—Вы своими криками разбудили мой умерший организм, поэтому сейчас мы идём на кухню и ты готовишь мне завтрак,—ругается Окс, пока они спускаются с Антоном вниз.
После утреннего душа и той стычки с мистером Злые Глазки парень полностью привёл себя в порядок.
—И что же у нас на завтрак? Ром с колой?—наблюдая за реакцией подруги, спрашивает Шаст.
Оксана зеленеет и прикрывает рот рукой, как бы сдерживая рвотные позывы, после поворачивается и грозит пальцем.
—Молчи, а то отдам тебя моему брату на растерзание.
Пф, тут скорее я его растерзаю. Напугала.
—А что, он у тебя местный мучитель?
—Нет, он мой рыцарь и защитник,—тепло улыбается Суркова.
Парень садится на стул, а девушка, хихикая, открывает холодильник, залезая внутрь почти на половину.
—Окс, знаешь, за что я бы сейчас душу отдал?—ухмыляясь, спрашивает Шастун.
Девушка поворачивается, поднимает брови и смотрит удивленно.
—За большую чашку свежего кофе. Было бы идеально,—парень мечтательно прикрывает глаза, после чего умоляюще смотрит и продолжает воодушевленно.—Сваришь?
—Почему это я? Ты хочешь ты и вари,—машет рукой в сторону плиты Окс, продолжая копаться в холодильнике.
—Я ж гость, а гости не готовят,—Шастун радостно хмыкнул и улыбнулся.
—Ладно, гость, но только сегодня.
Оксана поворачивается к шкафчикам и достаёт все необходимое: кофе, турку, корицу. Выглядит многообещающе.
Антон кладёт голову на сложённые на столе руки и отворачивается к окну. На улице светит солнце. Парень чувствует себя очень даже хорошо (похмелье не в счёт). Никто не достаёт своими нравоучениями и боль в груди ощущается меньше. Наверно, он скоро придёт в норму. Все-таки уехать было хорошей идеей.
Вдруг запахло чем-то горелым.
—Черт, Оксан, ты кофе жаришь, чтоли?—догадавшись, в чем дело, спрашивает Шастун.
—Блять, опять убежал!—она озадаченно смотрит на коричневатую жидкость, уже начинающую стекать на пол.
Парень вскакивает с места и идёт к плите, чтобы снять с неё турку и поставить в раковину.
—Епт, да выключай, Суркова!
Друзья сталкиваются, турка падает и, разбрызгивая содержимое, оказывается на полу. Шастун судорожно проводит руками по ногам, чтобы смахнуть горячие капли и матерится себе под нос.
—Сука, горячо! Блять! Ничто не бодрит с утра лучше, чем кофе, опрокинутый на ноги, верно?—начинает смеяться парень, оглядывая подругу.
Оксана смотрит на пол, на себя, снова на пол, поднимает взгляд на Шаста и тоже заливается хохотом. Не очень доброе утро.
—Отстойный ты бариста, Суркова. Даже не думай устраиваться в кафе, ты сваришь посетителей.
—Я и не собиралась,—Оксана наигранно обижается, а после продолжает.—Теперь вари себе сам кофе, а то это явно не для меня.
—И кто же тебе его варит?
—Старбакс. А дома…—она переводит взгляд за спину парня и улыбается.
—Я,—слышится надменный голос со стороны двери.
Шастун медленно оборачивается и видит мистера Злые Глазки. Ну конечно. Арсений раздражённым взглядом окидывает беспорядок, что устроили друзья и злобно выдает:
—Что, малявки, ничего самостоятельно сделать не можете?
Вот противный.
—Арс, свари нам кофе, пожалуйста,—щебечет Оксана и строит мордочку кота из "Шрека".
Надо будет взять парочку уроков.
Арсений тяжело вздыхает, подходит к сестре и взъерошивает ее и без того спутанные волосы.
—Ладно, только убери здесь сначала.
Боже, я сейчас умру от этой семейной идиллии.
Семья, точно. Шастун решает, что надо бы своим родителям позвонить, они же волнуются. Хотя он всегда был самостоятельным парнем, а тут даже записку оставил. Значит никакие инопланетяне его не забрали. Он всего лишь уехал непонятно куда и непонятно к кому. А вот и текст той записки:
"Уехал к подруге, когда вернусь, не знаю. Антон".
—Ээ… мне нужно позвонить, скоро вернусь.
Оксана кивает, а Арсений делает вид, что не замечает парня вовсе. В принципе, его это устраивает. Он и не собирался заводить здесь друзей. Точнее, собирался, конечно, но этот напыщенный индюк им точно не будет.
Шастун поднимается наверх и заходит в комнату, где проходила их пиратская вечеринка. Он смотрит в свой рюкзак, находит телефон и берет его в руки. Два пропущенных. Парень давно не отвечает на незнакомые номера, так как это может быть кто-то из сладкой парочки предателей. Сообщение тоже от незнакомца:
"Возьми трубку, нужно поговорить, я все объясню. Пожалуйста"
Антон заносит все номера в чёрный список и трёт переносицу. Он устал от них и не хочет слышать никаких оправданий. Ему нужно просто абстрагироваться и не вспоминать когда-то близких ему людей. Парень не желает им ничего плохого, честно, но пусть отстанут от него.
Нужно поговорить с мамой. Шастун надеется, что она не начнёт тему "всеобщее прощение" и набирает номер. Слышатся гудки, а после голос родительницы.
—Привет, милый,—отстранённо, как у робота.
—Привет, мам.
—Как ты? Уехал внезапно, но молодец, что записку оставил,—и ни единой нотки волнения.
—Все хорошо, я в Питере у подруги, побуду здесь какое-то время.
—Конечно, если ты считаешь, что тебе это нужно. Может обдумаешь все и согласишься наконец-то…
—Мам! Прости, мне пора,—Антон быстро кладёт трубку и шумно выдыхает.
Вот и поговорили.
Шастун закрывает глаза руками и сидит так некоторое время, пока дверь не открывается и он не видит голову Оксаны.
—Пойдём, шпала моя, буду кормить тебя королевским завтраком!
И ему сразу легчает.
***
—А ты всегда такой агрессивный или только когда голодный?—уже сидя за столом, вдруг подаёт голос Арсений.
—Голод тут совсем не причём, все дело в самовлюбленных придурках,—закатил глаза Антон.
Арсений иронично выгибает бровь и смотрит прямо в глаза.
—Значит, на самом деле ты милая принцесска?
—Ага, и какаю зефиром. Таких милашек ты ещё не встречал.
—Да таких милашек нужно в изоляторе держать.
Что с ним не так? Он специально меня бесит?
—Арс, ты можешь вести себя не как идиот?—вторя мыслям Шастуна, спрашивает Оксана и строго смотрит на брата.
Не может, потому что он и есть идиот.
—Конечно могу, но не с двухметровыми злостными вредителями,—смотрит на Шаста, а тот тихонько хихикает. Намёк на его маленький утренний сюрприз?
Антон пытается изобразить саму невинность и делает заинтересованное лицо.
—О чем это ты?
—Ты знаешь, о чем, принцесса,—принцесса? Серьезно? Вот эта дылда—принцесса? Шаст прыскает в кулак, представляя себя в пышном розовом платье и короне.—С рук тебе это не сойдёт, даже не думай.
Антон улыбается, но улыбка тут же сходит с его лица, когда он встречается со взглядом голубых глаз напротив. Арсений дьявольски усмехается и переключает внимание на свой завтрак. Он же шутит? Да и что он может сделать? Ничего. Верно?
***
После завтрака, избавившись от всех симптомов похмелья, Оксана ведёт Антона наверх и заводит в какую-то комнату, напротив той, в которой они спали.
—Твоя спальня,—улыбается Суркова и обводит рукой все помещение.
Его спальня? Но она же находится по соседству с комнатой Арсения и, скорее всего, у них совместный балкон. Шаста этот тип немного пугает, хотелось бы поменьше его видеть. И неважно, что они ближайшие пару недель будут жить в одном доме.
—А там смежный балкон?
—Он разделён, не волнуйся. Да и Арс ненавидит этот вид, даже не пользуется им,—успокаивает его подруга.
—И зачем он тогда выбрал эту комнату? И почему ты не заняла спальню по соседству? Чем вам так сад не нравится? Вид же чудесный.
Оксана заметно грустнеет, но старается не показывать этого.
—Я не помню,—помнит, но не хочет рассказывать.—Раньше Арс любил играть там на гитаре, а эта комната и правда была моей, но потом все изменилось,—парень видит боль в ее глазах.—Не бери в голову. Располагайся,—Оксана натянуто улыбается и уходит к себе.
Ступни приятно щекочет белый ковёр, лежащий посреди комнаты, пока парень исследует новое для себя пространство. Спальня светлая, до обеда не поспишь. Из мебели здесь: большая двуспальная кровать, две прикроватные тумбочки с обеих сторон от нее, стол и шкаф.
Балконная дверь приоткрыта и так и просит выйти наружу.
На улице тепло, даже жарко, что несвойственно для Питера. А от вида, представшего перед парнем, захватывает дух. Как можно его не любить? Огромнейший сад плодовых деревьев—яблони и груши. Между ними проходят мощённые дорожки и расставлены скамейки и даже есть маленький пруд. Он представляет Арсения с гитарой под одной из яблонь и смотрится это очень органично, парень вписывается в этот пейзаж.
Шастун думает, что хотел бы нарисовать это, ведь не зря ходил все детство и юность в художку, но потом отгоняет эти мысли и заходит обратно в комнату, решая заняться чем-нибудь и отвлечься.