"Бис" для суфлёра

      Грейнджер трансгрессировала в Уилтшир. Оказавшись перед коваными воротами, она тяжело вздохнула. Она многое знала о сэре Гекторе, и, к сожалению, он входил в число волшебников, ведущих крайне закрытый образ жизни. И перед Гермионой стояла задача не просто с ним поболтать, а ещё и убедить его, что они состоят в родстве. Грейнджер знала, что Гектор умрёт в 1963 году. Когда Волдеморт займётся политикой более активно, сэра Гектора уже не будет, а Гермионе, как бы это цинично ни звучало, нужно к тому моменту остаться совсем одной. И желательно быть родом из древней чистокровной семьи, чтобы стать заметной в нужный момент. Поэтому выбор её и начальника ОТ пал именно на этого мага.       Оставалось убедить мистера Дагворт-Грейнджера, что он её дядя. У чистокровных было не принято отказываться от своих родственников. Более того, являлось нормальной практикой, что время от времени в семьях объявлялись неизвестные наследники. После войны с Гриндевальдом многие из страны уехали, потеряв связь с корнями, а вот следующее поколение, возвращаясь, восстанавливало их.       Как знала Гермиона, брат сэра Гектора ещё до первой войны уехал жить в Америку и даже женился там, но детьми так и не обзавёлся. Он умер от драконьей оспы в 1959 году, через несколько месяцев ушла и его жена. Наличие у него взрослой дочери было вполне объяснимо. К тому же братья совсем не поддерживали общение. Так что знакомство с сэром Гектором должно было пройти более-менее гладко. До тех пор, конечно, пока зельевар не решит провести тест на родство. Но у Гермионы имелся способ обойти эту проверку.       Она помаячила перед забором, зная, что охранные чары дадут знать сэру Гектору о незваных гостях. Мужчина оказался терпелив — ждать пришлось долго. Только спустя час ему всё же надоело мельтешение охранных чар, и он появился по ту сторону ограды.       — Что вам нужно? — раздраженно поинтересовался он вместо приветствия.       Гермиона подскочила к воротам и обрадованно посмотрела на мужчину. Он был довольно высоким и в целом вид имел внушительный. Его каштановые волосы уже тронула седина, но они по-прежнему вились и торчали в разные стороны. Карие глаза словно сканировали насквозь, как рентген.       — Добрый день! Сэр Гектор, моё имя — Гермиона Грейнджер. Я дочь вашего брата — Деифоба.       Лицо сэра Гектора переменилось. Из раздраженного оно превратилось в заинтересованное, а в его глазах мелькнуло что-то странное. Он достал палочку и направил её на ворота. Повинуясь движению руки, запоры на них заскользили, открываясь, словно лианы, растущие наоборот.       — Вижу, брат решил продолжить традицию с мифологическими именами?       — Да, мою мать звали Еленой, — отозвалась Гермиона, понимая, что дальнейшие объяснения ему не требуются.       На самом деле правдой было то, что её родители любили Шекспира, в частности — "Зимнюю сказку". Но про Гермиону, дочь Елены, Грейнджер тоже прекрасно знала из мифов и легенд, которые любила.       Они шли в сторону огромного поместья, и Грейнджер с удовольствием осматривалась —территория впечатляла. Вымощенную плиткой дорожку окружали деревья и клумбы с цветами, отчего в воздухе витал чудесный свежий и цветочный аромат. Солнечные лучи слегка пощипывали кожу.       — Звали? — уточнил сэр Гектор спустя некоторое время; Гермионе пришлось мысленно воспроизвести свой последний ответ, чтобы понять, о чём он спрашивает.       — Мои мать и отец умерли от драконьей оспы в пятьдесят девятом году. Какое-то время я ещё жила в Америке, но мне там стало… Тяжело. Я решила переехать в Британию, так как знала, что у моего отца был брат. Я пыталась найти информацию о вас около недели, ведь я даже не знала, живы ли вы. И вот я, наконец, здесь.       Сэр Гектор провёл Гермиону внутрь поместья, в гостиную, куда домовики сразу же подали чай и печенье. Мужчина разлил по чашкам заварку, и Гермиона чуть не попросила добавить ей сливки, когда вспомнила, что по легенде она всю жизнь прожила в Америке. А там не было принято пить чай с молоком. Она взяла в руки чашку и заметила оценивающий взгляд сэра Гектора. Похоже, он думал о том же, о чём и она.       — Мисс Грейнджер, я веду достаточно уединённый образ жизни, — начал он. — Но я, безусловно, не идиот, чтобы отказываться от своей крови. Я правильно понимаю, что вы здесь за тем, чтобы войти в род Дагворт-Грейнджер?       Гермиона смутилась и отставила чашку.       — Если честно, я просто хотела познакомиться с вами, сэр, — осторожно произнесла она, стараясь не переигрывать и выглядеть убедительно.       Тот отмахнулся и откинулся на спинку кресла.       — Бросьте! Зачем вам просто знакомиться с каким-то там стариком, о котором вы только слышали. И, скорее всего, что-то неприятное. Мы не были дружны с Деифобом.       — Вообще-то, он довольно редко упоминал вас, но никогда не говорил ничего плохого.       Сэр Гектор пожал плечами.       — Где вы остановились? — резко сменил он тему.       — В отеле, но…       — И чем вы планируете заниматься дальше здесь, в магической Британии?       — Я ещё не думала, я…       — Чем бы вы ни собирались заниматься, вам нужна будет поддержка! — резко оборвал он. — И лучше чистокровной фамилии вас здесь не поддержит ничто. Другой менталитет, милочка. Ваш акцент, — он указал на Гермиону, и та ещё раз порадовалась своей осмотрительности, — выдаст, что вы не местная. Вас не возьмут даже торговать в лавку, пока хоть что-то о вас не станет известно. А если учесть, как от вас веет тёмной магией, то и подавно!       Грейнджер опешила и совсем не аристократично открыла рот.       — Тёмной магией?       — Наш род издавна славился тем, что мы не чураемся тёмной магии, — гордо, как совсем недавно миссис Принц, кивнул Гектор, — поэтому я чую её за версту. И не думайте, что все остальные не почувствуют.       — Ох, в Британии плохо относятся к этому?       — Ещё бы, — хмыкнул он. — Поэтому вам лучше принадлежать к роду, имя которого бы объяснило это.       — Я правильно понимаю, что вы предлагаете мне войти в ваш род? — удивилась Гермиона. — Для чего вам это?       Сэр Гектор тяжело вздохнул.       — У меня нет наследников. В отличие от брата, я так и не женился и не обзавёлся детьми. Мне нужен наследник, в нашем случае — наследница, а вам нужна поддержка.       — А это не слишком поспешное решение с вашей стороны? — опешила Гермиона. Дала себе мысленную затрещину — удача ведь сама падает в руки... Но взыгравшую совесть было уже не остановить. — А как же узнать друг друга…       — У меня нет на это времени, — просто ответил он. — Я болен, и достаточно давно — расшаркиваться некогда. Мы проведём тест на определение родства и сразу же отправимся в Министерство магии. А потом я приму вас в род с помощью магии.       Гермиона нервно сглотнула. В целом всё получалось даже лучше, чем она могла рассчитывать. Но слишком быстро. Чересчур стремительно и странно — не прошло даже часа, как она переступила порог поместья. Но отказываться сейчас было бы крайне глупо, ведь второго шанса могло и не появиться. И всё же мысли о возможной угрозе закрадывались в голову Грейнджер. Не будь её дуэльная подготовка на столь высоком уровне, что можно было сражаться с Волдемортом, она бы уже бежала подальше от этого поместья.       — И когда вы хотите провести тест? — осторожно уточнила она.       — Да прямо сейчас! Пойдёмте.       Они вышли из комнаты и пошли вдоль тёмного длинного коридора, наполовину обитого деревом, наполовину украшенного бумажными обоями с красивым серебристым узором. По бокам висело множество портретов, с интересом смотрящих на двух волшебников.       Сэр Гектор раскрыл перед всё ещё настороженно-удивлённой Гермионой дверь и пропустил её вперёд. Они, вопреки её ожиданиям, оказались в обычной, хотя и огромной лаборатории. Гермиона с интересом осматривалась. О таком оснащённом помещении можно было только мечтать — прямо хотелось брать и варить зелья. По комнате тут и там шныряли домовики, которые, судя по всему, помогали Гектору. Они с интересом смотрели на вошедших.       — Перерыв на обед, — объявил он. — Все вон, вернётесь через час.       Домовики быстро испарились, и волшебники остались вдвоём. Гектор подошёл к одному из шкафчиков и принялся там что-то искать. Спустя несколько минут он выудил колбочку с зельем и поставил её перед Гермионой. Провёл палочкой над пальцем и капнул каплю крови в мутную белую жидкость.       — Ну же, вы же не боитесь магии на крови, — подтолкнул сэр Гектор.       Гермиона повторила его действия и оставила палочку в ладони, приготовившись колдовать.       Зелье против всех возможных ожиданий окрасилось в зелёный цвет, и на лице Гектора расцвела широкая счастливая улыбка. Гермиона же смотрела на него с опаской, словно он сейчас сообщит, что это первоапрельская шутка.       — Ну что ж, тест пройден отлично! — довольно произнёс он. — Готовы отправиться в Министерство?       Гермиона опешила и вытаращилась на зелье. Она знала, что оно должно было окраситься в розовый. Она была уверена, что так и произойдёт. Увидеть зелёный цвет стало для неё полной неожиданностью.       Гермиона подняла взгляд на Гектора и кивнула, опасаясь, что голос её может подвести. В горле появился неприятный комок.       — Тогда идёмте, чем скорее с этим расправимся, тем лучше!       Он выскользнул из лаборатории, и Гермиона, тряхнув головой, поплелась вслед за ним.       — Можно было и не делать этот тест, — бросил он через плечо, — стоит один раз взглянуть на вас — в глаза тут же бросаются семейные черты.       Гермиона шла вслед за ним, не в силах вымолвить и слова. Конечно, сэр Гектор был прав. Она ведь и сама обратила внимание на его буйные волосы и карие глаза, такие же, как у неё. Но этого просто не могло быть...       Они вошли в каминный зал и, вступив в пламя, переместились в Министерство.       Только оказавшись там, Гермиона подумала о том, что одета не совсем подходяще. Впрочем, вместе с сэром Гектором они составляли идеальную картинку. Он, в развевающейся лабораторной мантии и фартуке с алюминиевыми пластинами, и она, в расстёгнутой серой мантии, под которой надето обычное магловское платье. И оба растрёпанные. Что ж, зато так действительно сразу понятно, что у них много общего. Например, презрение к нормальной одежде.       Дагворт-Грейнджер стремительно шагал в сторону лифтов, Гермиона старалась от него не отставать, но при этом посматривала на волшебников вокруг них. Все разглядывали их с нескрываемым любопытством. Кто-то явно удивлялся, увидев известного затворника, кто-то — незнакомке рядом с ним.       Засмотревшись на какого-то мага, Гермиона не заметила, как её новый родственник остановился, и влетела ему в спину. Она непременно бы упала, если бы он, с невиданной для его комплекции прытью, не развернулся и не схватил её за локоть. Сделал это так быстро и ловко, словно занимался этим всю жизнь — видимо, годы, проведённые в лаборатории, не прошли даром.       — Прошу прощения, — пробормотала она.       — Ничего! Но будь аккуратнее, я не хотел бы расстаться со своей наследницей ещё до того, как официально приму её в род, — громко отозвался Гектор, и Грейнджер удивлённо моргнула.       — Наследницей? — протянул знакомый голос, такой же неприятный, как провалившаяся за шиворот змея.       Грейнджер, вскинув голову и увидев человека перед ними, поняла и резкую причину остановки Гектора, и его намеренно повышенный голос. Холодные серые глаза, знаменитый платиновый блонд. Это был Малфой. Абраксас Малфой. В первую секунду Гермиона подумала, что видит Люциуса, но мгновенно вспомнила, в каком она времени. Да и при дальнейшем рассмотрении отметила, что Абраксас всё же выглядит иначе. Черты его лица казались более мужественными, почти суровыми. А вот укладка была чисто малфоевская. И голос. Противный голос был, похоже, их семейной чертой, как у Принцев — ментальная магия, а у Грейнджеров — расположенность к тёмной.       — Наследницей, — твёрдо произнёс Гектор и, расправив плечи, потянул Гермиону за собой, обходя Малфоя.       Та покорно следовала за ним и теперь смотрела строго перед собой. Поэтому не заметила оценивающего взгляда Абраксаса.       Вскоре они добрались до Отдела регистрации волшебников. Очереди здесь не было; вообще-то, пустовал весь коридор. Гермиона не могла припомнить, был ли этот Сектор в её времени.       Гектор распахнул дверь и провёл Гермиону за собой. Волшебница, сидящая за столом, на котором огромными стопками возвышались бумаги, удивлённо вскинула брови.       — Добрый день! — начал Гектор, плюхаясь в кресло для посетителей. — Я хотел бы зарегистрировать свою родственницу Гермиону Грейнджер, чтобы затем принять её в род. Сэр Гектор Дагворт-Грейнджер, — представился он.       — Здравствуйте, сэр, — пробормотала волшебница, удивлённая таким напором, но быстро взяла себя в руки и продолжила деловым тоном: — В таком случае, вам необходимо заполнить заявку совместно с мисс Грейнджер и поставить свою подпись. Кровью. Также нам необходимы какие-либо доказательства вашего родства. Или можем пройти тест здесь.       Гектор достал из широкого кармана рабочей мантии зелье и поставил его перед волшебницей.       — Мы уже провели свой тест, — буркнул он и подтянул к себе бумаги.       Девушка пару раз взмахнула палочкой над зельем. Заметив скептичный взгляд сэра Гектора, она пояснила:       — Такова процедура. Я должна была проверить зелье на магическое вмешательство, чтобы убедиться, что не было оказано никакого влияния на него.       — Милая моя, я зельевар с полувековым стажем. Если бы я захотел вас обмануть — не знаю, для чего мне это могло бы понадобиться, — я бы это сделал, будьте уверены.       — Ну, мы проверяем это не потому, что вы могли обмануть, а потому, что могли обмануть вас, — осторожно пояснила женщина и покраснела.       Гермиона удивлённо вскинула брови. О возможности подобной проверки она как-то не подумала.       — И для чего этой юной леди это было бы нужно, по вашему мнению? — поинтересовался Гектор, не отвлекаясь от заполнения анкеты.       — Ну, сэр Гектор, мы ведь знаем, что других наследников у вас нет. Если вы примете эту девушку в род, то всё нажитое вами имущество, включая домовиков и титулы, уйдут ей!       Гермиона собралась уже возмутиться и сказать, что ей ничего из этого не нужно, когда услышала смех Гектора.       — Так ведь в этом и смысл!       Гермиона нахмурилась. Волшебница, сидящая по ту сторону стола, пожала плечами и вернулась к своему занятию, а сэр Гектор целиком и полностью погрузился в заполнение анкеты, изредка задавая Гермионе вопросы.       — Оставляем только «Грейнджер»? — поинтересовался он.       — Да, если можно, — осторожно отозвалась та.       — Почему же нет, — буркнул Гектор.       Когда он закончил записи, они поставили свои магические подписи, и Гермиона Елена Грейнджер — так записал её имя Гектор — стала частью рода Дагворт-Грейнджер. С чем их и поздравила сотрудница Отдела регистрации, хотя выражение её лица было далеко от праздничного, поэтому поздравление вышло по-министерски сухим. Прежде чем отправиться назад, в поместье, сэр Гектор решил зайти ещё в Отдел регистрации имущества.       — Всё же мне кажется, что вы слишком торопитесь, — прошипела Гермиона, пока они шли по коридорам.       — Милая, какая разница, сегодня или через год? Да и к тому же мне всё равно, кому достанется моё имущество. Но вообще-то — лучше бы тебе, чем Министерству.       — Вы так уверены в том, что всё нужно делать срочно… Чем вы больны? Вы уверены, что мы не можем вас вылечить?       — Ох, милая, если бы ты училась в Хогвартсе, то несомненно бы попала на Гриффиндор. Только гриффиндорцы могут так самозабвенно жалеть умирающих малознакомых стариков.       — Да? А на каком факультете принято отписывать своё имущество и принимать в род первых встречных? — вернула колкость Гермиона.       — На Слизерине, конечно! И я, кстати, его прекрасный представитель. Ты пришла ко мне, чтобы просто познакомиться, а я воспользовался ситуацией и сделал тебя наследницей рода. А потом ещё и обучу, и ты продолжишь моё дело в благодарность за всё, что я для тебя сделал.       Гермиона тихо рассмеялась.       — Это довольно… Хитро!       — Вот, видишь! Быстро схватываешь, девочка.       — А если серьёзно, сэр, то почему вы так уверены, что вам осталось недолго? Выглядите вы просто отлично, — заметила Грейнджер.       — Так ведь это семейное проклятие, разве отец тебе об этом не говорил? — удивился Гектор. — В нашей семье мужчины не доживают до шестидесяти. Я потому и не решился завести семью, чтобы прервать проклятие. А вот мой брат, судя по всему, решил рискнуть. И не прогадал!       Он скрылся за дверью, оставив Гермиону в одиночестве обдумывать его слова. Та наколдовала кресло и присела неподалёку от кабинета. Она погрузилась в свои мысли, стараясь осознать всё, что произошло за последние полтора часа. Этот день был поистине богатым на события. Она бы не удивилась, если бы внезапно появился маг, который предложил бы ей выйти замуж и нарожать ему кучу детишек.       Она постаралась вспомнить генеалогию своей семьи. Насколько она знала, родители отца прилетели в Англию из Америки. И дедушка действительно не дожил и до шестидесяти. Какова же вероятность того, что и её отец не дожил бы до этого возраста?       Её размышления прервал задорный смех. Гермиона подняла непонимающий взгляд на Гектора, вышедшего из Отдела регистрации.       — Изумительное кресло! Ты сильна в трансфигурации, девочка, — одобрительно покивал он.       — О, спасибо, — смущённо выдавила Гермиона и покосилась на своё творение.       Кресло и впрямь выглядело впечатляюще и несколько претенциозно. Обитое зелёным бархатом, с резными деревянными ручками и золотой вышивкой. Гермиона сотворила его не задумываясь. Видимо, её силы восстановились окончательно.       Грейнджеры направились в каминный зал и, бросив летучий порох в пламя, вышли в гостиной поместья.       — Думаю, нам стоит пообедать, — предложил Гектор, взглянув на часы. — А после этого я расскажу тебе об особенностях вступления в наш род. Вечером проведём ритуал. А с завтрашнего дня займёмся твоей учёбой и обсудим твоё будущее.       Деловито потерев руки и развернувшись, Гектор направился в столовую. Гермиона, привыкшая контролировать каждую, даже самую незначительную мелочь в своей жизни, не могла избавиться от ощущения, что что-то идёт не так. Она не любила, когда контроль над ситуацией был не в её руках. Но сейчас покорно следовала за родственником, мысленно приказывая себе держаться спокойно.       Войдя в столовую, Гермиона обомлела. Нет, она не в первый раз находилась в поместье древней семьи, где ценности накапливаются годами — она даже как-то была в Малфой-мэноре уже после войны, когда хотела помочь Драко, но конкретно этот дом впечатлял её всё сильнее и сильнее, с каждой проведённой в нём минутой. И впечатление, к слову, было приятным. В отличие от столовой в Малфой-мэноре — огромной и белой, как палата в больнице — эта была средоточием всех мечтаний Гермионы. Комната была размером с квартиру, которую она снимала, пока работала в министерстве, но при этом не смотрелась вычурно. Она была обставлена в классическом английском стиле: в глаза сразу бросался массивный стол из красного дерева с резными ножками-колоннами, окруженный столь же массивными стульями, отделанными мягкой кожей. Вдоль стен располагались громоздкие шкафы с изящно вырезанными узорами; домовики уже левитировали из них посуду, накрывая стол к обеду. Огромная арка вдоль длинной стены открывала вид на кухню, на которой тоже трудились домовики.       Рассматривая всё это великолепие, Гермиона поймала себя на мысли о том, что ей хочется немедленно переодеться в элегантное длинное платье и показать все вышколенные за полгода подготовки манеры.       — Впечатляет? — поинтересовался сэр Гектор, проследив за её взглядом.       — Не то слово, — пробормотала Гермиона.       — После обеда я покажу тебе библиотеку, думаю, от неё ты придёшь в ещё больший восторг!       На слове «библиотека» мозг Гермионы окончательно отключился. Судя по всему, её взгляд на сэра Гектора выдал Гермиону с потрохами, и мужчина тихо рассмеялся.       За обедом Гектор, как и Гермиона, читал газету. Судя по всему, это была ещё одна семейная черта. Домовики покачивали головами, наблюдая за этой умиротворяющей картиной. Гермиона впервые за всё время читала магические новости. Она изредка задавала Гектору уточняющие вопросы, чтобы не вызывать подозрений о своей осведомлённости. На самом деле в этом плане её подготовка была выше всяких похвал. Гермиона знала наизусть все новости на ближайшие двадцать лет чуть ли не до минуты. Она понимала, что будущее будет меняться из-за её нахождения здесь, но всё же не на все события могла бы оказать влияние.       Поблагодарив домовиков за вкусный обед, Грейнджеры переглянулись. Как выяснилось, Гектор вполне уважительно относился к маленьким помощникам. Впрочем, это было видно даже по их внешнему виду: все были чистыми, бодрыми и носили наволочки с гербами рода Дагворт-Грейнджер. Гермионе было грустно представлять, что с ними случилось в прошлом, после смерти Гектора. Скорее всего, они всю оставшуюся жизнь вспоминали прежнего хозяина. В чистокровных семьях часто ужасно относились к домовикам.       Прежде чем отправиться в библиотеку, Гектор решил показать Гермионе поместье. Он провёл её по всем комнатам, избегая закрытые. Гектор объяснил, что не пользовался большинством из них, потому что ему вполне хватало четырёх-пяти, чтобы работать и отдыхать. Он осторожно уговаривал Гермиону перебраться к нему в поместье, не подозревая, что та сама только об этом и мечтала. Она буквально влюбилась в этот дом. Несмотря на свои впечатляющие размеры, он выглядел очень уютным. В каждой детали прослеживался излюбленный Гермионой английский стиль — богатый и сдержанный. С одной стороны, поместье располагало к приёму большого количества гостей, с другой стороны, стоило зажечь несколько свечей и растопить камин, как атмосфера становилась более тёплой, семейной, располагающей к отдыху. Потолок с лепниной, люстры с хрустальными подвесками, на окнах многослойные шторы, бумажные обои с плотным рисунком — все эти детали составляли непередаваемую умиротворяющую обстановку.       Библиотека в первую очередь поражала количеством книг. Гектор не ошибся, когда предположил, что Гермионе это понравится. Да она душу была готова продать за то, чтобы обладать всем этим! Не давая возможности осмотреться, Гектор провёл Гермиону к центру комнаты, где на мягком ворсистом ковре стояли два массивных коричневых бархатных кресла и небольшой столик. Он сел напротив Гермионы и невербально призвал большой фолиант из глубин библиотеки.       — Это, — он указал на книгу, — всё, что нужно знать о нашей семье. Не сомневаюсь, что ты захочешь узнать историю рода. Но сейчас я бы хотел вкратце объяснить, на что ты подписалась, когда согласилась провести тест на родство.       Гермиона часто заморгала и нервно сглотнула. Не то чтобы Гектор выглядел угрожающе, но всё же было немного страшно.       — Вы меня пугаете, — призналась она.       — О, — отмахнулся он, — расслабься. Ничего серьёзного. Просто войдя в наш род, ты станешь моим представителем в Визенгамоте, — он загнул один палец, — станешь меня представлять в зельеварческой ассоциации, ну и, естественно, продолжишь моё дело! Ты видела, какая большая у меня лаборатория? Было бы очень жалко, если бы всё это кануло в небытие!       Гермиона незаметно выдохнула. Она и сама не заметила, как задержала дыхание. Условия Гектора никак не разнились с её планами. В чём-то она даже выигрывала.       — Я соглашусь только при одном условии, — начала Гермиона. Встретив заинтересованный взгляд, она продолжила: — Мы всё же постараемся узнать о проклятии, наложенном на наш род.       Гектор рассмеялся и легко на это согласился. Он обещал посвятить Гермиону во все фамильные тайны, но только после того, как она на магическом уровне станет частью семьи.       — Думаю, завтра нам нужно будет отправиться в банк и указать тебя как моё доверенное лицо, негоже такой молодой девушке ходить без средств…       — О, не беспокойтесь, сэр, я открыла счёт сразу по прибытии. Не могла же я ходить с огромным количеством золота в кармане.       Гектор приподнял бровь.       — Я полагал, что ты приехала в нашу страну без денег.       — Я уже большая девочка, — усмехнулась Гермиона. — У меня достаточно средств, чтобы купить несколько домов по соседству с вашим, — добавила она.       Гектор о чём-то задумался на несколько мгновений и кивнул.       — Тогда я не вижу твоей выгоды в том, чтобы соглашаться на мои условия, — протянул он и склонил голову набок, — честно признать, я считал, что ты и искала-то меня, надеясь получить приличное наследство.       — О, — протянула Гермиона, — нет, это не так. Я действительно искала вас, чтобы познакомиться. Но не думайте, я теперь отсюда никуда не денусь. Не после того, как вы показали мне свою библиотеку!       Шутка немного разбавила напряжение в комнате.       — Что ж, тогда, думаю, тебе следует отдохнуть до вечера, пока я подготовлю всё необходимое для ритуала. Черри проводит тебя во временную комнату, пока твою готовят.       — Хорошо, спасибо, — проговорила Гермиона и встала с места. — А насчёт банка, я всё же думаю, что имеет смысл объединить наши ячейки, чтобы не платить годовое содержание за два отдельных сейфа. Триста галлеонов в год! Они с ума сошли!       — Меня пугает то, как много у нас с тобой общего, — усмехнулся Гектор.       Гермиона вышла из библиотеки вслед за домовиком. Войдя в свою временную комнату — которая, кстати, была вполне себе приличной и никак не походила на временную — она достала блокнот, чтобы записать всё, что с ней произошло за часть сегодняшнего дня. И на этот раз её отчёт занял целых десять страниц.

* * *

      — Мой лорд, — Абраксас поклонился. — Я из Министерства, — многозначительно произнёс он.       — Я тебя слушаю, Абраксас, — сухо проговорил Том.       — Сегодня Мальсибер и Нотт заняли новые должности. Мальсибер отныне старший заместитель Главы Совета по Международному магическому сотрудничеству и контролю перемещений. Нотта, как и рекомендовал Мокридж, назначили на должность заместителя Отдела по регулированию магических популяций и контролю за ними.       Риддл кивнул.       — Прекрасно, — сухо прокомментировал он. — Но недостаточно хорошо. Наших людей слишком мало…       — Том, — начал Абраксас, которому было позволено называть Риддла по имени, если отсутствовали остальные последователи, — ты же знаешь, как всё устроено. Никто не хочет вставать с насиженных мест…       — Тогда нужно им помочь, — решительно оборвал Риддл; он явно был не в духе.       — Нужно действовать осторожно, — устало проговорил Малфой.       — Мы действуем осторожно.       — Недостаточно, — коротко произнёс Абраксас. — Быстрая текучка начальников вызовет подозрения. Муди и так присматривает за нами, ты же знаешь, с самой школы.       — Может, стоит убрать его? — как бы невзначай обронил Том; Абраксас знал, что это «брошенное невзначай» — является прямым приказом.       Он покачал головой.       — Трэверс и Крауч не оставят просто так ни его исчезновение, ни его смерть. Ты же знаешь. Они чуть ли не молятся на своего лучшего мракоборца.       Том встал и прошёлся по кабинету, сжимая руки в кулаки. В синих глазах появились алые отливы, что являлось свидетельством того, что он злится.       — Нужно что-то делать, нужно ускориться, — произнёс он. — Кроме Юстина никто не добился успеха! Нужно, чтобы он стал главой Отдела мракоборцев в ближайшее время.       — И он станет. Уверен, что Крауч ему не конкурент.       Они провели в обсуждении ещё час. Абраксас как никто умел успокоить Тома. Он лучше разбирался во всех тонкостях, связанных с традициями чистокровных; с раннего детства отец обучал его, как нужно вести политику. У него был компромат на большинство сотрудников Министерства магии, и он умело манипулировал фактами и данными, которыми обладал. Только поэтому Риддл прислушивался к его мнению. Сам он считал, что нет ничего проще, чем отравить всех начальников и поставить на их место тех, кто был ему нужен. Абраксас же утверждал, что так ничего не выйдет.       — У Нотта тоже есть шанс подняться вверх по ступени. Если предложение Сесила Ли не сработает, его не поставят во главе Отдела…       — Оно не сработает, — твёрдо сказал Том. — Твари следуют за Грейбеком, а он ни за что не решится на регистрацию. Никто из стаи не пойдёт против его воли.       Абраксас качнул головой.       — Так и есть. Ли будет отчитываться о реформе на ближайшем заседании… На котором, кстати, и Дамблдор расскажет о новых школьных реформах… Завтра в газетах появится объявление о его назначении.       Риддл опасно вспыхнул.       — Ты, конечно, знаешь о его предложениях уже сейчас.       — Он хочет сделать обязательными уроки магловедения, — осторожно произнёс Абраксас.       На каминной полке что-то взорвалось. Том втянул воздух через зубы.       — Сигнус должен ему помешать, — практически прорычал он.       — Мы обсудим с ним это в ближайшее время и обсудим стратегию. В конце концов, в школе учатся две его дочери.       Риддл кивнул.       — Что-то ещё?       — Нет, — ответил Малфой и поднялся. Он уже развернулся к выходу, как вдруг вспомнил кое-что: — Хотя. Сегодня в Министерстве я столкнулся с Гектором Дагворт-Грейнджером.       — Зельевар-затворник? — уточнил Том, впрочем, без интереса.       Абраксас кивнул.       — Естественно, я бы оставил это явление без внимания, но он был с молодой наследницей.       — И почему ты мне об этом говоришь? — недоумённо протянул Том, однако даже его недоумение выглядело опасным. — Такое случается в вашем чистокровном сообществе.       — О, я бы вряд ли заметил её. Она такая же, как и её дядюшка — нелепая, с растрёпанными волосами, словно не знает, что такое расчёска, — Абраксас поморщился от воспоминаний. — Но от неё шло такое сильное эхо тёмной магии. Мне показалось, что по силе оно не уступало твоему.       — Вздор, — отмахнулся Риддл. — Естественно, она может владеть тёмными искусствами, как и все Дагворт-Грейнджеры, но сила, сопоставимая с моей? — он злобно усмехнулся. — Уверен, что ты мог спутать это с их общей энергией.       — Хм, — задумался Абраксас. — Возможно. Они стояли рядом.       — В таком случае, будь добр, оставь эту тему. Уверен, что она не представляет для нас интереса. Как и все молодые ведьмы, она поспешит выйти замуж. Вряд ли ей есть дело до политики.       Малфой пожал плечами. Заключения Тома имели смысл.       Попрощавшись, он покинул поместье Риддла.       Том, оставшись в одиночестве, упал в кресло и устало вздохнул. Он знал, что ему некуда торопиться, но сидеть и ждать сложа руки, пока он, наконец, сможет оказывать достойное влияние на политику… Бездействие угнетало.       После десяти лет почти полной изоляции в путешествиях, возвращение к обыденности и необходимости постоянного присутствия других — и часто возмутительно глупых — людей выматывало его.       Он собирался отправиться в Италию, чтобы развеяться. Если конечно, охоту за редким артефактом можно было заключить в такой простой термин.