Через тернии к звёздам

      Первое, что почувствовала Джоанна, вынырнув из беспокойного сна — металлический привкус во рту. Не придавая этому значения, она пристала на жёсткой койке, чувствуя, как тупая боль разливается по всему телу. Обычно такое было после занятий в спортзале после долгого перерыва.       Девушка не помнит, как оказалась на кровати — ей помнится, что она заснула на полу. И Джоанна однозначно может сказать, что ни подушки, ни пледа не было.       Решив не придавать этому такого уж глобального значения, она встала, совершенно дезориентированная — который сейчас час, какое время суток: день, ночь или утро? Телефон, который ей отдал отец, был разряжен. Девушка облизнула пересохшие губы, металлический вкус усилился. Говард нерешительно прикоснулась пальцами к губам, проводя по ним подушечками пальцев, и тут же побелела, смотря на кровавые разводы, оставшиеся на них.       Она хватает телефон, всматриваясь в зеркальную поверхность экрана — по её щекам шли кровавые дорожки, будто бы она проплакала всю ночь, причём кровью. Губы были все в крови, но целы, и во рту не было болевых ощущений — значит, причина кровотечения не потрескавшиеся губы и не прикушенный язык.       Джоанна побежала в ванную и включила весь напор ледяной воды. Подождав, когда пройдёт вся ржавчина и застоявшаяся вода, она неистово начала умываться и полоскать рот. Остаётся только удивляться, как она не захлебнулась во сне собственной кровью и даже не проснулась.       Сплевывая в раковину кровавую воду, она почувствовала, как к её глазам подкатили слёзы. Этот медик инопланетный ничего не сказал конкретного, убедив её, что это вещество, введенное десептиконами, для неё безопасно. А ночью у неё ни с того, ни с сего начинается внутреннее кровотечение, и она этого даже не чувствует.       Проведя в санузле не меньше часа, Джоанна вернулась в отсек совершенно подавленная, разбитая, желая только одного — исчезнуть из этого мира. Вообще. Желания выходить к пришельцам как такового не было, и жить, в принципе, — тоже.       В дверь постучались.       — Входите, — бросила она, ложась обратно на кровать и отворачиваясь от двери в другую сторону.       — Доброе утро, — сказал Сэм, осторожно прикрывая за собой двери.       — Доброе, пап, — вяло ответила та.       — Плохо себя чувствуешь? — спросил он, ставя пакет с сэндвичами и термос на стол.       — Очень.       — Я тебе завтрак принёс, — тихо сказал мужчина, присаживаясь рядом на край кровати, — Что-то болит?       — Всё…       — Мне сказать Рэтчету?       — Нет, — Джоанна повернула голову, смотря полными слёз глазами на отца, — Почему я, пап? — шёпотом спросила она.       Сэм притянул дочь к себе, крепко обнимая её.       — Злая шутка судьбы, ужасное совпадение, хаос быти, происки госдепа... Не знаю. Ты поешь, пожалуйста, — мужчина протянул ей сэндвич, — Скажи «А-а»!       Джоанна тыльной стороной ладони утёрла слёзы, и, открыв рот, укусила сэндвич, стараясь отхватить кусок как можно большего размера.       — Ну как? — Сэм улыбнулся, с умилением глядя на перепачканные в соусе щеки дочери.       Джоанна активно покивала, выражая одобрение, с удовольствием жуя сэндвич.       — Сегодня у меня есть немного времени, мы можем съездить в город, купить всё необходимое. Всё, что нужно для жизни на инопланетной базе.       — Как итнерефно… — Джоанна сделала глоток из термоса. Это был чёрный кофе с сахаром и лимонным соком, как она любит, — Неужели есть такой магазин «Всё для жизни с пришельцами»?       — Ха-ха, к сожалению, нет. Ешь, не торопись, у нас ещё есть время…       Сэм и Джоанна только спустя час вышли из отсека и неспеша пошли в главный зал. Когда до него остался последний поворот, раздался взрыв. Сэм обнял Джоанну, закрывая собой от опасности, а девушка тем временем прикрыла голову руками.       — Что… что это было?! — воскликнула она.       Они переглянулись и быстро побежали в главный зал. Там происходило что-то непонятное — все автоботы стояли посреди зала, в воздухе витал сизый дым, а Мико возбуждено прыгала по второму этажу.       — Ой-ей! А что это за взрыв? Что там произошло?       — Там… — начала Арси, но Балкхед её перебил:       — Взорвалась шахта с энергоном.       — А Клифф? Вы нашли его? — Мико перестала скакать, глазами пересчитав автоботов. Арси опустила голову, — Но как…?       — Мико, он был… Это уже был не он, — фем обняла себя руками, а потом, коснувшись головы, кулём рухнула на пол. К ней тут же подскочил Бамблби и Рэтчет, усаживая ту на контейнеры.       — Праймуса ради, подробнее можно? — нахмурился медик, — А это… что?       Сэм и Джоанна переглянулись, мужчина пожал плечами, и боком к стенке они прошли незамеченными в ангар для машин. Автоботам сейчас явно не до них.       — Пап, что происходит? — тихо спросила девушка, садясь в бронированный внедорожник с военными номерными знаками. На таких обычно ездили солдаты на военной базе.       — Точно не знаю, — покачал тот головой, — У Арси был напарник по имени Клифджампер. Недавно он пропал, катаясь с Мико. Девочка вернулась, он нет. Сегодня его сигнал засекли, пошли туда… а потом мы, видимо, пропустили какой-то важный момент. И закончилось всё, насколько можно судить, плохо…       Они выехали из ангара, а потом и с базы. Джоанна с ужасом и восторгом одновременно наблюдала за тем, как огромные двери, замаскированные в скале, раскрылись перед ними, выпуская с базы.       Был, оказывается, уже день, солнце стояло в зените. Дорога была абсолютно пустая, но оттого не менее живописная — трасса тянулась среди крутых каньонов, которые упирались в небо, как небоскрёбы.       — Долго ехать-то? Мико вчера говорила, что пешком не дойти… — Джоанна почесала кончик носа.       — Ехать полчаса, может чуть больше.       — А что, кто-то пробовал уже, что ли? — со смешком спросила Джоанна.       — А ты как думаешь? — фыркнул Сэм, — Мико! — хором закончили они.       До города осталось совсем немного, но Джоанна начала чувствовать, как закипает под пустынным палящим солнцем, даже сквозняк не спасал. Железная крыша джипа нагрелась так сильно, что прикоснуться к ней не представлялось возможным.       — Тут всегда так невыносимо? — нахмурилась Джоанна, отгибая козырёк у лобового стекла, чтобы защитить глаза от палящего солнца.       — Да, практически круглый год.       — Жуть, — резюмировала девушка, обмахиваясь какой-то бумажкой, найденной в бардачке, — И как автоботы это терпят?       — Ещё не жаловались.       Совсем скоро показался город. Если его можно было назвать городом. Без высоких зданий, весь будто в пыли, он выглядел будто сто лет как заброшен. Сэм вкратце рассказал, где что находится, но Джоанна даже не запомнила того, где находился ближайший супермаркет.       — Так, теперь надо думать, что купить, — задумчиво сказала девушка, когда они, оставив на парковке джип, зашли в магазин.       — А что тут думать? Берёшь тележку и хватаешь всё, что только на глаза попадётся.       Спустя три часа Сэм и Джоанна выкатили из супермаркета четыре тележки. На глаза Джоанне попалось абсолютно всё — батарейки, лампочки, подушка, несколько пледов, маленькая газовая плита со сменными баллонами, электрочайник. Набор инструментов, снеки и много чего ещё. Сэм обещал, что они с Уильямом в течение недели привезут ей шкаф и холодильник.       — А как же быть с одеждой? Нужна стиральная машина и утюг, если я должна жить на базе почти постоянно…       — М-да, об этом я как-то не подумал, честно, — почесал подбородок мужчина, утрамбовывая вещи в багажник.       — А вдруг… — Джоанна запнулась, замолчала, прикусив губу.       — Что такое? — нахмурился Сэм.       — Пап, а что если Оптимус через неделю отпустит меня на все четыре стороны и скажет мне скатертью дорога? Тогда вся эта возня бессмысленна…       — Я много в чём сомневаюсь в этой жизни, но в одном я уверен твёрдо — Оптимус будет держать тебя подле себя ровно до того момента, пока Мегатрон не перестанет дышать.       — Знаешь, это не успокаивает. Я его боюсь.       — Само собой, Мегатрона и я боюсь. Его только Мико не боится.       — Нет, нет, я про… Оптимуса.       — Ты боишься Оптимуса? — неверяще спросил мужчина, захлапывая багажник, — Не верю.       — От его взгляда меня аж промурашило всю.       — Ну, его взгляд и правда тяжёлый, но я тебя могу заверить, что это самый надёжный из людей, которых я знаю.       — Это не человек.       Сэм понял, что переубедить дочь будет очень трудно, ведь Джоанна твёрдо уверена в том, что автоботы не друзья людям.       Когда они вернулись на базу, в главном зале не было ни души. Сложилось неприятное ощущение затишья перед бурей…       Джоанна несколько часов подряд наводила порядок в отсеке. Столько пыли и грязи она за всю свою жизнь не видела, сколько было на этих нескольких квадратных метрах. Время уже подходило к вечеру, а половина отсека была ещё даже не тронута.       Девушка выпрямилась, простонав от боли в пояснице, и решила немного передохнуть. Она присела на кровать, подтащила к себе кулёк конфет и взяла одну. Медленно разворачивая фантик, она думала о словах отца. Оптимус будет держать её в поле зрения, пока Мегатрона не станет? Интересно, сколько это — неделя, день? Месяц? А если Мегатрон победит, что тогда?       От тревожных мыслей её отвлёк глухой стук в дверь, прозвучавший настолько неожиданно, что Джоанна крупно вздрогнула, выронив конфету.       — Джоанна? — в отсек вошёл Рэтчет, — Не спишь?       Девушка покачала головой.       — Как себя чувствуешь?       — Неплохо. А вы? — несколько неуверенно спросила Джоанна.       Рэтчет покрутил кистью, что означало пятьдесят на пятьдесят.       — Я пришёл, чтобы взять немного твоей крови. Надо узнать хотя бы примерно, что за вещество тебе ввели. Позже возьму образец твоих тканей.       »… тканей? Откуда он их собрался блять… брать?» — с ужасом подумала Джоанна.       — Мы пойдём в медотсек? — немного сипло спросила она из-за пересохшего от страха горла.       — Нет, я всё взял с собой.       Доктор брал кровь из вены, попутно опрашивая девушку о её самочувствии. Джоанна честно отвечала на вопросы, смотря в сторону — она не могла терпеть вида крови после того, как её буквально рвало ей на корабле десептиконов. Рэтчет, заметив бледный вид девушки, решил отвлечь её рассказом о том, как другие дети попали на базу.       Оказалось, их история намного проще и банальнее, чем Джоанна себе представляла — они были не более, чем обычными свидетелями стычки. Десептиконы, со слов доктора, не были активны много лет, будто испарились с этой планеты. Ни их корабль, ни деятельность по добыче энергона не фиксировалась, и автоботы уже, было, понадеялись на спокойное сосуществование с людьми.       Однако в один прекрасный момент компьютер засекает десептиконов, впервые за два года, и эти десептиконы добывали энергон в ударных темпах. Это было совсем недалеко от базы автоботов. В тот день всё пошло не так — Арси серьёзно ранили, повредили трансмиссию Балкхеда. Они, скрываясь, заехали в город, ведь десептиконы не осмелятся тронуть их в таком густонаселенном месте. Арси, удирая от погони, случайно наехала на человека и едва успела трансформироваться, чтобы не сбить зазевавшегося подростка. Этим подростком оказался Джек. Он стал первым свидетелем. Арси нашли, завязалась потасовка, и на помощь ей прибыл Балкхед. Однако на этом неприятности не кончились — мало того, что теперь посреди города лежат несколько тел вехиконов, так ещё и на шум стычки прибежала девчонка. Этой девчонкой оказалась Мико. А за ней буквально через десять секунд выскочил ещё и мальчик в очках. Рафаэль. Итоги дня были плачевными — в результате небольшой потасовки между автоботами и десептиконами у автоботов было два раненых, трое детей и набитые шишки от людского правительства.       Недели не прошло, как десептиконы начали появляться то тут, то там, ища энергон. Ясно одно — они готовятся к возвращению своего хозяина, Мегатрона.       — То есть, сейчас Мегатрон с десептиконами, они что-то замышляют и вдобавок хотят разобрать меня на запчасти… — подвела итоги Джоанна, прижимая предплечье к плечу, зажимая вату.       — Эта проблема одна из многих. Сегодня Арси со спасательной операции принесла образец того, что, в теории, вернуло Клиффа к жизни. И мне надо узнать, что это такое.       — Может… нужна помощь? — аккуратно и максимально вежливо поинтересовалась Джоанна. Она понимала, что инопланетный учёный в её помощи сто раз не нуждается, да и у неё и своих дел полно, но девушке показалось уместным проявить заинтересованность.       — Нет, — немного резко ответил Рэтчет, однако его голос тут же смягчился, — Но если ты умеешь быть тихой, можешь посмотреть, как я работаю. Конфеты можешь взять с собой, шуршание меня не напрягает.       Джоанна кивнула, и они с Рэтчетом пошли в главный зал.       Расположившись на каком-то контейнере не слишком близко к Рэтчету, чтобы ему не мешать, и не слишком далеко, чтобы видеть, чем тот занимался, Джоанна начала наблюдать за работой доктора, тихо разворачивая конфету за конфетой.       Рэтчет тем временем откупорил пробирку, в которой было вязкое, тёмно-фиолетовое вещество, закачал в пипетку субстанцию и каплю поместил на предметное стекло, которое он позже вставил в какой-то прибор странный прибор.       — Хм, — донеслось с его стороны. Рэтчет изучал показатели этого вещества, — Странно, эта субстанция обладает огромной мощностью… Только результаты анализа мы получим не скоро, спасибо Балкхеду.       — А что он не так сделал?       — Он сломал моё оборудование.       — Как думаете, что будет в результатах?..       Рэтчет на мгновение задумался.       — Откровенно говоря, я понятия не имею. Я никогда не сталкивался с подобного рода веществами… Наверняка эту гадость принёс с собой Мегатрон из своих странствий. Так, — Рэтчет взял пробирки с кровью Джоанны и кивком головы поманил её за собой, — Идём. Пока идёт анализ, я могу заняться тобой.       — А может не надо? — зажмурилась Джоанна, — Я хорошо себя чувствую…       — Сказала та, кто ещё вчера была готова на всё, лишь бы убрать из тела это вещество. Не будь трусихой.       Джоанна, понурив плечи, поплелась за Рэтчетом, повторяя про себя словно мантру слова о том, что если отец им доверяет, значит и ей надо им доверять.       «А если они со мной что-то сделают, папа сотрёт их всех в порошок. Да, верно, всех. И автоботов, и десептиконов…» — после этих слов легче не стало, но в сердце поселилась хоть какая-то надежда на хороший исход.       В медотсеке пробыл они относительно недолго. Рэтчет более детально просканировал Джоанну, выделил вещество из плазмы её крови и поставил на обработку. Результаты должны были быть готовы через двенадцать часов.       — Ну вот, а ты боялась. Скажи, что такого страшного я с тобой делал?       Криво улыбнувшись на слова медика, Джоанна ответила, что ничего. Вернулись в главный зал они полном молчании, иногда перебрасываясь короткими фразами.       — У меня есть вопрос.       Рэтчет кивнул, что слушает её. Джоанна спросила о том, насколько велика планета Кибертрон.       — А какой ты её представляешь? — лукаво спросил Рэтчет.       — Ну… Огромной, размером с Юпитер, наверное… Рельефом похожую на Марс, с огромными городами из металла. Насчёт гравитации говорить не буду, хотя… Она наверняка сильнее земной. И ещё: я представляю вокруг планеты какие-нибудь кольца, как у Сатурна, которые вот так перекрестились, и светятся.       — Интересные предложения. Однако все они ошибочны, кроме огромных городов из металла. Наша планета меньше Земли, — сказал Рэтчет, снисходительно глядя на то, как у девушки отвисла челюсть, — Гравитация меньше, чем у Земли, но не сильно. И наша планета состоит полностью из металла. И никаких колец нет, однако есть пара спутников.       — Полностью из металла? Но как такое возможно?       — А почему, по-твоему, это не может быть возможным?       — На примере нашей системы, как минимум… Венера, Марс, Земля, Луна… Меркурий, Плутон. Все они образовались плюс-минус одинаково, гравитационный коллапс там, всё такое…       Рэтчет хотел, было, продолжать напрягать Джоанну, как вдруг резко осекся и велел Джоанне замолчать. Девушка услышала какие-то странные постукивания, будто на пол кто-то сыплет металлические предметы.       — Оптимус? — громко спросил Рэтчет. Ответом послужила тишина.       Они вышли на середину зала и стали оглядываться. Звук донесся из-за панели управления. Потом сзади.       — Да что ж это такое? — Рэтчет развернулся на каблуках. А потом замер, — Чт… Что это?!       Джоанна обернулась и тут же с визгом отпрыгнула за Рэтчета. На них мчался злющий маленький робот, щелкая острыми, как лезвия, челюстями. Перебирая маленькими ножками, рассекая воздух хвостиком из проводов, он атаковал Рэтчета. Тот, схватив то, что попалось под руку, начал отбиваться от него какой-то железякой. Робот был очень вёртким, и Рэтчет не мог по нему попасть.       — Что ж это такое?! — Джоанна только успела пригнуться, иначе медик заехал бы локтем ей в лоб.       Злобное нечто опять пошло в атаку, но на сей раз было сбито другим оружием — Оптимус стоял в проходе и держал в руках плазменный пистолет. Он убрал его в кобуру на бедре, и подошёл к несостоявшимся жертвам робота. Но не успел он что-либо сказать, как эта злюка воскресла — и это-то после точного выстрела плазмой? Однако Прайм положил конец его существованию, раздавив того.       — Сломан окончательно, — Рэтчет с облегчением вздохнул, — Но… Что это за штуковина?       — Твоё сломанное оборудование, — Оптимус взял со стола Рэтчета колбу, присел рядом с мёртвым роботом и, стараясь меньше его касаться, запихнул остатки в колбу, — У меня есть одна догадка относительно того вещества… — осматривая робота внутри колбы, сказал Прайм, — То вещество, которое вернуло к жизни Клифджампера, и которое оживило твоё сломанное оборудование — тёмный энергон.       — Что? Не может быть. Его так мало, что практически и нет! — ошеломленно произнёс Рэтчет, — Не сомневаюсь, что данный сувенир принёс из своего путешествия Мегатрон… но его-то он откуда взял? Там, в космосе?       — Это, увы, мне неизвестно, — прикоснулся пальцами к подбородку Оптимус.       — Боюсь представить, чем обернётся для нас тёмный энергон в руках Мегатрона…       — Есть предположения. Одно хуже другого.       Джоанна краем уха слушала разговор, рассматривая ещё подёргивающегося робота в колбе.       — … бессмертной армии зомби?! — воскликнул Рэтчет. Джоанна посмотрела на медика, — Но где он найдёт СТОЛЬКО погибших воинов? Здесь? На Земле? Хах, ему тогда придётся переломать всю технику, что есть на Земле, — док хохотнул, но его нервно передернуло.       Оптимус хотел ответить, как вдруг в коридоре, ведущем на улицу, раздался рев моторов. Через мгновение оттуда выехали Арси и Джек на мотоцикле, Бамблби и Раф на камаро и Мико с Балкхедом на хаммере. Все весело о чем-то болтали.       Рэтчет и Оптимус переглянулись. Джоанна медленно отступала к контейнеру, где оставила конфеты.       — Автоботы! — громко сказал Оптимус, — Я и Рэтчет отправляемся на разведку, и какое-то время будем вне зоны доступа. Поэтому ты, Арси, за главного.       — Да, Оптимус. Но… если это просто разведка, то почему ты так обеспокоен? — заметила разведчица волнение лидера.       — Арси, за последние сутки много чего изменилось. Рэтчет, включай мост.       Через пару минут на базе стало на двоих автоботов меньше. Балкхед почесал затылок.       — Чем займёмся? — спросил он.       — Я в патруль, — развела руками Арси, — Би, поехали.       — Но Оптимус велел остаться! — сказал Рафаэль.       — Я за старшего, и я решаю, — подняла палец Арси, — Уверена, за пару часов здесь ничего не произойдёт. Ты за старшего, Балкхед!       Джоанна проводила взглядом в спешке покинувших базу Арси и Бамблби. А потом, видя, как Мико выволокла из багажника зелёного внедорожника нечто похожее на усилитель, а затем и саму гитару, сцапала конфеты и стремглав вылетела из главного зала, не желая принимать участие в общественно-культурных мероприятиях.