белые розы

холодная и кромешная тьма, утягивающая в себя своими хваткими путами за ноги, лишая любого шанса на побег и выживание. он движется в неизвестном направлении, спасаясь непонятно от чего, но знает, что это жаждет расплаты и идёт за ним по пятам. впервые он боится так сильно и думает, что пришло время раскаяния, хотя, он никогда бы так не поступил. но сейчас сохранение его собственной жизни важнее любых обещаний и пустых слов, поэтому бежит, спотыкаясь в темноте, и пугливо смотрит через плечо. и вот падение на живот, после которого невозможно подняться... всё кончено? нет, он склонен выживать и не сдаваться. с трудом переворачивается на спину и смотрит великими от испуга глазами на своего преследователя, ужаснулся: перед ним стоял тот, кого боится больше всего на свете, с ножом в руках. – я отберу всё самое дорогое, что у тебя есть, как сделал это ты, бэ джинён. взмах ножом в сторону грудной клетки, и... джинён вздрогнул и распахнул глаза. это был всего лишь сон. страшное сновидение, кошмар, каких он ещё не видел в своей жизни. никогда. парень клянётся, что это было будто наяву и по реалистичности не уступало никаким фильмам ужасов. радовало только то, что это всего лишь плод воображения. он спал в объятиях сынхуна, в его квартире, в его спальне, окружённый его защитой и заботой. тем не менее, у бэ появился неприятный осадок тревожности, и он уже не может заснуть снова, хоть и есть много времени на то, чтобы отоспаться. просто лежать парень не хочет, потому встал и подошёл к большому панорамному окну, в которое видно бурлящий жизнью город и утреннее небо с высоко стоящим солнцем. это не помогает успокоиться. как же быть? как отогнать все беспокойства? справиться с этим в одиночку невозможно. – джинён-а? с добрым утром, - поднимает с кровати свою тушку сынхун, сладко зевая и лениво подходит к младшему со спины, обнимает за талию. – тебе плохо спалось? ты так рано встал... – доброе, хён. да просто выспался, всё в порядке, - положил свои руки на чужие, - чем сегодня хочешь заняться? – я... хотел тебе предложить пойти кое-куда сегодня вечером. тебе будет интересно, обещаю, только давай сначала поедим? - кладёт голову на плечо бэ и будто ластится, улыбается. – ты опять, эх... окей, у нас есть продукты? в магазин не надо? – угу, я приготовлю, - ким убрал кисти рук с чужой талии и переместил их на плечи, чтобы приобнять, и отошёл от парня, чтобы пойти в кухню. тёмноволосый удалился в гостинную на диван, в приподнятом настроении. всё-таки, сынхун как личный серотонин для джинёна. не успел светловолосый дойти, как раздался дверной звонок. оба переглянулись, а открывать дверь рванул старший. через пару мгновений тот вернулся в зал, держа что-то большое в руках. тёмноволосый не мог понять, что именно принёс ким, пока тот буквально не положил вещицу перед его носом. – это букет белых роз? откуда? – сейчас вазу принесу, - тотчас удалился. джинёну знакомы эти декоративные растения. как только он увидел их, так и не смог оторвать от них пристального взгляда. проводит фалангами пальцев по бутонам, разминая лепестки, будто растирает. белые, чистые, свежие. очень хорошо пахнут, явно хорошего сорта и правильно выращенные. такие же, как и у меня в саду. дома. только бэ уже давно не считал то место своим домом. подросток переехал на квартиру сынхуна, как только тот любезно предложил, ведь жить вдвоём веселее и круче, а сам регбист никогда не интересовался, где раньше жил его друг. он также не знает, каким было главное увлечение младшего, однако второй хотел было совсем скоро поделиться сокровенным... вся эта ситуация мимолётно вызывала неоднозначные ощущения, которые затронули чувствительные струны, воспоминания тех лет, к которым джинён не хотел бы возвращаться. – скажи красивые, - приговаривает сынхун и ставит букет в вазу с водой. – да, очень. кто подарил? - парень смотрит то на друга, то на растения в сосуде. спортсмен же сидит напротив, в кресле. – курьер привёз. думаю, фанат, только рановато, даже позавтракать не успели. – и как часто такое бывает? – редко, не всем удаётся узнать адрес. – в букете даже маленькой записочки не было? – мы что, в мелодраме какой-нибудь? конечно нет, так давно никто не делает. ты смешной, конечно, джинён, - старший саркастично усмехнулся и поднялся с места, – мы так и не поели, я ужасно голоден! – стой, а куда ты меня там пригласить хотел? - младший ухватил ближнего за руку, заставляя остаться. – о, это... будет вечеринка в честь победы нашей команды на международном соревновании. там будут все свои. говорить особо нечего, просто уже в шесть вечера нам нужно будет выходить. – хён... - школьник знает, что в этот раз откосить не получится, и уже смирился со своей долей. – никаких отговорок не принимаю. пожалуйста, хотя бы раз, ради меня, потусим в обществе людей, - сынхун аккуратно и любезно вытаскивает свою руку из замка чужой на своём запястье, невербально говоря "я хочу уже скорее поесть" и довольно улыбается. он, разумеется, знает, что его младшему не нравятся людные места, но самому киму будет обидно, если тот снова никуда с ним не пойдёт, и джинён, вроде бы, согласился, что не могло не радовать. а сейчас их обоих должен волновать только завтрак, подготовка к празднованию и ничто другое, потому что сегодня будет их день.

***

смеркается. небесное светило торопливо пересекает горизонт, уступая своё место луне, которая появится на своде совсем скоро вместе со звёздами, и принесёт с собой холод и лёгкую тоску, разгонит людей по домам, оповещая о скором конце дня. но город не засыпает, а только-только начинает дышать новой жизнью и сиять яркими красками. огни улиц загораются и освещают даже самые укромные уголки, озаряя путь нуждающимся. спрятаться невозможно, как и не пойти на поводу такого манящего собой мегаполиса. нужно всего лишь окунуться в этот омут, забыть обо всём, упиваться моментом, словно мудак; никак иначе нельзя. всё самое интересное и искреннее начинает происходить только после захода солнца, так заведено природой. ночь слишком коротка для удовольствий и слишком длинна для мыслей. – ты готов? мы сейчас войдём и не скоро выйдем. – почему ты не сказал, что мы идём в закрытый клуб... ну, пошли, хотя у меня и нет настроения веселиться. сынхун и джинён стоят возле входа в людное место, куда попадают только через личное приглашение, и то, если повезёт его получить. младший мнётся с ноги на ногу, нервничает. у него нет надежд на реально весёлую вечеринку, скорее, он просто снова забьётся где-нибудь в углу, пока все остальные, включая хёна, будут тусоваться и отмечать событие. сам бэ, конечно же, хочет верить в противоположное своим представлениям. ким очень уверен в себе и своих ожиданиях, поэтому находится буквально в предвкушении улётного вечера, а он точно будет особенным в этот раз. – да ладно тебе, я тебя со всеми познакомлю. ставлю сотку на то, что ты всем понравишься, - сынхун пытается подбодрить, хлопает по плечу. – ещё бы, с таким-то имиджом, - делая акцент на последнем слове, произносит джинён. – ах, ты и так красавчиком родился, а я всего лишь помог тебе приукраситься и подчеркнуть все твои достоинства. серьёзно, от тебя глаз не оторвать, а вообще, мы оба красивые, - только он мог осыпать комплиментами в таком количестве, – буду знать, что на тебе хорошо сидят узкие чёрные джинсы и чокер. – я тоже должен тебя похвалить? а мне нравится твоя укладка волос. но всё равно я никогда так больше не оденусь. – ой, да ну тебя, пошли уже, а то опаздаем, - старший сдаётся, потому что спорить с другом бесполезно. лучше потратить время на что-то более практичное. – а вот и мы! знакомьтесь, лучший человек и мой друг - бэ джинён! - сынхун представляется за него и подталкивает вперёд на всеобщее обозрение, а сам остаётся сзади. сколько незнакомых лиц и множество любопытных голодных глаз. их тут человек двадцать пять, не меньше, все смотрят из разных уголков клуба: кто-то осмелился подойти прямо к ним двоим, кто-то–у барной стойки, а остальные–с танцпола и диванчиков у стен, не обделяя вниманием. как тяжело дружить с известной личностью. – да твой дружок секси, где ты нашёл такого, сынхун? - оценивающе крикнул парень, что стоял прямо перед бэ. после этих слов кто начал присвистывать, а кто - шептаться, обсуждая внешний вид обоих, а ведь они выглядят сегодня просто шикарно. – не-а, даже и не думай, он уже занят мной, - неоднозначно говорит ким, подходит сбоку и кладёт обе руки на напрягшиеся плечи младшего, замечает это. – расслабься, - шепчет на ухо. собрав всё мужество, стараясь не подать виду волнения и боязливости, перешагнув через себя, тёмноволосый немного успокоился и сделал шаг навстречу. – что ж, будем знакомы. позаботьтесь обо мне, - поклон, как это принято в обществе. – можешь отбросить формальности, мы собрались тут не для этого, - прокомментировал кто-то из толпы. – реально, давайте отметим нашу победу! наливай! - сынхун взял с рядом стоящего столика бокал с жидким содержимым и за раз плеснул себе в рот, радостно проговорив тост, а у джинёна глаза округлели от такого кима. друга тут же утянули в какую-то кучку людей, а все остальные растянулись по разным уголкам всего клуба, когда музыку сделали погромче. и не понятно, что делать теперь, самому. пить алкоголь в окружении незнакомых людей в незнакомом месте - плохая идея. хреновое знакомство выходит. – давай выпьем, красавчик, - какая-то незнакомка, только что подошедшая, протягивает джинёну бокал со спиртным, принуждая выпить всё до дна. какое-то крепкое пойло, вкус отвратный, опьяняет моментально, а сам-то школьник пить не умеет вообще и его может снести с одного глотка алкоголя. эта же девушка отобрала у него стакан и куда-то ушла, игриво улыбаясь, а сам всё ещё стоял на месте у входа, как вдруг всё помещение затянули люди, которые начали толкать его из стороны в сторону; коктейль так быстро начинает бить в голову, бэ теряет рассудок и не понимает, что происходит, куда смотреть и куда идти. опять ему приходиться пристроить себя куда-нибудь, чтобы не мешать другим. толпа вытолкнула его куда-то к противоположной входу стене, рядом с поворотом в какой-то коридор. становится всё жарче, ноги почти не держат, взгляд мутнеет, держать себя в руках сложнее. все танцуют и веселятся, всё становится сумбурным с каждой проходящей минутой, а ведь это только начало вечера. из-за разлившегося по венам аромата, опасно накалилась атмосфера. тёмноволосый сползает вниз по стене, садясь на пятую точку, не в состоянии стоять и думать. веки тяжелеют, хочется отлежаться где-нибудь, но отчаянно вторит себе: «вставай, поднимись, только дашь слабину - тебе конец». парень уже понял, что сынхун уже и позабыл обо всём в тот момент, как кима утянули его же друзья, поэтому бэ либо отрубится прямо тут и его найдут спящим и бухим, либо его успеют поднять с пола и отвести куда-нибудь до того, как это может случиться. но сон утянет его с собой уже через три, две, одну... – каков цвет ночи? эти слова сработали почти каа нашатырь. послышалось? джинён резко, но ненадолго слегка взбадривается, и начинает глазами искать того, кто произнёс эту фразу. прямо перед ним стоит парень в джинсах и белой футболке, засунувший руки в карманы. они смотрят друг другу в глаза ещё пару секунд, пока выпивший не отрывает свой пьяный помутневший взгляд, чтобы связать хоть пару слов и осознать, что происходит. – ч-что? – какого цвета освещение в клубе, говорю, - повторяет только что подошедший парень. – красный, кроваво-красный... - подобрал нужные слова. – повезло, ещё не отрубился, - незнакомец протягивает руку, а точнее руки помощи и поднимает нетрезвого, закидывая руку второго себе на плечо и придерживая своей за его талию. хоть он и чуть пробудился, нижние конечности всё ещё не слушались. сам джинён удивлён тому, как быстро упился. – кто ты? - заплетающимся языком мямлит. – я отведу тебя к диванам, - игнорирует вопрос. тёмноволосому сейчас совсем не до того, кто этот человек и почему он обратил на него внимание, он подумает над этим потом. сейчас куда важнее для него самого не проснуться где-нибудь в околоклубном мусорном баке рано утром. парень ведёт бэ ближе к бару в зону отдыха сквозь гущу таких же пьяных танцующих незнакомцев и укладывает его боком на ровную и, главное, мягкую поверхность. присаживается на корточки на уровне его лица и смотрит изучающим взглядом. джинён смотрит опьяневшими глазами в ответ, он плохо осознаёт происходящее, – слушай и запомни: завтра в шесть вечера ты должен поехать к себе домой, нет, не на квартиру сынхуна. ты не можешь сказать об этом кому-то и упоминать то, что мы когда-то пересекались. ты обязан прийти. вот, держи, завтра с бодуна выпей и полегчает, - кладёт какой-то пакетик с чем-то в полуоткрытую руку джинёна, нежно гладит по голове, улыбается, встаёт и уходит, растворяясь в толпе. это всё слишком странно. надо бы догнать его и потребовать объяснений, но следы спиртного в организме всё ещё не дают нормально функционировать, и не остаётся ничего, кроме как смириться со своей беспомощностью. бэ крепче сжимает в кулаке свёрток, отданный ему незнакомцем, и погружается в царство сна.

***

боль. его утро начинается с боли, в голове. джинён просыпается почти в полдень в кровати сынхуновой квартиры, укутанный в халат поверх уличной одежды. это означает, что сам ким его же сюда и привёз, хотя переодевать не стал, а значит, в курсе, как младший напился одним стаканом. будет стыдно оправдываться. но сейчас волнует другое: как избавиться от сушняка, где сынхун, и что произошло ночью, поскольку выпивка выбила все воспоминания из головы. парень хватается за голову, трещащую по швам от боли, ворочается по постели и не может встать. он перевернулся на бок к прикроватной тумбочке, закрыв глаза. солнце неприятно слепит. затем как ошарашенный распахивает веки и садится на кровать, пялясь на тумбочку: ночью ведь кто-то дал ему средство от похмелья, и оно даже не потерялось. как благославленный самим богом, каким бы атеистом джинён не был, находит в себе силы встать и дойти до кухни за стаканом воды, заключая в своей ладони чудо-средство. просто растворить в воде порошок и выпить–ты как новенький. надо отдать должное тому парню, иначе я бы сейчас сдох. никогда не пойду в клуб. одной проблемой меньше. боже, меня всё ещё мутит и нужно отлежаться. джинён возвращается в спальню в поисках телефона. простой способ узнать, где сынхун–написать смс или позвонить, третьего не дано.

был в сети в 7:23.

12:00. хён, я уже проснулся, ты где?

12:03. сынхун? ответь

звонки остаются проигнорированными, джинён в распахнутом халате и с гнездом на голове нервничает и слоняется по спальне туда-сюда, и только сейчас его взгляд поймал записку и рядом лежащие банкноты на столе у окна.

«я на тренировке, приду поздно вечером. закажи еду в доставке на эти деньги. посуду тоже помой. не скучай, чмок»

«суровая жизнь спортсмена. и как он только находит силы на это», - подумал про себя джинён. старший часто так делает, поэтому младшему не в новизну, что сразу после вписок ким снова уходит покорять вершины и бить рекорды. ещё один вопрос решили. а теперь программа «вспомнить всё». для этого тёмноволосый присел на край кровати в думательную позу. всё, что помнит с прошедшей ночи джинён–абсолютно ничего: ни как попал в само заведение, ни какие-либо события, ни людей. головная боль, несмотря на обезбол, всё ещё присутствует, заглушая любые попытки процесса мышления. алкоголь, музыка, люди–всё перемешалось в одну общую кашу под названием «праздновали победу хуна и его команды». всё бесполезно, мозги будто отшибло наглухо, и это беспокоит: внутренняя интуиция бэ подсказывает, будто он держит в своей голове что-то важное, но не может это вспомнить. парень просидел уже полчаса точно, заставляя свою думалку работать, и это принесло свои плоды. он понял всего ничего, но этого оказалось достаточно для того, чтобы встать, покушать, привести свой внешний вид в порядок и сделать всё так, как ему велели.

***

я побывал в аду сегодня. он демон в обличье ангела. я хочу рассказать всем, что их всё это время обманывали, но не могу. дьявол очень силён. он уже идёт и мне нужно прятаться. пожалуйста... спасите меня. джинён врёт себе, когда говорит, что больше не связан с этим местом, потому что это его родной дом. ещё он слишком много сил вкладывал, чтобы поддерживать жизнь в саду, он не позволит пропасть этому просто так, потому посещает это место, посвящая драгоценные часы и минуты своей жизни некогда любимому делу. ему больно и неприятно от воспоминаний, но это цена, которую он заплатил за всё то, что имеет сейчас. но парню по-прежнему тревожно. хоть в жизни бэ и появилось счастье, боли и страхам в ней всё ещё отведено значительное место. его существование всё ещё не имеет смысла само по себе, это обременяет. джинён чувствует себя обузой, которую сынхун любезно взял на себя. тёмноволосый ничего не говорит о своих беспокойствах и неврозах, несмотря на то, что пообещал другу рассказывать абсолютно всё и просить помощи. можно ли назвать их друзьями? бэ не понимает, какой уровень отношений у них с сынхуном, но их обоих устраивает то, кем они являются друг другу сейчас–близкими людьми. как это проверялось? джинён не уверен в себе. он всё ещё замкнутый и малодоверчивый человек, но только потому, чтобы не навредить другим и не делать больно себе же. всё то, о чём думает парень, сложно даже для его понимания; ему сложно выражать свои мысли и говорить о своих переживаниях, он боится самого себя. школьник просто старается быть сильным, как вдруг с его ран сдирают зажившие корочки, заставляя кровоточить. все эти мысли заставляют сердце неприятно покалывать и избавляют лёгкие от кислорода. но бэ джинён начал бороться, потому что он склонен выживать, и это самое главное. он пришёл и сразу сел на одну из каменных лавок этого сада. здесь не так красиво из-за тусклых осенних деревьев; хоть и яркая листва делает своё дело, джинён любит вечнозелёные растения. почти ничего не изменилось с тех пор, как он переехал. иногда бэ думает, что этот сад отражает его душу, только вот, в него никто так не вкладывался, как это делал парень по отношению к цветкам. и опять его утягивает в какую-то пучину тревожных мыслей, откуда хотелось бы навсегда сбежать... –ты молодец. спасибо, что пришёл, - из ниоткуда появился человек, тот же самый, с которым бэ виделся в прошлую ночь, который заставил его прийти сюда. что-то начинает проясняться. –кто ты? что ещё значит «молодец»? - второй раз звучит этот вопрос из джинёновых уст. –ну, допустим то, что ты вырастил такие прекрасные цветы, или то, что ты не ослушался указов незнакомого тебе человека, - спокойно проговорил незнакомец скрестил руки на груди. –ты знаешь моё имя, а я имею право знать твоё, - холодно и равнодушно отчеканил каждое слово. –что ж, утолю твою жажду любопытства. ли бёнгон, приятно познакомиться, - вообще не приятно. –хорошо, - джинён встаёт напротив парня, –что ты от меня хочешь? –знаешь ли ты, что я хочу помочь тебе? –с чего бы вдруг? мне не нужна твоя помощь, мы даже не знакомы, - бэ разворачивается, но был остановлен. –я тебя не трону, если ты всё расскажешь, - бёнгон крепко держит чужое запястье в своей руке, несмотря на все сопротивления ближнего. –ты... провоцируешь меня? у меня нет на это времени, - пытается высвободить свою конечность джинён. –помнишь тот вопрос в клубе? я правильно его задал, а ты правильно на него ответил. мы оба знали, о чём говорили. этого не достаточно? воспоминания резким потоком хлынули в мозг, представляясь цветными картинками в голове. всё важное вспомнилось только сейчас, и теперь-то парень всё понял. осознал и разозлился. –откуда ты это знаешь? ты пришёл поговорить о нём?! - школьник переходит на крик, почти что собираясь драться с новым знакомым. –о «нём»? мы же подумали об одном человеке? - ли ухмыляется, добиваясь нужного результата. –я не собираюсь болтать на эту тему! –если тебе жаль ким сынхуна... –не смей трогать его! - ещё один эпизод проскакивает в памяти, ведь бёнгон упоминал сынхуна, когда давал свои «наставления» джинёну. этот человек выводит из себя. –...то ты должен рассказать мне о ким ёнхи. мой личный ад, ким ёнхи.