важное решение

Аленикова сразу же повезли в операционную, тянуть было больше нельзя. Все это время Ирина была рядом с ним. Держа крепко за руку она молилась, чтобы он жил. Травмы, полученные во время аварии спровоцировали разрыв аневризмы головного мозга. Шансы на жизнь были практически сочтены… Но, ему повезло, ведь повторную операцию проводили доктор Нарочинская и доктор Брагин. Их считали лучшими хирургами института Склифосовского. И не зря, ведь за плечами у них достаточно большой опыт в проведении подобных операций. Аленикову ввели дозу наркоза. Он постепенно засыпал и хирурги смогли приступить к удалению аневризмы. Операция продлилась почти 5 часов. Павлова не могла найти себе места. Она ходила по кабинету считая минуты до конца операции. Она, как врач-хирург, отчетливо понимала, что подобные операции либо заканчиваются успешно, либо — летальным исходом. Ирина старалась прогнать плохие мысли, но это не помогло. Ожидание сыграло с ней злую шутку. В какой-то момент ей вдруг стало не хватать воздуха и потемнело в глазах. Виски стали сужаться и пульсировать настолько сильно, будто их зажали в тиски. Сделав несколько глотков воды ее попустило. Ирине удалось немного поспать. Операция закончилась в 12 ночи, однако и там оказалось не все так гладко. Во время удаления аневризмы Анатолий дважды давал остановку сердца, но все обошлось. Брагин направился в кабинет к Павловой, чтобы рассказать о исходе операции. Ирину разбудил стук в дверь. Она открыла дверь кабинета. — Ирина Алексеевна, как вы? — Олег увидел ее состояние. — Честно? Отлично, — она села за рабочий стол, Олег сел напротив, — Олег, скажи, как операция прошла? — она сильно переживала за Анатолия. — Все в порядке. Аневризму мы удалили, его жизни больше ничего не угрожает. — Он говорил спокойно и размеренно. — Когда он придет в себя? — ей хотелось как можно скорее увидеть Аленикова. — Утром вы к нему можете зайти, — он не стал говорить о том, что произошло во время операции. Он понимал, что этим может только ухудшить состояние своей начальницы. — Спасибо, Олег… — Ирина Алексеевна, мне не нравится ваше состояние. Вас что-то беспокоит? — Нет, я в порядке. — Ну тогда я пошел… — Да, конечно, — она старалась не показывать, что все слишком плохо. Брагин вышел из кабинета и несколько минут стоял около двери — прислушивался. Павлова развернулась к окну, прикрыв глаза. Ее состояние оставляло желать лучшего. Несколько бессонных ночей и высокое давление дали о себе знать. Недолго думая она нашла в тумбочке тонометр. Павлова приступила к измерению давления, которое оказалось слишком высоким. — 140/100. Да уж Ирина Алексеевна до чего ты себя довела… — она сняла манжет с руки и убрала тонометр обратно в тумбочку, — с этим надо что-то делать. Достав из сумочки таблетки от давления, Ирина выпила две. Утром, как Брагин и говорил, Ирину пустили в реанимацию к Аленикову. — Привет, — она оставила невесомый поцелуй на его щеке, что заставило его проснуться. — Доброе утро, милая… — произнес тихо и нежно. — Я скучала… — произнесла блондинка осторожно касаясь ладонью щеки любимого, боясь сделать ему больно. — Как же я переживала за тебя. — Ее глаза наполнились слезами, а голос стал хриплым и предательски дрогнул. — Ира… я тоже… — Анатолий дотронулся до руки женщины своей, сжимая крепче своей, насколько это было возможно. Она не выпускала его руки, словно если она отпустит его, то он исчезнет. — Я люблю тебя… без тебя ничего не имеет смысл. — Ириш…я не должен был… прости. — Произнес мужчина, осознавая всю ситуацию происходящего и сколько пришлось пережить им двоим. — Не говори так, пожалуйста, — она наклонилась к его губам целуя, слезы катились по ее щекам, — я простила тебя еще тогда… не покидай меня больше прошу тебя. Казалось бы самое страшное позади, но ее голос по прежнему дрожал. Мысли о том, что Анатолий покинул бы ее давили, словно сужающиеся стены Павлова всю ночь просидела в реанимации с Анатолием. Впереди их ждало долгое восстановление и новая страница в их жизни. Самое плохое уже позади. Анатолий Борисович медленно, но верно шёл на поправку.