Абсолютной Надеждой… Для меня это будет полным Отчаянием! Так что поспеши и прикончи меня поскорее! Нагито кротко улыбнулся и тихо хихикнул. Эцуко лишь могла в ошеломлении молчать. Эношима Джунко…один из первых людей, кому Канэко на самом деле доверилась, кому осмелилась рассказать о своём прошлом, раскрыв даже то, что она хотела сохранить в секрете даже для себя, кому девушка открыла свою душу и показала своё ничтожное нутро. …И этот человек на самом деле устроил столько ужасных вещей для своей глупой идеологии. Этот человек воспользовался ею, её слабостью, для своего «сюрприза». И этот человек теперь стоит с горделивой осанкой и ждёт своего часа. Эцуко немного разжала рукав, губы перестали дрожать. Комаэда нажал на курок. ВЗДОХ Джунко стоит. Всё ещё почему-то живая. Нагито с расширившимися от испуга глазами поворачивается на сто восемьдесят градусов и направляет оружие на другого человека: высокого, темноволосого парня. ЩЁЛК!  — Что такое.? — по каким-то причинам, пистолет в руке Нагито щёлкнул и не издал больше ни единого звука. Счастливчик тут же опустил оружие и принялся его проверять, что дало незнакомцу время. Тот метнулся за спину Комаэды. Неплохая удача. Что же, у меня есть такая же. Может даже лучше. За долю секунды огнестрел оказался в руках у Камукуры. За ещё одну Нагито оказался лежащим на полу с кровоточащей раной. Только в этот момент Эцуко сообразила. — К-Комаэда! — мгновенно осознав всю ситуацию, Канэко упала на колени перед счастливчиком и дрожащими руками подняла его голову, — Пожалуйста!.. Она ощупала место ранения, испачкав пальцы кровью. Грудь её друга оказалась слишком…твёрдой. Словно это не кожа, а пластик. — Погодите… — лучница засунула руку в карман и нащупала маленькую, но толстую книжку. Она мгновенно вытащила её, — Студенческий.? — Боже… — Нагито медленно открыл глаза и закатил их. Его взор был обращён на Изуру, тоже наблюдающим за ним. Парень начал тихо смеяться, а спустя пару секунд снова потерял сознание. — Комаэда, что ты… — Йа-а-аху-у-у! — Эцуко прервал резкий вскрик Джунко. Эношима, пританцовывая, подскочила к парню и поравнялась с ним, — Вот так номер, Изуру-чан! Я всегда знала, что прекрасный принц спасёт свою принцессу! — гяру ухватилась за шею Камукуры и повисла на ней. — Что… Ты кто.? — Канэко чуть сжала кулак. Изуру смотрел на неё безразличным взглядом, словно ему было совсем неинтересно, что происходит. — А это, Канэко-чан, Камукура Изуру, Абсолютная Надежда! — Эношима вскинула руку вверх, — Он тоже часть моего сюрприза! — Надежда… Вы что тут, все на ней помешались.? — тихо выдала Канэко, — Что за бред.? Зачем… Вы вообще всё это делаете.? — Ради Отчаяния, конечно же, — ответ Эношимы не заставил себя ждать, — Я уже буквально вижу, как оно растёт в тебе! Видимо, смерть этого мальчика здорово ударила по тебе, да, Эцуко… Моя милая девочка.? — ЗАТКНИСЬ! — стрела пулей пролетела мимо головы Эношимы и с треском влетела в цетральный монитор рядом с Митараем. Устройство мгновенно выключилось, а Рёта со вскриком упал на пол, — Почему… Я вообще начала тебе доверять… Они… Они все были правы!.. Все вы одинаковые!.. — девушка краем глаза посмотрела на Нагито — «Я не верю… Не хочу в это верить…». — Ой, прям так Отчаяние не нравится, да? — игриво продолжала гяру, — Не переживай, ты привыкнешь… — Ты… — с тихим рыком Канэко начала заряжать ещё одну стрелу. Она направила её прямо в голову гяру, — Как же я вас всех— — Канэко-сан! –мимо лица лучницы пролетел огнетушитель и врезался в Изуру и Джунко, мгновенно включившись. Белая пена моментально заполнила комнату, — Как вы?! Перед лицом девушки выросла фигура её классного руководителя. Чиса встала в боевую стойку: — Что с Комаэдой-куном? — тихо спросила Юкидзомэ. — Без сознания, — Эцуко попятилась. — Хорошо…- ответила учитель, — Канэко-сан, немедленно покидайте это место. Хорошенько вылечитесь. Я их задержу. — С чего я должна Вам верить? — Что… — Чиса немного обернулась, — Ну… Потому что ты моя драгоценная ученица! — девушка широко улыбнулась, — Я не хочу, чтобы вы пострадали, Канэко-сан! Всё будет хорошо, милая. — «Милая.?» — Эцуко снова покосилась на Комаэду, что без сознания лежал на полу, — «Они на самом деле… Не предадут меня.? И не покинут.?» — … Хорошо, — лучница быстро подняла парня на руки, — Нам возвращаться? — Не стоит, — ответила Юкидзомэ, — Совсем скоро сюда прибудет *их* подкрепление, лучше вылечите себя, ребята. Я приду, как только смогу. — … Хорошо, — через секунду Канэко выскочила под дождь. Она украдкой взглянула на Чису. Девушка смело сражалась с тем темноволосым парнем, — «Всё же… Будет хорошо.?» * * * Эти обрывки воспоминаний должны были восстановиться за три-четыре месяца, как и говорил Мунаката. Но, как оказалось, расчёты неврологов были неверными и память полностью вернулась только через восемь месяцев. Когда Убийственная Игра уже произошла и когда Организатор явил себя миру. Из своих мыслей Эцуко вывел телефонный звонок. Девушка от раздражения прикрыла глаза, звон устройства был таким противным. Девушка кинула коробку с подарком в шкаф, подошла к столу и, преодолевая желание схватить и разбить эту гуделку о стенку, подняла трубку. — Слушаю. — Канэко-сан, — на том проводе послышался грубый мужской голос, — Как прошла встреча с Лидером? Он дал какие-то распоряжения? — Да. Завтра выдвигаемся в Това Сити. Там прошёл геноцид, поэтому собрать как можно больше припасов и вещей первой необходимости. Также город кишит роботами-монокумами, поэтому взять с собой больше оружия, чем обычно. Мы не знаем, с чем нам придётся столкнуться. — Вас понял, — кротко ответил мужчина, — Всем, пришёл приказ от лидера дивизии! Немедленно взяться за подготовку! — он положил трубку. Как и Эцуко. — Вот и новое задание…- Канэко посмотрела в сторону зеркала. Край губ всё еще мелко подрагивал, обнажая волнение девушки, — «Точно ли всё получиться.? Чёрт…» — девушка закусила губу и закрыла глаза. Нервничать нельзя. Это удел слабых. Лучница вдохнула полной грудью и направилась к выходу. Ей был дан приказ, она обязана его исполнять. * * * Эцуко стояла в мастерской и рассматривала свой лук, выискивая неисправности, чтобы потом показать его механику. Кажется, поломок никаких. В руках лучницы были специальные механические лук и стрелы, изготовленные специально для неё. Это оружие обладало широким функционалом. Например, теперь стрелы, которые она выпустит способны пробивать металл и даже взрываться, что фактически делало простое стрелковое оружие таким же опасным, как огнестрельное. Эцуко сложила все стрелы в колчан и закрыла его. Лук она закрепила на спине. Девушка облокотилась на стену и стала ждать остальных членов дивизии, пока те не исправят своё оружие. Они не заставили себя ждать. Люди вышли из главной комнаты мастерской, держа свои пистолеты и прочее оружие. Все они разговаривали между собой и смеялись. Этот галдёж раздражал Эцуко. — Все готовы? — громко спросила она, — Тогда по машинам! — девушка махнула рукой и все люди двинулись за ней, моментально стихнув. — Канэко-сан такая строгая, капец, — послышался шёпот одного из парней, — Если честно, она достаточно противная… Даже поболтать нельзя… — Согласна, но она наш лидер…- ответила его подруга, — И она должна держать наш строй. В конце концов, наша дивизия одна из самых мощных в Организации, конечно, нужно поддерживать эту роль. Поэтому Канэко-сан такая, ведь она очень сильная. СИЛЬНАЯ? Эцуко резко остановилась. Слова той девушки ударили в мозг и немного опьянили лучницу. Её считают сильной? То есть, в самом деле? Канэко сжала кулак и посмотрела в небо, что было как всегда налито красным, но Канэко это ничуть не интересовало. Она… Смогла стать той, кем всегда мечтала. Она оправдала ожидания всех и стала лучшей, как и хотела. Что же может быть лучше? Это победа! Я на самом деле смогла сделать это! — …Э-эм… Канэко-сан? — позвал её один из членов дивизии, — Всё хорошо? — Да, — спокойно ответила лучница, скрывая своё ликование, — Выдвигаемся. Вертолёт, в котором находилась Эцуко и пилот, моментально поднялся. Шум лопастей всех аппаратов глушил девушку, но она даже не обращала на это внимание. Ей сказали то, чего она ждала всю сознательную жизнь. Её считают сильной. Я в самом деле имею право здесь быть! Девушка всеми силами старалась сохранить серьёзный вид. Благо, пилот на неё почти не смотрел, поэтому девушка чуть расслабилась и решила просто дождаться конца пути. Остров, на котором находилась база, уже был за горизонтом. Совсем скоро они будут в Това-Сити. * * * Во всем городе, что был огромным мегаполисом, сияло от силы пара десятков фонарей. Неудивительно, ведь электричество было отключено почти повсюду. Единственным источником освещения были только горящие глаза роботов-медведей, снующих по городу и выискивающих новых жертв. — Прошу… — тихо стонала женщина, — Не надо… Мой малыш… Мой Тёдзи… — Монокума уже заносил над ней лапу с острыми когтями, — Пожалуйста! Не надо! — слёзы текли ручьём, из-за чего женщина уже толком не видела своего убийцу. Один взмах — и настанет конец. Когда острые лезвия уже приближались к лицу жертвы, Монокума был откинут мощным выстрелом в голову. Медведь отлетел на несколько метров и с грохотом врезался в мусорный бак, повалив его. Женщина тут же повернула голову, выискивая глазами своих спасителей, но из-за дыма почти ничего не было видно. — Кто вы— — И-И-И-И-И-И-ИХХА-А-А-А-А-А!!! — с жутким визгом мимо неё пролетела какая-то фигура и остановилась в паре метров, — У-у-у, новая спасена! Фигурой оказалась невысокая девушка, одетая в рваную школьную форму. Самым примечательным в её внешности оказался огромный высунутый наружу язык, а также длинный острые ножницы в руках. Женщина тут же попятилась при виде этих ножниц. — О-о-ой, да не переживай! — весело продолжила школьница, — На старух я не бросаюсь, меня интересуют только красивые мальчики и мужчины! — она приложила руки к щекам и залилась краской, — О-о, красивые мальчики… — Сё, прекращай! — тут из тумана выскочила ещё одна школьница с куда более приятным видом, чем у первой, в её руках было нечто, напоминающее мегафон, — Ты её пугаешь! — А вот и наша Омару! — Сё с раскинутыми в разные стороны руками двинулась к подруге, — А я-то думала, что те мишки тебя сожрали! — Ха, мечтай! — девушка подкинула своё оружие, — До тех пор, пока у меня есть *это* меня ни один Монокума не тронет! — Вы… Это вы меня спасли? — подала голос женщина, — … Что это за машина у Вас в руках.? — Это мне в Основании Будущего дали, — Комару чуть сжала оружие в руке, — С помощью него я могу сражаться с Монокумами. — А…У Вас есть еще такие? — тихо спросила спасённая. — Простите, но нет, — ответила Наэги, — Но вы можете попросить такой у Основания Будущего, как только они прибудут сюда! Да, Токо-чан? — А? Какая Токо-чан? — Сё развела руками, — Не вижу здесь никаких Токо-чан! — О боже… — девушка уверенным шагом подошла к ней, — Слушай сейчас мне нужна Токо-чан! — школьница залезла к убийце в карман и вытащила маленький приборчик, после чего приложила его к шее Сё и нажала на кнопку. Послышался тихий треск и во мгновение последняя опустила голову. — А? Что? — девушка отскочила от Комару, — Г-где я? — А вот и ты! — Наэги вернула устройство ей в карман, — Пожалуйста, скажи этой даме, что совсем скоро сюда прибудет Основание Будущего.  — Д-для начала скажи, где мы? — Токо ткнула пальцем в подругу, — Пока не скажешь, никому ничего объяснять не буду! — Мы только что спасли женщину от Монокумы, Токо-чан! — Комару дружелюбно улыбнулась, — Для этого ты стала Сё, а я воспользовалась своим оружием. Или ты забыла? — Д-да не забыла! — Фукава принялась топать ногами, — Просто… Просто мне нужно было напоминание, вот! А насчет Основания… Я недавно обсуждала этот вопрос с Бьякуей-самой, он сказал, что нам пришлют людей из тринадцатой дивизии… — Погоди, тринадцатой?! — глаза Комару расширились, — Они что, на самом деле присылают сюда одну из самых сильных дивизий? — Видимо, ситуация в городе настолько критична… — Фукава приложила руки к груди, — Если это на самом деле так, то можно хотя бы порадоваться, так как это значит, что во всей остальной Японии всё не так безнадёжно. — В этом есть доля правды… — Наэги глубоко вдохнула и подошла к женщине, — Слышали? Совсем скоро сюда прибудет помощь! Думаю, они выдадут Вам такой же мегафон. — Правда? Спасибо огромное! — в глазах спасённой промелькнул огонёк надежды, — Я…Я вернусь к Сопротивлению, хорошо? — Да, конечно. До встречи! — девушки помахали руками уходящей прочь женщине. Та постоянно косилась по сторонам в поисках новой угрозы. Как только она ушла, Токо странно покосилась на Комару. — Что такое? — Наэги склонила голову набок. — Ты это слышала? — Фукава с опаской огляделась, — Мне кажется, тут кто-то есть… — Что?.. Ты права, здесь кто-то есть…- девушка встала за спиной подруги, — Я тоже что-то слышала… Вместе они начали искать источник звука. То с одной стороны, то с другой всё время слышался какой-то грохот, словно кто-то ломает куски металла. Комару уже привела свой мегафон в боевую готовность, Токо приставила шокер к виску. Враг уже совсем близко. Наэги прикрыла глаза и начала вести обратный отсчёт. Десять… Девять… Восемь… Шаги всё громче. Обеим девушкам было уже предельно ясно, что они попали в засаду. Семь… Шесть… Пять… Совсем скоро начнётся битва. Четыре… Три… Два… Раздался грохот и треск электрошокера. Несколько Бист-Монокум вылетели из-под обломков и набросились на подруг. Только что проснувшаяся Сё тут же среагировала и бросилась одному из врагов под лапы. Робот не успел среагировать, благодаря чему убийца смогла полоснуть его ножницами по чёрно-белой спине, обнажая металлический каркас с торчащими из него проводами. Пара ударов ножницами — и враг лежит на земле, давясь собственным маслом. Комару тоже не отставала. Переключив оружие на Пулю со Взрывом она прицелилась, выстрелила и отскочила, чтобы ударная волна её не зацепила. Разъярённый медведь с визгом отлетел в сторону. Жар от огня начал постепенно расплавливать механические детали на морде робота, обнажая жуткий эндоскелет. Наэги чуть скривилась при виде этого и, закрыв глаза, выстрелила ещё два раза, но уже обычными Пулями. Машина тоже со скрипом упала замертво. — Да! — девушка победно вскинула свободную руку вверх, — Эй, Сё, как там у тебя дела? — школьница чуть повеселела и посмотрела на Убийцу, что отчаянно старалась покромсать двух Монокум за раз, но ничего не выходило. Врагов становилось всё больше и больше, они закрывали собой девушку. — Я сейчас! — с дрожащими от испуга коленями Комару кинулась на помощь подруге. Наэги быстро переключила необходимые Пули и выстрелила. Двое роботов тут же упали, но на их замену подскочили еще четверо. От них девушка уже не сможет отбиться. Когда подруги уже вместе мысленно попрощались с жизнью, одного из Монокум пронзила механическая стрела, что тут же взровалась в голове медведя, поразив еще нескольких врагов поблизости, тем самым проложив Сё путь к отступлению. Обе девушки повернули головы, чтобы найти своего спасителя. Стрела прилетела откуда-то с крыш, но на них никого не было. Как только Комару подумала, что ей показалось, в паре сантиметров от неё пробежала девушка, что выстрелила из лука в еще двоих Монокум, тут же повалив их. — Все сюда! — Эцуко подняла руку с небольшим фонариком и нажала на него, — Обнаружено скопление! Уже через минуту на поле боя ворвались несколько вооружённых человек. Во главе с Канэко и Сё они раскидали Монокум в кратчайшие сроки. Всё, что оставалось Комару — так это наблюдать за работой профессиональных бойцов. В этой битве лучница чувствовала себя по-другому, не так как в других битвах. Если раньше она она почти постоянно нервничала, ожидая, когда победитель будет известен, то сейчас она чувствовала некую лёгкость.? Этой лёгкости также сопутствовала некая уверенность, словно теперь девушка точно знала, что победит. Оно так и произошло, через пару минут все Монокумы лежали на земле. Так вот как чувствуют себя сильные люди? Так вот как себя чувствовали они?  — Ого-о-о-о-о! — через секунду, как Токо снова воспользовалась шокером, к ним подскочила Комару и обняла Фукаву, — Это было круто! Токо-чан, вы с Сё как всегда на высоте! — Ч-что, правда? С-спасибо…- писатель неловко посмеялась, стараясь не смотреть подруге в глаза, — Ты тоже хороша… — Ага! Всё благодаря тебе! Это же ты научила меня драться! — Наэги начала размахивать своим оружием в разные стороны, — Я же уже лучше дерусь, правда? — Откуда я знаю, у Сё спроси… — саркастично выдала писатель, — Но пушку свою увереннее держишь. По крайней мере, твои ручонки уже не так трясутся с этим рупором… — Э-эй, это пушка, а не какой тебе не рупор! — игриво парировала девушка и начала в шутку тыкать Токо в живот. В ответ Фукава начала наигранно кривиться и сопротивляться, чем только раззадоривала напарницу. В итоге девушки начали смеяться и пытаться защекотать друг друга, от этой сценки несколько членов Фонда начали сдерживать смех, в то время, как Эцуко это уже начало раздражать. — Вы закончили? — лучница скрестила руки на груди и посмотрела на них, прищурив глаза. — Ах да, простите! — Наэги тут же убрала руки от подруги и заложила их за спину, -Вы же… Тринадцатая дивизия, верно? — Верно, — Канэко попыталась откинуть невольное отвращение от вида того, как девушки дурачатся, — Мне сообщили, что здесь недавно прошёл геноцид. Посвятите в подробности? — Д-да, конечно… — поправив юбку, Токо вышла вперёд, — Несколько месяцев назад в этом городе появилась группа из пятерых детей, именуемых себя «Воины Надежды». Эти малолетние ублюдки зомбировали остальных детей и с их помощью терроризировали взрослых жителей Това Сити, — писатель осмотрелась и чуть поёжилась от вида трупов людей, — Всё это продолжалось до тех пор, пока Комару и я не сокрушили их. После этого все пятеро детей пропали. Но, несмотря на это, эти мерзкие роботы всё еще шастают по городу… Мы вдвоём с ними не справляемся, — Фукава чуть кивнула, показывая, что закончила рассказ. Эцуко её слушала всё с тем же спокойствием, что и раньше. — Насколько я поняла, эти роботы двигаются, хотя их владельцы пропали без вести, — наконец, начала она, — Может быть такое, что ими управляют дистанционно те же «Воины Надежды», только откуда-то из подполья? — Нет, не думаю…- Комару приложила руку к подбородку, — Я помню, что панель управления мы тогда размазали в клочья… Может, есть еще одна? — Не думаю… Их лидер, Монака, вероятней всего, погибла под обломками. Насколько знаю, среди всей их группы она единственная разбиралась в технологиях, поэтому без неё они новую панель просто не соберут… — Токо мрачно усмехнулась, — Эти сопляки не настолько умны. — То есть, нам надо найти того, кто управляет Монокумами и уничтожить его, верно? — Эцуко в своей привычной манере изогнула одну бровь. — Получается, что так…- от взгляда Лидера Комару отвечала уже не так уверенно, как раньше. — Мы разберёмся, — не дав ни одной подруге и слова сказать, лучница развернулась, — Всем отправляться на поиски! Если найдёте хоть что-то подозрительное, сообщите мне! — Есть! — несколько мужчин тут же разбежались, кто куда. — Подождите! А мы? — Наэги поспешила за Канэко, — А что нам делать? — Всмысле? — Эцуко резко развернулась, — Я вам что, няня? Спрячьтесь где-нибудь и не мешайте работать. Думаю, себя защитить сможете. — Ч-что это значит? — с возмущенным тоном Токо ткнула пальцем в девушку, — Мы вообще-то защищаем этот город! И нам сидеть сложа руки? — Токо-чан, успокойся… — Комару взяла писателя за руку, — Давай доверим это профессионалам, окей? А пока можем отдохнуть, прогуляться… — Гх… Ладно, — девушка фыркнула, — Пусть сами разбираются, мы с тобой своё дело сделали. Всё равно я с ней работать не хочу, — тихо добавила Фукава. — Токо-чан, ну нельзя так говорить! — также тихо ответила Наэги. — В любом случае, сотрудничать с этой стервой себе дороже, — не унималась писатель, — Хагакурэ мне рассказывал о ней. Вечно мрачная, всем грубит. Неудивительно, что её собственная дивизия недолюбливает… — Фукава кивнула в сторону двух членов Основания, что украдкой смотрели на Эцуко и перешёптывались. — Может ты и права… Но хей! У нас появилась свободная минутка! Давай потратим её на что-нибудь стоящее… Я здесь неподалёку видела небольшой автомат с мороженым. Кажется, он всё еще работает. Перекусим? — Ну давай… — неуверенно ответила девушка, — Давно я уже мороженого не ела… Какой бы вкус выбрать.? Комару, ты какой будешь? — Выберу на месте. — Тогда я тоже… — медленно и неуверенно Токо взяла руку школьницы в свою. Реакция последней не оставила себя ждать, Наэги тут же сжала ладонь писателя в своей и, напевая себе под нос, побежала в сторону другой улицы, от неожиданности Фукава вскрикнула и побежала за ней. Пусть Эцуко этого и не показала, но она украдкой подслушала диалог подруг. Благо, её хороший слух позволил ей это сделать. Комару общалась с Токо так тепло, что, похоже, сама писатель не ожидала этого. Сердце Канэко скрипело каждый раз, когда она воспроизводила диалог подруг в своей голове снова и снова. Лучница не понимала, грустно ли ей оттого, что она услышала, или же противно. … Почему это меня вообще беспокоит? Это просто какая-то девчонка и её подружка-интерн. Ко мне они никак не относятся, ведь так? Эти слабаки просто предоставили мне всю информацию, пришло время её использовать. Меня они не волнуют. Так должно быть. Меня никто из них не волнует. Я просто выполняю свою работу. Почему меня должны волновать какие-то слабаки? Мне наплевать на них. Верно? * * * Девушка потёрла щеку. Рана неприятно жгла, но в целом терпимо. Когда весь отряд Эцуко разошёлся кто куда в поисках зацепок, девушка сказала, что пройдётся и поищет одна. Один парень предложил свою помощь, но был грубо отвергнут лучницей. Ей нужно немного побыть одной. Канэко настолько погрязла в своих мыслях, что один из Монокум подкрался и цапнул ее за щёку. Конечно, реакция девушки не заставила себя ждать и враг тут же был убит, но небольшая царапина напоминала Эцуко о её промахе. — «Чёрт…» — лучница презрительно фыркнула и отправилась дальше на поиски. Хотя…эти поиски лишь назывались поисками, всё время девушка витала в облаках. Злополучный диалог между Наэги и Фукавой повторялся всё снова и снова. Проклятые слова Комару про мороженое разъедали мозг. Такое чувство, будто кто-то давит на разум. Не выдержав, Эцуко присела на корточки и глубоко вдохнула. Благо, она ушла одна и прямо сейчас никто не видит её в таком состоянии. Когда она поднесла руки к лицу, то поняла, что дрожит. Холодно не было, а это означало только одно. Ей тревожно. …Мерзко. Канэко резко стукнула себя по локтю и выпрямилась. Мерзкая тревога никуда не уходила. Девушка повторно ударила себя. Безуспешно. Теперь и руки бьёт тремор. Из сжатых зубов донеслось шипение и девушка снова села на корточки, схватив голову руками. Какого хрена этот диалог не выходит из головы? Какого хрена какого хрена какого хрена какого хрена какого хрена? … Почему я…не могу забыть? Новые воспоминания начали приходить в голову. И все они были об одном и том же человеке. Они все были о нём. Почему я всё еще не могу забыть?.. Его нежное лицо, его белые локоны, его спокойная улыбка, его мягкий голос. Почему она вспомнила его? Она успешно забыла про него за этот год, так почему он снова наведывается к ней спустя столько времени? Уходи… Прошу, уходи… — «Канэко-сан, как прошёл день?» Пожалуйста, уходи… — «Канэко-сан, ты в порядке?» …Уходи… — «Канэко-сан.?» УХОДИ! Удар. * * * …С самого детства… мне долбили одну простую истину. Она проста настолько, что её может понять даже младенец. Слабые не выживают. Никогда. Поэтому необходимо делать всё, лишь бы тебя признали сильным. Я убеждалась в этом не один раз. Каждый раз, когда из общества, в котором я выросла, выкидывали слабака, я понимала, что должна сделать всё, чтобы в следующий раз не выкинули меня. И я делала. Училась… Работала… Но всё равно отвратительная слабость сидела внутри меня, как бы я не пыталась её искоренить. Мне даже приходилось обманывать, чтобы доказать всем, что я сильна. Я обманывала одноклассников, я обманывала мать, но самое главное… я обманывала себя. Так сильна ли Канэко Эцуко на самом деле? * * * Средняя школа Минерва для одарённых детей. 15:00. День. — Итак, результаты теста, — начал учитель, — Скажу честно, результаты меня не порадовали. Большая часть класса написала меньше, чем на 60… В помещении тут же воцарилась тишина. Все в изумлении смотрели на преподавателя. — Из вас на «А» написала только… — учитель достал из общей стопки листик, на нём были некоторые пометки красным, но в верхнем левом углу сияла большая цифра «70», — Канэко. Все сразу посмотрели на тринадцатилетнюю девочку на первой парте. Она выглядела невероятно ухоженной, длинные волосы заплетены в косу, школьная форма была отутюжена. Ученица выглядела как фарфоровая кукла, выставленная на продажу за неимоверную цену. По всему классу прошёл шёпот: — Семьдесят?.. — Уверена, у меня не больше сорока… — Мама меня убьёт… — Повезло же… — Канэко-сан такая умная? — Может, готовилась всю ночь.? — Кто знает… — Я ей завидую… — Вот бы мне стать такой же умной… — Тишина в классе! — учитель постучал по столу карандашом, — Давайте вместе разберём ошибки, — мужчина поправил очки и достал из стопки первую работу, — Вот, Кобаяши, взгляни на своё решение второго задания… 16:00. День. Уроки закончились. Все дети спешно собирали вещи и выбегали из класса. Одна только Канэко аккуратно складывала учебники в сумку, и, поправив юбку, прогулочным шагом вышла из аудитории. Как только девочка переступила через порог, навстречу ей побежала одноклассница: — Канэко-сан! Канэко-са-а-ан! — она слегка приобняла её за плечи, — Слушай, помоги, а? Скажи, что у тебя в пятом получилось? Я с этой заданкой пол-урока провозилась, так и не решила. Подкинь идейку-другую? Девочка медленно повернула голову в её сторону и изогнула одну бровь. — В учебник посмотреть не вариант? — Эцуко грубо стряхнула руки одноклассницы со своих плеч, — Там даны все объяснения. — …Правда? — девочка чуть растерялась от такого резкого ответа, но уже через секунду начала копаться в сумке в поисках учебника по алгебре, — Погоди… Биквадратные уравнения… Задача 1…Вот она… А! Поняла! — ученица радостно захлопнула книгу, — Спасибо, что указала! Я, видимо, проглядела… — …Хмпф, — Канэко лишь презрительно фыркнула и развернулась, — Мне надо идти. — Хорошо, — одноклассница помахала Эцуко рукой, — До завтра, Канэко-сан! Девочка даже не удосужилась хотя бы помахать в ответ, а молча направилась к выходу. Но до её ушей донесся обрывок телефонного разговора той самой одноклассницы: — …Ничего мне нормально не объяснила, понимаешь? Просто ткнула носом в учебник, да и с лицом таким, будто я — самое ничтожное существо на планете. А я, между прочим, с наивысшими баллами сюда поступила, как и она! Поэтому мы с ней на одном уровне. Да и вообще… Будто бы она всё с первого раза понимает… * * * 16:50. День. — Как прошёл день, Эцуко? — к девочке приближалась высокая женщина. Её аристократично бледное, аккуратное лицо излучало неимоверную нежность, смешанную с величественностью, — Получила что-нибудь? Не переживай, скрывать смысла нет. — Лучший балл в классе за контрольную по алгебре, мама, — с этими словами Канэко-младшая протянула старшей листок, — Учитель очень похвалил меня. Женщина лёгким движением забрала листок и принялась его читать. За десять мучительно долго тянущихся секунд её выражение лица вовсе не изменилось, что заставляло сосать под ложечкой всё интенсивнее. — Хм… интересно…- протянула Кагуя, сминая краешек контрольной в своих изящных пальцах, — Я думала, что эту тему ты хорошо изучила, разве нет? Биквадратные уравнения… Вы их проходили чуть ли не треть семестра, как так вышло, что ты потеряла тридцать баллов? Женщина подняла взгляд в ожидании ответа. — Я…Н-ну…- Эцуко начала мять в пальцах подол платья — Не заикаться, — холодный тон Кагуи заставил девочку воздрогнуть и резко выпрямиться. — Эти уравнения были очень сложными, — проговорила Эцуко так, словно выучила эту строчку наизусть, — К тому же… контрольную начали не с начала урока… Так как сработала пожарная сигнализация… Поэтому у меня был всего час. Я просто не успела, вот и… — Молчать, — холодно проговорила женщина, чем заставила дочь застыть, -Неужели ты не понимаешь, что портишь свой табель успеваемости? Просто представь, за все контрольные 97 баллов, 99 баллов, 100 баллов… А потом среди них внезапно появляются жалкие 70 баллов… Представляешь? Вот и я нет. Поэтому в следующие пару дней оценка должна быть исправлена, ясно? Эцуко подняла голову высоко вверх. — Да! — уверено воскликнула она, — Непременно! — после этих слов Кагуя улыбнулась, чем заставила Эцуко облегчённо вздохнуть. Но ровно на секунду. — Хорошо…- женщина убрала контрольную в ящик стола, — Но, знаешь… Я не люблю, когда дают пустых словесных обещаний…- она открыла другой ящик стола, из-за чего Канэко-младшая нервно сглотнула, — Ведь часто люди могут чего-то наобещать, а потом ничего не выполнить. Ты знаешь о таких ситуациях.? Посему я сейчас закреплю наше обещание, чтобы точно выполнила его… Впрочем, как всегда. Эцуко сжала кулаки и закрыла глаза. * * * В почти пустой комнате резкое шипение от боли отдавалось с лёгким эхом. Эцуко чуть косо приклеила лейкопластырь на последний порез. Благо, сегодня ей сделали всего три, поэтому со всем она справилась за пару минут. Школьница нервно теребила листок с контрольной, пока читала его. Она сделала ошибки в трёх заданиях. Надо срочно подучить материал, чтобы ей не досталось снова. — «…Тогда всё будет хорошо. Я снова всем покажу.» — пронеслось в голове Канэко и она залезла в рюкзак в поисках учебника. Осталось еще часа два. Я должна была им показать, должна. В противном случае…они сочли бы меня глупой. К следующему дню я должна подготовиться на «ура», чтобы она это поняла. Поняла, что я не идиотка… Я хотела, чтобы она хотя бы так думала. Чтобы все так думали. Чтобы они все меня уважали. В противном случае… Я закончила бы прямо как все эти слабаки, которых пинками гнали оттуда, где я выросла. Я никогда не хотела повторить их судьбу. Для меня это всегда было сродни смерти. Я всеми силами пыталась доказать всем, что я сильна. Верила ли я сама в это — другой вопрос. Я хотела, чтобы меня признали хоть где-то, хоть в чём-то. Я развивалась везде. Я делала все домашние задания, я сбегала по ночам из дома на ночные турниры и стреляла, пока руки не отвалятся. А если стрельбище по каким-то причинам было закрыто, я торчала на спортивных площадках и качала свои тело и сердце. Чтобы все видели, что я идеальна. Чтобы все видели, что я сильна. «Если я стану по-настоящему сильной, то я буду счастлива» — это я твердила самой себе с самого детства. Я видела, что все сильные вокруг меня счастливы. Она счастлива, её родственники счастливы, моё окружение счастливо. Если я стану одной из них, то тоже стану счастливой. И вот, я смогла. Меня назвали сильной. Бесспорно. Теперь я счастлива. Теперь я счастлива… Теперь я счастлива…? Я счастлива? * * * — КАНЭКО-СА-А-А-А-АН! — услышав свою фамилию, лучница молниеносно выпрямилась, — Вы где?! Из-за угла показалась невысокая девушка в костюме, она на полной скорости кинулась к Эцуко. На её руке была кровь, что заставило Канэко насторожиться. — Что случилось? — когда, едва не запнувшись, работница таки добралась до неё, Эцуко положила руку на корпус лука, — Вы что-то нашли? — Д-да!.. — промямлила испуганная девушка. Её колени дрожали, одна рука еле сжимала пистолет, — Там!.. Неподалёку от Мотеля Кёзецу! — она указала в сторону улицы с небольшим мотельчиком, что в мирное время использовался студентами и другими людьми, что не могли снять более достойное жильё. Оттуда и вправду шёл дым. — Идём, — не дрогнув ни мускулом бросила лучница и вместе с девушкой побежала в сторону сражения. Чем ближе они становились, тем различимее был лязг металла и крики других членов дивизии. Когда девушки подошли, перед ними предстал странный робот, отдалённо напоминающий Монокуму, но куда больше размером. Его рост составлял не менее семи метров, из туловища неуклюже торчали три пары рук. Нечто, напоминающее ноги, согнулась в обратную сторону и еле тащилось по земле. Лежащий на животе робот весьма живо перебирал своими «руками» и пытался поймать ими отступающих парней. На земле уже лежало несколько раненых, которых самые смелые пытались оттащить в сторону. — Откуда он появился? — Эцуко вынула из кобуры пистолет и выстрелила по одной из рук, та сильно треснула и подкосилась — Неожиданно вылез из станции метро, — за то время, что они бежали, работница фонда смогла успокоится, — Мы проверяли поезда в поисках управляющего, но тут из тоннеля вылез он. Дослушав её, Канэко резко развернулась и махнула рукой только что подошедшим членам дивизии. — Обездвижьте его! Я пристрелю! — бросила она, вытаскивая стрелу из колчана. — Есть! — трое самых коренастых работников подбежали к роботу и захватили его. Машина была большой, но не настолько, что её не смогли бы удержать несколько здоровяков. Эцуко зарядила стрелу и через долю секунды выстрелила. Металлический наконечник врезался в корпус робота и пробил его. Через долю секунды раздался взрыв и робот повалился набок, что позволило другим членам дивизии достать свои пистолеты и добить его. Враг чуть дёрнулся и застыл.  — Он… Всё.? — тихо спросила та, что звала Эцуко, — Вы его…убили? — Похоже на то, — к девушке подошёл её друг и осмотрел машину, — Кажется, мы не смогли убить его, потому что корпус робота построен так, что его не пробить пулей пистолета. Однако, корпус не был заточен под острые стрелы со взрывчаткой. Причём под стрелы, которые летят со скоростью пули. Поэтому Канэко-сан смогла его убить. — Значит, всё благодаря Вашему профессионализму, — девушка повернулась к лидеру, — Конечно же! Вы же Абсолютный Лучник! — работница взяла Эцуко за руку и притянула к себе, — Канэко-сан, вы не представляете, как я восхищаюсь Вами! Ваше упорство и умение соображать в критической ситуации… они спасли нас далеко не один раз! Мне безумно повезло попасть именно в Вашу дивизию! Вы просто не представляете… как я восхищаюсь Вашей силой! Рука лучницы сжалась. Её взгляд был покрыт пеленой гнева вместе с ужасом. Восхищённая работница подняла взгляд на своего начальника и отпрянула в испуге. Остальные члены дивизии напряглись. — Канэко-сан…всё в порядке? — девушка попыталась взять её за плечи, но была грубо оттолкнута напряжёнными руками. — Продолжить поиски, — еле выдала из себя Канэко, — Немедленно. Иначе я не знаю, что с вами всеми сделаю… — Канэко-сан, вы уверены? — подал голос один из парней, — Радар показывает, что в округе куча скоплений Монокум, так что лучше двигаться большими группами… Наверное… К тому же, я вычислил, предполагаемый пульт управления находится неподалёку и, судя по всему, он находится в роботе не меньше этого…а то и больше… Давайте изменим построение? — Я сказала, продолжить поиски в обычном режиме! — её голос ударил громом, из-за чего некоторые члены дивизии вздрогнули, — Я ваш лидер, а значит вы обязаны следовать моему приказу. Иначе… — её кулак сжался, отчего больше никто не захотел спорить с лучницей. Все просто разбрелись кто куда в поисках пульта управления. — Джин, пойдёшь со мной.? И Акио с собой прихвати, — сказал парень, что таки осмелился поспорить со своим лидером, — Что-то мне не нравится в этих расчетах… — Окей… — его друг пожал плечами, — Эй, бровастый! Айда с нами! — он махнул рукой ещё одному парню и тот, тихо ругаясь, поплёлся за ними. Эцуко фыркнула и развернулась. Бешено колотящееся сердце не унималось. Почему-то от речи этой девушки Канэко стало безумно плохо, не сравнится с теми ощущениями, что она испытала после диалога Токо и Комару. На долю секунды перед глазами снова промелькнуло его лицо, что заставило девушку зажмуриться и потрясти головой. Он сегодня появляется у неё в голове слишком часто, как и это кислое ощущение глубоко внутри. Особенно оно усилилось в момент, когда та девушка восхитилась её силой. Эцуко словно кувалдой по голове ударили, когда работница произнесла свою маленькую речь. Но…она ведь должна быть счастлива? Почему общее признание не сделало её счастливой? Почему? Потому что это не счастье. * * * — Почему я не счастлива? Разве я не должна быть.? — Может, я недостаточно сильна? — Может, я всё ещё не достигла стандартов? — Но… Я ведь первая во всём! Я достигла всех стандартов! — Тогда почему… Я не чувствую себя счастливой? — Потому что то, чего ты достигла — не счастье. … Изо дня в день… Я твердила себе, что когда я стану сильной, то стану счастливой и мне никто не будет нужен. Я верила в это с самого детства. Я обрывала все связи, чтобы никто не увидел той слабости, что я планировала уничтожить. Они все… пытались сломить меня… Все…хотели увидеть, какая я на самом деле. Они хотели обличить мою слабость… чтобы я проиграла, чтобы мне не осталось места… Но я одолела их всех. Я одолела их жалкие попытки сломать меня… Поэтому… Хвалите меня! Признайте меня! Дайте мне место, где я могу быть! Скажите мне, что я имею право на существование! — Тогда почему ты внутренне плачешь, выкрикивая это из раза в раз? … Это правда. Внутренне… Я плачу. Я кричу это и плачу. Хочу ли я этого на самом деле? Я долго думала… хочу ли я этого на самом деле? То есть… Я в самом деле так думала, пока… Не поступила в «Пик Надежды». В голове пронеслось воспоминание, которое вызывало у Эцуко смешанные чувства. Это событие произошло на следующий день после расследования смерти Кузурю Нацуми. — Эцуко-чан! Как дела? — как только лучница вошла в класс, на неё бросилась Аканэ, — Мне сказали, всё плохо было… Девушка повернула голову в её сторону и исподлобья посмотрела прямо в глаза. Рука нервно теребила ремень сумки, пока Канэко подбирала нужные слова. — Нормально, — со старым уже привычным ей жестоким холодом ответила девушка. — Правда? — Овари склонила голову набок, — Цумики сказала, что тебе поплохело… Как ты сегодня себя чувствуешь? — Тц. Тебя не касается, — Эцуко прошла мимо гимнастке к своей парте, оставив последнюю в полном недоумении: — Ты чего..? — растерянно выдала девушка. — Канэко-сан, тебе всё еще плохо? — к ним подошла Чиса, заложив руки за спину, — Если тебя что-то беспокоит, то не стесняйся и говори мне или Овари-сан. Главное — не держи всё в себе, а не то хуже будет! Поверь, замалчивание проблемы никогда не приведёт к её решению, а наоборот. Эцуко упала на стул и начала раскладывать учебники. Юкидзомэ подошла к её парте и присела рядом, предварительно вытащив стул из-под парты Нагито, что ещё не пришёл. Учитель провела пальцем по руке лучницы, чем заставила ту вздрогнуть и убрать руку. — Канэко-сан, скажи, что такое? — тихо спросила Чиса, — Ты сегодня сама не своя… Грубишь всем… Это из-за вчерашнего? — Нет, — буркнула лучница, отворачиваясь. — Не стесняйся своих эмоции, пожалуйста, — не унималась учитель, — Это всё из-за Комаэды-куна, да? — упомянув счастливчика, Чиса заметила, как Эцуко кинула кроткий взгляд на его парту, но тут же снова потупила его, — Всё уже позади, ты сама видела, как врач его отпустил. Уверена, он скоро придёт. Я вчера к нему ходила, Комаэда-кун в полном порядке, — после этих слов Юкидзомэ встала, — Ты можешь нам довериться, Канэко-сан. Поверь, мы не причиним тебе вреда. Ей не ответили. Чиса устало вздохнула и направилась к учительскому столу, чтобы подождать остальных. Краем глаза она заметила беседующих Аканэ и Нэкомару: — Что с ней такое? Даже не поздоровалась… — Аканэ, не наседай на неё сейчас. Насколько я понял, во время следствия что-то случилось, вот она и ведёт себя так. Думаю, это прекратится. — Ну чтож… Надеюсь… В тот день Эцуко ни с кем не разговаривала. Даже с Нагито, что попытался ещё раз перед ней извиниться за свои недавние выходки. Весь день парень тайком подглядывал за девушкой, очевидно беспокоясь. Канэко пробыла в таком состоянии еще пару дней, затем начала немного снова оттаивать, но внезапная Трагедия снова вернула всё на круги своя. … В ту ночь я не могла заснуть. Я всё думала о том, как все перешёптывались из-за моей истерики. Я это ненавидела. Настолько, что на моих руках появились новые порезы. Я их заслужила. Я показала свою мерзкую натуру всему классу и должна была быть наказана. За свою слабость. Потом я приняла решение. Я решила снова закрыться от всех, даже от Аканэ, Нэкомару и Комаэды. Только так я могла избавиться от позора. Но потом… Я ощутила нечто странное. Меня никто… не осуждал за произошедшее. Учитель ещё несколько дней пыталась узнать о моём состоянии, остальные пусть и не решались подходить, но часто наблюдали за мной. Почему я их так волную? Им что-то от меня нужно? Почему меня никто не осуждает? Почему они заботятся обо мне? Этот вопрос начал мучать меня. В конце концов, в голове промелькнула мысль бросить это всё. Перестать гнаться за силой и явиться всем такой, какая я есть. Слабой, ничтожной идиоткой. Ведь если он принял меня такой…то все остальные…примут тоже? … Ложь. … Никто никогда не собирался меня принимать. Всё это — глупая мишура, что пытается ослабить меня. Всё-таки сильная привязанность приводит к ужасным последствиям. Я поняла это на своём опыте. * * * — Сегодня мы прощаемся с Канэко Йоширо, — тихий голос мужчины громом бил по земле, — Буквально пару дней назад мы потеряли коллегу, друга, мужа, отца… — на последнем слове спасатель посмотрел на девочку в чёрном платье в первом ряду. Маленькие ручки сжимали юбку, глаза устремлены в пол, на них были видны слёзы, сильно контрастирующие с сердитым взглядом Эцуко. Девочка нервно сжимала и разжимала губы, упиваясь ненавистью. Её мать была на удивление спокойной, хотя на её лице также было некое сожаление. Она не думала, что пятнадцать лет брака закончатся столь трагично, — В той операции он спас троих пострадавших. Четвёртого не смог, завал похоронил их обоих… Прошу прощения, я больше ничего не могу сказать… Могу только выразить свою последнюю благодарность Канэко-сану, — выдержав паузу, мужчина спустился с пьедестала и вернулся на своё место. Эцуко его не слушала. Её мысли были заняты куда более важными вещами. Несмотря на то, что она старалась держаться, как её мама, слёзы сами застилали глаза и скатывались по щекам. Как же противно. Показать свою слабость и теперь встретить последствия. Доверие к нему привело к этой поганой скорби. Скорби, что привела к тому, что девочка сидит на скамейке и ревёт, в то время как мама сидит спокойно. По-настоящему сильный человек. Не то, что она. * * * В тот день я поклялась себе, что больше никогда ни к кому не привяжусь. Я решила, что не дам скорби проникнуть в своё сердце ещё раз. Поэтому…я отдалилась от всех. Мне плевать, будут ли все за это ненавидеть меня, боятся… Главное, чтобы они признали меня. Большего мне и не надо. — Тогда почему ты привязалась к Комаэде? Я…Я не привязалась к нему. — Да? Тогда что значило то выступление в полицейском участке? Я…Мне было страшно…за себя. — Уверена? А может, за него? Не может быть. — Ты боялась потерять его, а значит привязалась. Он очень много значит для тебя, не так ли? Иначе почему он стал первым человеком, которому ты показала настоящую себя. Высшая степень доверия. Он похож на твоего отца, вот ты и цепляешься за него. Хочешь снова почувствовать себя той маленькой девочкой, что всегда могла положиться на папу. Ведь он не будет презирать тебя за слабость. Вот ты и сдалась перед ним. Открылась сама и позволила открыться тебе. Теперь скажи… Как ты относишься к Комаэде, м? ………… Я всё ещё его ненавижу.