Я не готов

Сказать, что Рома был рад - сказать ровно ничего. Он явно не ожидал такой тёплой реакции в силу непринятия всем обществом такого феномена, как "гомосексуал". Да и в принципе он был удивлён проявлению доброты по отношению к Роме после всего того, что он натворил. Мать Пятифана давно бы с катушек слетела. Не сказать даже, что брюнет за себя волновался. В первую очередь он думал об Антоне. О его состоянии. После объяснений Ромки, старшие Петровы с Бяшей и самим Пятифаном продолжили разговоры о всяком. Родители Тоши хотели получше узнать о друзьях сына, так как им особо этого не удавалось ранее, а сейчас выдалась просто замечательная возможность наверстать упущенное. Под миролюбивые разговоры на кухню забежала и Оленька. - Бяша! - девочка стремглав помчалась к бурятёнку. - Малая! Дарова! Бяша расправил руки, ловя в объятия белокурую девочку, что тут же обвила руками шею мальчика. - Тоша ещё спит? Все пришли уже, а он всё никак не спускается... Оленька расстроенно посмотрела сначала на ребят, а после и на родителей, ища ответ в их глазах. - Спит, Оленька. - мягко отвечала девочке мама - Пускай отдыхает, не нужно его сейчас тормошить. - Ух... Ну ладно! Как бы малышка не хотела поскорее повстречаться с братцем, она понимала - сейчас не лучшее время. Диалоги о всяком продолжались вплоть до раннего захода солнца, до шести вечера. Звёзды рассыпались на чёрном небе, словно тысячи маленьких жемчужин, сверкая и складываясь в созвездия. Тёмный лес не смел нарушать идиллию - деревья стояли ровно, прикрывая своими кронами часть неба. Недавно выпавший снег ложился на землю шёлковым одеялом, отражавшим лунный свет. Где-то далеко, за лесом, вздрагивали огни зажжённых окон тёплых домов, чей уют не был сравним с уютом дома Петровых в этот самый момент. Отец к тому времени уже ушёл в комнату, мать сидела на диванчике и читала толстую книжку, Оленька пересказывала Бяше выдуманные истории Антона, стараясь не упустить ни одной детали. Рома же смиренно сидел за кухонным столом и смотрел куда-то вдаль, окунувшись с головой в мысли. "Если бы только я с самого начала не вёл себя как придурок... Тоше бы не пришлось пережить всё это." Пятифан корил себя за свою тупость, за свою упёртость и неспособность быть учтивым в те моменты, когда это действительно нужно. - Бяшенька, Ромочка, а вы посмотрите со мной Питера Пена? - Оленька похлопала пышными ресницами, глядя на ребят. - Базару ноль! Пойдём же, Ромк? - бурятёнок молящими глазами глянул на друга, начав так же хлопать ресницами и закатав немного нижнюю губу. Рома не мог отказать, посему слегка усмехнулся и одобрительно кивнул, после чего Оля вскочила с места и, взяв Бяшу за руку, повела того в свою комнату. Пятифан же пошел за ними. Уже будучи в комнате девочки, брюнет поставил кассету и устроился на полу поодаль кровати, на которую запрыгнула девочка, удобно устроившись и сложив руки под подушкой. Бяша сел на край кровати и слегка откинулся назад, оперевшись на руки. Минут через 20 после начала игры кассеты, Рома встал с места и вышел из комнаты под предлогом "отлучиться". Но сам он завернул в комнату Антона. Зайдя в комнату и тихо закрыв за собой дверь, Пятифан наблюдал следующую картину - Тоша лежал в том же положении, в котором его уложил Рома. Светлые растрепавшиеся пряди упали на лицо Тоши, слегка прикрывая глаза. На белоснежной рубашке всё так же выделялись пятна запёкшейся крови. Такая же багровая полоса оставалась и на лице Тоши. - Вот ведь дурак... - Пятифан чуть слышно выругался, после чего подошёл к кровати Антона. Пуговицы рубашки предательски долго не поддавались пальцам Ромы, что пытался аккуратно снять с Тоши испачканную рубашку. Не без усилий ему всё же удалось сделать это. Рубашка была аккуратно сложена и вскоре унесена на первый этаж к Карине для дальнейших указаний. - Можешь оставить в ванной, в корзине. - Женщина встала с диванчика и провела юношу к самой ванной комнате, куда впоследствии и отправилась рубашка. - Возьми на всякий случай ещё и это. Карина вручила Роме аптечный коробок, затем же Пятифан вновь пошёл к Антону. Он, на само деле, не знал, есть ли у Тоши какие-то ссадины или раны, поэтому послушно принял коробок. - Рома?.. Слегка хриплый голосок заставил брюнета остолбенеть - Тоша сидел на краю кровати, почёсывая макушку. Растрепавшиеся волосы подрагивали от блуждающих в них пальцах блондина. Заспанные голубые глаза глядели в сторону прикрытой двери, рядом с которой и стоял Пятифан. Очки всё так же смиренно лежали на тумбе, посему Антону приходилось слегка щуриться, чтобы картина перед ним приняла хоть какой-то фокус. Долго так сидеть не пришлось - Рома сам подошёл, буквально подбежал, к юноше, заключая того в объятия и вставая пред ним на колени. По спине пробежали мурашки от прикосновений сухих пальцев Пятифана. - Ром, ты чего?.. Антон ответил на объятия, обхватив шею брюнета и пустив пальцы в волосы Пятифана. - Живой... Тош, блять, живой... - чуть слышно произнёс Рома, уткнувшись в живот Антона. - Конечно живой... Ты чего? Тоша лишь слегка усмехнулся, поглаживая затылок Ромы. Тот после ответа белёсого поднял глаза и посмотрел ему в глаза. - Действительно, чего это я? - Пятифан нахмурился и всё так же сверлил взглядом блондина, но вскоре переменился в лице. Брови расслабились, глаза поблёскивали от подступающих слёз. - Прости... - Ээй, ну хватит тебе! Тоша нагнулся к лицу Ромы и положил руки тому на щёки, притягивая к себе. - Всё хорошо, видишь? Живой, помирать пока не собираюсь. Губы блондина расплылись в нежной улыбке, что одним только видом своим заставили Рому успокоиться и самому выдавить из себя улыбку. - Это хорошо. Губы Пятифана слегка коснулись губ Тоши, от чего щёки того покрылись румянцем, а сам Антон с удивлением глянул на брюнета. - А родители... - Они знают... - Рома слегка замялся, отводя взгляд. - Я... Я всё рассказал. С самого начала... Антон не знал, что ответить на это заявление другу... И другу ли?.. С одной стороны, раз Ромка так беззаботно проявляет нежность, то и родители не против... А может, их дома просто нет? Может, это очередная "шутка" Пятифана?.. Нет. Не могли эти глаза вновь так подшутить над белёсым. - Вот как... - Тоша придержал паузу, опустив руки на плечи брюнета и теребя собачку олимпийки. - Они... Ну, мама с папой... Они дома?.. - Да. Мама на кухне, папа в комнате. Антон вздохнул и лёг на кровать, устремив взгляд в потолок. - Что они сказали? - белёсый юноша не переводил взгляд с потолка, будто в комнате никого кроме его самого и не было. Страх нарастал. Страх, что всё произошедшее за сегодня, окажется всего лишь сном, кошмарным. После пробуждения Антон не увидит уже перед собой Пятифана, не будет чувствовать его тёплой руки на своей. Тоша вновь придёт в школу под осуждающие взгляды одноклассников. Не услышит больше от Ромы тёплых слов. - Они не против... Мягкий тон брюнета выбил Тошу из своих рассуждений. Сердце замерло от нарастающих эмоций, а уголки губ и вовсе начали приподниматься в улыбке. Юноша вскочил с кровати и обхватил ладошками лицо ничего непонимающего Ромы. - Ты чего это?.. - Ты не шутишь? Я точно не сплю? - ясные глаза Антона, полные надежды и наивной радости, были устремлены в глаза Пятифана. - Ущипни, вот тут! Тоша протянул руку Ромке, указывая на место, где именно он должен был его ущипнуть. Ну, тот и ущипнул... - Ай... Не так же больно, Ром! Антон поспешно начал потирать больную руку. - Да я ж не сильно, чё взвыл то? - Рома непонимающе глянул сначала на Тошу, а потом и на его руку. Сухие пальцы скользнул по нежной коже запястья блондина, после чего горячие обветренные губы коснулись места "ушиба". - У лисички боли, а у зайчика моего не боли. Ромка расплылся в нежной улыбке, глядя при этом в глаза белёсого. - Как с маленьким... - Тоша засмущался, мигом его щёки орозовели. Ребята просидели так с пару минут. Антон пустил пальцы в тёмные волосы хулигана, нежно теребя их и слегка взъерошивая. Рома же покорно сидел пред блондином, не убирая его руку от своего лица. - Нуу, шуры-муры тут свои устроили, на... Постыдились бы! В комнату в вразвалочку вошёл Бяша, показательно отводя взгляд в окно и прикрывая лицо рукой. Антон тихо усмехнулся на такое появление бурятёнка, Рома же угрожающе глянул на друга. - А ты чё тут забыл? - Да, малая уснула. Питер Пен её этот закончился уже. Бяша подошёл к кровати и плюхнулся на неё, приобнимая к себе белёсого. - Ну, как чувствуешь себя, страдалец? - Хорошо, спасибо. - Петров сказал это чуть слышно, глядя на макушку Ромы, продолжая поглаживать ту. - Базару ноль, Тох. - А что... Что родители сказали? - Антон перевёл взгляд на улыбавшегося бурятёнка. - Да я ж сказал тебе уже всё! - возмутился Пятифан, разводя в возмущении руки в стороны. - Я на пиздабола похож? - Да нет же... Просто неожиданно это. Белёсый потупил взгляд в пол, сложив руки на коленях и начав сминать ткань штанов в волнении. - Батя твой сказал, что пиздов Ромке даст, если тот тебя ещё хоть раз обидит. - Бяша повернул голову в сторону Антона, слегка толкнув того в плечо кулаком. - А так не против. Видел бы ты Ромку, как он зассал, как рассказал всё. В колено Бяши больно ткнулся локоть Пятифана, говоря о том, что можно было бы и умолчать об этом. Бурятёнок лишь усмехнулся на это, потирая колено. - Так чё вы делать-то в итоге будете? Мутите уже, типа? - Бяша глянул сначала на Антона, затем сразу переключился на Рому. Наступило молчание. "А правда, что мы дальше делать будем?" - пронеслось в голове у Тоши. "Рома то понятно, он осведомлён уже в отношениях... Я только в книжках читал, но и те приукрашивают реальность. Да и не припоминаю, чтобы там что-то писали об отношениях между мужчинами..." - Пока не решили. - Рома перебил поток мыслей Антона. - Без тебя уже поговорим. - Ну, не сердись ты. Я ж так, по дружбе спросил. - Бяша встал с кровати и потянулся, после чего направился к двери. - Я пойду уже, а то мать опять нагоняй устроит. У меня ж этот... Ну, типо постельного режима, во! - Бывай уже. - Рома с усмешкой проводил взглядом друга, переведя после взгляд на Антона. - Так что мы делать будем, зайчик? - Я не готов. Тоша с мягкой улыбкой посмотрел на Пятифана. - Ладно я, а ты то как справишься с этим? Все уже в курсе, что я педик. Если и ты попадёшь под всё это? Особенно после всего произошедшего... Я в принципе пока не готов заходить так далеко, Ром. Рома непонимающе глянул на Антона. Казалось, что тот готов расплакаться. - Ну, нюни распустил. - брюнет сел на край кровати, приобнимая юношу за талию и прижимая к себе. - Я тебя понял. Торопить не буду. Светлая макушка пала на плечо Пятифана, слегка щекоча прядями волос шею. - Тебе бы тоже с родителями поговорить. Они, как никак, волнуются. - Рома говорил это тихо, зарываясь носом в мягкие волосы Тоши. - Потом... Дай посидеть так ещё немного...