Вижу цель - не вижу препятствий

      Кирилл был свято уверен, что ситуация оставила его победителем по всем пунктам: он быстрее, чем рассчитывал изначально, выполнил отцовскую прихоть, удачно наткнулся на Лёшу, даже смог его расположить к себе - ну, самую малость, но ведь смог. Судьба явно была на стороне юного мажора. Даже не так, она его буквально под белые рученьки вела к успеху. Гречкин уже планировал свой следующий визит в детский дом и был уверен, что всего лишь через неделю исполнит задуманное. Разве не отлично?       Но нет. Каждый раз, когда всё идёт слишком хорошо, жизнь из ласкового котёнка, который лежит у тебя на коленях и мирно мурчит, резко превращается в неручного кота с острыми когтями. Кирилл не раз в этом убеждался и в этот раз снова произошёл сюрприз.       — Нет, ну это уже пиздец. Что за хуйня, батя? — возмущённо выкрикнул Гречкин в трубку телефона. — Ты хочешь, чтобы я месяц работал в чёртовом детском доме. Нет, на это я точно не согласен!       На другом конце провода послышался уставший, или менее культурно говоря, заебавшийся вздох. Всеволод с самого начала ждал такой реакции, но его сложно было отговорить от чего-то, особенно, когда он не в духе, а это почти всегда.       — Я не хочу, а требую. В конце концов, я тебя не вагоны отправляю разгружать. Поделаешь мелкую работу.       — У нас был уговор. Это уже фарс. С чего ты взял, что это поможет моему «светлому образу»? Ах да, ты же своё положение поправляешь. Пардон, блять! — не унимался парень.       Не то чтобы он ни разу в жизни не работал, было дело - правда, тогда это было сделано на зло отцу, и проработал Кирилл меньше недели и с убытком для Всеволода на пятьдесят тысяч рублей. Оказалось, что барменам нельзя пить на рабочем месте, а уж тем более нажираться, как это сделал Гречкин. В конце концов, всё было не так плохо. Всего лишь выпил пару бутылок, побил посуду и засосал управляющего. Между прочим, тому парню даже понравилось.       — Кирилл, ты и так сидишь на моей шее. Будь добр, умерь своё необоснованно большое эго и делай, что тебе говорят.       Кирилл уже набрал воздуха в грудь, чтобы продолжить этот спор, но вдруг его голову осенила одна отличная мысль: у него будет целый месяц, чтобы покорить Лёшу. Этот мальчик вряд ли поведётся на деньги или подарки, он не подходил под типичных партнёров на одну ночь из окружения Гречкина, Макарова нужно добиваться иначе. Выделываться нужно не пустыми понтами, а поступками. Может быть упорный труд, насколько это возможно в случае с Кириллом, поменяет мнение Лёши о нём. С такой точки зрения, мысль о месяце работы в качестве волонтёра в детском доме выглядела привлекательнее.       — А знаешь, — спокойным, почти весёлым тоном заговорил Гречкин. — Я за. Давай, когда приступать?       Всеволод замолчал в полном недоумении. Парень был готов спорить, что старший Гречкин сейчас ненадолго потерял связь с этой реальностью и сидел с глазами круглыми, как пять копеек. Кирилл так живо это представил, что едва сдержал не очень-то культурный ржач.       — Тут есть подвох? — наконец снова включился в разговор мужчина. — Планируешь спалить им что-нибудь, чтобы я влетел на штраф?       — Ага, а ещё раздам детям экстази и косяки, — отшутился Кирилл от отцовских подозрений. — Да расслабься, я просто решил, что ты в чём-то прав, это не самая плохая идея.       Гречкин включил телефон на громкую связь, положил его на журнальный столик и плюхнулся на диван, закидывая руки за голову.       — Я так понимаю, завтра мне ехать туда. Ты наверняка обо всём уже добазарился с администрацией, — хмыкнул он, пытаясь взглядом найти пульт от телевизора.       — Да, завтра к девяти ты должен быть там. Найдёшь там себе человека, который тебе по началу поможет ориентироваться или мне об этом тоже позаботиться?       — Не, у меня там есть один пацан на примете, он и поможет, — с наглой улыбкой на лице протянул Гречкин, снова хватая в руку телефон. — Всё, давай до связи. Как говаривал классик: асталависта, бейби.

***

      Гречкин никогда не страдал пунктуальностью, а такой диковиной штуки, как «режим» у него никогда и не было. Он чаще всего вставал днём, а спать ложился часов в пять утра. Иногда он всё же пытался придерживаться подобия режима, но это было, скорее, исключение из правил, а как всем известно: исключения только подтверждают правило. Но в эту субботу происходили какие-то чудеса: Кирилл лёг ещё до двенадцати часов ночи, встал в восемь и с небольшим опозданием в пять минут был у детского дома «Радуга». Так ещё и одет он был прилично.       «От жары охуеть, конечно, можно, надеюсь, в здании есть кондеи», — мысленно рассуждал Кирилл. Его снова встретила уже знакомая воспитательница у входа и начала вводить в курс дела, Гречкин даже старался её слушать, но как только она закончила, он тут же поинтересовался:       — Слушайте, тут у вас пацан есть, Лёша Макаров. Мы, вроде как, немного поладили, он может мне первое время подсказывать, где тут у вас что?       — Да, конечно! Он сейчас как раз на заднем дворе, с Лизой играет. Вы его там и найдёте. И сразу попросите отвести вас в кухню, надо вымыть посуду и разобрать чистую.       Гречкин улыбнулся и быстро пошёл в обход здания детского дома, пока сам рассуждал у себя в мыслях о том, кто такая эта Лиза. Когда он вышел на задний двор, ему открылась весьма милая картина: Лёша сидит на траве, на расстеленной джинсовой куртке бок о бок с маленькой девочкой, на вид ей было лет девять-десять, мальчик держал в руках книжку в мягкой обложке и читал девочке вслух что-то, пока она рассматривала иллюстрации и весело смеялась. Макаров повернул голову и поцеловал девочку в макушку, откладывая книжку в сторону.       Кирилл не мог понять, что такого волшебного и необычного в этой совершенно обыденной картине, но невольно парень полностью сконцентрировал своё внимание на этих двоих, таких милых и совершенно беззаботных. Словно они не на заднем дворе детского дома, а в парке. Вот-вот придут их родители, принесут два рожка мороженого, и вся семья вместе пойдёт в зоопарк. Будто они живут так, как и положено детям в их возрасте.       — Эй, здорово! — крикнул Кирилл, наконец решившись прервать их. Лёша тут же поднял взгляд на Гречкина и что-то сказал Лизе на ушко, она сразу закивала и подскочила на ноги, убегая.       Макаров поднялся, поднял свою куртку с земли, отряхивая её от грязи. Мальчик подошёл к Кириллу и едва заметно улыбнулся.       — Ну, привет, не думал, что увижу тебя так скоро. Потерял свои мега-дорогие-охеренные часы? Точнее одни из ста, которые ты купил чисто по приколу? — с львиной долей сарказма начал их диалог Лёша.       — А-ав! Обожаю мальчиков с характером. Я ведь и влюбиться могу, малыш, — с усмешкой ответил колкостью Кирилл, игриво дёргая бровями. — И я ничего не терял, папаша устроил меня к вам на месяц работать. Покажешь мне, где тут у вас кухня?       Глаза Лёши округлились от неподдельного удивления, а сам мальчик замер с чуть приоткрытым ртом. Кирилл с огромным удовольствием наблюдал за этой переменой выражения лица Макарова и заулыбался только шире. Вот, что значит — простой обыватель, достаточно просто заявить, что ты пришёл поработать, как челюсть у них здоровается с полом. Хоть это и работает только, если вы являетесь тем, кто родился с золотой ложкой во рту, но метод рабочий.       Макаров кашлянул, постепенно возвращая себе связь с миром, закинул куртку на сгиб локтя и жестом показал Гречкину идти за ним.       — Сколько клоков волос ты у него выдрал, прежде, чем он тебя убедил? — вновь язвительно спросил парень.       — Во-первых, мы говорили по телефону, что спасло моего батю от праведного гнева. Во-вторых, он уже почти лысый. Ну, и в-третьих, я и сам не особо против, — Гречкин заметил, как Лёша достал из кармана наушники и широко заулыбался. — Как мой подарочек? Хорошо работает?       — Кхм, да. Спасибо ещё раз, но я так и не понял, чего это ты решил приберечь для меня пару наушников, — Макаров вставил один наушник в левое ухо и негромко включил музыку, чтобы слышать собеседника. Для Гречкина это был хороший знак, его хотя бы слушают, а не врубают рок на полную громкость, лишь бы избавиться от его назойливой персоны. Пока Лёша искал трек, Кирилл отметил, что телефон, в лучшем случае, протянет ещё полгода, хотя скорее уж он доживает свои последние дни.       «Может и телефон ему прикупить? — мелькнула шальная мысль в голове Гречкина. — Блять, нет. Палевно слишком, только если у него нет дня рождения в ближайшие две-три недели».       Кирилл был совершенно уверен, что Лёша окажется с ним в одной постели не позднее этих двух-трёх недель, дольше он бы не стал ждать в любом случае. Его интерес к одному человеку держится максимум месяц, но чаще гораздо меньше, всё заканчивается через пару дней после того, как он переспит со своей «целью». Единственные настоящие отношения у него были года три назад и закончилось всё передозом, это был первый и последний опыт парня с наркотиками. На тот момент он и без того потерял интерес к длительным отношениям, а после единственной попытки, окончательно махнул на это рукой, так ему комфортнее и банально проще.       — А что ты на кухне собрался делать? — прервал недолгое молчание, повисшие между ними на то время, что Кирилл прибывал в своих мыслях.       — Мне сказали посуду отмыть, ну и чистую распихать по местам.       Лёша усмехнулся и тихо прыснул от смеха, распахивая дверь и выходя в холл. Мальчик на автомате тут же свернул налево и на ходу повязал свою куртку себе на бёдра.       — Не знаю за кого я боюсь больше: за тебя или за посуду.       — Так, это что за дискриминация по моему материальному положению? У нас свободная страна! — шутливо возмутился Гречкин, закатывая глаза. — А если серьёзно, я, по-твоему, не в состоянии посуду помыть? Хочешь поспорить?       — Свободная страна у нас только для богатых, а я просто реально смотрю на вещи. Ты либо потеряешь сознание от запаха моющего средства, либо будешь мыть одну тарелку два часа, — Лёша остановился перед дверью, судя по всему, в кухню и с вызовом взглянул в глаза напротив. Кирилл сделал тоже самое, хоть Макаров и был в какой-то мере прав, на спор Гречкин мог бы много чего сделать, — А про спор давай подробнее.       Кирилл скрестил руки на груди, на пару секунд задумался, забавно хмуря брови, и выдал:       — Спорим, что я вымою всю посуду ровно за два часа.       — Ого, я готов за этим понаблюдать. На что спорим? — парень заметно оживился и стал потирать руки, — Спешу сказать, что денег у меня почти нет.       — Да хуй с этим, тут сам процесс интересен. На тысячу? Только если выиграю я, с тебя поцелуй сверху. Идёт? — парень протянул руку Макарову и улыбнулся.       Лёша поджал губы и задумался над такими условиями, пока с лица Кирилла не сходила довольная улыбка. Ему нравился такой сосредоточенный на размышлениях Макаров, мило хмурящий брови. Обычно Гречкин вообще не обращал внимания на детали в чужих поведении и мимике, но Лёша чуть ли не был создан для того, чтобы им наслаждаться и цепляться за каждую мелочь.       — Ну… Если только в щёку, педофил-любитель, — наконец согласился мальчик, пожимая протянутую руку.       — А вот про педофила обидно было! Тебе же есть шестнадцать?       Воцарилась короткая, но напряжённая пауза, Кириллу показалось, что у него сердце упало куда-то вниз. Отказываться от своей затеи и от покорения этого мальчика не хотелось, но даже у Кирилла были моральные принципы. При всём его моральном уродстве, Гречкин никогда не спал с теми, в чьем возрасте не был уверен, не брал никого силой и не вступал в связь с пьяными, будучи трезвым. На это было две очевидные причины. Во-первых, Кирилл считал изнасилование в любом его проявлении — скотством высшего разряда и достойного только осуждения. А во-вторых, для парня это было банально неинтересно, куда занятнее добиться цели, чем идти таким мерзким и «коротким» путём.       — Да есть мне шестнадцать, есть! Даже почти семнадцать, — наконец ответил Макаров, громко посмеиваясь. — Поэтому и «любитель». Ну, пошли? Покажу тебе фронт работ и место, где ты проиграешь мне тысячу.

***

      Раньше Кирилл был уверен, что видел гору посуды, ведь в его доме часто проходили вечеринки, и, даже с учётом большого количества разбитых тарелок, выходило много, но Гречкин явно ошибся. Перед ним сейчас была самая настоящая гора грязных тарелок, ложек, вилок, ножей, чашек и бог знает чего ещё. В самой раковине стояла стопка тарелок и целая куча приборов, а рядом с ней стояли ещё две «башни» из тарелок, кастрюли и армада чашек. Проще было пойти и купить новую посуду, чем перемыть эту.       Если бы Гречкин был героем мультфильма, то наверняка бы отбил ногу упавшей челюстью.       — Ничего страшного, если ты решишь сдаться и отдашь мне деньги прямо сейчас, ничего постыдного в этом не будет, — издевательски мурлыкал Лёша, восседая на соседнем столе. — Признаешь поражение.       Гречкин понимал, что подобную работу он едва ли осилит за полдня, не то, что за пару часов и стоит уж лучше попросить лёшиной помощи, но Кирилл просто не мог не уделать это мальчика. Мажор гордо фыркнул, задрал голову кверху и распушил свой иллюзорный хвост, натягивая на себя перчатки для мытья посуды. «Если уж взялся позориться, позорься до конца», — главный девиз Кирилла Гречкина сразу после: «пей всё, что горит и содержит спирт».       — Может тебе сразу и отсосать? Засекай! — выкрикнул Кирилл. — Сколько сейчас времени?       Лёша хотел что-то сказать, но вместо этого лишь хмыкнул и закинул ногу на ногу. Парень достал из кармана телефон и произнёс:       — Девять двадцать пять.       — Ровно в одиннадцать двадцать пять вся посуда будет вымыта, — тоном, не терпящим возражений, заявил Кирилл, приступая к делу.       Макаров одним взглядом говорил: «давай, я жду шоу». А шоу уже начиналось: Кирилл неловко выдавил на губку слишком много моющего средства за раз, громко и максимально грязно выругался и со вздохом приступил к мытью тарелок. Честно говоря, запах казался Гречкину и впрямь неприятным, резким и отталкивающим, но он постарался не морщиться и держать лицо.       Первые тарелок пятнадцать оба парня молчали - тишины, как таковой, не было; шума воды и лязга посуды хватало, чтобы не становилось неловко, но провести два часа в молчании казалось не очень привлекательной идеей. Макаров иногда поднимал взгляд от экрана своего телефона и поглядывал на Кирилла, но разговора не заводил. Это начинало подбешивать.       — Слушай, а эта девчушка… Лиза, кажется? Она твоя подруга или как? — наконец заговорил Гречкин.       — Не совсем, она моя сестра, — голос у Лёши был заметно растерянный, похоже он не ожидал от Кирилла такого вопроса.       — Теперь понятно, отчего вы такие беззаботные, — тихо буркнул в ответ Кирилл, беглым взглядом смотря на часы. — Прям как настоящая семья, это миленько.       Лёша на этом моменте недовольно нахмурился, выключил телефон и положил устройство в карман. Это не предвещало ничего путного. Похоже, Кириллу не нужно было стараться, чтобы привлечь к себе внимания парня, достаточно просто пороть чепуху, а в этом деле Гречкин преуспел.       — Мы и есть семья. То, что у нас нет родителей не значит, что мы не семья.       Тон чужого голоса давал Кириллу понять, что лучше бы ему прикусить язык и больше эту тему не затрагивать, а ещё лучше замолчать с концами на эти два часа, но он не привык, когда последнее слово остаётся не за ним. Парень смыл пену с тарелки и осторожно поставил её на сушилку, морщась, когда капли воды, стекающие по перчаткам вниз, затекли ему за рукав рубашки.       — Ты меня не так понял, Лёш. Типа… Блять, вы как будто живёте в своём маленьком пузыре, где ваша жизнь такая же, как и большинства детей, — Гречкин не заметил, как с типичной нагловато-заигрывающей манеры речи перешёл на весьма спокойную и несколько неловкую. — Это так необычно, я думал вы, детдомовцы, сами по себе. А вы с сестрой такие… милые, типа.       Кирилл замолчал и опустил взгляд в полную посуды раковины, скрывая неожиданно тоскливый, пустой взгляд. Лёше наверняка смешно сейчас со слов Гречкина, и это справедливо - смотря на такого парня, как он, подобные слова похожи на полный абсурд, но тема семьи для Кирилла одновременно близка и чертовски далека. Он чувствовал себя более одиноким, чем мальчик из детского дома, может от того он так прикипел к Лёше и его сестре взглядом.       А Макаров подозрительно долго молчал и Гречкин снова посмотрел на него, натягивая самую непринуждённую улыбку, которая только была в его арсенале. Лёша выглядел сбитым с толку, но увидев чужую улыбку, неловко улыбнулся в ответ, переминаясь с ноги на ногу.       — Кхм, а ты любишь видеоигры? — резко сменил тему мальчик. — Я вот постоянно бегаю в игровой клуб…       Из головы Кирилла словно выкачали все тяжёлые мысли, и ничего, кроме этого веснушчатого парня, не осталось в целом свете. Гречкин не был фанатом игровой индустрии, но регулярно изучал кучу информации о ней и покупал разные новинки, лишь бы деньги потратить, но всё же он почти всегда был в курсе всех событий о мире видеоигр. И наконец-то это пригодилось.       — Я все новинки отслеживаю! Могу рассказать, времени у нас навалом.       — А давай. Всё равно ты не отстанешь, — повеселевшим и полным энтузиазма голосом отозвался парень, запрыгивая обратно на стол. ***       Правду говорят, что за приятной беседой гораздо проще работать, а время идёт быстрее. Кирилл не привык вести длинный диалог с кем-либо, но в этот раз всё было совершенно иначе: Лёша как будто ворвался и перевернул всё с ног на голову. Хотя нет, скорее уж до прихода этого парня многое стояло на ушах, а он всё выровнял. Конечно, жизнь парой недолгих встреч не меняют, да Гречкин и не планирует, но хотя бы когда этот мальчик рядом всё становится таким… нормальным. Простым, понятным и главное невъебенно приятным.       Гора посуды, которая казалась нескончаемой, таяла буквально на глазах, и Кирилл уже не сомневался, что сможет успеть. Он постоянно бегло поглядывал на часы и, каждый раз понимая, что скорее всего выиграет их маленькое пари, он самодовольно смотрел на Макарова. Единственное, что смущало почти полностью довольного собой Гречкина, это то, что мальчик был спокоен, как удав. Но как это может кого-то волновать, когда до заветной победы осталось буквально несколько ложек и две чашки?       Гречкин посмотрел на часы уже в бог знает который раз в тот момент, когда поставил последнюю чашку на сушилку.       — Есть! Успел! — радостно, но измождённо выкрикнул Кирилл, снимая с себя осточертевшие за два часа перчатки и наклонился, упираясь руками в согнутые колени и шумно дыша, — Я выиграл, сосни хуйца.       И тут Гречкин услышал заливистый хохот и впал в полное непонимание. Он поднял на во всю смеющегося Лёшу очень усталый взгляд, а после стал осматриваться в поисках ещё одной стопки тарелок, но ничего вокруг он не обнаружил.       — Да чё не так? Лёш, чего ты ржёшь?..       Вместо ответа Макаров включил свой телефон и развернул его экраном к своему собеседнику. Время было одиннадцать двадцать восемь. Кирилл почувствовал как его глаза стремительно полезли на лоб, парень стоял и глупо хлопал ресницами несколько секунд, пока шок не прошёл. Гречкин неверяще взглянул на часы и выругался, ударив себя ладонью по лбу.       — Эти часы опаздывают, так? — обречённо спросил он, прекрасно зная ответ.       — В самую точку! — хихикая ответил Лёша, — Я выиграл, но знаешь… Я заметил, что ты смотришь на часы, но не сказал и я согласен на то, чтобы ты просто сводил меня поесть мороженого.       Кирилл не знал: плакать ему или смеяться. Он так уверенно согласился на этот спор и не менее уверенно проиграл, что хотелось провалиться сквозь землю. Парень ещё никогда так глупо не проигрывал, ещё и руки болели, не говоря уже о том, что все эти два часа Гречкин переминался с ноги на ногу, потому что стоять на месте, не двигаясь, было очень неприятно. Точнее пиздец как неприятно.       И самое обидное, что эту грязную работу просто так делать бы не стал, но его просто взял на слабо какой-то мальчишка, так ещё и обставил его. Его! Кирилла, мать его, Гречкина — короля пари и споров.       Хоть это и было не очень-то приятно, но в тоже время Лёша подогрел интерес парня к нему.       «Это даже немного сексуально… Ебать, искал медь, а нашёл золото», — мысленно усмехнулся Гречкин.       — Мороженое говоришь… Ладно, покатит. Беги отпрашиваться у воспиталки, я знаю отличное кафе неподалёку, — согласился Кирилл, чуть нервно облизывая губы. — Тебя же пустят?       — О, не думал, что ты ходишь по кафешкам, — Макаров широко улыбнулся и спрыгнул со стола, на ходу поправляя растрёпанные волосы, — Только если ненадолго. Я быстро сбегаю и отпрошусь, встретимся во дворе, ладно?       Мальчик быстро зашагал к двери, совершенно не замечая, как его спину буравит чуть, явно заинтересованный взгляд Гречкина. Тот без стеснения следил за движениями чужих бёдер, и в голову Кирилла совершенно не закрадывалась мысль о том, что он сейчас нагло пялится на несовершеннолетнего парня и рисует в голове сцены далеко не милых, домашних посиделок на кухне за чашечкой чая.       — Эй! — окликнул Лёшу Гречкин, когда тот уже положил руку на ручку двери. — Может хоть поцелуешь?       Макаров обернулся, на его губах играла, казалось бы, совершенно обычная улыбка, но Кирилл знал, что есть в ней что-то игривое, бросающее ему вызов, хитрое… Ещё и блестящие голубые глаза дополняли образ хитрого лисёнка.       — Я подумаю, Кирюша, — чуть ехидно, с насмешкой ответил мальчик, тут же юрко скрываясь за дверью.       Кирилл замер с чуть приоткрытым ртом, но уже спустя несколько секунд он просто глупо улыбался, думая о таком чуть ласковом, но до одури сексуальном «Кирюша».       — Поцелуешь-поцелуешь… Куда ж ты денешься? — мурлыкал себе под нос парень.