Оленёнок

Мама принесла мне еду, а сама ушла, оставив нас вдвоём.       — Как дела в школе? — спросила я, кладя в рот большой кусок куриного мяса.       — Ой, да ничего нового. Так всё там надоело, что пиздец. В общем-то поэтому я и пришёл к тебе вместо последних уроков, — сказав это, он наигранно улыбнулся исподлобья. Мне сразу же захотелось дать ему смачного щелбана промеж этих хитрых глазок, но Пятифан увернулся.       — А остальные там как? — раздосадовано спросила я.       — Да че другие, нормально там все у них, — Пятифан немного помолчал. — Хотя знаешь, есть кой че странное. Антоха, как с тобой вот это всё случилось, вообще стал сам не свой. Что-то вечно бормочет, избегает встреч, короче ведет себя как шизик. Интересно. И сам Антон не шибко ищет встречи со мной. Сколько народу ко мне приходило в эти дни, но Петрова не было. Всё-таки с этим что-то нечисто.       — Ты, кстати, сама там че как? — спросил Рома, явно опечаленный моими расспросами об Антоне.       — Да знаешь, потихоньку. Сложно спокойно пережить произошедшее, да и бабушка с дедушкой не выходят на связь.       — Не вернулись… — хмуро повторил Рома. — Возможно, уже следует заявить в милицию?       — Мы верим, что они вот-вот вернутся. Слушай, а что если уехать на время? Обратно, в город. Возможно, так будет всем лучше? Ведь до моего приезда у вас тут было относительно спокойно.       — Эй, ну уж нет. Говори что хочешь, но без тебя здесь было скучно. И не накручивай себя по пустякам, в любом случае всегда есть шанс выкрутиться. Как неожиданно и приятно слышать нечто подобное. Тем более от примерного хулигана Ромки Пятифана. Заглянув в окно, я увидела приближающуюся машину. Бабушка с дедушкой? Ну наконец-то! Я постаралась медленно встать. Рома подал мне костыли и помог спуститься по лестнице. Внутри все сжималось. Что же такое могло произойти, что их не было так долго? На пороге стояла бабушка. Выглядела она не очень. Красные глаза смотрели куда-то мимо меня и были наполнены такой тоской, что мороз шел по коже. Мы все внимательно смотрели на нее и ждали, когда же она что-то скажет. Но она молчала. Это же не то, о чем я думаю? По моим щекам полились слезы. Я даже и не заметила, как они начали литься из моих глаз. Мама с папой обняли бабушку. На моем плече появилась теплая ладонь. Рома молчал, но по его глазам я могла прочесть искренние соболезнование. Неужели правда? Нет… Дедушка не мог умереть. Я на сто процентов уверена, что в этом замешаны звери. Теперь они начали действовать, а значит, объявили войну. И увы, мы далеко не в лучшем положении. Теперь, боюсь, даже переезд ничего не сможет решить. Это ведь моя вина? Если бы не моя любопытность, то все было бы хорошо. Было бы, верно? В тот вечер бабушка не проронила ни слова. Думаю, ей очень тяжело, намного тяжелей чем всем нам, потому что все это происходило на её глазах. Дедушки больше нет. Эта мысль заполонила мою голову и с треском билась в ней, словно птица в клетке. Дверь комнаты была открыта, а на первом этаже до самого утра горел свет. Родители очень долго пытались вытащить из бабушки хоть пару слов, но все попытки оказались тщетны. Я очень сильно боюсь. Боюсь за папу, за маму, за бабушку, за ребят со школы. Я подвергла их огромной опасности. Они все в опасности из-за меня. Из-за моей глупой любопытности погиб дедушка. Это все моя вина.