Терновый венец

      «Очередная шлюшка Лауры» — несколько умело подобранных, хорошо заостренных слов, которые ранят, бьют прямо в цель. Внезапное головокружение. Хочется все разрушить, уничтожить, стереть в порошок и разметать в попытке избавиться от ощущения собственной никчемности.       Бежать дальше не удается, когда ноги начинают подкашиваться. Мария кладет руки на грудную клетку в надежде, что дыхание восстановиться как можно быстрее. Слезы текут со скоростью, неподвластной остановке.       Чья-то рука касается плеча девушки. Глаза расширяются то ли от страха, то ли от злости, сердце увеличивает темп. — «Маша…» — ей не дают договорить.       — «Очередная шлюха, да, Лаура Альбертовна? — увесистая пощечина обжигает кожу лица голубоглазой, — Вы для этого меня к себе домой привезли? — обведя женщину презрительным взглядом, она продолжает — Да Вы такая же, как… » — «Заткнись! — рычит брюнетка, потирая место удара, — Не собиралась я с тобой спать, — нагло врет, — Иди за мной!»       Лаура разворачивается и делает несколько шагов по направлению в дом, но замечает, что модель все также стоит на месте. Женщина медленно, наблюдая за каждой эмоцией на лице Третьяковой, подходит ближе и нежно смотрит в глаза. Ярость сменяется нежеланием бросать блондинку. Она медленно протягивает руки, и те ложатся на плечи. Мария напрягается и пытается вырваться, но директор незамедлительно тянет ее в объятия, сковывая руки позади спины девушки в стальное кольцо. — «Машенька, — шепчет на ушко, опаляя морозную плоть обжигающим воздухом, — Все хорошо. Сделай медленный вдох вместе со мной».       Слова сопровождали поглаживания по белокурой макушке, уткнувшейся в грудь женщины. Сердце сжималось от боли, когда она слышала, как Мария пытается восстановить дыхание. Хотелось забрать всю причинённую боль себе. Она еще никогда не чувствовала подобного ни к кому другому. — «Вот так, умничка, медленные глубокие вдохи. Повторяй за мной».       Дыхание Третьяковой постепенно становилось все медленнее, но каждые несколько вдохов девушка, будто задыхалась и хватала ртом воздух. — «Ты в безопасности, Машенька. Я здесь»       Через некоторое время блондинка успокоилась, и попыталась отстраниться от женщина. Лаура позволила, несмотря на все нежелание данного действия. — «Машенька, пойдем домой»       Третьякова опустила глаза в пол, не в силах смотреть на женщину, и скрестила руки на груди. — « Я…» — прерывистое дыхание и возобновленный поток слез не дали ей договорить. — «Не нужно, пойдем». Когда нежная рука директора легла на ее талию, модель все же подчинилась.

***

      2 часть       Блондинка ворочается в кровати, пока мысли беспорядочно витают в ее голове. Пощечина, слова неизвестной женщины, страх, быть использованной уже в который раз, и наконец, сама Лукина, нежелание верить в вину которой было намного превыше разума. Решив, что лишь стакан свежей воды поможет Морфею забрать девушку в свое царство, она направилась на кухню, но остановилась у приоткрытой двери: донеслись голоса. — «Тань, не знаю, как объяснить, но она… Она другая. Хочется чего-то больше, чем переспать, а потом забыть о ее существование».       Немного отойдя от проема, девушка скатилась вниз по ближайшей стене, зарываясь в белокурые локоны руками. Осознание и принятие чувств пришло не после поцелуя, а именно сейчас. Она не является пустышкой, кой была для всех, для женщины, что спасла ее, для женщины, которой восхищается. Задумываться о том, насколько эти чувства неправильны и неестественны не давало сердце , что сжималось от чувства вины, и бабочки в животе, что метались с огромной скоростью то и дело, врезаясь в его стенки, причиняя фантомную боль.       Пролежав на кровати некоторое время, девушке так и не удалось уснуть, поэтому она вновь подошла к двери. Света не было, да и голосов тоже. — «Маша, ты чего там стоишь? Проходи» — брюнетка, стоявшая с сигаретой у окна, заметила силуэт девушки.       — «Лаура Альбертовна, я…Я, — руки блондинки мгновенно вспотели, сердце застучало с головокружительной скоростью, — не хотела, — не смея поднять и глаз на женщину, Третьякова искала что-то интересное в лакированном напольном покрытии. — Простите меня». — «Забудь, ты поступила правильно, — сделала очередную затяжку, — Просто Таня, она… — не зная, как объяснить сложившуюся ситуацию, Лаура решила, что отложит этот разговор на завтра, и сменила тему. — Будешь?» — брюнетка вытащила новую сигарету из пачки и протянула девушке.       Блондинка, ничего не ответив, лишь подошла к Лукиной, приняла благородный табак. Взор был направлен только на женщину, чьи пальцы так изящно стряхивали пепел, заставляя его в танце, опускаться на землю. Затяжки становились глубже, и, вот спустя пару секунд, никотин ударил в голову, вызывая слабую эйфорию. Несколько секунд тишины. Брюнетка ломает ее, кидая уже из коридора короткое «Спокойной ночи».

***

      Брюнетка балансирует на грани между сном и реальностью, пока три стука в дверь спальни не выводят ее из состояния легкой дремоты. Лукина трет глаза и немного приподнимается, опираясь на локти. — «Да?» Дверь медленно открывается, в проеме показывается блондинка с уже застывшими отпечатками слез на ее лице. Она делает два шага вперед, но не отпускает металлическую ручку, как будто не уверена, стоит ли это делать. Не хочет навязываться, кажется здесь лишней. — «Что-то случилось?» — хрипловатым, еще не отошедшим голосом от сна, спрашивает Лаура, упрекая себя за всю бессмысленность заданного вопроса. Как будто это могло быть что-то другое, кроме Евгения.       — «Мне страшно — шепчет Мария, — я вижу его каждый раз, как только закрываю глаза, и я просто... — она замолкает, не в силах побороть неловкость за последующие слова, —Я не могу спать одна».       Брюнетка чувствует, как сердце и мозг начинают ожесточённую борьбу в ее голове.       Рациональная сторона начинает: «Ты уже впустила ее в свой дом, а теперь собираешься впустить ее в свою комнату? В твою постель?»       Чувства не отступают: «Посмотри на нее, ей страшно. Лукина, ты знаешь, что испытываешь к ней что-то, так почему бы не позволить остаться с тобой?»       Но разум еще не закончил: «Ты обещала себе больше не привязываться, помнишь? Тебе не хватило прошлого раза?»       Сердце пытается подобрать контраргументы: «Уже поздно. Впусти ее, поступи хоть раз в жизни правильно». Кажется, чувства побеждают, когда она произносит: «Ты можешь остаться здесь» — женщина сдвигается на правую сторону.       Мария облегченно выдыхает, спустя, кажется, вечное ожидание ответа. Она подходит к левой стороне кровати и скользит под одеяло, дрожа, когда ее голые ноги соприкасаются с холодными простынями.       Теперь они обе лежат на спине, уставившись в потолок. Третьякова с улыбкой вспоминает, как буквально пару дней назад, делала то же самое, тревожно заламывая пальцы, в ожидании предстоящего э собеседования в модельном агентстве у « железной леди», находящейся сейчас в метре от нее. Как все изменилось.       — «Мне жаль, — девушка решается разрушить тишину. Ее голос больше не дрожит. — «Вам не стоило привозить меня сюда» Лаура не смотрит на модель, так, кажется, проще. — «Почему ты так думаешь?» Мария поворачивает голову и изучает лицо женщины, несмотря на то, что та даже не обращает на это внимания.       — «Я…я не знаю, — мысли беспорядочно витают в голове, пытаясь выстроить правильно построенное предложение, — Мы знакомы с Вами всего пару дней». Между ними вновь воцаряется тишина. Третьякова, определенно, чувствует себя намного спокойнее здесь, в комнате брюнетки, надежно укрытая одеялом, имеющая возможность вдыхать аромат директора. Девушка закрывает глаза и сосредотачивается на дыхании Лукиной, чтобы отвлечься от мыслей. Проходит около пятнадцати минут, и блондинка уверена: Лаура спит. Она ждет еще некоторое время, прежде чем снова открыть глаза и посмотреть на брюнетку. Полумрак в спальне нарушает лишь полная луна, придающая комнате мягкого свечения, позволяющая Третьяковой детально разглядеть лицо брюнетки. Все мысли девушки сейчас сосредоточены лишь на желании протянуть руку и провести пальцами по каждому миллиметру кожи Лукиной. Глядя на линию подбородка брюнетки, она вспоминает о маленьком порезе на своей собственной щеке, и это, словно отправляет ее по спирали сегодняшних событий. Евгений, возвышающийся над ней и готовый нанести очередной удар прямо сейчас. Три стука в дверь и знакомый голос – облегчение. Лаура и ее «Я отвезу тебя домой». Третьякова отчаянно хочет какого-то физического контакта прямо сейчас, поэтому, придвинувшись немного ближе к женщине рядом, блондинка протягивает левую руку и осторожно кладет ее на живот Лукиной. Тревожно. Она ждет какого-то ответа или же жеста, который, скорее всего, будет выражением неодобрения, но брюнетка не двигается, и Мария убеждена, что она, действительно спит. Только это не так. Директор лежит с закрытыми глазами и пытается расслабиться, но, как только рука блондинки легла ей на живот, дыхание внезапно участилось, будто ее только что окатили холодной водой. Девушка придвинулась ближе, словно пытаясь найти золотую середину, пока их тела не оказались в миллиметре друг от друга. Запах модели распространился по всему пространству, которое только было доступно носу директора, и, несмотря на всю нервозность, брюнетка почувствовала, как ее тело расслабляется. Вся уверенность в том, что так заснуть она не сможет, покидает ее вместе с реальность, прежде чем она проваливается в беспамятство.