Abyss

Хосок с Тэхеном выходят на задний двор детдома, на все вопросы омеги Хосок лишь хитро улыбается, ничего не говоря. Хосок подходит к старым заборам и постучав по нескольким заборам подряд, толкает один и тот поддаётся, открывая выход. Тэхен удивлён и совсем немного боится. Куда собирается забрать его Хосок? Откуда он знает про этот выход? А вдруг их заметят? Что будет тогда? Когда Хосок берет ладони омеги в свои и шепчет «просто доверься мне», омега понимает. Не важно куда они пойдут и какие будут последствия, главное что вместе. Хосок наклоняется к омеге и оставляет совсем невесомый поцелуй в его макушку, а после и в носик. Зверь Хосока с ума сходит от близости, хочется большего, хочется многого но он отстраняется. Хосок умеет ждать. Он будет ждать омегу хоть вечность. Альфа первый выходит за пределы детдома и придерживая забор омеге, ожидающе смотрит на него. Тэхен идет. С дрожащими ногами, с сердцем который вот вот выпрыгнет из груди, с комом в горле, который не дает сказать альфе все то, что он чувствует. Хосок закрывает забор и берет его за руку. Тэхен не знает, куда ведёт его альфа, его сейчас волнует лишь тёплая ладонь, которая держит его, он смотрит на их руки и улыбается. Наши руки так подходят друг другу, усмехается своим мыслям. Они идут в тишине. Хосок уверенно идёт в известное омеге направление, ведя его собой. Этот выход им сделал Сокджин, чтобы те могли бы иногда сбегать из этой тюрьмы. Хосок с Намджуном и Чонгуком часто сбегали ночью, иногда чтобы просто развеяться, иногда делать грязную работу и заработать хоть какие-то гроши. Через полчаса Тэхен в шоке смотрит на расстеленный плед рядом с маленьким прудом и Намджуна, который аккуратно резал фрукты и красиво оформлял их на пластмассовой тарелке, Тэхен так же успел почувствовать вкусный запах свежевыпеченных булочек, которые были в небольшом пакетике, от чего желудок начал истощение выть. Они находятся в конце какого то старого и заброшенного парка. — Наконец-то пришли блять, — на выдохе произносит Намджун вставая с колени убирая тарелку с фруктами рядом, — если я опоздаю на физику, то тебе крышка, — подходит к Намджун, — доброе утро, Тэхен, — улыбается. — Привет, — все еще в шоке отвечает Тэхен. — Ну, я пошел. — Спасибо, брат, — обращается Хосок к другу, хлопнув того по плечу. Намджун лишь подмигивает тому и уходит. — В идеале, я должен был сначала спросить у тебя, но, — начинает Хосок, встав напротив остолбеневшего омеги, — у нас с тобой свидание, малыш. — Хосок, — Тэхен вдруг широко улыбается, вызывая фейерверки в сердце альфы, и резко обнимает того за шею, — мне никогда не устраивали свидания, — признается, не отпуская из объятий. — Я никогда не устраивал никому свидания, — признается альфа утыкаясь носом в его шею, вздыхает любимый аромат и не может успокоить рвущее наружу сердце. Тэхен не может не скрыть свою радость от услышанных слов, -давай, ты скорее всего голоден. — Очень, — отвечает омега и неохотно отстраняется. — Пикник в середине октября это не самое лучшее решение, но я все продумал и выбрал солнечную погоду, — говорит альфа, и достав из рядом лежащего рюкзака плед, накрывает им омегу. — Ты замерзнешь, — смущённо говорит омега, вытянув руку. Хосок сияет ярче солнца, не понимает, чем он заслужил такое, но безмерно благодарен. Хосок садится рядом с Тэхеном, который укрывает его тоже пледом. Время проходит незаметно, они много смеются, кушают вкусные булочки и фрукты, Тэхен иногда позволяет кормить его с руки, в очередной раз делая альфу счастливым, хотя куда больше? Тэхен чувствует себя самым счастливым человеком во вселенной, чувствует себя на своем месте, не понимает, как он жил раньше без этой приятного и удушающего чувства? Хосок рассказывает какие то смешные и неловкие истории, рассказывает о детстве, о причине его нахождения тут, а Тэхен слушает, впитывает всю информацию как губка и думает, вот бы всегда так. Хосок думает, что так будет всегда. Тэхен тоже рассказывает о себе, друзьях, Хосок с пониманием слушает о том, что двое омег стали его семьей, думая о своих братьев, с которыми они вместе всегда и везде. — Тэтэ, — начинает альфа, а омега удивлённый новому прозвищу, перестает смеяться, — я думаю, это и так понятно, но я хочу сказать, что безумно влюблен в тебя, — с улыбкой говорит, смотрит прямо в душу, — с тех самых пор, как только увидел, понял, что пропал. И я чувствую, что это взаимно, — тише добавляет. — Я не знаю, что нас ждёт в будущем, но я буду делать все, чтобы мы были вместе. Мне без тебя нельзя, -говорит, прислонившись своим лбом к его, — меня выпустят через пол года, знаю, еще есть время, но я обещаю, что буду постоянно приходить, усердно работать, чтобы обеспечить нам хорошее будущее. Возможно, рано говорить об этом, но Тэхен, ты ко мне отныне цепями связан, — усмехается, вдыхая запах жасмина, проводит носом по нежной щеке, — я пойму, если ты не захоч… Хосок не успевает договорить, как чувствует горячие и влажные губы на своих. Омега немного отстраняется, а альфа как завороженный за его губами следит и, нагнувший, легонько касается. Не углубляет, лишь проводит своими губами по его губам, ловит каждый вздох, чувствует как омега слегка дрожит когда альфа обнимает его за талию, притягивая к себе. Хосок сначала целует верхнюю губу, после нижнюю, проводит языком, снова целует, слегка кусать и оттягивает нижнюю губу, почему нельзя так умереть, думает. Хосок чувствует как стены между ними рушатся. Он целует и целует, не может насытиться, остановится, хочется большего, но Хосок поцелуй не углубляет, не вгрызается как оголодавший зверь, хотя ему это стиснутых чуть ли не до треска зубов стоит, запоминает каждый момент. Тэхен в жизни ничего подобного не испытывал, вот оно какое, эта любовь. Тэхен им бредит, все тормоза летят к черту, омега аккуратно взбирается на колени альфы, ведь только там ему и место, Тэхен чувствует горячие ладонь альфы под свитером. — Не возбуждай меня, не остановлюсь, — шепчет в поцелуй альфа. Тэхен и не собирается, но мысль что он возбуждает альфу приятной истомой проходит по телу. Тэхен уже уверено отвечает на его поцелуи. Тэхен счастлив. ***** Намджун успел лишь ко второму уроку, что не может не радовать. Уроки пропускать альфа не собирается, да и не хочет. У него большие планы на жизнь и учеба ему нужна. Альфа не собирается возвращаться к старому, не хочет воровать, торговать наркотой, он хочет себе светлое будущее, он не пойдет по стопам своих биологических родителей. Он станет успешным и им будут гордится соседские дедушки, которые кормили и одевали мальчишку, уверяя, что он обязан стать успешным. Намджун станет, он всем докажет. Торговля наркоты сейчас дает ему малую прибыль, которую он собирает для себя. После того, как его выпустят, он должен найти себе жилье, в первую очередь, потом работу и так далее. Намджу очень этого хочет, желает, жаждет. У альфы до сегодняшнего дня есть комплекс неполноценности, и пусть сейчас, когда вокруг него такие же дети, он не может смирится. Альфа каждую ночь ставит себе цели, иногда они одинаковые, иногда разные, но все они идут лишь к одному — успешности. Намджун много общается с Сокджином, который снимает однокомнатную квартиру и обещает приютить друга у себя. Сокджин устроился работать охранником в одной из компании главы клана Квон, это лишь начало, Сокджин собирается подобраться к главе ближе. И все это он делает для двух людей, покойного отца и Чонгука. Все трое альф являются лучшими друзьями Чонгука, но с Сокджином у них особенные отношения, они оба были друзьями еще в детстве, их семьи прекрасно ладили, парни часто играли вместе. Отец Сокджна был верным другом главы клана Квон, но тот был слишком жаден, когда дело касалось его власти, поэтому, когда глава понял, что отец Сокджина знал слишком много, он того убил, Сокджину тогда было 5. Через год его папа умер он инфаркта и Сокджина привели в детдом. Отец Чонгука хотел забрать его к себе, но ему не позволили, тогда он дал обещание мальчишке, что заберёт того как можно быстрее. Через год его убили. Когда Сокджин увидел Чонгука, он много плакал вместе с ним, тогда они и дали себе слово, что отомстят клану Квон, обязательно. Зайдя в класс, альфа глазами ищет своего друга, и найдя, улыбается. Чонгук сидит рядом с омегой, от которого до этого, сидя рядом с Намджуном, сверлит того взглядом. Омега, правда спит, но и это хорошо. Так или иначе, Чонгук сидит в классе на перемене, это удивительно. — Чонгука, — зовёт его альфа, положив руку на плечо, — мне утром Сокджин позвонил. Чонгук тут же поднимает взгляд на друга, вскинув бровь. — Намджун, не хочешь ли забрать своего друга обратно? — вдруг подает голос золотоволосый омега. — Чего пристал? Видишь, он спит, — возмущается Чонгук. — Ты занял мое место, — зло отвечает, прищурив взгляд, тем самым смешив альф. — А если так… — подает голос Намджун, и опустив рюкзак с плеча, достаёт оттуда пачку красного мальборо, вскинув бровь. — — Запрещенный приём, — на выдохе говорит омега и резким движением хватает пачку с рук альфы, проверяя наличие сигарет. Полный. — Хорошо, но только сегодня, — фыркает и отворачивается. — Брааат, — тянет Чонгук, смахнув несуществующую слезу. — Ага, — улыбается Намджун, — поговорим о Сокджине потом. — Обязательно. Юнги просыпается к третьему уроку, почувствовав нежные прикосновения на своем щеке, Юнги хмурится, отворачивается, а после и вовсе с громким зивков поднимает голову и хорошенько так подтягивается, все еще держа глаза закрытыми. — Мин Юнги, мы вам случаем не мешаем? — слышит строгий голос учителя омега и сразу же выпрямляется, расширив глаза, чтобы те привыкли к дневному свету. — Я… кхм, — голос Юнги с хрипотцой заставляет альфу рядом напрячься, сжимая руки в кулаки, — извините. Учитель закатывает глаза и продолжает рассказывать какую-то тему по истории. Юнги, чувствуя до боли знакомый запах, поворачивается и удивлённо смотрит на альфу рядом, а после на Чимина спереди, который лишь пожал плечами. Омега видел во сне этого альфу, отчётливо чувствовал его запах во сне. Значит, не сон. — Почему ты сидишь здесь? — спрашивает, хотя в душе ликует. — твой друг променял тебя на пачку сигарет. Юнги снова переводит взгляд на Чимина. — Это правда? — спрашивает. — да, — отвечает за него альфа, получив лёгкий удар по руке от Чимина, — я омег не бью, но для тебя сделаю исключение. Чонгук шуточно замахивается, не собираясь того ударять, но резко вскакивает на стуле, когда Юнги его ущипнул. — Ты сделал мне больно, — серьезно говорит альфа, на что омеги лишь закатывают глаза. — Поделишься сигами, — обращается Юнги к Чимину. — Мог бы не говорить, — отвечает. — Злюки, — добавляет Чонгук, и омеги уже собирались что-то ответить, но прозвенел звонок и Намджун потащил Чонгука на выход. Юнги совсем немного загрустил, когда альфа ушел, но решил не думать об этом, а просто пойти в столовую и поесть. Наконец-то. Намджун с Чонгуком сидят во дворе, курят сигарету и делят одну шоколадку, которую он успел спиздить утром у Хосока, на двоих. Альфы решили не идти в столовую, чтобы спокойно все обсудить. — Значит, Сокджин стал охранником одного из людей этого ублюдка, — задумчиво говорит Чонгук, выдыхая табачный дым. — Я удивлен, на самом деле. Приятно удивлен, — улыбается Намджун, Чонгук улыбается в ответ, — он сказал, что не может звонить тебе и навещать, так как за ним постоянно следят, новенький все-таки, установили слежку на телефон. Мне он позвонил через городской номер. — Сокджин очень умный, осторожный. Иногда, я ему даже завидую, — говорит Чонгук. — Ну, — бросив окурок в сторону, альфа поворачивается к другу всем корпусом, — что у тебя с тем прозрачным омегой? — У меня многое, а вот у него, понятия не умею, — пожав плечами, отвечает альфа, — но скоро будет, отвечаю. — Ну-ну, — усмехается. — Нашему герою-романтику все понравилось? -Хосок даже не посмотрел на мои старания, только на омегу, — отвечает, — я очень рад за него, думаю, сейчас они уже все обсудили и… — Трахаются, — перебивает его Чонгук. — Кто трахается на улице в середине октября? — закатив глаза, произносит альфа. — Я. — Ну конечно. — И ты вообще-то, пару раз. — А, точно. И альфы смеются, хотя прекрасно понимают, что Хосок не позволит себе ничего, кроме нежных поцелуев. Хосок очень осторожен, особенно если это касается омеги, о котором о говорит 24/7. Альфы, уже не выдерживая такого, решили сами все устроить. И устроили. — Ладно, — Чонгук встаёт на ноги, — надеюсь Джин подберется ближе к Квону, я в него верю. Пока я тут ненужный, но обещаю, — поднимает глаза к небу, совсем не думая о солнце и и том, что глаза неприятно щиплят, — я отомщю за отца, стоит мне только выйти отсюда, и я заставлю ублюдка на коленях просить у меня прощения и молить, сохранить его жизнь. Намджун настораживается, он чувствует всю серьёзность друга и знает, что он добьётся своего. Но Намджуну страшно за друга, он боится, что друг может стать убийцей. ***** К десяти часам вечера счастливый омега со своим альфой пробираются во двор детдома, постоянно оглядываясь, чтобы их не заметили. Хосок идет спереди, чтобы в случае чего, принять удар на себя и чтобы омега успел сбежать. — Чувствую себя в боевике, — хихикает Тэхен, следуя за альфой и крепко держа его за руку. — — Связавшись со мной, тебе это покажется цветочками, — шёпотом отвечает Хосок и повернувшись к омеге, быстро чмокает того в нос и продолжает идти, — съем твои красные щечки, — улыбается, заставляя омегу краснеть еще сильнее. Парни ловко пробираются к зданию, проходя мимо спящего охранника и прямиком направились к комнате, где спит Тэхен. — Сладких снов, малыш, — говорит альфа, остановившись у дверей комнаты, — спасибо за прекрасный день. — Тебе спасибо. Альфа дотрагивается рукой к щеке омеги, касается нежно, проводит по щеке, опускает вниз, дотрагивается большим пальцем по губам, обводит их контур. Тэхен вновь забывается, берет его руками за обе щеки и притягивает к себе, касаясь своими губами его. У Тэхена сердце дрожит, у Хосока струны его души лопаются. Альфа пол под ногами не чувствует, не понимает, как такое возможно. Любовь меняет людей. — Я люблю тебя, — отстранившись, на выдохе произносит альфа, прислонившись ко лбу омеги своим. Хосок мысленно по сотню раз в день омеге в любви признается, обещает себе, что теперь лично будет говорить, смотря в любимые глаза, касаясь, вдыхать любимый запах. — Я тебя тоже люблю, — шёпотом отвечает омега. Хосоку многого и не надо. Признание омеги это, о чем он даже мечтать не мог. ******** Утро Юнги начинается с громких криков друзей прямо в ухо. — С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! Кричат омеги, дергая омегу вниз, от чего тот плюхается на пол и недовольно рычит на друзей, приказывая отъебаться. — Ты такой котёнок. — Шестнадцатилетний котёнок. Омеги умиляются при виде злого, опухшего и как всегда, вредного по утрам омегу. — Суки, нахуй идите, — и вовсе кричит Юнги, толкая друзей, которые поднимают его и обнимают. Юнги ненавидит свой день рождения. В свой день рождение у Юнги постоянно происходит что-то плохое, ужасное. Например то, что он родился. Омега даже друзьям своим не рассказывал о своем дне рождении, они узнали про это в день, когда подкрались в архив. Омеги на друга обиделись сильно, но забыли спустя пару минут, все потому что знают своего друга. И причину его ненависти прекрасно знают. — Юнгияя, дайка я тебя поцелую, — говорит Чимин, хватая парня за голову и целую его щечки, Тэхен присоединился к Чимину, целуя лоб и носик друга. — Заебали! Юнги отталкивает друзей и встав на ноги, плюхается на свою кровать. Омеги не обижаются на друга, лишь хитро переглядываются и Тэхен протягивает лежащему другу лист бумаги. — Это твой подарок. Юнги ненавидит подарки. Особенно от этих друг больных на голову омег. Стоит Юнги лишь мельком взглянуть на лист как тут же начинает орать. — Ебаный рот Тэхен! Какого блять хуя?! Сука как я вас ненавижу! Ебланы чёртовы! Это же твоя идея, гном ебанный! — хрипло кричит омега, разрывая лист на мелкие кусочки. Тэхен с Чимином в это время валяются на полу, держась за животы и смеясь еще громче криков Юнги. Тэхен, по приказу Чимина, нарисовал голого, привязанного к кровати Юнги, с кошачьими ушками, который стоит на четвереньках а сзади нависший над ним Чонгук, проводящий языком по спине омеги. Юнги, раскрасневшийся от злости, смущения (возбуждения) продолжает проклинать омег, разрывая бумагу, после чего просто нападает на омег и начинает колотить их. ****** Юнги, который мрачнее тучи, следует за лучезарно улыбающимися друзьями, заходит в класс и плюхается на место рядом с Чимином. Худшее начало дня. Тэхен потрепав Юнги по волосам, подходит к Хосоку, который ради любимого омеги приходит на все уроки и даже раньше обычного. Хосок быстро чмокает омегу в носик и садится рядом за партой. — Юнгияя, — трясёт его Чимин, — ну чего ты дуешься, мы не могли иначе, — сдерживая смех, говорит омега. — Чимин, — поворачивает к нему голову, — нахуй иди. — Да я бы с радостью, — вздыхает омега. — Все, больше никаких упоминаний про твое день рождения. — У тебя день рождения? Рядом показывается Чонгук. Юнги уже хочется выть от отчаяния. — Забудь, — стонет, опустив голову на парту. Чонгук переводит взгляд на Чимина и тот лишь пожимает плечами. Альфа опускается на колени рядом с партой омеги и незаметно для всех, берет его руки в свои, заставив того поднять взгляд. Юнги кроет от нежности его взгляда, от прикосновений, от присутствия, запаха. Он всеми силами пытается казаться возмущенным, но чувствует, как эта маска спадает. Чонгук опускает голову и целует его костяшку, повторив это и со второй рукой. Юнги чувствуют разряд тока проходящий по телу, сердце ходуном ходит, а дышать становится тяжелее. Чонгук взгляд поднимает, с днем рождения негромко говорит, улыбается лучезарно. Чонгук встаёт и идет к своему месту по приказу учителя, а Юнги все так же сидит не двигаясь и кажется, не дышит. Омега ловит себя на мысли, что хочет снова почувствовать его губы, этот взгляд, смотрящий с нежностью. Юнги осознает, что уже не просто какая то симпатия или азарт. Это что-то большее. Омега постоянно о нем думает, видит его в мокрых снах, недавно заперся в ванной с его именем на губах. Юнги перестал бороться, он устал бороться. Юнги, смотря на Тэхена, чувствует всю его радость, счастье, любовь, он безумно рад за друга и понимает, что тоже хотел бы почувствовать это, любовь. Во время уроков, Юнги ловит на себя взгляды альфы, но больше не отводит взгляд, как раньше. Смотрит в ответ, заставляя зверя альфы опускать голову, подчиняясь крохотному омеги. Так и проходят все уроки. В столовую альфы и омеги садятся за одним столом, много шутят, смеются. Чонгук якобы случайно касается рук, ног, плеч Юнги, а тот усиленно это игнорирует, успокаивая рвущееся наружу сердце. Хосок и Тэхен сидят рядом, держатся за руки и смотрят друг на друга влюблёнными глазами. Все умиляются с них, называют птенчиками, хотя большинство омег уже настроены против омеги. С тех пор, как они начали встречаться, Тэхен постоянно ловил на себе взгляды Кая, который неотрывно смотрит на него, что очень злит и напрягает Хосока. Он как то хотел подойти к нему, хорошенько так врезать, чтобы больше не смотрел на то, что принадлежит ему. Тэхен его и это навсегда. Омега смог уговорить альфу оставить того в покое и альфа дал слово, что не тронет его, пока тот держит дистанцию с омегой. Намджун поддерживает диалог попутно кушая рис с курицей и повторяя материал по математике. Чимин как всегда громче всех, он душа компании, пародирует учителей, заставляя парней смеяться, не забывает кидать колкие словечки в сторону Хосока с Тэхеном, от которых Хосок смеётся, а Тэхен ударяет его ногой под столом, Чимин так же не забывает упомянуть утренний подарок, говоря, что судя по обстоятельствам, картина скоро оживёт. Альфы, а особенно Чонгук, не понимающий о каком рисунке идет речь, спрашивает об этом омег, которые заливший смехом, отвечают ох, совсем скоро это произойдёт и ты узнаешь, Юнги, который сгорает от стыда, прячет лицо в изгиб локтя, не признавая, что не против этого. Так и проходит почти весь их день. — Если бы я знал, что у тебя сегодня день рождения, то я бы обязательно подготовил вы тебе подарок или сюрприз, — говорит Чонгук, слегка подрагивая от холодного ветра. — Тогда я бы тебя точно послал бы, — улыбается Юнги, смотря на город освещенный фонарями. — Какой же ты вредный, — цокает языком Чонгук, слегка толкнул того локтем. — Какой есть, — пожимает плечами омега. Парни снова сидят на крыше, свесив ноги вниз. Ои обоим приятна мысль, что это стало их общим местом. У них есть что-то общее. Они сидят рядом, касаются плечами и чувствуют ту самую невидимую нить между ними. Юнги еще никогда не было так хорошо и спокойно. Чонгуку тоже. — А если серьёзно, — начинает альфа, поворачиваясь к нему всем корпусом, — что бы ты хотел получить в подарок? Юнги на секунду задумывается, посмотрев на альфу. Он не знает чего хочет в жизни, но он уверен в том, что хочет прямо сейчас. — Хочется всего сразу и одновременно ничего, — говорит, не в силах оторвать взгляда от глаз альфы. — Прямо сейчас, — шёпотом говорит, поднимает руку к его лицу, поправляет волосы, проводит подушечками пальца по щеке, — чего ты хочешь прямо сейчас, Юнги? Юнги кроет. Он Чонгука, его нежности, прикосновений, голоса, взгляда. Юнги пытается держать себя в руках, не реагировать так остро, но глаза рефлексивно прикрывает, трётся щекой об его руку, хочет большего, там, где альфа рукой проводит, глубокие раны вспениваются. А Чонгук словно в трансе, следит на омегой, тает от жара его кожи, больше ничего, кроме омеги, не воспринимает. Омега взгляд поднимает и тонет на дне чужих глаз цвета ночи. Там, на дне этой тьмы, омега свой покой находит. Альфа не выдерживает, наклоняется к омеге, веки прикрывает, его дыханием дышит, с ума от близости сходит. Альфа носом его щеки касается, знает, что уже перешёл черту, не сможет остановиться. Омега медленно ресницами взмахивает, взгляд альфы ловит, смотрит пару секунд и немного улыбается, Юнги взглядом разрешение дал. Чонгук его губ касается, медленно по ним водит, альфа пробует, трётся, губами нижнюю губу прихватывает, боится пошевелиться лишний раз, вдруг это сон, вдруг Юнги в воздухе растворится? Слишком хорошо, слишком прекрасно, до невозможности. Чонгук только что вкус настоящего поцелуя познал, оказывается бывает иначе, думает. Альфа поцелуем показывает как жаждал, как мечтал и Юнги принимает. Дозу за дозой принимает, отдаёт всего себя, чувствует как ладони его бока сжимают, в очередной раз с ума сходит. Омега свой яд под названием любовь ему в губы выдыхает и альфа принимает. Этот поцелуй доказал им, что до той поры, они и вовсе не знали, что такое счастье. Их отвлекает звонящий телефон Юнги, и они неохотно отрываются друг от друга. — Юнгия, тебя директор ищет, пиздуй сюда. ****** — Чонгук блять! Отпусти, меня ждут, — ворчит Юнги, захваченный Чонгуком у кабинета директора. — Отпускаю, — довольно говорит альфа, целуя пунцовые щечки омеги, — ты очень вкусные, — чмокает в нос, — не могу оторваться. — Ну Гук, — стонет Юнги, поймав удивлённый взгляд альфы. — Гук? — улыбается тот. — Тебя полным именем называть? — скрывая смущение, спрашивает альфа. — Называй как хочешь, только дай поцеловать. — Хорошо, скоти… Юнги не успевает договорить, как его затыкают поцелуем. — А вот за оскорбления буду наказывать, — слишком сексуально говорит альфа и отходит от омеги, — заходи, я буду ждать тебя тут. — Не стоит, иди к себе, — отвечает. — Я подожду. Юнги вздыхает и постучав в кабинет, заходит внутрь. Альфа, лет 70ти улыбается омеге и просит того присесть. — Юнгия, во-первых хочу поздравить тебя с днем рождения, — улыбается. — Спасибо. — Юнги, — старик откладывает в сторону журнал и устремил взгляд на омегу, — есть кое-что, что ты должен узнать. -Что? — Не перебивай, пожалуйста. Юнгия, когда тебя привели сюда, мне дали это, — ставит на стол небольшую коробку, — и попросили передать тебе ее к твоему шестнадцатилетию. — Кто? — не понимает омега. — Твои родители. Юнги смотрит на старика как на долбоеба, не понимая что к чему. — У меня нет родителей. — Есть, Юнги. — Нет, они меня бросили. — У них были причины. — Да мне, если честно, насрать, — усмехается Юнги, — и эту штуку себе оставьте, мне она не нужна. — Юнги, они постоянно тебя навещали, — говорит старик, следя за изменениями мимики омеги. — Вы что, издеваетесь? — срывается на смех омега, — в смысле блять навещали? кто? Я их видел? — Юнги, возьми это, — протягивает коробку, — там все ответы на твои вопросы. — Мне это не нужно, — отталкивает коробку омега и встаёт на ноги. — Юнги! — громче зовёт его, подойдя впритык, — не испытывай мое терпение, я исполняю обещание дорогого мне человека! — говорит, повысив голос. — А я причем? Я не хочу узнавать, кто мои биологические родители, не хочу ответов на вопросы. Я сирота и на этом все. — Ты никогда не был сиротой, — тише говорит тот, протягивая тому коробку. — Пожалуйста, возьми. Откроешь, когда будешь готов. Юнги ничего не остается, кроме как взять коробку и бросив директору «спокойной ночи», выходит из кабинета, где его ждал Чонгук. — Что случилось? Я слышал как вы кричали, — беспокойно спрашивает, беря его за щеки, — что это? — глазами указывает на коробку. — Мусор, — пожав плечами, отвечает ему омега, — ничего такого, забей. — Говори. — За плохое поведение, — на выдохе говорит. — Какое такое плохое поведение от моей крохи, — смеётся альфа, чмокнув того за нос, омега улыбается в ответ, — вернёмся на крышу или ты спать? — утыкается носом в его шею, ближе к себе притягивает, обнимает и оставляет короткий поцелуй под ухом, — ты чего так дрожишь? — усмехается, чувствуя дрожь омеги и нарочно провоцирует, оставляет дорожку поцелуев на шее. Юнги, словно расплавленный свинцом, горит. Коробка которую ему дал директор давно уже валяется на полу, омега обнимает альфу в ответ, чувствует его мышцы, жар тела. Чонгук языком мочки уха касается и Юнги кажется, что он умрет от наслаждения. Юнги возбужден до предела, задыхается от чувств, понимает, что правильный выбор сделал. — Ладно, — хриплым, от возбуждения голоса произносит Чонгук, отстраняясь от него, — иначе не смогу остановиться. Юнги хочет кричать, чтоб не останавливался, чтобы продолжал бы, но слово из себя вымолвить не может, лишь быстро кивает и опускается, беря коробку в руки. — Пойдем на крышу, — совладев голосом, говорит омега, — только оставлю это в комнате. — Мусор? — Мой мусор. Чонгук больше ничего не говорит, просто следует за омегой. Юнги заходит в комнату, в котором находятся спящие Тэхен с Чимином, они всегда рано ложатся спать. Юнги прячет коробку под своей кроватью и тихо выходит из комнаты, закрывая двери. — Пойдем, — улыбается ему омега. — Давай. Смотри, — показывает два китката в руках, — спиздил из кабинета математики, — усмехается альфа. — еще бы, — усмехается омега, беря один батончик, альфа протягивает ему и второй, — нет, оставь себе. — Я для тебя взял, — пихает ему в карман толстовки, — из сладкого я выбираю твои губки, — шепчет ему в ухо, нарочно касаясь мочки губами. — Быстрее, нас увидят, — нервно говорит омега и быстрым шагом пошел вперед, вызвав смех у альфы. ***** На огромной пустой крыше, освещённой только уличными фонарями, прямо в метре от края крыши два абсолютно голых переплетеных тела друг другом наслаждаются. Юнги сидит сверху на альфе, двигается медленно, удовольствие растягивает, умирает от чувств. Альфа смотрит на омегу, видит на землю сошедшего ангела, до боли бедра его зажимает, под задницей прихватывает, сам на свой член насаживает, только об его удовольствии думает. Омега как воск плавится, себя ласкать позволяет, альфу своим жаром с ума сводит. Юнги ладонями о его грудь опирается, насаживается, не стесняясь стонет громко, терпение альфы испытывает. У Чонгука на омегу с первого дня стоит, с тем, что этот омега отныне целиком ему принадлежит, поздравляет. — Я люблю тебя, — в губы шепчет ему альфа. — Я люблю тебя, — стонет в ответ омега.