Лепестки Чёрного Лотоса

И вновь эта ненавистная темница. Медленно придя в себя, заклинатель увидел лишь мрак и ничего более. Только тусклый свет из-за маленького окошка, не давал узнику погрязнуть в пучине кромешной темноты. От ужасной вони что стояла в воздухе, ужасно кружилась голова, а в горле застрял большой ком тошноты. Сидя в одном положении много времени, затекшее тело отдавало тупой болью. Пытаясь хоть немного привстать, чтобы устроиться поудобнее, пришлось откинуться назад на холодную каменную стену сырой темницы. Делая малейшее движение вперёд, как горло в тотчас начинали сдавливать тяжелые оковы. Глаза привыкшие к темноте скользнули вниз. В следующую минуту эхом раздался звон цепей. Руки как и ноги сковывали тугие оковы, которые были соединены мелкой, но очень прочной цепочкой. Заклинатель головой поник, не зная, что ему делать оказавшись в подобной ситуации. Мысли что нависли над ним мрачными грозовыми тучами, сильно угнетали и парня, вскоре, начало одолевать отчаяние. Устремив свой тупой взор во мрак, казался неживым и не мёртвым, словно его кто-то распотрошил и оставил в таком состоянии. Всё вернулось на свои места… Вернувшись обратно в темницу, неизвестно что придёт в голову этого ублюдка и, какое ему придется понести наказание? Наверное, Лей Куан сломает ему ноги или изобьет его до полусмерти так, чтобы больше не решался на побег. Даже если он попереломает каждую косточку в его истощённом теле или же решит вспороть ему брюхо, вытащить наружу все его потроха и оставить его в таком состоянии медленно умирать, он по прежнему не оставит никаких затей убежать с этого ада. Тигр тощ, да смелое сердце у него в груди, а человек беден, да воля его неистощима. Ежели быть откровенным, вряд ли Мяо Цзинь Чэнь даст Йэдону Фьюноко спокойно умереть, хоть смерть была бы больше предпочтительнее, нежели находиться с таким садистом в одной комнате. Вдруг его взор привлёк лунный свет, проходящий сквозь решетчатые окна. Почувствовав едва заметное дуновение ветра, а от его бодрящего холода пробежала дрожь — узник вновь оживился. Нахлынули воспоминания о давно прошедших днях, которые уже невозможно было вернуть, а перед глазами предстала всплывшая из памяти фигура дорогого ему человека. На сердце даже как-то теплее стало. Послышался звонкий треск рухнувших на пол сломанных кандалов. Размяв затекшие конечности, на шее, как на руках или ногах, остались багряные следы. С такой же лёгкостью, старейшина Инь Бинь смог расправиться и с дверью. Каким же был наивен Нианзу Фа, не ведая о том, что его пленник успел вернуть свою былую мощь, приказав одеть на него обычные оковы, которые могут только удержать простого человека. Какой же он всё таки самонадеянный дурак, каждый раз уверяя себя что попав под его власть, он сможет так легко контролировать Шуанхуа. Хочу подметить той факт, что его сторонники не раз предупреждали его по этому поводу, но Лей Куан оставался уверенным в своих предрассудках. Интересно, чем будет стоить Нианзу Фа его беспечность? Великий Император ошибся, предполагая, что свершив однажды оплошность, то не сделает этого же и во второй… Тихо шагал заклинатель по извилистым коридорам. Под светом голубого пламени который охватывал правую руку Фьюноко, тьма растаивала, расчищая путь. Пройдя всего-то пару шагов, а парень уже мог сказать что он находился нигде иначе, как во дворце Ицень-кухашю. Само по себе усадьба представляла из себя огромный дом с множеством количеством комнат и прислуги (та и стражи здесь было немерено, чуть ли не в каждом углу стояли), а также с несколькими роскошными садами располагающегося вокруг дворца. Однако, после смерти предыдущей императрицы, за цветником перестали ухаживать и вскоре яркие, пышные и имеющие пьяный аромат цветы, попросту начали вянуть. С той поры, сказочный сад превратился в настоящие джунгли, густо зарастая сорняками. Силуэты отбрасываемыми деревьями, ночью могли до смерти напугать случайного прохожего. Как раз туда и направился Йэдон, примитивно спрятавшись за кущами, которые послужат не таким плохим укрытием. Незаметно пробирался, прячась за тенью листвы кустов или за толстыми стволами деревьев. Замечая в поле зрения яркий свет излучающий лампами, что держали дворцовые стражники, заклинатель немедленно замирал на месте, терпеливо выжидая пока они отправляться восвояси. Вздыхая с облегчением, он продолжал пробираться под покровом ночи. Без проблем проскользнув мимо стражников что охраняли парадные врата, спустя три палочки ладана Фьюноко оказался в лесу. Преодолев десятки или даже сотни чжанов, ноги начали плестись от усталости. Со стороны заклинатель шёл такой походкой, как будто выпил пару кувшин крепкого вина и теперь находился в нетрезвом состоянии, хотя ни капли спиртного в рот не брал. Не раз себя ловя на мысли немного передохнуть, Йэдон продолжал упорно идти. Прекрасно понимал он, что не смотря на его тихое исчезновение, цепные псы императора в туже секунду его найдут, прежде чем он успеет где-то скрыться. Потому не щадя себя, через невероятную силу воли переставлял ноги, едва ли не падая от изнеможения. На самых верхних ветках притаилась сова. Её жёлтые глаза зловеще блестели во мраке. Издав приглушённый звук, совка расправила свои крыла и взмыла в небо. Пролетев прямо над головой заклинателя, последний поднял голову чтобы улицезреть демонстративный полет совы. На покрывале ночи рассыпано несчетное число ясные звёзд, образуя различные интересные созвездия. А в центре стояла полная луна, которую можно сравнить с прекрасной царицей восседающей на троне. Своим великолепным светом освещала путь в ночи добрым путникам, а красой — затмевала всех. Листья высоких деревьев от дуновения ветра зашелестели, напоминая своей симфонией на тихий шепот, что разносился по всему лесу. Внезапно от куда-то послышался странный звук, отдалённо напоминающий на собачий лай, который так стремительно приближался. Старейшина Инь Бинь чуть не подскочил со страху, услышав свирепый вой нескольких псов. Неужели они так быстро заметили его отсутствие? Время на раздумий нет, нужно бежать как можно дальше! Не беря во внимание на истощение, заклинатель поспешил кинуться бежать что есть сил. Правду говорят, ежели дорога тебе твоя шкура, всегда для этого найдётся сила. Мчась по лесу куда глаза глядят, Фьюноко временами оборачивался назад. Вот что и нужно было доказать! Через каких-то жалких пару минут, а проклятые псы напав на его след, ныне их разделяла всего-то три-пять ли, которые быстро сократятся. Когда животные почти догнали, Шуанхуа спасла его собственная неосторожность, — споткнувшись о маленький булыжник, он покатился вниз по склону. Мелкие камушки попадающиеся на пути, разорвали одежду и изодрали до крови нежную кожу. Затем, делая тщетные попытки остановиться, стараясь руками схватиться за возможный выступ, при входе всего этого заклинатель ударился головой. Разум вновь помутнел и понадобилось не так мало времени, чтобы прийти в себя после такого крутого спуска. Теперь, заклинатель находился в пещере. Маленькие кристаллы мерцали, наполняя комнату зеленоватым или бирюзовым светом. Едва встав на ноги, Фьюноко поплелся вперёд. В самом конце пещеры находилась бездна. Заглянув вниз, можно увидеть как из пучины тьмы выглядывали руки и головы скелетов. Яростно клацая челюстями и махая руками или другими конечностями, они словно звали присоединиться к ним. Может это всего лишь галлюцинации или плод воображения? Что по истине было реальным, так это лай собак. Старейшина Инь Бинь стоял как вкопанный, вглядываясь пустым взглядом в бездну. Окружающие его звуки потеряли былую чёткость и громкость, от чего заклинатель вообще перестал обращать на них какое-то внимание. Однако, что его спустило с небес на землю, а именно, знакомый голос, который по его мнению прозвучал намного громче, чем всё остальное. Оборачиваясь назад, Шуанхуа увидел как в чжане от него, стоял с непоколебимым видом Лей Куан. Стоит отметить, что ныне он был одет более простовато, чем в предыдущий раз. Словно он собрался пойти на охоту и поймать какую-нибудь добычу. По всей видимости, той самой дичью являлся сам Йэдон Фьюноко, а охотником который должен его поймать — Мяо Цзинь Чэнь. От серьёзного и решительного вида грозного императора, заклинатель невольно отступил на пару шагов назад. Собрав всю мужественность в кулак, он воскликнул: - Что здесь делает Его Величество? Неужели, у него нашлось немного времени, дабы лично вернуть этого никчемного раба назад во дворец Цзинь-лиенхуа? — процедил Шуанхуа и вытер рукавом своего одеяния с губ кровь. - Шуа-эр! — обратился император к нему. — Давай, ты по хорошему вернёшься со мной обратно во дворец, — вот увидишь, как будет всё намного проще… - Вернуться?! — в пещере эхом раздался пронзительный истерический смех. — Его Величество думает, что я вернусь когда только недавно вырвался из того ада? Нет! Я никогда не вернусь туда. Даже если ты приставишь к моему горлу клинок своего меча, я лучше выберу смерть, нежели вернусь в темницу! - Что ж, ты сам это выбрал. — холодным тоном бросил Лей Куан. Обнажив свой меч Чаохен Дейхуа и скрестил в бою с Утоканду Утхе. Два необычных оружия успевших прославиться на весь мир заклинателей, также как и их хозяева. Ежели сравнить их между собою, Утоканду Утхе достаточно прыткий в бою и превосходно кромсало врагов, а Чаохен Дейхуа — весьма мощный по силе, но его недостатком было чрезмерная тяжесть, исходя из этого его владелец должен быть невероятно сильным, чтобы поднять такое орудие. Оба меча хороши сами по себе и обладают не дюжиной силой, как обычно простые холодные оружия. Однако, неизвестно чем же закончиться схватка двух необычайно мощных мечей. Пока оба прославленных заклинателя сражались, стражники затаив дыхание наблюдали за ними, не упуская из виду каждое их малейшее движение. Такой бой можно описать так: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Летали искры, сквозь тишину слышны глухой звон скрещённых мечей в яростном бою, а атмосфера стояла убийственная. Некоторые из близко стоящих людей решили немного отступить, дабы их не задела эта зловещая аура сражающихся. И вот оба противника остановились, чтобы немного перевести дыхание. А через мгновение, разъярённая битва возобновилась. При всей той суматохе, после очередного скрещения клинков, Фьюноко отпрыгнул назад. Неужто струсил или же признал поражение? Нет, этому никогда не бывать! Хорошенько взяв в руки рукоятку меча, Шуанхуа послав дикий взгляд сопернику, тотчас оторвался от земли кинувшись в атаку. Вовремя сообразив что к чему, Нианзу Фа переменил положение Чаохен Дейхуа и без труда отбил удар. Как только клинки грозились вновь скреститься, как тут Утоканду Утхе со звонким треском распался на мелкие осколки. Как такое возможно?! В следующий миг Фьюноко едва успевает голой рукой схватить клинок, чье острие задев кожу, чуть ли не пронзило насквозь его сердце. Ручьём потекла вниз кровь, падая на пол пещеры. По искажённому лицу самого Мяо Цзинь Чэня, как будто съел кислый лимон, ничуть не ожидал что он каким-то образом сможет задеть старейшину и поэтому пребывал в растерянности. - Почему? За что? — голубые глаза заклинателя накрыла пелена слёз. — Что я такого тебе сделал, за что ты так мне мстишь? Почему я должен всё это терпеть? Оставаясь по прежнему хладнокровным, Лей Куан что-то прошептал что не смогло услышать большая часть присутствующих. Единственный кто различил его слова — Йэдон Фьюноко. Невероятно собственным ушам, на его лице читался весь ужас и потрясение. Зрачки глаз сузились до маленькой точки, став почти не видимыми. Шуанхуа что-то прошептал в ответ, но большинство из присутствующих здесь людей, ничего не услышали, а лишь увидели как тонкие губы заклинателя вздрагивали произнося определённые слова. В груди запылал неистовый огонь. Позволив эмоциям взять над собой верх, Мяо Цзинь Чэнь даже не подозревал, что позже может из этого получиться. Молодой император сильно толкает Фьюноко. Дабы удержать равновесие, старейшина Инь Бинь делает шаг назад и срывается с обрыва. В следующее мгновение, он растворился в пучине непроглядной тьмы. Падая вниз мысли его были чисты, а сердце необычайно спокойно. Так иль иначе, если Шуанхуа ничего больше не найдёт в той темноте, кроме как смерти, он не боится умереть. Чувствовал он лишь жалость, что оставит на этом свете дорогих ему людей. Представляю, как они будут опечалены узнав что их друг мертв. Они даже не смогут увидеть его или сопроводить в последний путь, ибо тело будет растерзано злыми духами или животными, а душа — разбита на тысячу мелких осколков.