"Бис" для суфлёра

      В начале сентября случилось два важных события: во-первых, чету Грейнджер наградили Орденом Мерлина высшей степени за прорыв в области зельеварения, а во-вторых, работы, наконец, стало меньше.       С Орденом вышло особенно странно. После конечного тестирования, когда количество зарегистрировавшихся оборотней значительно увеличилось — почти семьдесят человек, учитывая детей, и практически все обитатели Лютного — министр вдруг начал вставлять палки в колёса. Гектор, сцепив зубы, тысячу раз заполнял всё новые и новые бланки, прикладывал расчёты и перерасчёты, вычитывал количество ингредиентов, которые потребуются в ближайшие пять лет — Сектор, отвечающий за магическую экосистему, вдруг озаботился, не будет ли нарушена природа из-за чрезмерного использования некоторых видов трав. В общем, как в итоге Дагворт-Грейнджер и Сметвик добились регистрации зелья, Гермиона не знала, но факт оставался фактом — кому-то было невыгодно их зелье. И если бы не знакомые в Министерстве, скорее всего, антиликантропное запатентовали бы совсем не скоро.       Получать награды Гектор отправил Гермиону одну, воспользовавшись положением главы рода. Всё прошло быстро, сухо и официально. Если бы на выходе её ещё не подловили журналисты — было бы совсем замечательно. Министр настоял на интервью. Так что пятого сентября появилась новая статья о «Спасителях магического мира». Тираж разошелся так быстро, что его печатали ещё дважды.       Из-за такой внезапной популярности у Гермионы возникла проблема — её стали узнавать на улице. А так как свободного времени у неё теперь было больше, покидать поместье она стала чаще. Был в популярности и положительный момент — мороженое у Фортескью ей предлагали бесплатно. Кроме этого, ничего хорошего не было.       Выходить из дома без чар, отвлекающих внимание, после нескольких инцидентов Гермиона не решалась. Когда появлялось свободное время, она надевала на себя пару артефактов и отправлялась в кафе, расположенное неподалёку от Министерства. Выбор этого места был, конечно, обоснован — она выслеживала Эмис Шеклболт. Гермиона часто ненароком сталкивалась с ней, перекидывалась парой фраз, иногда присоединялась к ней за обедом. Эмис охотно общалась с девушкой, которая была моложе её на десять лет. Наверное, Гермиона была для неё чем-то наподобие домового эльфа для самой Гермионы — отдушиной из-за недостатка общения. Эмис служила личным секретарём министра и была одной из немногих женщин в Министерстве.       Встретив Эмис в десятых числах сентября, Гермиона привычно заняла место за её столиком.       — Привет, — улыбнулась она, — рада тебя видеть.       Эмис расплылась в широкой улыбке, которая ей так шла.       Вообще она отличалась от многих женщин этого времени: надевала мантии на обыкновенные магловские платья, не особенно следила за манерами — «какие манеры, Гермиона, когда на приём пищи у тебя чаще всего не больше десяти минут?» — и редко скрывала эмоции. Нет, когда было нужно, Эмис с впечатляющей скоростью преображалась в истинную аристократку. Но в этом кафе Гермиона встречала обычную работающую женщину. Такую же, как и она сама.       — Здравствуй!       — Как дела, как Кингсли? — поинтересовалась Гермиона, устраиваясь поудобнее.       В ожидании заказа Грейнджер всегда отвлекала Шеклболт от бумаг, за что та была ей очень благодарна. Порой она забывалась в работе настолько, что потом не помнила вкус еды. И ела ли вообще.       — Замечательно, — улыбнулась Эмис; она с громким шелестом перекладывала бумаги и время от времени фыркала, окидывая листы строгим взглядом. — Мы наконец смогли убедить его, что нет ничего страшного в том, что он попал на Гриффиндор. Хотя для начала мне пришлось убедить в этом Айрона.       Гермиона улыбнулась.       — Это, наверное, была непростая задача?       — Так и есть. Айрон утверждал, что все поколения Шеклболт, с того момента, как перебрались в Британию, учились исключительно на факультете Когтевран, — она подняла голову от бумаг и состроила хитрые глаза, — но я-то знаю, что шляпа предлагала ему Гриффиндор.       Тут принесли их заказ — в этом кафе работали сквибы, и заказы разносили вручную, за что Гермиона ценила сие заведение ещё больше, — и разговор пришлось на время прервать. Пообедав, ведьмы вернулись к обсуждению факультетов, иногда Эмис рассказывала что-то о делах министра, но ничего такого, что могло бы заинтересовать Гермиону.       Внезапно глаза Эмис округлились. Она взглядом показала Гермионе обернуться.       По улице, неподалёку от их кафе, прогуливались Юстин Лестрейндж и Эйлин Принц. Гермиона удивилась, но вряд ли это была та реакция, которую ожидала увидеть от неё Эмис, поэтому она постаралась состроить недоумённое лицо.       — Это же Юстин Лестрейндж и Эйлин Принц, — склонившись к ней, прошептала Эмис; её глаза озорно блеснули, предвещая хорошую сплетню. — Юстин — отец-одиночка, из очень известной семьи. А Эйлин на несколько лет пропадала из магической Британии, но сейчас вернулась с сыном, — торопливо начала пояснять она. — Но она тоже представительница древнего рода. Ох и злилась же её мать, когда она сбежала к тому маглу, — Эмис покачала головой. — Так вот, я их уже второй раз вижу вместе. Ставлю свою палочку, что в течение года мы увидим объявление о помолвке!       — О, — протянула Грейнджер. — Думаешь, всё настолько серьёзно? Я встречала Юстина на приёме у Слагхорна…       — Надеюсь, ты не положила на него глаз? — уточнила Эмис.       — Что? Нет! — воскликнула Гермиона, и тут же тихо повторила: — Нет, конечно, о чём ты! — она фыркнула. — Мы познакомились на приёме у Слагхорна. После дядя рассказывал мне, что Юстин ищет невесту, — она забарабанила пальцами по столу, — точнее, предостерегал.       Эмис снова сверкнула чёрными глазами.       — И правильно.       — Почему? — поинтересовалась Гермиона. — Он… С ним что-то не так?       — О, нет, конечно, — отмахнулась ведьма. — Просто два ребёнка… Ты была бы для него выгодной партией, несомненно. Но он для тебя? Вряд ли, — Эмис пожала плечами. — Я бы на твоём месте замахнулась на Малфоя.       Грейнджер нервно рассмеялась. Будь она в своей прошлой жизни, она бы истерично хохотала.       — Нет уж, спасибо, — она покачала головой. — Он для меня… Слишком.       Эмис склонила голову к плечу и пробежала оценивающим цепким взглядом по собеседнице.       — Вообще-то, если хочешь, я могла бы тебя кое с кем познакомить, — предложила она тоном, очень похожим на фирменный взгляд Горация. — Ты слышала о Нобби Личе?       Гермиона подавилась воздухом. Слишком уж часто всплывала эта фамилия в последнее время. Судя по всему, Эмис кое-что знала о том, что Лич метит в министры.       — Нет, спасибо, — она постаралась мило улыбнуться, но скорее всего это выглядело как оскал. — Я не тороплюсь… Связывать свою судьбу… С кем бы то ни было, — рвано выдала Грейнджер, тщательно подбирая слова.       Шеклболт, как показалось Гермионе, посмотрела на неё с некоторым одобрением. Странно, она-то привыкла к жалостливым взглядам Горация после своих отказов.       — Что ж, я рада, что в нашей стране ещё остались девушки, которые делают упор на карьере.       Гермиона кивнула. Она тоже была рада, что в этой стране есть такие женщины. В частности — Эмис Шеклболт, которая, конечно, не стала ей подругой, но приятельницей. Несмотря на то, что внутренний слизеринец в Гермионе ликовал, когда она начала сближаться с Эмис только ради выгоды, он заметно поутих, когда та расположила Гермиону к себе. Оставалось только сохранять свои привязанности в тайне.

* * *

      После обеда и короткой прогулки по магазинам с Эмис Грейнджер трансгрессировала в свою комнату. Она тут же принялась разбирать покупки, не оставляя возможности Черри сделать это. Гермиона так увлеклась, что не сразу заметила зуд в области между лопатками. Осознав, что чувствует это, она зависла, не донеся вешалку с платьем до шкафа. Такое же ощущение возникало у неё, когда в поместье приходил Абраксас. Или Гораций — что случалось чаще.       Дядя не предупреждал её о том, что ждёт гостей, и она слегка нахмурилась. Скорее всего, Слагхорн снова явился к старому другу без приглашения. И как только ему позволили покинуть школу? В целом, она была не против того, чтобы встретиться с ним. Несмотря на небольшое раздражение от его порой бестактных высказываний, Гермиона находила общение с ним полезным. Внутренний слизеринец в ней вновь зашевелился, почуяв аромат свежей сплетни.       Гермиона аккуратно сложила рубашку и мантию, которые купила для Гектора, и вышла из комнаты. Остановившись в коридоре, она настроилась на магию поместья, чтобы понять, где сейчас находится Гектор с гостем. Столовая. Раз они в столовой, значит, это определённо Гораций.       Усмехнувшись своим мыслям, она бодрым шагом направилась именно туда. Мысленно Гермиона проигрывала сцены с сегодняшней прогулки. Встретить Юстина и Эйлин на Косой аллее было чем-то тревожным, но одновременно приятным. Эйлин выглядела гораздо лучше, чем четыре месяца назад. Она набрала вес, миссис Принц приодела её, а тепло в глазах очень красило девушку. Теперь Гермиона не могла назвать Эйлин «несимпатичной», нет. При такой — правильной — подаче черты её лица казались благородными, чистыми. А иссиня-чёрные волосы, аккуратно уложенные, а не собранные в хвост, притягивали взгляд не меньше, чем фирменный блонд семьи Малфоев.       — Гектор, у меня для вас подарки. Возражения не принимаются, — почти пропела Гермиона, врываясь в столовую. Гектор прохладно относился к новой одежде, иногда даже резко против, называя это пустой тратой денег.       Она зависла в дверном проёме, поздно осознав, что одну ногу так и не поставила на пол. За столом, на месте, на котором она рассчитывала увидеть Горация, сидел не он. Совсем не он. Настолько не он, что захотелось развернуться и выйти.       Грейнджер почувствовала, как улыбка сползает с лица. Её тело стало каменным, а сердце наоборот зашлось в бешеном ритме. Она быстро метнула взгляд от Гектора к его гостю и обратно. Опустила, наконец, ногу.       — Милая, — немного сконфуженно протянул Гектор, — я думал, ты будешь позже.       — Твилфитт быстро меня обслужил, — оторопело ответила Гермиона на невысказанный вопрос.       Гектор встрепенулся.       — Что ж, — он немного приподнялся, — Том Риддл, — представил он гостя, — моя племянница — Гермиона, — представил он её Тому.       — Приятно познакомиться, — сказали они в один голос.       Приятно не было. Как и познакомиться. Познакомились они раньше, и Риддл, по мнению Гермионы, повёл себя как засранец.       — Присоединяйся, — Гектор указал рукой на её место, — я как раз рассказывал Тому об успехах с последним экспериментом.       Гермиона на деревянных ногах доковыляла до стула, не зная, как себя вести с этим человеком. Это было странно — видеть его в их поместье. И зачем только накладывали столько защитных заклинаний, спрашивается? Зато в голове окончательно сложился пазл. То, что несколько недель зудело на подкорке, наконец дзынькнуло.       Черри поставила перед ней чашку с чаем и сливками, как она любила, а потом вазочку с круассанами, печеньем и прочими сладостями. А потом ещё корзинку с фруктами. Спасибо большое, что сейчас не время обеда и эльфийка не поставила перед Гермионой тарелки с едой. В последнее время домовушка поставила себе цель откормить хозяйку.       — Так значит, это вы — поставщик уникальных рецептов, от которых в таком восторге мой дядя? — спросила Грейнджер, заталкивая мысли о своих болячках подальше.       — Верно, — коротко кивнул Риддл, помешивая чай в своей кружке. — Я нашёл эти древние рецепты в фамильной библиотеке и долго искал зельевара, которому мог бы их доверить…       — Миссис Принц, мастер Белби и Слагхорн, видимо, отказались? — скрывая раздражение, поинтересовалась Гермиона, взяв чашку с чаем в руки, чтобы не показывать дрожь.       И сразу же об этом пожалела — кружка была невероятно горячей. Сцепив зубы, Гермиона приняла самое глупое решение в своей жизни — терпеть. Черри, крутившаяся поблизости, с интересом взглянула на неё и щёлкнула пальцами. Температура жидкости опустилась до приемлемой, Гермиона благодарно посмотрела на эльфийку.       Обычно Черри верно угадывала желания хозяйки, и, возможно, если бы на месте Риддла был Слагхорн, она съела бы все сладости, что подала эльфийка. Сейчас же больше всего на свете ей хотелось выпить яду.       — О, — протянул тем временем Риддл, не обращая внимания на молчаливый диалог Гермионы с эльфом, — я даже не думал обращаться к кому-либо из перечисленных. В конце концов, это не они создали антиликантропное зелье, — он мягко улыбнулся.       Гектор приосанился, услышав завуалированную похвалу. Гермиона мысленно закатила глаза. Каким бы гордым ни был её дядя, как бы сильно он ни разбирался в людях, — на лесть он всегда реагировал одинаково.       — Право, Том, — отмахнулся Гектор, — это наша общая заслуга с Гермионой.       Учтивая маска на несколько мгновений слетела с лица Риддла. Брови сдвинулись буквально на пару миллиметров, но это не осталось без внимания Гермионы. Льдисто-синие глаза прошлись по ведьме оценивающим взглядом.       — В самом деле? — протянул он.       — Да-да, — кивнул Гектор. — Уверен, многие решили, что это только моя заслуга, а племянницу я приписал в соавторы только для того, чтобы она побыстрее получила звание Мастера, но, уверяю вас, это не так! Львиная доля всей работы: расчёты, подбор ингредиентов, схема варки — принадлежит именно ей, — сказал он не без гордости.       Раздаривал похвалу Гектор с тем же энтузиазмом, с каким любил её получать. Гермиона даже не покраснела, зная, что его слова — чистая правда. Ну, почти.       — Удивительно, — протянул Риддл; Грейнджер приподняла брови, поэтому он поспешил пояснить: — Я хотел сказать, что вы ещё так молоды. А рецепт невероятно сложный...       Гермиона просто пожала плечами. Отвечать на грубую лесть она не планировала. Зато Гектор не упустил шанс:       — Видимо, тот факт, что она молода, больше всего зацепил многих волшебников, — весело заметил он.       — Что вы имеете в виду? — небрежно поинтересовался Риддл.       Вот теперь Грейнджер покраснела. Она знала, что это любимая история дяди в последнее время. Её знали уже и Слагхорн, и Сметвик, и даже Миранда — в общем, весь круг общения Гектора.       — О, столько любовных писем наше поместье не видело, — усмехнулся он. — И это ещё при том, что мы поставили мощную защиту. И всё же не менее сотни сов прорвалось сюда! Но самым находчивым я считаю мага, который отдал приказ своему домовику передать письмо с подарком через нашу эльфийку! Такое рвение стоило бы оценить, — добавил он, косясь на Гермиону.       Та в свою очередь покосилась на Черри. Эльфийка не выглядела виноватой. Она считала, что если бы Гермиона и хозяин Чера были вместе, то и у них с Чером был бы шанс. Гермиона же считала, что волшебник, называющий своего эльфа «Стулом», не достоин даже внимания. Это она и озвучила вслух.       Риддл засмеялся. Не так, как Волдеморт. Не притворно, не холодно. Это был искренний смех, затронувший глаза и сделавший черты лица мага ещё более приятными.       — Что ж, это действительно интересная история, — протянул он, отсмеявшись.       Гермиона немного нервно поднялась на ноги, растерявшись. Она готовилась противостоять, сражаться, убивать, даже пытать, если понадобится. Но никто не готовил её к тому, что Том-мать-его-Риддл будет смеяться над её историей. Это было странно и не нормально. Полностью выбивало из колеи.       — Я, пожалуй, пойду в библиотеку, дядя, — вымученно улыбнулась Гермиона, — прошу меня простить, была рада с вами познакомиться.       Она сделала что-то, как она надеялась, похожее на реверанс и, захватив кружку и корзинку со сладостями, вышла из столовой.       Грейнджер упала в своё любимое кресло и, игнорируя зуд между лопаток, призвала книгу фамильных знаний рода Грейнджер. Буквы, увы, складывались в строчки только на бумаге. В голове они никак не желали усваиваться.       Гектор присоединился к ней спустя примерно полтора часа, когда корзинка со сладостями была опустошена полностью, а заметок на закладках, к сожалению, так и не появилось.       — Мне показалось, или этот молодой человек тебе неприятен? — прямо спросил Гектор, усаживаясь в своё кресло.       Этот прямой вопрос имел огромное значение. Гектор практически никогда не задавал прямых вопросов.       Гермиона неопределённо повела плечами. Раздумывать над осторожным ответом не хотелось.       — Не то чтобы неприятен, — начала она, слушая внутреннего слизеринца, но тут же поняла, что просто не может. Поэтому выдала то, что думает: — Но… Гектор, вы уверены, что ему можно доверять? Я хочу сказать… Все эти рецепты… Они ведь тёмные. Вы не боитесь, что он будет вас шантажировать? Честно признать, когда вы говорили о загадочном источнике, я думала, что это книга или, в лучшем случае, кто-то из ваших знакомых…       — Гермиона, — Гектор оборвал бурный поток её речи, для надёжности ещё и подняв ладонь, — для меня имело значение только то, что его рецепты и впрямь уникальны.       — Но… но он ведь может их использовать в плохих целях!       Гектор усмехнулся.       — Милая, это будет только на его совести.       — А как же ваша репутация…       — Меня скоро не станет, — твёрдо проговорил он; Гермиона вздрогнула. — Твоя репутация никак не пострадает от моего с ним взаимодействия. Так что дай мне напоследок насладиться возможностью прикоснуться к такой магии.       Гермиона потупила взгляд и покачала головой. Спорить с дядей не имело смысла. Пока она занималась только поиском возможности избавиться от проклятия, она не могла никак заверить его, что он не умрёт в ближайшем будущем. Это угнетало, и злило, и раздражало, но никак не помогало приблизиться хоть к какому-то решению. Отложив фолиант Грейнджеров, Гермиона призвала книгу о лечении тёмных проклятий.       Проблема была в том, что знаний о проклятиях было много только на первый взгляд. Но по факту Грейнджер натыкалась на одни и те же заклинания и ритуалы, которые перепечатывались из книги в книгу. А чтобы составить свой собственный ритуал, нужно хотя бы знать, в чём именно дело.       Каждый мужчина из рода умирал по разным причинам, которые нельзя было никак объединить. Начиная с волшебных болезней, заканчивая несчастными случаями.

* * *

      День рождения Гермионы отметили практически по-семейному. На празднике присутствовали Гектор, Гермиона, домовики, Миранда и Сметвик, который вообще-то заходил справиться о том, когда Гектор планирует отправляться в школу, но решил задержаться.       Гермиона приглашала и Эмис, но вечером девятнадцатого сентября она должна была присутствовать на совещании с министром, поэтому они встретились днём в любимом кафе. Эмис, в отличие от всех друзей Гермионы в прошлом, не стала дарить ей книгу. То ли она узнала девушку с другой стороны, то ли просто не считала книгу подарком, потому что они регулярно вместе захаживали во «Флориш и Блоттс», но её подарком оказались изумрудные серёжки в виде выдр.       Взяв коробочку с презентом в руки, Гермиона не смогла сдержать удивления:       — Выдры?       — Да, — усмехнулась Эмис, — надеюсь, угадала.       — Но как? — протянула Грейнджер, смотря неверящими глазами на ведьму.       Она ожидала какой-то невероятной истории о способностях видеть тотем волшебника или что-то вроде того, но оказалось всё намного проще.       Когда Эмис насладилась произведённым эффектом, она самодовольно усмехнулась и, наконец, объяснила:       — Как-то сэр Гектор сидел в приёмной у Блишвика, и к нему прилетел твой заступник. Ну, точнее, теперь-то я наверняка знаю, что он твой. А тогда я просто подумала: ну кто ещё затворнику Дагворт-Грейнджеру может прислать патронус с сообщением?       Гермиона ошарашенно смотрела на Эмис.       — Да тебе в магловских спецслужбах только работать с такой логикой и способностью наблюдать! — воскликнула она, поражаясь открытию дедуктивных способностей у подруги и мысленно прикидывая, как это можно использовать.       Шеклболт звонко рассмеялась. Её задорный глубокий смех был прекрасным и тягучим, как горный ручей.       Вечером же праздновали со всеми остальными. Вообще-то количество людей, собравшихся за столом, несколько коррелировало с понятием «без привязанностей». Но Гермиона обещала себе, что подумает об этом завтра. К тому же все присутствующие были скорее друзьями Гектора. Хотя с Мирандой Гермиона регулярно пила чай, домовики вообще стали её спутниками по жизни, а Сметвик был вежлив и часто напоминал Гермионе о том, что всегда рад её видеть. Хотя бы как пациентку, но предпочтительнее на месте главного штатного зельевара. Предложение немного льстило, но Грейнджер была вынуждена отказывать в обоих случаях.       Домовики весь вечер были в столовой. И хотя за стол они так и не сели, но выглядели достаточно гордыми за то, что их пригласили на праздник. Они даже приготовили сюрприз.       — Мисс, — позвала Черри, хитро сверкая глазками. — У Фиг и Эппл есть подарок для вас.       Гермиона заметно напряглась. Ох, как ей не нравилась интонация Черри. Гектор, стоящий рядом с ней, что-то невразумительно крякнул.       — Эппл не успела к дню рождения мисс, но через две недели у Эппл появится молодой эльф, — пропищала Эппл.       Гектор снова пробормотал что-то невразумительное. Гермиона поняла, что ей не хватит выдержки, чтобы сказать что-то вразумительное в ответ. Ситуацию спасла Миранда, явно сдерживающая смех.       — Как замечательно, — в этой затянувшейся тишине её голос был похож на спасательный круг. — Мисс просто не может подобрать слов, чтобы выразить, как ей приятно.       Сметвик не выдержал и расхохотался.       Гермиона закивала и присела, чтобы обнять домовиков и поблагодарить их хриплым голосом. Что делать с новорождённым эльфом, она понятия не имела, но решила и этот вопрос оставить на потом.