мятная жвачка

Дом Оксаны действительно впечатляющий. Двухэтажный деревянный коттедж с большими окнами и массивной парадной дверью. Перед домом небольшая зеленая лужайка и стоянка для машин, а позади большой и красивый сад с множеством фруктовых деревьев и беседок. Об этом Антон узнал, конечно же, от самой Оксаны, которая все уши ему прожужжала про их недавний ремонт. На первом этаже находятся кухня, совмещенная со столовой, гостиная, кабинет отца, ванная комната и прачечная. На втором располагаются четыре спальни, каждая из которой имеет собственную ванную и санузел. Да, не выгодно и не экономично, но круто. Оксана кланяется и делает вид, что снимает шляпу: —Родителей дома нет и не будет до завтрашнего вечера. Дом в нашем распоряжении! Прошу на борт. —На абордаж! Припевая песенку "пятнадцать человек на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылка рому!" друзья поднимаются наверх, в комнату Оксаны. Типичная девичья спальня в нежно-розовых и белых тонах. Письменный стол с книгами, ручками и ноутбуком на нем, огромных размеров шкаф с таким же огромным зеркалом и большая двуспальная кровать. Пока Оксана включает фильм, Антон раскладывает их сокровища, купленные в ближайшем супермаркете и разливает ром по бокалам. Шастун уверен—в его "новой" жизни Окс и Джек Воробей помогут ему не свернуть с нужного пути.

***

Я умер? Меня сбил автобус? Это больница? Почему так много света?—первые мысли Антона после пробуждения. Спустя несколько секунд разум все же проясняется, и ему удаётся разлепить глаза. Бежевое одеяло, каштановые волосы на соседней подушке, бокалы, пустые бутылки рома… Чтож, их импровизированная вечеринка на двоих однозначно удалась. Голова начинает болеть и Шастун не зря вспоминает фразу "если выпил хорошо, значит утром плохо". А выпили они просто прекрасно, из-за чего ему сейчас хочется просто выпить аспирин и лечь обратно спать. Парень встаёт в поисках своего рюкзака, в котором, кажется, были таблетки. Его порция аспирина выпита, теперь бы разбудить Оксану. Она быстро выпивает лекарство, не открывая глаз, и что-то мычит, обратно зарываясь в одеяло. Август и одеяло. Ладно. У Антона в голове шумит, а все тело ломит. Наверное, последний стакан был лишним. Ну, или пять последних стаканов. Ему бы в душ, чтоб снова почувствовать себя хоть немного человеком. Взяв зубную щетку, шатен пытается пройти сквозь устроенный ими же армагеддон, ничего не задев. Но, конечно же, по закону несправедливости он за что-то цепляется и с грохотом летит на пол. Больно. Оксана подскакивает на месте и смотрит на парня заспанными глазами. —Боже правый, чем я тебе насолила? Ты пытаешься меня убить? Голова раскалывается…—скулит она.—Что ты тут ковыряешься? Спать ложись, а. Пошатываясь, Антон встаёт и трёт ушибленное бедро. —Прости, Окс, я не специально. Мне бы в душ. —Иди в спальню напротив,—машет на дверь.—Мне необходимо ещё часов тридцать, чтобы снова стать живой,—Суркова зевает и ложится обратно в кровать. Выйдя из комнаты, Антон направляется к двери напротив и открывает ее. В спальне темно. Темно-синие шторы закрывают большое окно, не давая солнцу проникнуть внутрь. И почему ребята не спали здесь? В такой темноте они бы точно не проснулись. Это одна из двух спален с видом на сад. Пожалуй, парень полюбуется им позже, сейчас как-то не до пейзажей. Но все же, Антон бы не отказался жить в этой комнате, если она гостевая. На спальню родителей не похоже. Вся мебель из темного дерева и нет ничего лишнего. Кровать, стол, стул, комод и огромная плазма на стене. Слишком чисто. Пахнет приятно-свежей мятой. Закончив с анализом, Антон заходит в комнату, которая интересует его сейчас намного больше. В ванной тоже чисто, но уже светло и ярко. Свет щиплет глаза, и сквозь это свечение парень видит своё спасение. Душ просто королевских размеров, со всякими штучками и пультом управления. Надеемся, Шаста не ударит током.

***

И вот из пара, из душевой кабинки, выходит посвежевший, вкусно пахнущий, красивый мачо. Вру, до мачо ему далеко. Да и голова все ещё раскалывается, так что насчёт свежести ещё тоже подумать надо. Оглянувшись в поисках полотенца и не найдя его, Антон подходит к маленькому шкафчику в углу комнаты, открывает его и берет первое попавшееся. Обмотав его вокруг бёдер, парень открывает дверь и выходит в спальню, но вдруг дергается. Из темноты на него смотрят два голубых злых глаза. Приглядевшись, Шаст понимает, что это мужчина и он, кажется, зол. —Ещё одна шлюха? Как ты узнал, где я живу?—тон был строгим и ледяным.—Ладно, раньше девчонки приезжали, а теперь ещё и парни? Что ты делаешь в моей комнате? —Как ты меня назвал? Ты охуел? Мистер Злые Глазки, как про себя его прозвал парень, начал скользить взглядом по его обнаженному телу, повторяя все изгибы. —Что, понравилась шлюшка? Передумал выгонять? —Кстати, полотенце тоже мое. —Да пошёл ты,—резко развернувшись, Антон прошёл обратно в ванную и закрылся там. —Э, выходи оттуда!—со стороны двери послышались крики, а позже и агрессивные стуки, которые, скорее всего, производились ногой.—Если ты сейчас же не выйдешь, я выломаю эту чёртову дверь и вышвырну тебя сам! —Что здесь происходит?…—из спальни послышался тихий голос Оксаны. Кажется, они ее разбудили. —Окс, он меня шлюхой назвал!—надеясь на то, что подруга поможет ему, крикнул Шастун. —Арс, ты что? Это мой друг! Солнце, прости, он больше так не будет. Выходи. —Пусть извинится сначала. За дверью послышался шёпот, после маленький толчок и шаги. —Черт! Кажется, он не привык извиняться. —Как его зовут? —Антон. —Я приношу свои искренние извинения, Антон,—до искренности здесь как до Китая пешком, конечно же. Поэтому, что-то решив для себя, Шаст взял тюбик зубной пасты (тоже мятной, кстати) и выдавил на зеркало, чтобы получилось слово. Закончив, он отходит на пару шагов назад, чтобы оценить результат. Лаконичное "придурок" отлично вписывается в интерьер комнаты и прекрасно описывает самого хозяина. Подтянув полотенце, Антон все же открывает дверь и выходит из ванной, бросив полный презрения взгляд на мистера Злые Глазки. Парень идёт обратно в комнату Оксаны, чтобы наконец переодеться. —Вот вы и познакомились с моим братом,—слышится со стороны двери. —Мда, такая себе встреча,—Шаст начинает смеяться, а Суркова качается головой, хоть ее это все тоже забавляет. Думаю, Арсений с Антоном теперь точно не станут лучшими друзьями. И ни одного этот факт ни капли не смущает.