белые розы

никто не причинит мне вреда, если я абстрагируюсь от всего и не стану эмоционально привязываться к кому-то. - эй, ты, в пиджаке, иди сюда! - джинён заметил, как его требовательно окликают, едва уловимый звук доносится откуда-то слева. вообще, парень вышел из школьного кафе с обеденного перерыва и спешит на занятия, проходя мимо небольшого спортивного комплекса с площадками для спорта, а также баскетбольное, футбольное и даже регбийное поля, с трибунами. бэ смятился, вертит головой по сторонам, пытаясь увидеть хоть одного человека поблизости, ведь кто будет шататься на улице в такой жаркий летний день, кроме самого джинёна конечно же, который даже в духоту ходит в своём синем пиджаке, не снимая. - сюда иди говорю! - зовущий начал размахивать руками, чтобы его наконец заметили, и это сработало. бэ видит какого-то парня на трибунах поля для регби, который активно разводит руками в воздухе. что же ему надо? джинён не горит желанием снова идти на контакт с людьми, но раз его зовут, то, похоже, есть зачем. и ничего не остаётся, кроме как самому подойти к незнакомцу и узнать, в чём дело. парень подошёл к трибунам, на которых сидел регбист, судя по его форме. его светлые волосы мокрые, разноцветная одежда влажная и, видимо, он только что тренировался, или просто сидел тут после занятия с командой, отдыхал. и что-то же ему понадобилось от школьника. - привет! - здоровается неизвестный. - я могу чем-то помочь? - поинтересовался парень. - вообще-то да, - тот встаёт напротив джинёна и протягивает руку, - ким сынхун, капитан сборной южной кореи по регби, приятно познакомиться! - бэ джинён, взаимно, - пожимает протянутую руку и убирает, - так в чём дело? - сколько сейчас времени? мне нужно на занятия, кажется... - джинён посмотрел на свои наручные часы. время показывало 12:16. - звонок прозвенит через 4 минуты, - у сынхуна глаза округлели, хватается за свою голову. - вот чёрт, мы опаздываем! господи, надо за вещами, быстро! - светловолосый сорвался с места и бегом побежал с трибун в раздевалку за своими шмотками, а второй просто остался стоять с пару секунд, глядя вслед убежавшему, а затем и сам поспешил в школу на урок математики, которую он не очень-то и любил. как и новых людей в его жизни. за окном лето. время, когда всё начинает играть новыми красками, стараясь идти в мелодичный такт начавшейся "новой" яркой жизни этой поры. природа цветёт и благоухает, а люди восхищаются и наслаждаются красотой естества. каждый из них стремится прожить каждую секунду как можно веселее и счастливее, сохранить каждый момент как воспоминание, чтобы в будущем достать с пыльной полочки книжку с сокровенным прожитым и со светлой грустью тосковать по этому сказочному периоду беззаботности. всё хорошо, пока есть лето, и нет причин волноваться. вся рутина вмиг испаряется за пеленой радости и беспечности. всё волшебство работает и затягивает в свой омут, да так, что не хочется возвращаться в реальность. и в итоге ты крутишься, крутишься в этом... пока действительность сама тебя не вытянет, когда посчитает нужным. джинён пробудился ото дрёмы, когда почувствовал пекло палящих лучей солнца на своей макушке. близился шестой урок, а он не знал, чем занять себя, чтобы время текло быстрее. его по-прежнему никто не трогал, несмотря на относительно тёплый прием со стороны одноклассников. парень никому не интересен, он не хочет взаимодействовать, игнорирует: не удивительно, что к нему никто не обращается, даже говорить не хочет; впрочем, это играет школьнику на руку, но иногда сомневается, думает, что было бы, будь он более коммуникабелен и открыт к людям? отгоняет такие мысли прочь. поднимает голову и лениво потягивается, зажмуривая глаза. всё-таки он устал сегодня, и решает снова прилечь на парту, как вдруг... - бэ джинён! - оборачивается и видит знакомую мордашку, а тот сияет и улыбается во все тридцать два, как тогда на стадионе, и бежит к соседней парте. все одноклассники заулюлюкали и начали перешёптываться, а девчонки охали и показывали сердечки появившемуся. - мы в одном классе?! - тот всё так же полу-лежал на парте, только лишь перевёл свой полный удивления и замешательства взгляд на уже знакомую персону, невольно улыбаясь. сынхун сел за парту, рассматривая джинёна, натягивает улыбку. последний всё ещё не совсем улавливает суть происходящего, хоть и понимает: сегодня его не оставят в покое, и время пролетит незаметно. - хён, почему ты не мог просто делать задания? препод сделал нам выговор за то, что мы болтали! - жалуется джинён. - потому что мне было скучно! я хожу в школу только ради занятий по регби, всё остальное мне не интересно, а ещё появился ты, и вот, теперь я не один-одинёшенек и мы идём отдыхать в кафе после уроков. разве не круто? - жизнерадостно размышляет вслух старший и невысоко подпрыгивает несколько раз. - это классно. кстати, хён, можно у тебя спросить о регби? ты капитан команды... - да, и поэтому мы не виделись, потому что я был на длительных соревнованиях, но позже через слушки узнал, что у нас новый ученик в классе. хотя прошло очень много времени с твоего прихода, два месяца! ах, я буду часто пропускать школу из-за спорта, привыкай, - светловолосый повернулся лицом к младшему и продолжал идти спиной вперёд, рассказывая. - я не об этом, - остановился и вопросительно смотрит. - хм.. я понял, к чему ты ведёшь. хоть девчонки и липнут ко мне, да и парни интересуются мной, всё не так замечательно... у популярности тоже есть свои недостатки. все хотят быть с тобой не потому, что ты личность, хороший друг и тобой дорожат, или ты дорогой человек и тебя любят, а потому что ты знаменит и с тобой выгодно общаться, понимаешь? это расстраивает, да мне и особо не надо горы друзей. не думаю об этом и просто живу своей жизнью, занимаясь тем, что мне нравится. и поэтому торчу на тренировках по регби, это моя страсть! - повернулся вперёд и расплылся в улыбке, когда разговор коснулся любимой темы. - я тебя понимаю, - пробубнил про себя младший. - ах, тебе не жарко в пиджаке? может, снимешь его? - сам хун остается в белой рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами и расслабленым узлом галстука, и несёт свои вещи в сумке. - у тебя ещё и волосы чёрные, припекает, наверное. - мне норм, я привык, - только это не было правдой, плотная ткань одежды и рюкзак за спиной неприятно намокали от пота. тёмноволосого удивлял этот уровень заботы от всего лишь знакомого, которая обычно ему не нравится, а тут она даже правдивая. - а мне душно, зайдём за чем-нибудь холодненьким? - обернулся к джинёну, указывая пальцем куда-то в горизонт и счастливо улыбаясь, а тот потихоньку что-то понимает и глядит изумлёнными чёрными глазами.

***

- бэ джинён! - звать таким образом уже вошло в привычку, - пойдёшь сейчас со мной на треню? я хочу, чтобы ты поддержал и гордился мной! я всё-таки друг тебе или кто? давай, вставай и пошли! - всегда активный и энергичный сынхун подбежал к джинёну, сидящему за партой, взял того за руку и потащил за собой к выходу из аудитории, а тот и не мог сопротивляться, всего лишь посмеялся и побежал вместе со старшим. сынхун и джинён подружились, как бы абсурдно по отношению к последнему не звучало. да, им приятно проводить время вместе, и ким оказался не таким, как все остальные люди: он особенный, и он понимает джинёна. чем большое парни общались, тем больше нового бэ узнавал о своём новом приятеле. оказалось, что регбист тоже разочарован в людях, а всё из-за своего же слепого доверия каждому встречному, и сам хун винит себя за это, чем отличается от бэ, последний вообще никому не доверяет, и школьник успокаивает кима во время истерик, приговаривая "хён, не вини себя, это всё люди, всё в порядке". у них в целом есть много чего общего, при этом контраст их личностей впечатляет, бэ даже привык к частой тактильности с другом и его обнимашкам с поводом и без, а ведь раньше ненавидел и не терпел обычных касаний. тёмноволосый признаётся сынхуну, что он - первый человек, которому он доверяет и с которым он честен, искренен; и эти робкие, незнакомые, впервые открывающиеся чувства обоюдны. кима он просто так не отпустит, только не без крайней необходимости, а старший такого же мнения, и их общие загоны только сближают, как метод выбраться из всех проблем вместе, ведь так намного легче, чем в одиночку. не хотелось терять такого искренне чистого, простого, яркого, практически идеального человека, словно найти кого-то, кто будет лучше, чем ким сынхун - невозможно. а так ли это? джинён потихоньку открывается ему, уже не чужому человеку, и боится совершить ошибку.

***

джинён сидит на площадке крыши их школы, свесив свои ноги с края здания, любуется огненно-розовым закатом на горизонте. ни единой души вокруг, только звук жизни большого города, который расплывается в воздухе шумом и гудением, не оставляя после себя ничего, и хочется пропасть вместе с этим гулом. ещё теплый осенний ветер приятно щекочет розоватую кожу, очёркивая все изгибы лица, и пробирается сквозь длину волос, взъерошивая их и перебирает пряди. уединение с природой всегда нравилось парню как способ забыться и подумать обо всё ещё раз, о том, что в его жизни существенно и ценно, а что не требует внимания и времени. бэ часто думает о таких вещах, потому что просто плыть по течению, ничего не делая - не круто. хочется, чтобы не было никаких перемен, потому что джинён их не любит, но и приключения в его жизни хоть раз должны быть, чтобы было, о чём рассказать, и хорошо бы, если эти авантюры будут с хорошим концом. такие моменты абстрагирования слишком хорошо позволяют окунуться в свои собственные тёмные и депрессивные мысли, что можно даже словить беспокойство, и поэтому темноволосый боится остаться один - наедине с самим собой и своим умом-разумом. школьник хорошо знает не понаслышке, что справляться с таким в одиночку трудно, и из этого транса может вытянуть только кто-то другой, и как славно, что у парня теперь есть такой человек, который не позволит уйти в тёмную пучину, бэ и не хочет, потому что жизнь только-только начала налаживаться. - джинён-и, ты снова тут сидишь? - позади слышен звонкий стук железной двери и голос хёна. второй подходит к младшему и садится рядом на край, упираясь ладонями на поверхность. - я просто не хочу идти домой, - бэ перевёл свой взгляд на ближнего. сынхун же заметил в этих тёмных глазах тоску. - я хотел с тобой поговорить, на самом деле... - заводит руку за голову ким и смотрит вниз, - ты же помнишь, когда мы познакомились? - глядит на младшего в ожидании ответа. - три месяца назад. - вот... с самого начала я заметил, что ты скрытный и молчаливый, не двигаешься с места, будто боишься чего-то или нервничаешь. у тебя всё хорошо? - обеспокоенно смотрит на приятеля. - я... немного боюсь общества и мне не совсем приятно быть среди людей, - парень только что придумал аргумент, чтобы скрыть реальную причину своей тревожности, - за все свои семнадцать лет жизни мне комфортно только с тобой, хён... даже уютно, - едва заметно улыбнулся про себя. - джинён, - сынхун стал более серьёзным. - что такое? - хоть мы и знакомы не так давно, - светловолосый взял ладонь бэ в свою в замок, - я дорожу тобой и хочу, чтобы ты всегда был в порядке, был счастлив и любим. я могу помочь тебе с чем угодно, но как, если ты ничего не рассказываешь? мне остаётся лишь догадываться, как ты себя чувствуешь, и мне немного обидно, потому что я волнуюсь за тебя. пожалуйста, даже если тебе всего лишь хочется поговорить, обратись ко мне в любое время. я просто вижу, что внутри тебя есть что-то, что волнует тебя. просто дай мне знать, и я сделаю всё, что в моих силах, - старший с заботой улыбается и смотрит на ближнего и темноволосый знает, что все эти слова искренние, от всего сердца, и разглядывает их сомкнутые вместе ладони. - ты такой заботливый, ким сынхун. я постараюсь больше рассказывать обо всём, спасибо за доброту, хён, - будто отчеканил, отвечает джинён, стараясь скрыть свою толику грусти. - да не за что, - притянул к себе в крепкие объятия и оба заливаются лёгким смехом, - просто прими это к сведению и всё будет супер. давай ещё немного посидим тут и я провожу тебя до остановки? мы замёрзнем и заболеем, осень, как-никак! - альтруизму этого идеального паренька не было предела, а его улыбка была сладко-заразной, ради которой хочется отдать весь мир. всё же, джинён не решается что-то говорить, потому что не хочет перекладывать свои проблемы на другого, ибо знает, что у сынхуна высокий уровень эмпатии, хоть и знает, что это чисто с целью оказать помощь. он боится навредить и ему, и себе, ведь отступать уже слишком поздно.

***

солнце практически скрылось за горизонтом и от красивого заката остались только пару последних ярких лучиков. купол неба чистый, как стёклышко, скоро окончательно окрасится в глубокий чёрный и осыпется звёздами, крупными и мелкими, словно блестящие монетки разных номиналов, что будут сиять целую ночь и освещать путь всем потерянным. небесные светила нравились тёмноволосому, он любил по ночам разглядывать небесное полотно и складывать из точек созвездия. они такие же ледяные и бездушные, может, неживые и далёкие от мира сего, как бэ джинён, он и есть тот блудный. его раны слишком велики, чтобы излечить искалеченную душу и отравленный разум парня, хотя парень признаёт, что у школьного спортсмена получается, не намного, но достаточно для того, что школьник чувствовал себя буквально новым человеком. они меняются местами, оказывая помощь и поддержку друг другу, в этот раз уже сынхун успокаивал своего младшего, утирая слёзки с лица и наговаривая, что последний - лучшее, что случалось в жизни кима и что всё будет хорошо, ведь хён рядом. поэтому бэ благодарен за родную близость в такие моменты, но сказать напрямую стесняется, на удивление; предпочитает говорить своими поступками, а не словами. только вот, звёзды рождаются и умирают одинокими, когда становятся никому ненужными, когда перегорают, и это то, чего он боится больше всего. джинён правда не хочет терять сынхуна, как единственный оплот здравого смысла, иначе первого снова поглотит темнота цвета его волос. может, я слишком требовательный к другим? мне стоит быть проще и спрятать все свои шипы, дать кому-то войти в мою жизнь? строя границы своего комфорта, я стираю все свои шансы быть живым человеком. я не хочу снова жалеть, только не в тот раз, пожалуйста... я запутался и мне всё ещё страшно.