Danganronpa: Another Universe. Ultimate Archer's story

Капли тяжёлым грузом ударялись о макушку и спину. Ноябрь встретил японцев сезоном проливных дождей. Этот к примеру, не прекращался уже три дня, но это никак не останавливало деятельность Основания будущего. Наоборот, такая погода была подарком для Отчаявшихся ублюдков, поэтому действовать нужно было как можно быстрее. Тело высокой темноволосой девушки било дрожью, что было крайне нетипичным для неё. Будь здесь члены её дивизии, они бы определённо этому удивилась. Обычно их лидер холоден и невозмутим. Жаль, что части этих членов не стало. В радиусе нескольких десятков метров по полу валялись оторванные конечности молодых ребят. Это были совсем мелкие части, вроде рук и ног, но также и совсем большие и жуткие, вроде половины человеческого туловища или даже оторванной головы. Но наибольшее внимание привлекал огромный Монокума, скрючившийся и лежавший под неестественным углом даже для робота. Рядом с ним лежали и пилоты — двое детей лет одиннадцати, не в лучшем состоянии. Маленькие тельца словно были разорваны диким зверем, но на лицах этих малышей сияли радостные улыбки, словно они только этого и ждали. Тем временем тошнота постепенно отступала от горла. Осознание того, *что* сделали эти детишки, глушило любой зов совести. Ей не было их жаль. Это Отчаявшиеся. Их надо уничтожать. Они кровожадные убийцы. Ровно как и она. Тысяча убитых прихвостней Эношимы Джунко. Ровно столько нелюдей Эцуко убила до сегодняшнего дня. Это наибольшее число, среди всех членов дивизии. За такое Тэнган и премию выписать может, но Канэко это особо не интересовало. Ей было главное, что благодаря её успехам её считают сильной, достойной. Всё остальное, вроде тысяч спасённых жизней было последним, о чем она беспокоилась. Её волновала сила. И месть. Месть за тучу бессмысленных убийств, совершенных ради глупого чувства. — «Раз уж вам так нравится Отчаяние, то разорвите себе горло и сдохните, упиваясь им», — из-за дождя девушка не смогла почувствовать, как по её щеке скатывается слеза из-за этого самого чувства. * * * За полчаса до этого. Сбившееся дыхание начало потихоньку восстанавливаться. Лучница сидела на корточках, сосредоточив взгляд на паре песчинок, просочившихся сквозь обломки здания. Тем временем, крепко сжатые кулаки начали слабеть, дав боли врезаться в сознание Лидера. Эцуко тихо шикнула и тряхнула руками, кровь с тихим всплеском ударилась о камни. В порыве гнева девушка в очередной раз не заметила, как расцарапала руки до крови. Судя по ощущениям, она случайно разодрала прошлые раны. Нужно залечить пока не началась инфекция. Девушка за пару минут вернулась к вертолётной площадке, где её дивизия оставила медикаменты и припасы. Оставшиеся охранять члены выпрямились по струнке при виде своего командира. У одного из них со лба начал стекать пот, когда девушка прошла в паре шагов от него. Когда она подняла руку в поисках аптечки на борту одного из вертолётов, он вздрогнул. Парой ловких движений Эцуко смазала раны перекисью, та весело зашипела в ответ, разглашая о том, что рана снова начала свёртываться. — Вы… ранены? — неуверенно спросил один из солдат, оборачиваясь, — Ничего не случилось? — Нет. Продолжайте охрану, — бесстрастно ответила лучница, — В случае атаки немедленно доложить. — Есть! — как по команде ответили подчинённые. Канэко не оставалось ничего, кроме как хмыкнуть. — Канэко-сан… Я получил кое-какую информацию… От знакомого из этого города… — неуверенно проговорил вздрогнувший до этого парень в костюме, — Мне кое-что рассказали… — Если это не относится к делу, то мне не интересно, — девушка пренебрежительно махнула рукой, — Свои розовые сопли оставь при себе. На этой фразе всё остальные члены дивизии прыснули в кулаки, пока говоривший заливался краской: — Д-да нет же! Это связано с делом! — выпалил он, заставив девушку повернуться, — Он совсем недавно уехал отсюда и я смог выйти с ним на связь. Всю его технику сломали эти дети с масками Монокум, так что этого у него не получалось сделать. Но буквально полчаса назад на мой телефон пришло сообщение, я-я был так рад и-- — Никому это не интересно. Сразу к делу, — отрезала Канэко, метнув ледяной взгляд в сторону незадачливого подчиненного. Тот тихо взвизгнул и нервно продолжил: — Д-да… Он видел, как их Лидера… Ну, этих «Войнов Надежды»… Уносит из города какой-то парень… — Что за парень? Как он выглядел? — Он не смог детально разглядеть, но… он был высокий… и очень худой. Друг запомнил очень светлые волосы, прямо белые… и странная одежда… чёрная куртка, полосатый свитер и перчатка… на левой руке. Также он запомнил голос… Немного напоминает женский, но при этом с хрипотцой… А? Он осёкся, глядя на своего Лидера. Девушка смотрела на него с тихой яростью в глазах, не смея и пошевелиться. — Продолжай, — процедила она, не сводя взгляда с его глаз. — А… Э-эх… Они говорили что-то о «этих дураках» и о ловушке, оставленной в одном из помещений в центре города. Друг прямо фразу запомнил: «Эти идиоты и не поймут, как их растерзает моя чудо-зверушка.»… Как-то так кажется… Похоже, они говорили о роботе-монокуме и ловушке… Да, о ловушке в центре! Я думаю, стоит пойти и проверить… Ведь так? Ярость в глазах его лидера сменилась ужасом. Тень от волос сделала взгляд по-настоящему пугающим. Не сказав ни слова, Эцуко рванула в обратном направлении, отчего всё члены дивизии вздрогнули. — Я сказал что-то не то?.. — проговорил парень, встав в прежнее положение. — Не парься, — его сосед скрестил руки на груди и пожал плечами, — Ты привыкнешь. * * * Сердце с каждым разом стучало всё быстрее, а из-за сбивающегося дыхания закололо в боку. Мир перед глазами Эцуко временами начинал плыть, но девушку это ничуть не останавливало. На бегу она доставала лук и заряжала стрелу, готовясь к драке. Канэко приготовилась услышать крики и грохот. Если она правильно поняла, то ловушку Монака оставила знатную, определённо больше той, что она убила рядом с мотелем. Но на удивление вокруг было тихо. Это особенно настораживало, ибо девушка уже приближалась к центру Това-сити, но не было и намёка на битву. Неужели, обошлось? Она немного замедлила шаг и опустила оружие. Мир перед глазами стал более чётким, а мысли менее хаотичными. Если на самом деле опасность миновала, то есть шанс по-быстрому закрыть свой просчёт и сохранить имидж сильнейшего лидера. Когда сердце почти приняло привычный ритм, Канэко вышла на главную площадь, чтобы осмотреться. В конце концов, нужно продолжать поиски, но с учётом предупреждения от члена дивизии. Эцуко уже собиралась потянуться за рацией, чтобы уведомить об этом остальных, но её рука застыла на ремне с небольшим чёрным устройством. Главная площадь Това-сити была достаточно обширной, а расставленные по периметру скамейки и вовсе придавали ей вид арены. Очень удобной арены для произошедшего. В самом центре возвышался робот: изуродованный чёрно-белый медведь с непропорционально большой головой по сравнению с худощавым туловищем. Он стоял на четырёх лапах длиной метров пять каждая. «Голова» была задрана к верху, из неё раздавался тихий скрежет, отдалённо напоминающий животный вой. Кровь на лице этого механического чудовища блестела от солнца. По всей арене были раскиданы члены дивизии, точнее то, что от них осталось. Под ногой Монокумы лежала половинка от туловища парня лет двадцати на вид, а под ногами Канэко на неё смотрела оторванная голова той самой девушки, что нахваливала её профессионализм и смелость. Последнее, что запомнила Канэко, было пятно крови на её ботинке. * * * — «Вот и ловушка,» — с издёвкой раздался внутренний голос. Сильный дождь, начавшийся во время битвы, размазывал кровь по лицу и рукам девушки. Кровь была также и на одежде, но из-за преимущественно тёмных оттенков её не было видно. Лук в руках Канэко чуть заискрил и автоматически отключился из-за угрозы короткого замыкания. Всё произошло буквально за пару минут. Осознание своей ошибки и общей ничтожности наложило ещё одну пелену на глаза девушки и она без раздумий кинулась растерзать. Двое пилотов, конечно, попытались её остановить и убить, но у них ничего не вышло против разъярённого Абсолютного. В кратчайшие сроки их робот был повален на землю, а люк, ведущий внутрь, выломан. Сначала детишки испугались, но потом они вспомнили о истинной причине своего нахождения здесь. Они потянули свои маленькие ручки в сторону взрослой руки, что тут же вынула их наружу, параллельно выворачивая суставы. Дети ответили тихим писком, что добило их оппонента. За пару секунд их хрупкие пальчики были сломаны и из них брызнула розовая жидкость. Они и не догадывались, что это было только начало. В течение пары секунд животики были вспороты, а внутренние органы вывалились наружу. По ним тут же прошла взрослая нога. В детское личико прилетел кулак. А затем и второй. И третий. И четвертый. И пятый. Множество ударов — и детки остались без зубов с кровавой кашей во рту. Всё сопровождалось тихим, почти невинным смехом детей. Это выводило из себя. В конце концов, спустя ещё несколько ударов по всему телу, особенно по голове, девушка вынула пистолет и парой выстрелов вынесла мерзавцам мозги. Из-за дождя корпус робота стал очень скользким и трупики поскользили и с характерным звуком ударились об асфальт. С ними покончено. Только в этот момент она начала потихоньку приходить в сознание. Тело перестало быть таким лёгким, а мышцы неприятно заныли из-за перегрузки. Также дали о себе знать полученные травмы. Но злость никуда не ушла. Канэко с отвращением смотрела на маленьких выродков, что ради Отчаяния убили членов её дивизии. Ненависть распирала изнутри. Ненависть к людям, ненависть к Отчаянию, ненависть к себе. Она упала на колени. * * * Комаэда… Я всё ещё его ненавижу. Я ненавидела его с самого начала. Каждый день с ним…был пыткой для меня. Изо дня в день смотреть на его отвратное лицо, слушать отвратный голос, наблюдать за отвратными движениями…всё это невыносимо. Но при этом…я всё равно продолжала тащить его за собой везде. На тренировки, на занятия, даже помогать с подготовкой ко Дню Рождения Кизакуры-сана мы шли вместе! Как же это было отвратительно… Но при этом ты всё ещё беспокоишься за него. Ты боишься, что он умрёт от своих болезней, ты боялась за него во время следствия… Почему так? Избавление от противного тебе человека должно быть хорошей новостью. ........ Я не знаю, почему так. Когда Комаэду почти арестовали…я внезапно ощутила это. Сильнейшая паника. И нежелание жить. Мне стало так страшно, что весь мир словно бы исчез, оставив меня наедине со своими страхами. Мне было отвратительно. Слишком. Хотелось, чтобы это чувство прошло. Чтобы его отпустили и всё было хорошо. Но когда это произошло… меня охватила ярость, мне хотелось избить его до полусмерти за то, что он со мной сделал. Или мог бы сделать. Но внезапно… он сделал *это*. И тело словно перестало меня слушать. Не зная, что делать, я ткнулась лицом в его грудь… Это было неловко. Я никогда не стояла к кому-то настолько близко. А он… Просто обнял меня. Это было ещё более неловко. И чувства какие-то странные. Приятные чувства. Так что же ты чувствуешь? Я одновременно его люблю и ненавижу. * * * — Что тут произошло? — со стороны одного из зданий послышался грубый мужской голос. Навстречу Эцуко приближались три фигуры. Это были уже знакомые ей Токо и Комару, а также мужчина весьма потрепанного вида. — Судя по звукам, здесь прошла мощная битва… — неуверенно отозвалась Наэги, её взору тут же представились истинные причины её размышлений, — О Боже… — Э-т-то ч-ч-ч-что-о-о?! — Фукава взвизгнула и отскочила от куска трупа, прячась за спиной подруги, — К-как?! П-почему?! Лицо школьницы также исказилось в ужасе. Она вытащила свой мегафон и осмотрелась. В это время мужчина рядом с ними стоял неподвижно и смотрел в центр площади: — Не торопись кидаться в битву. Это нам не надо, — он указал пальцем туда, куда смотрел. — Ой… К-Канэко-сан! — Комару тут же узнала девушку, что медленно сползала с Монокумы. Не долго думая, она кинулась ей навстречу, размахивая руками. Токо и их спутник поспешили за ней, — Канэко-са-а-ан! Мы зде-е-есь! — Омару, не кричи! — писатель шикнула, — Тут ещё могут быть Монокумы, к твоему сведению! Тут их сопровождающий вырвался вперёд и поравнялся с поверженным роботом. Он терпеливо подождал, когда Эцуко спустится и подойдёт к нему. Когда это произошло, подоспели и Токо с Комару. Они смогли чётко увидеть лучницу: всю в крови, порезах. Она смотрела на пришедших исподлобья, на верхней части лица запеклась кровь, что аккуратно от виска спускалась к щеке и тянулась к шее. Видок, в общем, был неважный. — Что здесь произошло? — севшим голосом спросила Наэги, — П-почему столько трупов? — Сама догадайся, — грубо ответила Канэко и прошла мимо них. В этот момент её остановила рука незнакомого мужчины, которая легла ей на плечо и заставила девушку раздражённо вздохнуть. — Стоять, — прошипел незнакомец, — Прямо сейчас ты развернешься и всё мне объяснишь. Что тут было? Эцуко не обернулась: — Какое тебе дело? Тебя это касается? — Касается! Я управляю местным Сопротивлением, — мужчина приблизился к уху Лидера и медленно проговорил, — Поэтому, будь добра, расскажи о том, что тут происходит и зачем вы сюда завалились. Эцуко сделала резкий выпад, отчего лидер Сопротивления чуть пошатнулся, но устоял на ногах. Когда он попытался вернуться в прежнее положение, перед его носом предстал пистолет. Он нервно сглотнул, вытаращив глаза. — Стойте! — Комару бросилась вперёд со вскриком, — Он не враг! На пару секунд повисла тишина. Затем Канэко заговорила: — Фамилия. Имя. Немедленно. -… Това Хайджи, — с пренебрежением ответил мужчина, — Сын местного крупного предпринимателя. Большая шишка, иными словами. Канэко фыркнула и убрала оружие назад в кобуру. — Про тебя нам говорили. — Вот и отлично! — встряла Наэги, — Хайджи-сан, это Канэко-сан, лидер Тринадцатой Дивизии Фонда Будущего! Одной из самых сильных, к слову! Так что мы в безопасности! — Да уж понял я, откуда ты… Канэко-сан, — последнее слово Хайджи выделил с издёвкой, — Мне интересно, какого хрена вы тут делаете? Мы вроде бы не звали на помощь Фонд Будущего, — он скрестил руки на груди и посмотрел на Эцуко прищурив глаза. -… А для спасения людей нужно дожидаться зова на помощь, Това-сан? — Канэко подняла одну бровь и с такой же издевкой она выделила фамилию собеседника, — Судя по тому, что я увидела, ваше Сопротивление не шибко справляется с защитой гражданских. Так что позвольте этим заняться нам. Хайджи подавился воздухом от всей наглости в её словах. На мгновение его лицо побагровело, а затем помрачнело: — Ты хоть представляешь, что говоришь? — процедил он, пристально смотря ей в глаза, — Мы тут изо дня в день бьёмся за каждого человека, а ты… Так говоришь о нас. Да и к тому же, вижу, ты тоже не особо справляешься со своими обязанностями, — он кивнул в сторону трупов, вокруг Монокумы, — Что на это скажешь, Лидер самой сильной дивизии? Казалось, время застыло. Токо и Комару только и могли, что молчать, не зная, что говорить в такой ситуации. В этот момент Хайджи злорадно осклабился, словно провоцируя Эцуко на конфликт. Та лишь молча смотрела на него не в силах ответить. По её взгляду не было понятно, что за эмоции она испытывает, но определённо далеко не позитивные. Наконец, девушка сделала глубокий вдох, развернулась и ушла: — Мы доставили вам провизию. На вертолётной площадке неподалёку. Если надо, берите, — несмотря на весьма щедрое предложение, голос лучницы звучал также надменно и пренебрежительно, как и всегда. Из-за этого Хайджи ещё сильнее разозлился, но промолчал, бросив взгляд на пистолет в кобуре. В отличие от него, Комару была искренне рада сказанным девушкой словам: — В-вы привезли нам провизии? То есть еды? И медикаментов? — глаза школьницы загорелись, — Спасибо огромное! Токо-чан, пойдём, посмотрим! — не успела подруга ей ответить, как Наэги уже схватила её за руку и потащила в ту сторону, куда указала лучница, — Хайджи-сан, Вы тоже посмотрите! — Не волнуйся, посмотрю, — по тону было понятно, что он не собирается этого делать. Уходя, Това бросил последний взгляд на Канэко, — Лицемерка… Итак, все снова разошлись. А груз ошибок Канэко снова обрушился на неё после небольшой передышки. Не выдержав, девушка присела на корточки и закрыла лицо руками. * * * Я поняла, почему я его ненавижу. Я завидую Комаэде. И вовсе не его удаче. Это была наглая ложь. Я Завидую его уму. Завидую его силе. И эта зависть формировалась с самого начала. После разговора с этим Хайджи я поняла, что окажись на моём месте Комаэда, он бы ни за что не допустил этой ошибки. Он бы предположил наличие ловушки и не послал бы такой маленький отряд! Потому что…он умнее меня. Он дальновиднее меня. И меня это бесит. Я хочу быть лучше. Лучше него. Лучше всех. Я хочу быть сильнейшей. Я хочу быть счастливой. При одном взгляде на него злоба распирает тебя изнутри. Тебе больно и противно от одного его присутствия. Ведь ты понимаешь, что никогда не достигнешь того же, что и он. И ты раздражаешься. Но несмотря на это, ты рада быть его другом. Тебе нравится проводить с ним время, болтать, ходить на тренировки… Почему так? Ты же его ненавидишь… Но я и не хочу с ним расставаться. С ним… Я чувствую себя в безопасности. Я могу полностью довериться и открыться этому человеку. Он понимает меня, я могу поделиться чем угодно, могу обнажить свою слабость без страха быть осужденной. Через него ты реализуешь свою потребность в доверии. Тебе нравится, когда он тебя выслушивает и поддерживает. Ведь ты понимаешь, что он тебя никогда не осудит, не побьёт… что он никогда не воспользуется твоей слабостью для собственной выгоды. Прямо как он, не так ли? … * * * — Пап, а сколько времени? — пискнула девочка, смотря на осыпанное звёздами небо, — Мама не будет ругаться, что мы поздно? — Не переживай, мама сегодня на работе всю ночь. Так что за тебя отвечает папа! — мужчина подмигнул, — А с папой можно хоть до утра гулять! — Правда? — в глазах малышки загорелись маленькие огоньки, — А мы может поехать в Сикоку? Девочки в школе говорили, что там открылся новый сад! Я хочу посмотреть! — Сейчас уже ночь, Эцуко. Наверняка сад уже закрыт. Давай в следующий раз, когда я буду свободен, мы съездим туда. Я куплю тебе самых лучших цветов. Сначала Эцуко обиженно надула губки, но через секунду блеск снова вернулся в её глаза. Взвизгнув, она обняла отца за ногу, так как только так позволял её маленький рост относительно её крупного отца. На дворе был уже час ночи. Ночной турнир завершили раньше чем обычно из-за того, что помещение нужно было обработать по приказу Министерства Здравоохранения. Поэтому Эцуко и её папа решили просто погулять по городу пару часиков, а потом вернуться домой. На девочке было аккуратное нарядное платье. В этой школьной форме она гордо выстояла всю вступительную церемонию, получила лучшую оценку и утерла носы всем бездарям, что зачислили в её класс. Просто бинго! Малышка сжала руку отца чуть крепче, уже представляя, как мать её похвалит следующим утром. Она наверняка будет в восторге от этих новостей! — Эцуко, о чем задумалась? — Йоширо заметил, что девочка как-то «замкнулась» и уже около минуты сверлит взглядом собственные ботинки. — Да так… Ничего… — протянула она, — Просто обо всём на свете… — Ну хорошо, — отец лучезарно улыбнулся. — Пап, а как у тебя день прошёл? — внезапно спросила она, — Ты сегодня не рассказал! — Ах да! — мужчина театрально хлопнул себя рукой по лбу, — Сегодня я спас жизни пятерым людям, как тебе такое? — Ва-ау! А от чего? — Они попали в автокатастрофу и их машина наполовину свесилась с моста на Эчижи Токина Бунри. Автомобиль уже падал, а их двери были заблокированы, поэтому они никак не могли вылезти. Но мы с парнями успели приехать и вытащить их! Поэтому никто не погиб! Эцуко с замиранием сердца слушала этот маленький рассказ. Девочка некоторое время смотрела на отца с восхищением, затем её глазки слегка потемнели и она задала совершенно неожиданный в этой ситуации вопрос: — Пап, а почему ты людей спасаешь? Это же не твоя семья, ты их не любишь… — Потому что это невинные человеческие жизни, Эцуко, — без промедлений ответил Йоширо, на что его дочь подняла голову, демонстрируя заинтересованность, — Как думаешь, эти люди совершили что-то страшное, чтобы заслужить свою смерть? Они хотят умереть? Они нуждаются в этом? Нет, они хотят жить и имеют на это право. А задача нас, спасателей, сохранять и оберегать это право. Поэтому мы их и спасаем. Мы спасаем самое главное право человека. — Понятно, наверное, это правильно… А что если человек совершил что-то страшное? Его право нужно защищать? — глаза девочки странно сверкнули, когда она задала совершенно нетипичный для ребёнка вопрос, — Что насчёт, например, убийц… — Это сложный вопрос, Эцуко… — протянул Йоширо, — Поймёшь, когда подрастешь. Здесь многое зависит от кучи факторов. Малышка кивнула и заявила, что поняла. Но в её головку начали лезть разнообразнейшие мысли касательно права человека на жизнь. * * * — «Люди убивают по разнообразнейшим причинам, но такие ублюдки как вы, не заслуживают жалости,» — Эцуко вдавила в пол голову парня. Его лицо превратилось в кровавую кашу, уже не похожую на человека. То же самое можно было сказать и про его мозг. Безумный Отчаявшийся кинулся на Канэко со спины и попытался зарубить топором, но девушка быстро отреагировала. Ублюдок тут же получил в глаз, после чего был буквально растоптан ногами лучницы без всяких сожалений. Его право не нужно защищать. Он его не заслужил. Тут над её ухом раздался испуганный возглас. Девушка резко обернулась и уже собиралась сделать выпад, но, как оказалось, она зря беспокоилась. Рядом с ней оказалась одна из членов её дивизии, что испуганно прижимала пистолет к себе, смотря на изуродованное тело: — Что тут произошло? — Ничего, просто очередной враг, — Канэко отряхнула ноги от крови и скрестила руки на груди, — Что случилось? — Мы просто вас искали… — девушка нервно сглотнула и осмотрелась вокруг, -Я вас нашла, судя по всему… И вижу, что тут произошло нечто страшное… А что? — Тц… — Эцуко не хотела ей отвечать. Её кулак снова сжался и она с трудом выдавила из себя эти слова, — На нас оставили ловушку… И она сработала. Их всех убил этот Монокума. А я убила его. — О Боже… — собеседница приложила руку ко рту, скрывая ужас, — Эти «Воины Надежды» просто ужасны… Мы, пока вас искали, убили ещё несколько Монокум вместе с теми, кто ими управлял… — на последних словах она чуть прикрыла глаза, — То, что они сделали с мирными жителями… ужасно. Были убиты даже невинные дети, не попавшие под влияние их лидера. А потом я со своим другом получили сообщение от Аикавы-куна, он ждёт нам в доме неподалеку… Также я хотела поговорить на ещё кое-какую тему, недавно в библиотеке я случайно нашла Ваш фо… О БОЖЕ! — её монолог резко оборвался, девушка резко развернулась и кинулась к отрубленной голове, — МАДОКА, МАДОКА, НЕ-Е-ЕТ!!! Упав на колени, девушка прижала к себе мёртвую подругу. Она поглаживала её труп, приговаривая что-то и истерично плача. Всхлипы почти оглушали в этой звенящей, мёртвой тишине. Неудивительно, ведь в радиусе нескольких сотен метров было ни души. Усопшая была лучиком света во всей дивизии. Шутки и прибаутки Мадоки могли развеселить практически каждого её друга. Именно благодаря ей они ещё не сошли с ума от всего, что происходит в их жизнях уже больше года. И этот человек был мёртв. Мёртв из-за Отчаяния. Мёртв без всякого смысла. Мёртв из-за ошибки Эцуко. Канэко стиснула зубы и отвернулась. Ненависть снова захлестнула с головой. Ей хотелось вырвать всё свои волосы, выколоть себе глаза, вспороть живот, вырвать органы, лишь бы больше не чувствовать, как её имидж сильного лидера терпит крушение. Злость кольнула сердце. Она отыщет этих «Войнов Надежды» и перебьёт их всех в отместку за то, что она сейчас чувствует. За всю ту ненависть, что они взрастили. — Почему… Почему так… — тихие всхлипы девушки стали реже, — Почему всё всегда так? — наконец, она утерла слезы и подняла взгляд, в котором читалась мрачная решимость вперемешку с горечью, — Канэко-сан… Я сюда не просто так пришла… Эцуко повернула голову, тем самым показывая, что слушает. — Меня к вам… прислал Аикава-кун. Он, кажется, нашёл что-то касательно управления этими роботами. Надо поспешить, пока на них снова не напали, — её голос почти перестал дрожать, кажется, огромное количество потерь за последний год взрастило в ней, как и в остальных, умение быстро адаптироваться к ситуации, — Идём, они в паре сотен метров от нас. Эцуко вдохнула воздух через плотно стиснутые зубы и направилась за своей подчинённой, сохраняя максимально прямую осанку. Прямо сейчас это меньшее, что она может сделать. Скрыть своё преступление и скрыть свои мысли и эмоции. * * * Комаэда с самого начала напоминал мне моего отца. И я всегда это понимала. Каждый раз при встрече с ним я чувствовала себя в безопасности. Я понимала, что никто меня не осудит и никто не предаст меня. Я чувствовала, что могу доверять. Поэтому эти чувства родили в тебе зависимость. Тебе нравится чувствовать себя «нормальной», доверять другим людям, чувствовать себя в безопасности. А страх потерять всё это доводит тебя до истерики. Вот почему ты так боялась потерять Нагито. Тебе просто одиноко. И тебе хочется избавиться от этого чувства хоть на минутку. Для тебя это как наркотик. … ЛОЖЬ НАГЛАЯ ЛОЖЬ МНЕ НИКТО НЕ НУЖЕН. Я СМОГУ БЫТЬ ВСЕГДА ОДНА * * * Шли они в полной тишине. Даже самые мелкие шумы были слышны на расстоянии нескольких десятков метров, будь то стук гальки о землю или писк тех мышей, которым посчастливилось выжить. Тем временем шаги девушек были почти что бесшумными. Во многом из-за того, что они специально так шли, чтобы не привлечь затаившихся Отчаявшихся. В Фонде Будущего всех обучали навыкам скрытности, чтобы иметь возможность напасть исподтишка. Подруга Мадоки уже успела успокоится, хотя её лицо было ещё мрачным. Кулаки сжались, а сама девушка пыталась как можно глубже дышать, чтобы успокоиться окончательно. Тем временем Эцуко пыталась даже не смотреть на неё и максимально делать вид, что ничего не произошло. Благо, умение скрывать свои эмоции значительно улучшилось за последний год. Но сегодня, к сожалению, оно подвело лучницу. Её дрожащие губы выдали нарастающую изнутри тревогу. — Канэко-сан, вы переживаете.? — брови девушки немного поползли вверх, она ещё ни разу не видела своего лидера на нервах, — Это из-за того, что произошло? Думаю, стоит смириться, ведь было очевидно, что люди будут погибать… Лучше будем работать ещё лучше, чтобы эти смерти были последними! — …Всё хорошо, — лучница практически выплюнула эти слова, — Хватит. — Ну хорошо, — спутница Эцуко пожала плечами и снова сделала глубокий вдох. Она не могла следовать собственному совету смириться. Смерть Мадоки слишком сильно ударила по ней. Спустя несколько секунд она снова заговорила, — Знаете… я такая трусиха… — Меня это не интересует, — отрезала лучница, — Свои комплексы оставь при себе. — К-Канэко-сан, почему вы такая грубая? — спросила девушка, сжав рукав рубашки, — Вот другие лидеры очень чутки к своим подопечным! Внимательны к ним! А вы… Доброго словца не дождёшься… — Не сравнивай меня с другими. Без этих телячьих нежностей мы стали сильнейшей дивизией. Так что лучше бы поблагодарила. — Поблагодарила? Да мне работать с Вами страшно! Вы вечно ведёте себя с нами чуть ли не как с врагами! — девушка напрочь забыла о субординации и начала ругать своего лидера, — Постоянно заставляете нас работать на износ, держите в жёстких рамках… нам даже пошутить друг с другом нельзя! За что Вас благодарить? На секунду Эцуко осеклась, но тут же снова включилась в диалог: — По крайней мере за то, что вам платят высочайшие зарплаты за нахождение под моей ответственностью. -… Если честно, то лучше бы мне платили поменьше, но я бы работала в более человеческих условиях, — тихо прошипела девушка. Она хотела ещё что-то сказать, но её прервал странный звук, будто что порвалось. В эту же секунду её лицо искривилось и спутница упала на колени, тихо скуля. — Что за? — Эцуко резко перевела взгляд на её левую руку. Белая ткань рубашки стремительно розовела из-за открывшейся раны под ней. Глаза девушки начали слезиться от сильной боли, — Что ты сделала? — Ничего… Просто… Там, видимо, рана была… — промямлила она в попытке встать, но она тут же провалилась, — Ай, как больно… — Ты, видимо, так разнервничалась, что слишком сильно сжала кожу, — быстро проговорила Канэко, взглядом оценивая повреждение, насколько позволяла прозрачная ткань, — Убери руку и не трогай её пока хотя бы немного не заживёт. Если будешь делать так часто, то велик риск занести инфекцию или ещё что похуже. В этот миг девушка резко подняла голову и посмотрела своему лидеру в глаза. От внезапного зрительного контакта лучница вздрогнула, но тут же взяла себя в руки: — Иди к вертолётной площадке и побыстрей обработай рану, — сказала она, — И помни, больше её не трогай. — Да не надо… У Айкавы-куна есть аптечка. Он взял одну на всякий случай, — девушка поднялась и пошла в сторону высотного здания, — Идём, ребята на седьмом этаже. — Хорошо… — Канэко попыталась унять резко заколотившееся сердце, -… Если что-то произойдёт скажи… как тебя зовут? — Вот видите, вы даже наших имён не помните… — раненая попыталась съязвить, но тут же осеклась, — Меня зовут… Юкисоми Магито. — Юкисоми… Красивая фамилия, — растерянно выдала лучница, смутно понимая, почему эта фамилия так ей знакома. — С-спасибо, — кажется, Магито опешила от такой внезапной похвалы от того, от кого она могла меньше всего её ожидать, — Давайте продолжим путь. — Согласна. * * * Юкидзомэ-сенсей… Она всегда была очень странной для меня. Поначалу её вечная напористость и идеализм раздражали. Затем пришло какое-то смятение. Она почти никогда не осуждала меня, также как и Комаэда…и он. Почти всегда старалась поддержать всех и каждого, вдохновить на свершения. Меня это сбивало с толку. Мои чувства к ней почти всегда были непонятными. Но потом, после диалога с Эношимой, я поняла, что чувствую смутное…доверие к ней. Мне не так страшно признаться ей в своих проблемах, как другим. Я будто чувствовала, что меня не осудят, не обругают, не накажут… Странные чувства. Эта женщина… Помогла мне вот время приступа слабости в полицейском участке. Она не накричала на меня за истерику, не осудила меня, не… наказала меня. Она смотрела на меня с такой верой, с таким обожанием, с такой…надеждой.Это называется «надеждой»? И это ли является подлинной надеждой? Похоже, Чиса стала первым человеком, к которому ты привязалась по своей воле, не так ли? Её чуткость и сострадание по-настоящему обескуражили тебя. Ведь никто из старших не проявлял к тебе такой же заботы… даже Ямамото-сан. Вот очередное доказательство твоего одиночества. Ты боишься привязаться к людям, так как боишься потерять их, поэтому ты выпускаешь иглы, чтобы никто к тебе не притесался… ровно как и ты. Но сильная привязанность — твоя слабость. Ты хочешь получить как можно больше привязанности, но комплексы и страхи преграждают тебе путь. Но как только появляется мельчайшая возможность на сближение… ты хватаешься за неё подобно утопающему в бесконечном море. Это не так. Это ложь. Это ложь… Это ложь? * * * — Слушай, Юкисоми… Ты что-то говорила о том, что ты трусиха? — неуверенно спросила Эцуко, замаскировав дрожь в голосе, — Поясни… Пожалуйста. — Почему Вам это интересно? — девушка подняла на неё взгляд. Её лицо ещё было чуть искривлено от боли, — Это же «телячьи нежности». — Не задавай вопросов и рассказывай, — из горла вырвался тихий рык, — Это приказ твоего лидера. Всё, что могла сделать Магито, так это вздохнуть и начать: — Я… Я сбежала из этого отряда… — медленно сказала она, — Когда нас растаскивали по группам, то меня хотели запихать в эту группу разведки и поиска потенциальных угроз. Но я… я очень… боюсь сражаться… меня взяли в дивизию совсем недавно, а я… ещё не была в по-настоящему серьёзных сражениях, поэтому испугалась. Мадока хотела меня затащить, но я испугалась и пошла к исследователям. И, надо же, мои опасения оправдались, — её голос сел. Видимо, постоянные крики сделали своё дело, — Вы наверняка злитесь на меня, Канэко-сан. Я струсила… — Не собираюсь я злиться, — резко парировала лучница, — Тем более, благодаря своему опасению ты осталась жива. Благодари себя хоть за это, — сначала ей хотелось разозлиться и осудить подопечную, но смутные чувства не позволили ей это сделать, -… Кем тебе приходилась Мадока? Вы давно знакомы? — Около полугода, — тут же ответила Магито, опасаясь очередной вспышки агрессии, — Она сначала помогала мне с тренировками на ножах. Благодаря её урокам меня и признали лучшей, к Вам в дивизию зачислили, хех… Она была моей поддержкой… и опорой бОльшую часть Трагедии. Благодаря ей, возможно, я ещё жива… во всех смыслах. Канэко-сан… а Вас кто-то тренировал? Ваши навыки боя безупречны! — Вопросы задаю я, а не ты, — шикнула Эцуко в ответ, — Тебе не следует об этом знать. — Оу… Ну ладно, если не хотите, не рассказывайте. * * * Овари… К ней к меня смешанные чувства. Она потрясающий боец, очень сильна. Возможно даже сильнее меня… Простая девушка, которая думает лишь об одном — о драке. Её не интересуют личные проблемы своих друзей. Она лишь хочет, сражаться и хорошо проводить время. С ней мне не так дискомфортно, как с другими. Нет, тебе это удобно. Что? Аканэ никогда сильно не лезет в личные жизни, ведь такие вещи не особо комфортны для неё. Ей лучше просто болтать на лёгкие темы и тренироваться. Аканэ простой в общении человек, который не требует большого доверия. И тебе это удобно. Ведь ты можешь спокойно драться с ней изо дня в день, не думая, что она однажды захочет узнать тебя поближе… Ты можешь создать иллюзию друга не имея его… Но вот только ты не учла одного. Тот факт, что Аканэ не интересуется проблемами своих друзей — ложь. Если человек ей по-настоящему дорог, она сделает всё, чтобы помочь. И она видела, что у тебя проблемы. Она пыталась помочь так, как могла. Но ты отталкивала её из раза в раз, не доверяя ей. Она хотела стать твоим другом, но ты этого не хотела. Почему же так? Потому что она этого не хотела. Ей просто хотелось драться. Ты отрицаешь очевидное. Тебе настолько не хочется принять свои ошибки, что ты даже пытаешься исказить истину. Но внутренне ты понимаешь, что не права, тебе ужасно это признавать. В твоём понимании это неприемлемо. Потому что тогда люди лучше тебя. А это ведь плохо. Ты должна быть лучше всех. По крайней мере ты пытаешься в это верить. Кто ты? Тот, кто пытается помочь тебе. Твоё внутренне «я», что наконец пробудилось. «Я», образованное человеческими связями. КАКОВО ВНУТРЕННЕЕ «Я» КАНЭКО ЭЦУКО? * * * — Канэко-сан? Канэко-сан! — высокий мужской голос всё-таки выбил лучницу из своих мыслей и заставил вернуться в реальность, — Вы меня слушаете? — Что? — девушка вздрогнула и оглянулась. Она уже десять минут стояла в помещении, где не было ничего кроме пары ящиков, принесёнными членами её дивизии. На одном из них сидела Магито и обрабатывала себе рану, морщась и шипя от боли. Кинув секундный взгляд на неё, Эцуко подошла к парню, сидящему за компьютером и что-то печатающему: — Ты Аикава? Мне сказали, ты что-то нашёл, — получив в ответ кивок, девушка чуть присела, чтобы лучше рассмотреть изображение на мониторе. Это была карта Това-сити с кучей пометок и надписей. Самая большая из них была красного цвета, с кучей восклицательных знаков. Надпись гласила: «высшая опасность!!!» — Я смог обнаружить самое подозрительное место в городе. В нём куча этих роботов, а также прослеживается странная активность какого-то большого объекта. Я подозреваю, что это робот тех детей, что управляют всеми Монокумами в городе, — Аикава нажал на пару кнопок и на экране появились много фотографий с размытым изображением большой машины, — Кажется, камеры наблюдения смогли его засечь. Неясно, правда… Но смогли! Думаю, стоит проверить и понять, что это. — Ты уверен, что не ошибаешься? — спросила Эцуко, подняв на него глаза, — Учти, что я не знаю, что с тобой сделаю, если ошибаешься… -… Э-э, шанс просчёта есть, но он не большой, — парень резко вспотел, его глаза забегали, — Так что… думаю, всё будет хорошо. -… Проверь всё ещё раз. Новые трупы нам не нужны, — Эцуко встала, — Я проверю все ближние районы. — Погодите, а что мне делать, когда я всё проверю? — Аикава крикнул, в его голосе была заметна дрожь, — Дайте какие-то указания! В этот момент Канэко застыла. Её рука лежала на ручке двери и еле сжимала её. Глаза нервно бегали туда-сюда, перескакивая с одного предмета на другой. Мысли скакали в голове, словно насекомые, но среди них не было ни одной дельной. Точнее, всё они в теории были полезными, но был велик шанс провала. Очередного провала. — Канэко-сан? — её позвала Юкисоми, — У вас всё нормально? — оказалось, что девушка стоит в паре метров от своего лидера, на её руке красовался белый бинт, контрастирующий с грязной рубашкой, чей цвет уже становился коричнево-бурым. — Да, — с трудом выдавила из себя лучница, — Подождите, я скоро вернусь и дам указания, — не дожидаясь ответа, она вышла. * * * — Канэко-сан… С Вами всё в порядке? — голос девушки эхом отдавался от голых стен, — Мне кажется, Вы немного не в себе… Эцуко уже не помнила, сколько времени она ходила из стороны в сторону. Одновременно казалось, что прошла неделя или десять минут. Ноги в последнее время стали особо тяжёлыми, передвигать ими было сравнимо с процессом сгибания стального прута. Прорезиненный корпус лука уже не лежал в руке так удобно, как раньше. Оружие было словно чужим, словно Канэко держит его в руке в первый раз. Было понятно, что в случае внезапного нападения девушка не сможет дать отпор также быстро и слаженно, как всегда. — Ты что… следишь за мной? — она повернулась к Юкисоми в пол-оборота. Теперь ещё сильнее потускневший взгляд был очень заметен, — Иди назад. Работай. -… Позвольте задержаться на пару минут, — Магито приблизилась к своему лидеру и вытянула руку, желая прикоснуться к ней, — Вам нужна помощь, Канэко-сан? Лучница резко отпрянула. — Не трогай меня, — прошипела она, сжимая кулак, — Иначе… — Ой, простите, — подопечная сообразила, что делает и отошла на пару метров назад, — Без понятия, что на меня нашло. — Тц, ладно, можешь остаться… — Спасибо, — они снова замолчали. Магито посмотрела на небо, на бардовые облака, медленно плывущие по небу, — Кажется, будет дождь. Опять, ха-ха… Думаю, нам придётся работать даже в такую погоду, если мы хотим остановить зачинщиков всего происходящего, — ответа не последовало, но обеим было понятно, что молчание означает согласие, — Если хотите, можете рассказать о своих проблемах. Держать всё в себе опасно. Воспоминание о Чисе само собой всплыло в голове. -… Почему тебе это вообще интересно? — медленно задала вопрос Эцуко, предварительно отвернувшись. Её глаза не должны быть видны кому-либо. — Просто… Вы такой замкнутый человек, Канэко-сан. Мне кажется, что если Вас не спросить — то Вы продолжите держать негативные эмоции в себе. А это может привести к эмоциональному взрыву, если что, — казалось, Магито совершенно забыла, с кем говорит. Весь страх и трепетание перед своим лидером улетучились вмиг, словно их никогда и не было. Девушка смотрела на своего начальника, словно на друга или на родственника. Но никак не на начальника, — Вы меня простите за такую наглость, перед Трагедией я собиралась поступать на психфак, так что… — Нет, всё нормально, — бесстрастно ответила лучница, тоже смотря куда-то вверх, пока её подопечная смотрела прямо на нее, — Наверное… Я не хочу рассказывать. Мне слишком тяжело. — Правда? Ну ладно… — в голосе Юкисоми отдалась печаль, смешанная со страхом, — Если будете готовы, я всегда к вашим услугам, — с этими словами она развернулась и уже собиралась уйти, но тихий голос Канэко заставил её остановиться: — Я боюсь ошибиться. Магито шумно вздохнула и развернулась. Её взгляд выражал нечто, похожее на радость вместе с состраданием. Некоторые время говорил только начавшийся ветер. Затем Юкисоми наконец-то начала: — Оу… Так вот оно что, — она попыталась хихикнуть, чтобы разрядить обстановку, но смех словно застрял в горле, как бы говоря, что делать этого не следует, — Вы молодец, что признались. Просто не представляете, как важно признаться себе в проблеме, прежде чем решить её… Я, конечно, не особо многому научилась, но думаю, помочь смогу… Вам ведь нужна помощь? — Мгх… Нет, — еле выдавила из себя Эцуко, — Ты иди, узнай у Аикавы, как там дела… Я хочу побыть немного одной… Пожалуйста. — Конечно, — в глазах подопечной загорелась надежда. Бросив последний взгляд на своего начальника она убежала назад на седьмой этаж. А Канэко осталась в желанном одиночестве. * * * У меня есть проблемы? Быть того не может. Со мной всё в порядке. Тогда что значит мой срыв в полиции? Произошедшее сразу после объявления начала Трагедии? Моё зверское убийство пилотов Монокумы? Мои угрозы по отношению к членам своей дивизии? Почему я себя так веду? Потому что тебе холодно и страшно, ты настолько сильно боишься показать свои проблемы, ведь в твоих глазах это признак слабости. Ты не хочешь, чтобы кто-то видел такую тебя, поэтому и всячески маскируешься. Иногда даже слишком. Но в определенные моменты ты срываешься и показываешь свои истинные чувства. Страх, гнев, негодование… Ужас, безвыходность,отчаяние… Ты настолько зациклилась на идее силы, что отвергла свои истинные мысли, ведь они непростительны. Ты делаешь одно, хотя тебе хочется совсем другого. И из-за этого ты в гневе. Тебя это бесит. Но ты не можешь преодолеть свою проблему, поэтому всё, что тебе остаётся — это проецировать свою агрессию на себя и на других. Настолько ты себя отвергла. Я себя не отвергла. И я являюсь собой — сильной. И я счастлива. Тогда почему ты не чувствуешь счастья? Всё, что осталось внутри тебя — это пустота и гнев. Разве сильный человек будет чувствовать себя так? Ты живёшь ради навязанной тебе цели, даже не размышляя о том, правильна ли она. Ты просто делаешь то, что тебе сказали. Разве сильный человек будет таким? Мне ничего не навязывали.? Я сама пришла к такому решению? Мне самой хочется быть сильной? Это моя истинная сущность? Кажется, Юкисоми ты помогла, не задумываясь, что она о тебе подумает. Ведь тогда это не было приоритетом. Ты помогала многим стрелять из лука и тогда тебе не было важно, что о тебе подумают. Кажется, стрельба раскрывает тебя, даёт почувствовать спокойствие… которого ты так жаждешь, ведь так? Давай же, покажи свои истинные эмоции. Вечно ты не сможешь от них убегать. ...... Ладно. Ладно, я это сделаю. ЧТО СО МНОЙ НЕ ТАК? * * * С самого детства я понимала, что для выживания я должна чего-то стоить. Я должна быть на голову выше всех во всём Иначе меня бы забили, задушили. Поэтому я делала это первой. Сбегая из дома, я далеко не всегда шла исключительно на стрельбище. Очень часто я тренировалась на спортивных площадках, где по ночам не было ни души. Правда, я только так думала. Эти места облюбовали всякого рода сброд: хулиганы, бомжи и прочие сомнительные лица. Нередко ко мне приставали и случались потасовки. Из которых я почти всегда выходила победителем. А проигравшие оставались лежать на земле, отплевывая собственную кровь. В тот момент я поняла своё преимущество. Я обладаю невероятной физической силой, благодаря чему еще будучи подростком я могла на равных биться со взрослым. После каждой выигранной драки я чувствовала, что наконец-то выше кого-то. Что я наконец-то где-то сильна. Но мне было этого мало. Мне нужно было быть и умнейшей. Поэтому я часы провожу за учебниками в попытке стать лучше всех. Но практика показала… Что у меня это не совсем выходит. Меня это выводит из равновесия. После этого меня уважают меньше… По крайней мере, я так думала. Эта девушка… Юкисоми Магито… Она как и Юкидзомэ-сенсей старается помочь мне. Интересно, почему? И почему мне хочется попытаться… хоть один раз? * * * — Я почти всё проверил… Ошибки быть не может, это точно, — бубнил себе под нос Аикава, пока стучал пальцами по клавиатуре, — Так что она не сможет докопаться… — Ты там не переусердствуй! — один из его товарищей по-дружески хлопнул его по плечу, непринуждённо посмеиваясь. — Во время Трагедии лучше уж и поусердствовать. Зато потом может премию выпишут… Можно шикануть в какой вечерок, хе-хе, — отмахнулся парень, а сам уже представлял ту дополнительную пачку денег, что сможет потратить на какие-нибудь личные прихоти. Зарплата и так была маленькая из-за разрушенной экономики, и побаловать себя было почти невозможно. — Какой ты упорный, Аикава-кун! — пропела Магито, похлопывая его по плечу, — Какова твоя новая стратегия? Идём напролом или подбираемся исподтишка? — Э-э… — на лице парня выступил лёгкий румянец, который тут же исчез, когда он повернулся к монитору, — Думаю, будет лучше подобраться исподтишка. Этот робот обещает быть больше и опаснее того, что убил Мадоку… и остальных, — здесь он запнулся, через пару секунд молчания он нашёл силы продолжить, — Н-но тогда они пошли в небольшой группе, что и стало их проблемой, но сейчас нам стоит пойти в составе минимум из двадцати человек. Так мы застанем врага врасплох и победим его без особых усилий. Но есть пара нюансов: я выяснил, что робот оснащен особой системой защиты из-за стрелять в лоб не получиться, нужно будет сначала вырубить эту систему. Думаю, если подобраться поближе и расковырять щиток ножом, то всё получится. Кто сможет это сделать? — Давай я, — вперёд вышел парень с очень густыми бровями, — Лезвиями махать могу. — Отлично, Акио, — Аикава занёс информацию в базу данных, — Как только ты это сделаешь, то мы тут же нападем. Враг этого не ожидает, что для нас плюс. Правда, напасть нужно сразу всем составом, чтобы битва не была продолжительной. Иначе… Могут появиться жертвы. — Мы поняли, друг, — к нему подошёл ещё один парень, — Не переживай, всё пройдёт как по маслу. — Молюсь на это, Джин, — Аикава кивнул и повернул голову в сторону выхода, — Канэко-сан, как Вам этот план? Все моментально вздрогнули и тоже повернулись к двери. Около неё, скрестив руки на груди, стояла их Лидер и внимательно слушала. Ее глаза не были видны из-за тени, так что было невозможно угадать, о чем она думает. Глаза Магито чуть сверкнули, когда она заметила, что девушка подходит к монитору и пробегается по нему глазами. — Ты уверен, что сработает? — тихо спросила лучница. — С вероятностью в девяносто девять и девять десятых процентов, — попытался пошутить Аикава, но вышло у него с лёгкой хрипотцой. -… Учти, что в случае провала смерти будут на твоей ответственности, — уже более громко и твёрдо ответила Эцуко, — Собирайте всех перед этим домом. Выдвигаемся через десять минут. Огонёк в глазах Магито загорелся ярче. * * * В течение всего пары минут около здания столпилось порядка сорока человек, каждый был вооружён. Они переговаривались между собой по поводу плана, который Аикава уже рассказал при помощи рации. Эцуко в этот момент готовила лук к сражению, украдкой поглядывая на Магито. После этого она обязательно с ней поговорит. Если, конечно, духу хватит. — Канэко-сан, можно вас на пару слов, — словно прочитав её мысли, Юкисоми очутилась рядом со своим лидером. На губах была лёгкая улыбка, всё ещё омраченная печалью. — Что такое? — Эцуко попыталась звучать помягче, но вышло у неё это так себе. — Спасибо Вам, что позаботились обо мне, когда я случайно ранила себя… Просто непривычно, что Вы даёте советы по здоровью. Обычно вы этого не делаете… — она ответила на вопрос, который Канэко уже успела задать в голове. — Забудь и готовся к драке, — Канэко выдержала секунду паузу, — Думаю, что на этой битве наша миссия здесь закончится. — Это правда, — Магито мрачно усмехнулась, — Вот мы и очередной город спасём. Не без потерь, конечно… Но спасём! — мыслями она снова вернулась на главную площадь города, полную трупов. Тоже самое сделала и лучница, но мгновенно выкинула себя оттуда. — Готовся, — она ушла. * * * — Всё готовы? — Канэко находилась в паре десятков метров от предполагаемого робота, что на данный момент напоминал бесформенное нечто, накрытое брезентом. Она говорила в рацию почти шёпотом, чтобы это нечто её не заметило. Второго шанса не будет. Нужно покончить с этой тварью раз и навсегда. А потом она поговорит с Магито, — «Чёрт», — она снова мысленно выругалась. Эта мелкая дура занимает бОльшую часть её мыслей последние несколько часов, с того самого момента, как лучница помогла ей залечить рану на предплечье. Эта девушка не вызывала у неё таких же чувств, как Нагито. Это было что-то совсем иное, такое новое, но при этом очень знакомое. Рыже-голубой силуэт снова проплыл перед глазами, отчего Эцуко зажмурила глаза и потрясла головой. Кажется, от недосыпа и нервов у неё галлюцинации пошли. Как и постоянные навязчивые мысли, не вылезающие из головы вот уже с утра. Мысленно девушка уже приготовила себе кружку крепчайшего кофе, которую она тут же проглотит по возвращению назад в штаб. Виски снова отдались тупой болью. Видимо, недосып уже реально начал давать о себе знать. Неудивительно, с нынешней обстановкой сильно не отдохнешь. Канэко выглянула из-под своего укрытия, чтобы оценить обстановку. Ни одного члена дивизии не было видно, но время от времени между укрытиями мелькала чёрная макушка Акио, что медленно подбирался к брезенту. Его шаги были бесшумными, он периодически бросал взгляды в стороны, как по учебнику. Эцуко приготовила стрелу. Наконец, он оказался прямо у края брезента. Словно кошка, он проскользил между складками и оставшиеся снаружи видели только движущуюся навстречу монстру ткань. Эцуко сжала тетиву в рукав в ожидании треска электричества, знаменующего отключение системы защиты. Прошла минута, но Акио так и не появился. За спиной Канэко пронеслось беспокойное бормотание, на что лучница молниеносно шикнула. Тем временем из-под брезента донёсся тихий звук, который, кажется, услышала одна Эцуко. Она чуть наклонилась и приложила ладонь к уху, чтобы получше расслышать. Звук напоминал, не то треск, не то жужжание. Значит, у него всё получилось? Тогда почему он не выбирается? Эти вопросы заставили до боли прикусить губу. Тут вперёд бросился Аикава, буквально сметая брезент со своего пути. До того, как кто-то успел его остановить, парень вытащил бессознательного друга из-под конечностей огромного робота. С виска Акио текла кровь, но его грудь вздымалась и опадала, что говорило о том, что он жив. Тем временем Монокума с громким жужжанием поднялся ввысь, прихватив с собой ребенка в маске Медведя и с ножом в руках. — «Видимо, один из пилотов ждал снаружи…» — пронеслось в голове Канэко, когда она выскакивала из укрытия, — «Тц, стоило ожидать.» Спустя пару шагов она поняла, что её ноги начали подкашиваться. Новая атака началась с ошибки. Опять. Она не может дать повториться этому снова. Поэтому победа будет одержана без жертв любой ценой. — Всем держаться на расстоянии! — скомандовала девушка, целясь стрелой в сторону наполовину открытого щитка. На железной поверхности виднелись царапины от ножа Акио, но сама система так и не была вскрыта. В теории хватит одного выстрела. В противном случае придётся снова лезть с ножом. — «Противного случая не будет», — пронеслось в голове, пока робот медленно поднимался под тихое хихиканье детей внутри него. Благо, происходило это не просто медленно а прямо-таки с черепашьей скоростью, что дало Канэко достаточно времени, чтобы прицелиться. Уже через долю секунды стрела преодолела расстояние между пальцами лучницы и корпусом щитка, полностью прорезав последний. На секунду показалась вспышка света, а затем щиток с грохотом накренился. Защита была снята почти полностью. — Вперёд! — по команде Канэко все солдаты бросились вперёд с оружием. Враг быстро отреагировал и с громким рёвом прыгнул на ближайшее возвышение. — «Чёрт, этот быстрее, чем предыдущий», — чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу, Эцуко вместе с другими попыталась попасть в робота с расстояния, но тот оказался слишком быстрым и проворным. Кажется, для пульта управления были выделены наилучшие инженеры города… если этих сопляков вообще можно так назвать. Канэко вытащила из-за пазухи нож и с помощью свиста приказала подчинённым следовать за ней. Краем глаза она заметила, как Магито следует её указаниям. На ней пока не было ранений, если не считать мелких царапин. Хвала небесам. Шикнув от собственной рассеянности, Эцуко за пару секунд преодолела расстояние до одноэтажного здания, на которое решил запрыгнуть Монокума. Рядом со стеной стояло огромное количество ящиков и бочек, что послужили лестницей для девушки. Во мгновение она оказалась на крыше и, судя по топоту и кряхтению у неё за спиной, остальные последовали её примеру. Эцуко положила нож в руку так, чтобы им было удобно колоть, после чего запрыгнула на спину робота, где вероятней всего находился люк внутрь. Если она успеет, то, возможно, всё закончится также быстро, как и в прошлый раз. Парой резких движений она нанесла удары по замку, что треснул несколько раз в ответ. Робот тут же отреагировал и встал на дыбы, из-за чего все, кто был на его спине, покатились вниз. Благо, теперь трое человек, что были с Эцуко, успели сгруппироваться, как и она сама. Плечо отдалось резкой болью от неудачного падения, но девушка смогла перетерпеть. Она бросила взгляд на люк, что пару раз заискрился и потух. Кажется, ножом его не расковырять. Канэко вынула из кобуры пистолетом и несколько раз выстрелила в надежде выбить замок, но и это не помогало. Придётся прибегнуть к крайним мерам. Эцуко вынула лук. За пару мгновений тетива была натянута, а специальная стрела приведена в готовность. Прицелиться нужно максимально точно, она не может тратить особые стрелы впустую. Лучница сделала глубокий вдох и расслабила пальцы, чувствуя, как кончик стрелы выскальзывает из них. Прошло всего мгновение и взрыв рядом с люком дал о себе знать. Монокума сильно покачнулся и с грохотом упал с крыши здания, параллельно потянув за собой несколько кирпичей, что упали на его голову. В конце концов, машина застыла в неестественном положении прямо у ног оставшихся внизу членов дивизии. Без указаний Эцуко те, что были с ней, бросились к люку, чтобы вскрыть его и достать пилотов. Канэко не стала их останавливать, она сама хотела этого. — Стойте! — внезапно за её спиной раздался голос и следом за ребятами кинулась Магито, отчаянно размахивая руками и выкрикивая что-то нечленораздельное. Все тут же в изумлении остановились и обратили на неё внимание, — Мне кажется, он ещё не повержен! Девушка подошла к краю и свесилась вниз, что-то высматривая. Эцуко подошла к ней и тоже пригляделась: — Что ты увидела? — лучница чуть повернула голову в сторону, брови её спутницы чуть дергались не то в предвкушении, не то в ужасе. -… Мне кажется, это ещё не всё… — девушка указала пальцем на красное окно в виде глаза, где были видны какие-то движения. В самом деле. Дети-пилоты метались из стороны в сторону, что-то переключая. Кажется, они готовят повторную атаку, — Канэко-сан, нам нужно быть наготове. — Нужно побыстрее их прикончить, — возразила лучница, — Иначе… — Мне кажется, у нас этого не выйдет, — Юкисоми обернулась на неё — Корпус робота слишком прочный. Вы же сами почувствовали… Эцуко застыла, вспомнив о прошлом провале. Её руки сжали перила, а дыхание стало более тяжёлым. — Канэко-сан, у Вас всё в порядке? — Магито попыталась приблизиться, но тяжёлая рука, упавшая на плечо, не позволила это сделать, — Вам плохо? — И что ты предлагаешь? Сидеть и ждать, пока они не восстановят силы? Лучше прикончить их сейчас, пока эти ублюдки не переубивали ещё добрую часть людей, — не дожидаясь ответа, Эцуко вытащила нож и вместе с ним спрыгнула с крыши. Как только её ноги коснулись поверхности робота, он сильно затрясся: — Осторожней! — крик спрыгнувшей за ней Магито утонул в сильном грохоте. Последнее, что почувствовала Канэко после того, как у неё потемнело в глазах, было чувство, что её схватили за шиворот и ноющая боль в коленях. * * * — Канэко-сан! Канэко-сан! — голос раздавался откуда-то издалека, словно из другой плотно закрытой комнаты. Через пару секунд голос стал чётче, он определённо был женский, с небольшой хрипотцой из-за надорванных за всё это время связок. Очень знакомый голос, — Очнитесь, пожалуйста! Все воспоминания лучницы с силой ударились в память, вырывая из бессознательного состояния. Зрение мгновенно восстановилось, что заставило Эцуко подскочить. Сердце стучало также быстро, как и всегда. Рука уже легла на теплую прорезиненную рукоять ножа, а всё тело уже приготовилась к выпаду. — Постойте! — перед глазами выросла Магито, выбросив руки вперед в успокаивающем жесте, — Сейчас лучше не двигаться! Канэко чуть успокоилась и огляделась. Взгляд нервно бегал по каким-то обломкам, состоящим из кусков стен и обрушившихся балок. — Что произошло.? — предательская дрожь была заметна в голосе, что не укрылось от Юкисоми. Она попыталась говорить как можно более спокойным тоном. — Когда Вы спрыгнули, робот резко выпустил очень горячий пар, который откинул нас с Вами. Это одна из функций этого робота, Аикава-кун говорил об этом… — Что… — фраза была брошена несколько лениво, словно и не принадлежала некогда хладнокровному и непоколебимому Лидеру. — Да… Вы, видимо, забыли… — нотка грусти заставила и голос Магито дрогнуть, — Мы с Вами упали под обломки. Я связалась с другими по рации. К счастью, остальные успели отскочить, сейчас они затаились и ждут возможности к атаке… Это хорошая новость. Но есть и плохая… После этого связь прервалась и я больше не получала сообщений. Услышав это, Эцуко рывком вытащила свой аппарат. В самом деле, из динамика раздавалось невразумительное шипение, никак не напоминающее человеческую речь. Ярость снова захлестнула с головой. Пелена перед глазами заставила разум помутиться, руки и ноги снова налились лёгкостью и силой. Она вытащила лук и уже собралась вырваться из укрытия, чтобы разорвать этого робота и этих детей на мелкие кусочки. Как только она поднялась, чтобы это сделать… её ноги сделались настолько слабыми, что она всём корпусом рухнула на землю. Огромная сила мгновенно испарилась, оставляя за собой лишь никчёмную слабость и чувство болезни. Ярость стихла, сменившись Отчаянием. — Боже, Вы в порядке?! — Магито сорвалась Эцуко ей не отвечала. Лишь продолжала неподвижно лежать лицом вниз. — Канэко-сан… — Уходи. Оставь меня, — слабый голос уже не дрожал, но и не был ледяным. Вместо этого он был тихим и странно спокойным, будто никакой битвы и не было вовсе. — К-Как я могу это сделать?! — Юкисоми на секунду вспыхнула, — Да и выбраться у нас не получиться. Я пыталась, нас мощно завалило! Остаётся ждать только помощи остальных! — девушка обиженно фыркнула и упала на землю, запрокинув голову, — Вот как… Что же это за день такой… Мадока погибла, мы тоже возможно скоро погибнем… Прям чёрная полоса какая-то… Ответа не последовало. -… Хотя, думаю, стоит наедятся на лучшее. Уверена, Аикава-кун найдёт нас. Он очень умный и внимательный. Он определённо сделает это, — понимая, что её Лидер ей ничего не ответит, Магито продолжала говорить в надежде расшевелить её, — Канэко-сан, Вам плохо? -… Прекрати, — вялый ответ не заставил себя ждать, — Оставь меня в покое… — Да что с Вами? — отчаянно выкрикнула Юкисоми, начиная паниковать, — Скажите, Вы ранены? Нужна первая помощь? Скажите хоть что-нибудь! Очередное молчание. — К-Канэко-сан, Вы меня пугаете… У Вас всё нормально… было? — голос снова дрогнул и Магито тоже упала на землю. Её Лидер никогда не была такой. Неужели… Отчаяние поглотило её? Пока девушка соображала, Эцуко смогла выдать ещё одну ленивую фразу совершенно неестественным для неё тоном: — Я ничтожна… Всегда была… — Что? — Магито оживилась. Слышать такие слова от человека вроде Эцуко всегда казалось чем-то из разряда мистики, тем более для простой девчушки, которая была здесь всего неделю, но уже поняла, что за личность её начальник. Её одновременно восхищала её целеустремлённость и сила духа, но также пугала жестокость и хладнокровие. Она всегда видела её, как мрачного, но сильного солдата. Но теперь этот самый солдат лежит на земле и говорит о своей ничтожности? — почему Вы так решили? -… Я проваливаю всё миссии, совершаю кучи ошибок… Всё были правы, я ни на что не гожусь… — ответ прозвучал также лениво и вяло. Голос стал еле слышен, из-за Юкисоми пришлось поднапрячь уши. Девушка сидела в ступоре. Да, подозрения, что что-то не так, у неё были с самого начала, но она не думала, что всё настолько плохо. Магито глубоко вдохнула и попыталась проанализировать ситуацию. Ничего не выходило. Она совершенно не знала, как помочь своему лидеру, чтобы случайно не сделать ещё хуже. Внутренне она уже проклинала себя за то, что вызвалась помочь, хотя очевидно она не сможет этого сделать. — «Дура!» — мысленно шикнула Магито. -… Почему… — снова голос, но уже чуть дрожащий, — Почему я вообще говорю тебе всё это? Почему… я хочу это сделать? Я тебя едва знаю… и делюсь своими проблемами. И всё равно откровенничаю. Магито начала подбирать ответ. Слова нужно выбирать аккуратно, поэтому это заняло какое-то время. Наконец, девушка сформулировала всё так, как могла: — А Вы когда-нибудь делились с кем-то своими проблемами? — Лишь один раз… — внезапно ответила Эцуко. Эта внезапная откровенность стала неожиданностью для обеих собеседниц, — Я рассказывала всё только одному человеку. Им была Эношима Джунко. И вот к чему это привело… — «Она лично разговаривала с этим монстром? Жуть», — Юкисоми сглотнула и снова попыталась подобрать ответ: — Не знаю, почему Вы хотите открыться именно мне. Но, думаю, не стоит этого боятся. Лучше открыть свои чувства, чем держать в себе. Ведь это опасно. Далее всё стало ещё более безумным. От Эцуко послышался смешок. — Ты сейчас говоришь прям как мой учитель, — один уголок рта чуть приподнялся, — Она тоже побуждала меня открыть свои чувства. И я даже почти это сделала… Но Трагедия всему помешала. — Трагедия много чему помешала, — ответ сам вырвался из горла. Девушка закусила губу, мысленно матеря себя за это, — Так что распоряжаемся, чем имеем. — Ты права, — наконец, Эцуко чуть расшевелилась, она нашла в себе силы сесть. Правда, сидела она сгорбившись, пустой взгляд был устремлён на колени, — Даже неловко как-то… — Ничего-ничего! — Магито нервно замахала руками, боясь спугнуть, — В этом нет ничего такого. Всё люди в этом нуждаются. — Спасибо, — снова тихий смешок, — Странно. Никогда не говорила этого слова искренне. Повисла тишина. Магито испугалась. Неужели, все-таки её Лидер не решилась? Девушка испуганно сжала кулаки и начала ждать в надежде, что ей лишь кажется. Ей и правда лишь казалось. Просто нужно было время: — Я тебе уже говорила, что боюсь ошибаться. Так было всегда. Малейшая ошибка вызывает у меня панику. — Да, Вы это говорили. Как считаете, почему? — Вероятно, из-за насилия матери надо мной за каждую провинность. Ну, Эношима как-то сказала. Меня ведь резали за каждый промах. Магнито подавила испуганный вздох и поднесла руки ко рту. Только сейчас она осознала, что всё, что она видела в поведении своего лидера свидетельствовало о сильнейшем насилии в детстве. — Б-боже… Канэко-сан, я очень сожалею!.. — против своей воли девушка чуть заткнулась в начале, но тут же взяла ситуацию под контроль, — Я… Читала о подобных случаях. Насилие родителей над детьми за ошибки всегда приводит к проблемам во взрослом периоде…такого плана. — Это правда… наверное, — Эцуко отвела взгляд и глубоко вдохнула. Сердце снова бешено застучало, дыхание сбилось. Лучница схватилась за голову и прижала колени к себе, -… Я не хочу об этом говорить. Мне слишком неприятно. Магито тут же поняла, что происходит. у Эцуко паническая атака. Пока она собиралась с мыслями, пальцы Канэко внезапно впились в кожу руки и начали её сильно сжимать. Через мгновение показалась кровь. Тогда-то Магито и осенило. Она решилась начать действовать. Аккуратно, чтобы не напугать, Юкисоми положила руки на плечи девушки: — Вам сейчас тревожно, я знаю, — медленно заговорила она, — Но знайте, что это проходимо. У верю, у Вас получиться. Медленно и глубоко дышите. Это должно помочь прямо сейчас. Глубокий диссонанс поразил сознание где-то внутри. Магито прямо сейчас командует своим лидером, что за абсурд! Но Юкисоми прямо сейчас это волновало меньше всего. Она почувствовала как плечи Канэко, иногда сбиваясь, поднимаются и опускаются. Поначалу её учащенный пульс был почти физически ощутим, но сейчас это чувство почти пропало. Со временем и дрожь унялась. -… Мне всегда говорили, что если я буду много ошибаться, то меня никто не будет уважать, — севшим голосом проговорила Эцуко, — Меня в топчут в грязь и вытрут о коврик. Поэтому ошибки недопустимы. С самым малым их количеством я ничто. С ними я слаба. А должна быть сильной. -… Ясно, — Магито кивнула и села рядом, как только убедилась, что лучница более-менее успокоилась. Подумать только, девушка рядом с ней старше её всего на год, но при этом является её начальником, что вправе хоть прямо сейчас её уволить. А сейчас они общаются чуть ли не как близкие подруги, и Канэко выкладывает ей самые глубокие свои мысли и тревоги. Это обескураживало, но также побуждало к действию, — Но… Вы же понимаете, что эти учения не являются абсолютной истиной? Человек физически не способен жить не промахиваясь и не совершая проколы. Да и навряд ли… по-настоящему сильные люди не ошибаются. Это часть человеческой природы. Так что… Ваша семья была не права. -… Спасибо, что сказала, — Канэко всё ещё смотрела на свои колени пустым взглядом, периодически переводя взгляд на землю и назад, — Правда. Мне интересно… а что по-твоему сильный человек? — Если честно, я считаю, что по-настоящему сильный человек — это тот, кто способен признать свои ошибки и суметь их проработать. Также… он работает и становится лучше не для кого-то другого, а в первую очередь для себя. Он не бежит от своих проблем, — внезапно почти без запинки выдала Магито, — Это, по-моему, сильный человек. -… Ясно. — Знаете, вообще тогда, ещё на площади я хотела поговорить с Вами о кое-чем… Недавно в библиотеке я нашла альбом «Пика Надежды» за ХХХХ год. И там были фотографии Вашего класса с благотворительного бала. Вы там такая весёлая была… Вот я и подумала, что произошло нечто ужасное… ужаснее, чем сама Трагедия. И я решилась спросить. Не думала, что всё окажется вот так… — Эцуко ей не ответила, и Юкисоми уже пожалела, что вообще заговорила про тот альбом. Всё шло так хорошо, а она взяла и всё испортила. — Забавно… Это одни из первых годов в моей жизни, которые я вспоминаю с теплотой. Мне по-настоящему было хорошо с ними… Юкидзомэ-сенсеем. А потом они стали Отчаянием, а Сенсей погибла. И я снова одна. — Вы не одна! — Магито выпалила это неожиданно для них обеих, — По крайней мере… я здесь. Обращайтесь ко мне по любому поводу! Я помогу! В этот момент Эцуко резко обернулась. Её глаза расширились и она в шоке смотрела на Магито. На секунду, Юкисоми подумала, что ей сейчас прилетит. Но отнюдь, в ответ девушка чуть согнулась и снова отвела взгляд в сторону. -… Опять спасибо. — И не бойтесь взглянуть своим страхам в глаза, Канэко-сан. Кажется, эти учения настолько замылили Вам глаза, что Вы отказываетесь принять свои изъяны и проколы… Как с Мадокой, например. — Что? — Канэко снова резко обернулась. — Я знаю, что она погибла из-за Вашей ошибки. С самого начала знала. Тот приказ продолжать расследование в прежнем темпе, хотя это было опасно… был сделан на эмоциях, я сразу это поняла. Вам что-то помешало в принятии здравого решения и это произошло. — Погоди… Ты не злишься на меня за это? — лучница внезапно подскочила, отчего Магито вздрогнула, — Из-за меня твоя подруга погибла! — Мы на войне, здесь каждый в любой момент может погибнуть, — язык Юкисоми окончательно развязался, — Да и совершение ошибки было вопросом времени, учитывая, что все мы постоянно работаем и почти не отдыхаем… Так что я расстроена, но конкретно на Вас не злюсь. — Ты такая наивная… — протянула Канэко, пряча глаза в волосах, — Я бы уже давно растерзала бы своего лидера, если бы поняла такое… — Да, может я и наивная. Но я не собираюсь ненавидеть человека за то, что он единожды ошибся! В конце концов, я понимаю, что Вы никому из этих несчастных смерти не желали! Просто впредь надо быть более внимательным и принимать решения на холодную голову! Магито упала на колени и тяжело задышала. Весь этот день заметно утомил её, но морально сил было ещё полно. Она не собирается останавливаться. — Просто взгляните своим проблемам в глаза. Страх сделать это — Ваша главная проблема. -… Хорошо, — эти слова соскользнули с губ с такой лёгкостью, будто обычная будничная фраза. Эцуко сама не поняла, как на эти пару минут её откровение с Магито достигло своего предела. Она молчала слишком долго. Она не доверяла слишком много. Теперь она хочет это сделать. Хочет доверять. С самого детства мне твердили одно и тоже. Мне неоднократно показывали, что будет, если я ослушаюсь. Мир, в котором я выросла был построен по следующему правилу: выживает сильнейший. Поэтому я старалась стать такой всеми правдами и неправдами. Но, когда я добивалась желаемого результата, этого было мало. Мне было этого мало, другим было этого мало, ей было этого мало. И я работала дальше. Даже не зная, чего стараюсь достичь. Одни и те же слова казались мне абсолютной истиной. Я и не смела поставить их под сомнение. Я думала, что весь мир работает по тем же принципам, что и тот, где я жила. Как глупо. Я отказалась взглянуть на реальность под другим углом. Ямамото-сан, Овари, Нидай… Юкидзомэ-сенсей. Они все были готовы принять меня, даже если бы я не была лучшей во всём, чем можно. Я не верила их доброту, считала её притворной, ведь так вели себя люди из моего мира. Я не смогла им довериться из-за собственной упрямости и заложенных в голову предрассудков. Тупая идиотка. Пора бы принять, что те богачи не являются всём миром. Пора бы дать другим людям шанс. Но Комаэда… С Комаэдой всё было иначе. Меня тянуло к нему. Но тянуло не так, как к Юкидзомэ-сенсею. Где-то внутри мне казалось, что ему можно довериться несмотря ни на что. Только рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Могла открыться и довериться. Почему-то мне казалось, что от него не стоит ждать подлянки. Позже я поняла, что не могу жить без него. Он был моим смыслом жизни. Долгое время я не понимала почему. Только сейчас, последовав совету Юкисоми, я поняла. Я видела в нём покойного отца. Тоска по нему не позволяла мне увидеть Комаэду. Я видела только отца. Спустя годы я не могла смириться с его смертью, поэтому искала его в других людях. И нашла его в Комаэде. Я настолько зацепилась за него, что не позволила себе попробовать найти кого-то другого, к кому можно привязаться. А этих людей было много. Всему навредили мои убеждения и нежелание мириться с действительностью. Только сейчас я это осознала. Часть меня всё ещё не хочет признавать это. Она хочет продолжить гонение за мнимой силой, за успехом. В то время как другая часть хочет поверить в слова Юкисоми о силе. Я на практике убедилась, что её слова правдивы. То, чему меня учила семья, оказалось наглой ложью. Поэтому слова о том, что сильные тоже ошибаются, мне кажутся более правдивыми. Что ж, стоит проверить. Внезапно Эцуко встала. Руки и ноги налились новой силой. Силой, которую Канэко никогда не чувствовала раньше. Усталость, как рукой, сняло и всё тело наполнилось энергией. — Канэко-сан, Вам лучше? — успевшая задремать Магито тоже вскочила. Её ноги дрожали от усталости, глаза слипались, но голос звучал громко и бодро, — Вы… Вы сделали это? — Не совсем, — грозный вид лучницы не много потускнел, — Но я чувствую, что нахожусь в начале этого пути. Может, когда-нибудь я смогу преодолеть это всё. Научусь доверять другим и жить дальше. — Это замечательные новости! — тут нога Магито поехала и она чуть не упала на землю. Но её руку схватила её Лидер, немного сжав её: — Ты была первым человеком, которому я доверилась по собственному желанию. Спасибо тебе, — несмотря на такие радостные слова, голос Эцуко всё ещё был таким же твёрдым и холодным, как и раньше. На её лице не было и намёка на улыбку, лишь немного подрагивающие брови говорили о том возбуждении, что творилось внутри. Снаружи это был тот же хладнокровный лидер Тринадцатой Дивизии, правда, вызывающий совсем иные чувства. Магито уверенно сжала её руку и поднялась: — Но… мы всё ещё не можем выбраться… — Погоди, — после того, как Эцуко кратко пробежалась глазами по своду из камней, она приказала Юкисоми лечь на землю и прикрыть голову руками. Когда её работница подчинилась, Канэко взяла в руки лук и «особую» стрелу. Через секунду эта стрела оказалась воткнута в свод и сама лучница упала на землю и нажала на кнопку на корпусе инструмента. Раздался грохот и в небольшое пространство попал свет вместе со звуками взрывов и криков других членов группы. — Кажется, робот напал на них! — Магито вытащила оружие и бросилась к выходу, Эцуко последовала за ней. Когда они выскочили, то поняли, что бой уже почти завершился в пользу Отчаявшихся. Члены дивизии, ещё оставшиеся в сознании, в панике пытались оттащить бессознательных товарищей, пытаясь одновременно отбиться от разъярённого Монокумы. Невысокий парень в очках со слезами на глазах размахивал ножом перед машиной, придерживая рукой окровавленного друга. Он медленно пятился назад, хотя и понимал, что шанса на спасение уже нет. Он сжал рукоятку инструмента покрепче и зажмурил глаза, приготовившись к тому, что острая конечность робота сейчас рассечет его напополам. Когда огромное лезвие засвистело над головой, он мысленно попрощался со всеми родными и близкими. Последняя молитва была прервана взрывом и последующим визгом машины. Глаза распахнулись и взору предстала оторванная конечность робота, которая испускала последние искры. Перед ней стояла высокая девушка с луком и стрелой в руках, чуть поодаль с пистолетом наготове возвышалась его подруга. Когда он их увидел, то почувствовал, как сердце забилось быстрее: Канэко-сан и Юкисоми-сан смогли выбраться без их помощи. — Аикава. Как ты? — парень подскочил от такого внезапного вопроса от лидера. Он украдкой посмотрел на всё ещё бессознательного Акио: — Я в порядке! Но он не очень, — он указал на лежащего без сознания друга, — Мне кажется, его сильно ударили в висок, когда он попытался атаковать робота под брезентом. Но, хвала небесам, он ещё жив. — Хорошо, Юкисоми, — лучница перевела взгляд на подчинённую, та тут же выпрямилась, ожидая приказа, — Возьми его и оттащи в безопасное место. Аикава нужен мне тут. — Есть, — Магито сказала это даже с какой-то радость в тоне и аккуратно взяла бровастого из рук своего друга. — Мы оставляем раненых там! — парень указал в сторону небольшого здания, похожего на магазинчик. Девушка кратко кивнула и утащила Акио в ту сторону. — Канэко-сан, почему я Вам нужен? — он поправил очки и сжал рукоять ещё крепче, чем раньше. — Ты говорил, что у тебя есть план наступления на робота. Я тебя слушаю, — голос Эцуко звучал куда твёрже и уверенней, чем когда-либо. В ней изменилось всё, даже холод во взгляде был каким-то иным. Если раньше он вселял страх, то сейчас от него чувствовалась какая-то смутная надежда. Это придало парню сил и он поднялся на возвышенность, чтобы было удобней смотреть на робота. — Этот Монокума в разы опасней предыдущих, — начал парень, — Его система нападения многоуровневая и включает в себя около четырёх видов оружия. Для справки, предыдущие роботы имели максимум два вида. Он атакует лезвиями, огнестрелом, утяжеленными конечностями, а также очень горячим паром, который мгновенно отбрасывает. — Полагаю, для главного робота они сильно заморочились… — подметила Канэко, стреляя в одну из конечностей, что уже собиралась убить одного из сражающихся с Монокумой. — Верно. Но я смог обнаружить лазейку, — Аикава поправил очки и направил нож на «глаза» машины, — Дело в том, что эти дети — не лучшие пилоты, поэтому весь процесс управления автоматизирован. Иными словами, эти дети не управляют роботом, а лишь смотрят. Я заметил, что враг запрограммирован атаковать большие движущиеся скопления, но, тем не менее, он всё также может засечь и одного человека и напасть. Если моя теория верна, то робота стоит атаковать не только в одиночку, но также с очень большой силой. В идеале, робота стоит уничтожить за один удар. Раньше мне это казалось невозможным, но сейчас Монокума ослаблен, так что призрачный шанс у нас есть. — Сколько бойцов у нас ещё в состоянии сражаться? — Эцуко внимательно его выслушала и окинул взглядом всё поле битвы, на котором находилось от силы пять человек. — Немного. Максимум только трое придут. — То есть, врага стоит атаковать в одиночку и с большой силой, да? — Всё верно. — Отзови всех сражающихся и скажи им затаится. Я пойду и прибью этого ублюдка. У меня же есть шансы? — Что.? — парень снова подскочил, но тут же собрался с мыслями, — Да, у Вас есть шансы, но я уже сказал он призрачный. Вообще, велика возможность того, что как только вы атакуете. Программа поймёт, как её обхитрили и сосредоточит всё силы на одном человеке. То есть, эта победа может стоить Вам жизни! -… Хорошо, — немного поколебавшись, девушка дала ответ, — Если шанс есть, то стоит им воспользоваться. — В-вы не поняли! Я говорю, что Вы с большой вероятностью можете умереть! — Аикава начал заикаться, но даже не заметил этого. — Я всё прекрасно поняла. Если я могу умереть, значит так тому и быть, — она отвернулась, — В случае чего доложите о моей гибели Мунакате и ждите указаний от него. -… Если так, то ладно, — внутренне парню все ещё хотелось её остановить, но также он понимал, что это возможно их единственный шанс спасти город. В то время Эцуко была преисполнена решимостью сделать это. Покончить с этим роботом, за одно и со своим прошлым. Она чувствует, что готова сделать это. — И ещё. Аикава, спасибо за план, — бросила девушка напоследок и до того, как парень успел понять, что она сказала, бросилась вперёд. Краем глаза она заметила, как по её приказу оставшиеся члены дивизии отступают. — «И чтобы все выжили», — пронеслось в голове против её воли. Укоренившееся недоверие и отчуждённость дали трещину, позволив лучнице в кои-то веки дать шанс другим людям. Несмотря на то, что где-то внутри ещё теплилось желание этого не делать, Канэко понимала, что наконец-то поступает правильно. Теперь её главная цель — уничтожить робота и начать новую жизнь. Жизнь, где не стоит гнаться за идеалом ради мнимого счастья. Лучница за пару секунд преодолела расстояние между ней и роботом, когда подошва ботинка коснулась края крыши, она подпрыгнула и прицелилась в место, на которое указал Аикава. Сквозь стекло «глаз» робота виделась большое устройство, похожее на коробку с кучей мониторов и кнопок. Кажется, это пульт управления всеми Монокумами в городе, включая самый главный. Шанс всего один, нельзя упустить его. — «Этого не будет. Я не позволю себе напороться на ту же ошибку дважды» — Канэко натянула тетиву и прицелилась. Время словно затормозило свой ход, позволяя лучнице нацелиться наилучшим образом. Дети, стоящие рядом с ним, в панике отскочили. Идеальная возможность. Нельзя упустить её. Эцуко выдохнула и отпустила стрелу. В это же мгновение робот понял уловку и выпустил в неё все имеющиеся снаряды. И робот, и лучница утонули в шуме десятка взрывов и оглушительного грохота. * * * — Он… Всё? — Магито выглянула из-за угла и пригляделась. Из-за поднявшихся клубов дыма ничего не было видно. — Сигнал робота на радаре погас. Я полагаю, этого Монокумы больше нет… — Аикава показал монитор, на котором раньше мерцала огромная красная точка. Теперь её не было. — Это значит… — Юкисоми не смогла договорить, её прервали возгласы товарищей, что указывали на мелких роботов-медведей, застывших в неестественных позах и валящихся на землю. Такая картина была по всему городу. — Мы победили! — воскликнул пришедший а сознание Акио. Его крик был сопровожден десятками таких же, что почти заставило Магито оглохнуть. — Погодите! Где Канэко-сан? — торжество внезапно прервал Аикава, — Робот взорвался прямо рядом с ней! Секундное ликование Магито было прервано паникой и она снова кинулась к дверному проему. Не было и намёка, что от робота кто-то отходит. — Возможно, она ранена! Нужно поспешить! — к счастью, Аикава понял, что делать и бросился с аптечкой к выходу ещё до того, как Юкисоми успела закончить предложение. По мере того, как парень и девушка приближались к развалинам того, что раньше было одним из самых продвинутых разработок компании «Това», туман рассеивался, обнажая жуткий эндоскелет поверженного робота. Почти весь корпус был выжжен, повсюду искрили разорванные провода, а дети, сидящие внутри него либо были уже мертвы, либо успели убежать. В любом случае, понятно, что пилоты уже никакой угрозы не представляют. — Канэко-сан! Прошу ответьте! — голос Юкисоми отдаться эхом, но ответа так и не последовало, — А если она без сознания? Нужно скорее найти её! — Юкисоми-сан… Я уже нашёл, — из-за спины раздался севший голос Аикавы. — Фух, хорошо, а то я… — девушка обернулась, ожидая увидеть изувеченного, но живого лидера дивизии. Но реальность была куда хуже. Эцуко сидела к ним боком. Вся форма была порвана и испачкана. Розовая жидкость была грубо смешана с грязью и размазана по лицу, волосам, рукам, ногами. Но главное внимание привлекало лезвие Монокумы, что провело огромную рану от левого плеча до правого бедра. Нож пронзил её насквозь. Кровь в жилах Магито застыла. Слова облегчения застряли в горле. Она хотела начать новую жизнь. Но, к сожалению, она не учла, что цикл *должен* работать. — Боже… — только и смогла выдохнуть девушка и упасть на колени перед лучницей, — Вы в порядке?! Прошу, скажите, что Вы в тяжёлом состоянии, но выживите! В ответ Канэко поперхнулась и кровь плеснула изо рта прямо на землю. Полупустой взгляд смотрел в землю. На дыхание и не было намёка. — Нет… Господи, нет!.. — Аикава, сам не зная зачем, вытащил бинт и попытался что-то сделать, но он был прерван тихим голосом Эцуко, что каким-то чудом ещё была в сознании. — Не надо… Оставь… — она страшно хрипела. Поражённые лёгкие тоже отдавались хрипом при попытке что-то сказать, — Я уже труп… — Н-не говорите так! Я сейчас вызову подмогу они помогут!.. — дрожащими руками Юкисоми вытащила рацию и принялась включать её. — Я же сказала, не надо, — кровь текла ручьём, но Эцуко твёрдо решила, что не остановиться и договорит, — Мне уже ничем не поможешь… Просто не сможешь… — Не разговаривайте, Вы тратите силы, — Аикава всё ещё не оставлял попытки помочь, но был слабо откинут назад окровавленной рукой. — Поверь, я знаю… — Канэко снова поперхнулась, — И думаю, вы двое тоже… Я чувствую, что скоро отключусь, у меня мало времени… — Так что мы должны помочь! — взвизгнула Магито, продолжая настраивать рацию, — Только прошу, не отключайтесь! — Слишком поздно… — Ещё ничего не поздно! — не унималась Юкисоми и уже принялась доставать из-за пазухи рацию, — Я сейчас свяжусь с нужными людьми и… — Нет, не стоит, — её прервал Аикава, — Повреждения слишком серьёзны. Ещё пара минут — и она мертва. Девушка выронила рацию и упала на колени. Осознание того, что произошло, ударило в голову. Повисло молчание. Это молчание было прервано тихой усмешкой, перебито очередными хрипами и кашлем. — Что смешного.? — как в тумане, спросила Магито. — Полагаю, это моя расплата, — с кроткой улыбкой выдала Канэко, — Все-таки я не думала, что уйду от своих ошибок так легко. И, надо же, я не прогадала… — Не говорите так… Вы ещё можете всё искупить, не умирая… — девушка всё ещё искала в себе силы помочь своему начальнику, но руки ноги отказались слушать. Её словно парализовало. — Я тоже так думала… Конечно, искупать пришлось бы много, но я была готова к этому… Жаль, у звёзд были другие планы… — У звёзд? Канэко-сан, кажется, у Вас бред… — подал голос Аикава. — Нет, не бред… По крайней мере, тот человек, что сказал мне это, явно не бредил… — взгляд умирающей лучницы был устремлён куда-то вверх, -… Юкисоми, можешь кое-что передать от меня? — …Что? — Магито уже потеряла всё силы, чтобы сопротивляться. Она решила, что молча её выслушает. — Все-таки я не хочу просто так свалить никому ничего не сказав, как какая-то трусиха, — продолжала Канэко хриплым голосом, — Поэтому прошу, передай мои извинения всей дивизии, а также Овари Аканэ, Нидаю Нэкомару и, самое главное, Ямамото Азуми. Передай им, что мне жаль, как я обращалась с ними всё эти годы. — Овари и Нидай… Это же Осколки Отчаяния! Как мы им что-то передадим?! — вспыхнула Юкисоми, — Ямамото я ещё найду, но эти двое, они… — Погоди, — её прервал Аикава, — Юкисоми-сан, ты опять тогда всё прослушала. Как только Осколки будут пойманы… Их отправят в особую программу для восстановления пораженной психики, где действие промывки мозгов будет снято. Я подслушал это, когда Наэги-сан говорил об этом Киригири-сан и Хагакурэ-сану. Так что, думаю, ты сможешь это сделать… — Надо же… Этот Наэги не оставляет попыток исправить даже маньяков-террористов… — снова усмехнулась Канэко, — Я думала, что ты скажешь это перед тем, как их всех казнят, но в реальности, наверное, у тебя это выйдет лучше… Также… Я хочу извиниться ещё перед кое-кем. Юкисоми кивнула, тем самым показывая, что слушает. — Передай мои извинения Комаэде Нагито. Я долгое время видела в нём давно усопшего человека и не смогла рассмотреть конкретно его личность. Я не хочу, чтобы он до конца жизни жил в лжи. Прошу, скажи ему об этом. -… Непременно передам, — только и смогла выдать Магито, — Не переживайте. — Отлично… — только и выдала Эцуко. По её щеке покатилась слеза. Ей не хотелось умирать, она искренне желала исправить свои ошибки и начать жить как нормальный человек. Все эти извинения она хотела выразить лично, но теперь понимала, что у неё этого не выйдет. Судьба распорядилась совсем по другому. Она не хотела убегать. Только не снова. Тем временем, её тело окончательно обмякло и тусклый свет в глазах погас навсегда. На всём поле битвы повисла давящая тишина, единственные два живых человека на ней могли только сидеть и молчать, обдумывая последние слова лидера и иногда кидая взгляд на две половинки сломанного механического лука. Канэко Эцуко погибла.