Рождественская месса.

6:30 am. 17 декабря, четверг. Штат Миннесота, Миннеаполис. Кленовая улица, дом 13. Квартира Одри. Утро девушки началось полтора часа назад с пробежки в ближайшем парке. Последнее время ей приходится бегать на улице, так как спортивный зал, в их доме, на ремонте. Не лучшее время, зимой, в декабре, для пробежек в парке. Заболеть можно. По дороге домой, она зашла в супермаркет и купила продукты себе для завтрака. Обедает она на работе, а ужин закажет готовый домой, так что покупать больше, попросту нет смысла. Придя домой после такой интенсивной прогулке и пошла принимать контрастный душ. Йога, вакуум, медитация, пару стаканов холодной воды и какая-то злаковая каша на завтрак. Привычное начало дня и список дел Одри перед работой. Этой ночью ей плохо спалось из-за разных переживаний связанных с работой, поэтому она покинула постель раньше обычного, в следствии чего, раньше всё закончила и теперь стояла с кружкой ромашкового чая, глядя на город через панорамные окна. Переживала ли она за перевозку Мишель или может за всё расследование в целом, это вполне ожидаемо, понятно и логично. Что же казалось не совсем логичным, объяснимым и уместным, так это её размышления о Грегори. Ничего такого, личного, что могли бы счесть неприличным. Просто он был как человек ей не понятен. Вот смотришь на него и не имеешь ни малейшего понятия о чём же он думает. Ей на всегда понятно его реакция. Почему в понедельник он так себя вёл на совещании? Психовал, как малый ребёнок. Потом он был, напротив, рассудителен, спокоен. Но как-то опечален, что ли? Во вторник она просто поддерживала разговор и задавала обычные вопросы, для поддержания русла диалога, без всякого умысла,а он так взъелся. Потом делал вид, что ничего вообще не произошло. Вчера вроде всё было спокойно, но если честно, чувствовалось какое-то напряжение. Вывод, к которому смогла прийти Одри и в котором уверена, мужчина переживает о чём-то, беспокоится, что-то терзает, разрывает изнутри, его душу. Ей, по большому счёту, должно быть всё равно. Но однако это не так. Конечно, она могла врать, утверждать, что интересуется только для того, чтобы было проще работать и всё в этом ключе. Но Одри не привыкла врать самой себе. Что-то в Грегори её цепляло. Он не похож на неё саму или тех, кого она знает, кто её окружает. Она бы очень хотела узнать Грэга получше, иметь такую возможность. Но он её отталкивает. Девушка допила чай и вернулась на кухню, убрала кружку на место, в шкафчик над столом, предварительно её ополоснув, вызвала такси из спальни и стала переодеваться, а иначе она с успехом опоздает на работу. Она зашла в здание ФБР, быстренько поздоровалась с дежурным, который уже заступил на пост, сменив ночного, не останавливаясь на долго и пошла к лифту. Около лифта она встретила Джексона, местного компьютерного гения, точнее Одри бы и не сказала, потому что не до конца понимала, в чём состоит работу людей из компьютерного отдела. Бродят по интернету, ищу разные ролики, какую-то информацию. Вот и всё, что она знала. Молодой парень, с миловидным, модельным или киношным личиком; каре-зелёными, выразительными, проницательными глазами и короткими, вьющимися каштановыми волосами. Симпатичный, даже немного обидно, что он гей. Хотя, наверно, всё таки он не во вкусе Одри. Вообще, они дружили, насколько это было возможно с их графиком работы и загруженным образом жизни. В лифте перекинулась парой фраз с Линдой, начальница отдела нацбезопасности. Острые черты лица; чёрные прямые волосы, длиной по лопатки, может даже чуть ниже; голубые строгие глаза; много родинок; нос с горбинкой, но это её вовсе не портило; не очень высокая, но привлекательная женщина средних лет. У неё есть сын лет 8-9, он пару раз сидел у мамы в отделе, так о нём Одри и узнала. Малыш был обычно всегда с Линдой, с ней его оставил суд, но в определённые дни его должен был забирать отец, а когда он забывал или не мог, маме приходилось брать его с собой на работу. Впрочем, мальчику скучно тут не было, с ним частенько играла помощница мамы, Хлоя. Рисовала, рассказывала всякие истории, водила в кафе, которое находилось на первом этаже здания. Линда развелась с мужем, когда сыну было около 5, из-за частых измен своего мужа, которые он даже не скрывал. Какой подлец! И ведь что интересно, не такой уж он и красавец и куче денег и него нет, кому он вообще оказался нужен? А вот Линда его любила, отдавала всю себя, после разводы начала ходить к психологу. Ладно, не будем копаться в чужом грязном белье. Линда вышла на четвёртом этаже, где и располагался её отдел. Что-то подсказывало Одри, что они ещё встретиться из-за этого дела с Мишель Браун. Одри вышла на пятом этаже и пошла к себе в кабинет. Сейчас всё здание пустовало, люди только начинали приходить на работу, рабочий день начнётся через пол часа. Не понятно почему, но сама Одри приезжала всегда минимум минут за 20. Ей так было привычнее и спокойнее, она вставала рано, успевала переделать все дела и ехала на работу. Заходила почти раньше всех и расположившись на своём месте, мирно дожидалась начала рабочего дня. Если была необходимость, просматривала информацию по делу, которое сейчас вела. На самом деле, эта привычка у неё столько, сколько она себя помнит. Раньше, совсем давно, она всегда и везде опаздывала, её это сильно не устраивало, поэтому она стала раньше вставать и теперь всегда и везде приходит раньше всех. Спорная привычка. Вроде хорошо, а если подумать, сколько она тратит времени впустую. А вот Грегори, напротив, всегда запаздывает минут на 10-15. Одри это начинало раздражать. Ведь знаешь, что опаздываешь, так почему бы не встать пораньше? Почему его это вообще не заботит? Пофигист какой-то. Но как раз это была одна из черт, мелочей в характере Грэга, которые так цепляли девушку. Казалось, будто она всегда паникует и старается всё распланировать, удержать под контролем. А он, как будто приручил, подчинил себе весь этот хаос и теперь как сёрфер рассекающий по волнам, просто наслаждается этим. Он как часто всего этого, а не инородное тело. Если быть честным, Одри немного завидовала этому. Завидовала тому, как просто он относится ко многим вещам. Иногда ей тоже так хотелось, но какие-то устои яро мешали, не позволяли пустить всё на самотёк. Девушка заметила, что все её мысли, вновь, ушли к Грегори. Он выглядит как настоящий джентельмен, но почему-то скрывает это под маской безразличия и холода. Может он, напротив, очень ранимый и тонко всё чувствует? И вот, опять, Одри романтизирует всяких мудаков. Он сам сказал, что не ищет отношений и не уважает девушек, наверно даже хорошо, что он сам это сказал. Вроде как предупредил. Нужно вырвать свои чувства, пока они не дали корни. Надо понять, что мы не будем с ним счастливы. Ох, сказать то легко. —Мисс Аттвуд. —в кабинет вошёл Билл и вырвал Одри из размышлений. —Привет. Что у тебя? —немного растеряно, от того что её застали врасплох, но с дежурной тёплой улыбкой спросила девушка. —Два агента, которых мы послали в Дулут, звонили сейчас. —Они что-то узнали? —Да. Не очень то много на самом деле. —Ближе к сути. —скомандовала Одри, не отнимая внимательного, пробирающего до костей, взгляда. —Все родственники и друзья отзываются о ней с теплотой. Сами до сих пор в шоке, после того, как увидели её в новостях. Милая, добрая, отзывчивая, послушная и заботливая. Ни разу не была дома, после того, как уехала. Последнии пол года стала реже звонить, ссылаясь на нехватку времени. Все были спокойны за неё. —Ясно. Ещё что-то? —Сегодня её перевозят в тюрьму. —Конвой приставили? —Конечно, всё как положено. Всё пройдёт гладко. —Ну это уже не нам с тобой решать. —парень не совсем понял, что имела ввиду начальница и как бы ожидал, что она пояснит, глядя на неё. Но она смотрела в пол, потом продолжила. —Мы можем за этим каким-нибудь образом наблюдать? Билл заметно потерялся, провёл рукой по волосам, обдумывая вопрос начальницы. —Ну, мы можем на карте по джипиэс отследить их маршрут. —А сопровождать на вертолёте сверху? —Вообще, да. Но на всё это надо время и разрешение Джеральда Скотта. Машины, которые её повезут, выедут через 15 минут. —Значит я к шефу за разрешением на отслеживание сверху, а ты по карте начинай отслеживать маршрут. —Понял. Билл сразу же вышел из кабинета и направился выполнять поручение. А вот Одри не спешила. Она осталась сидеть за столом, обдумывая, а не раздувает ли она из мухи слона. Может вертолёт это действительно перебор? Что случится? Она просидела так пару минут, решила, что нужно быть уверенными и держать всё под контролем, она пошла к мистеру Джеральду Скотту. Рассказала ему свои переживания, насчёт перевозки Мишель Браун и предложила свою идею. Ему это всё показалось абсурдом и он отказал ей в сопровождении конвоя с воздуха. —А если Грегори Хардкасл придёт и попросит? Ему вы тоже откажите? Услышав это, Джеральд встрепенулся и на минуту оторопел. Он знал, что Грэг может доложить, написать рапорт куда следует, начальству свыше, что мистер Скотт мешает или препятствует расследованию. —А это его инициатива? —Да. —быстро отреагировала Одри. Ответить на это, мужчине было нечего. Он потянулся было за бланками, чтобы составить приказ, но быстро остановился. —А почему он сам ко мне не пришёл? Одри смекнула, что мистер Скотт догадался, что она врёт, но отступать ей не хотелось. —Терпеть вас не может. Сказал мне: «Меня тошнит от одного его вида. Сходи сама». —Мисс Аттвуд. —гаркнул начальник и стукнула ладонью по столу. —Субординация! —Но это же не моё мнение. —ещё как её. —Что-то мне кажется, ты уже начала придумывать находу, так ещё и хамить старшим по званию. Я сказал нет. На этом всё. Иди. —А если Грегори сам подойдёт и подтвердит все мои слова? —Свободна! Девушка вышла из кабинета начальника и замерла. Что-то внутри упрямо твердило, что она права. Что перестраховка нужна. Но Джеральд так не считал. Нужно найти Грегори, убедить его в своей правоте всеми силами и как можно скорее. А если он тоже скажет, что это глупость? Так он скорее всего и скажет. Будь что будет. Главное попробовать. Одри решила проверить, может он уже пришёл и ждёт её в кабинете, а если нет, найти его телефон в базе данных. Нужно торопиться, на счету каждый миг. Подходя к кабинет, сквозь стеклянные стены и дверь, она заметила Грегори и очень обрадовалась, но её окликнул Билл. —Мисс Аттвуд, подождите. Она повернулась лицом к парнишки, но с места не сдвинулась. —Что случилось? —Её конвой выехал, мы отслеживаем их путь на карте. Увидим любое отклонение. —Отлично. —Вы получили разрешение? —Работаю над этим. —Вы уверены, что это необходимо? Что может случится? —Пусть ты будешь прав и это окажется совершенно лишним. Но я должна быть уверена, что всё пройдёт гладко. Всё, иди, следи за маршрутом. Вдруг что, пулей ко мне докладывать. Я и Хардкасл подойдём минут через 10. —Вас понял. Парень ушёл, а Одри стояла как в трансе, в оцепенении. Теперь ей не казалось всё это нужным и важным. Звуки все стали гораздо тиши, а чувства, наоборот обострились. Потерянность, неуверенность, уязвимость, волнение и страх. Всё вокруг будто замерло или стало в замедленном режиме работать. Обрывки фраз долетали до неё, как сквозь толщу воды. И как по щелчку всё вернулось в норму. Всё заработало, зашумело, разговоры, вокруг туда и сюда шныряют работники. Она осмотрелась по сторонам и быстренько зашла в кабинет. Она начала быстро, если не сказать судорожно, путано, объяснять всю ситуацию с перевозкой Грегори. —Тихо, тихо, шшш... Его ладонь легла на плечо Одри, свободной рукой от дотянулся до стола, взял стоявшую там бутылку воды и дал ей. Девушка сделала пару глотков и отдышавшись, успокоилась. —Спасибо... —А теперь повтори всё то, что ты уже сказала, только спокойнее. Его голос звучал тихо, размерено, успокаивающе, даже как-то покровительственно. Что что, а успокаивать, за примерно три года дружбы с Эйноллией, он научился. Он единственный, кто временами называл её полным именем. Обычно когда пытался по воздействовать на подругу или достучатся до её разума. Зачастую она с ним соглашалась. Мысли унесли его к тем тёплым вечерам, когда он был рядом с ней. Когда она после истерики засыпала, положа голову ему на колени, а он гладил её по голове, по её шелковистым кудрявым, каштановым волосам. Он говорил ей всякую чепуху, пересказывал фильмы (книги, сериалы), пел её любимые песни мои просто рассказывал о том, как прошёл его день. Всё что угодно. Она сама не раз просила Грегори рассказать, хоть что-нибудь, чтобы отвлечься от ужасных, гнетущих, грустных, навязчивых мыслей. А как только Энола засыпала, он аккуратно перекладывал её на кровать, шёл заварить себе чай из одних из трав в коллекции подруги, потом засыпал возле её кровати, положа голову на соседнюю к девушке подушку. Он мог чувствовать её дыхание. Грэг сейчас бы отдал всё, только бы её увидеть. Может позволят навестить её на Рождество. Это самый любимый и главный праздник в году для Энолы. Мужчина окунулся с головой в свои размышления и простоял бы так всю вечность, но голос Одри вернул его к реальности. —Что ты думаешь об этом? —спросила девушка в заключение своего монолога о перевозки Мишель, отслеживанию маршрута по карте и сопровождении её конвоя. —Я думаю, ты права. Стоит быть готовыми ко всему. —Нет, ты не понял... —но она так и не договорила эту мысль. Одри была почти уверена, что Грегори будет против и придётся не то убеждать, не то уговаривать. Но он сразу с ней согласился. —Прости, что ты сказал? —Прощаю. —с лёгкой улыбкой ответил мужчина и продолжил. —Я считаю это логичным. —Меня с этой мыслью послали. Поэтому, тебе нужно пойти к Джеральду Скотту и сказать, что это твоя идея. Ладно? —Хорошо. Где его кабинета? Почему он такой покладистый? Согласился с её идеей, согласен идти и настаивать, попутно, возможно, спорив с неким начальством. Он адекватный или ему просто плевать? Будем надеяться на первое. Одри быстро объяснила, где можно найти Джеральда и осталась дожидаться в своём кабинете. Она не могла спокойно сидеть или стоять на месте, её переполняли эмоции и из-за этого участилось сердцебиение. Грегори вернулся довольно быстро и с подписанным документом. —Джеральд как-то странно себя вёл. Не знаешь в чём дело? —Оу... Я сказала, что ты терпеть его не можешь. Одри замерла, не зная, какая последует реакция, но мужчина в ответ лишь рассмеялся. Она чувствовала, как её сердце замирало и ликовало, от смеха или улыбки Грегори. За что ей это всё? Девушка взяла из его рук документ, приказ и ушла к Биллу, отдавать командования насчёт дальнейших действий. Грэг вышел из кабинета вслед за ней. Конвой, сопровождающий Мишель, выехал минут 5-10 назад. Это не такое большое упущение, если вертолёт вылетит сейчас, без промедлений. Это было не возможно, сейчас нет свободных подготовленный людей. Одни уже на каком-то задании; вторые на учениях; у третьих выходной или отпуск. Было решено отправить тех, у кого учения неподалёку. Грегори не одобрил эту идею, считая это абсурдным и даже не безопасным, вот так без подготовки спускаться с вертолёта. Но Одри его и слушать не хотела. Приказ был отдан и на крыше этого здания уже готовили вертолёт. Но силовики будут здесь только ещё через 10 минут. У Грэга зазвонил телефон, тот, который ему передала Мишель. В напряжённой тишине, повисшей в отделе, этот звонок услышали все. Как гром среди ясного неба, кто-то аж подпрыгнул он неожиданности, а кто-то нецензурно выразился. Одри быстро отдала приказ записывать весь разговор и, по возможности, отследить откуда звонят. Сама она в пару шагов оказалась возле Грегори, все замолчали, а он принял входящий и поставил на громкую связь. —Здравствуйте, прокурор Грегори. —С кем я говорю? —Какое у вас сейчас время суток? —не обращая внимания на вопрос, продолжил мужской голос. —Кто вы и чего хотите? —Я знаю, что вокруг сейчас много народу, не очень то конфиденциальный разговор у нас выходит. Не клеится у нас с вами диалог. Может я не вовремя? Могу сбросить звонок. Что думаете? «Тени время» —написала на листке Одри и показала прокурору. Он кивнул. —Вы знаете как зовут меня... —И даже больше. Это лишь малая часть. —перебил его, голос из телефона. —Но я о вас не знаю, ровным счётом, ничего. Не честно получается. Не находите? Тон и ход мыслей Грэга стал похожим на тот, что доносился из телефона. И поэтому, мужчина, ведущий с ним диалог, рассмеялся. —Как мне к вам обращаться? —продолжил прокурор. —Ну тут уж как вам больше нравится, можно Освободитель, Спаситель или Мессия. —Отлично. На листе появилась новая запись от Одри: «Голос изменён. Вертолёт взлетит через 5 минут. Через минут 20-25 догонит конвой.» —Хорошо, я знаю кто вы. Но так и не знаю почему звоните. Почему только сейчас? —Мне стало скучно, решил развлечься. На Грэга накроила тупая ярость. Он не понимал своего собеседника и это его выводило из себя. Но поборов не уместные сейчас чувства, он продолжил. —Так что, мы будем просто болтать? —Просто болтать, как принято у старых приятелей. —Мы знакомы? —Если это так важно, да. Но прокурор, сколько у вас знакомых? Начиная работой и заканчивая казино. Перед глазами Грэга замелькало множество лиц людей, которых он когда-то видел. Это может быть действительно кто угодно. А может этот «Спаситель» блефует? Что если он и сам тянет время? Но ему то это зачем? Все обстоятельства сейчас на их стороне. Но что если это есть главный обман? Руки Грегори похолодели, а к горлу подступил ком. Но он вновь взял себя в руки и спокойно продолжил. —Так о чём же говорить старым друзьям? —Приятелям. —поправил его голос, но как-то мягко, по отечески, приятельски. —Какое у вас сейчас время суток? —повторил свой вопрос Спаситель. —Утро. Почти пол девятого утра. —уточнил прокурор менее чем через 20 секунд. —А у вас? —Это не имеет никакого значения. —А что тогда имеет значение? Одри прохлопала Грегори по руке, показывая в экран, где ранее двигающаяся красная точка, обозначающая конвой, сейчас остановилась. И написала на листочке: «Конвой Мишель остановился. Мы пытаемся связаться.» —Значение имеет время, план действий и чёткое выполнение поставленных целей. —Конвой - это ваших рук дело? —Возможно и так. Голос по ту сторону телефонной трубки такой спокойный, а вот Грэг, напротив, был весь на нервах. Всё выходило из под контроля и шло на перекос. Краем глаза он видел бегающую Одри и отдающую в панике приказы. Они встретились взглядом на пару секунд и она подбежала к нему. Дрожащими руками, от чего буквы скакали по строчке, написала на листке бумаги: «Конвой не отвечает. Вертолёт успел взлететь и не далеко улететь. Навигатор сбился, хотя его и всего остального исправностью проверяли. Они зависли нал городом, не зная куда дальше лететь. Рация перестала отвечать». Подняв взгляд на девушку, Грэг заглянул ей в глаза и прочёл панику. Она действительно не знает, что делать. —Чего же Вы замолчали, Грегори. —Разве нам есть о чём ещё говорить? —Конечно. Расскажите-ка мне, как там Энола? Или она уже позабыта и мне стоит спросить про Одри? Паникует, наверно. В глазах у мужчины потемнело. Откуда этот хмырь знает от Эноле? Этому человеку, именующему себя как Спаситель, известно многое. Но это совсем не пугало Грэга. Но теперь, когда он заговорил об Эноле... —Что вам о ней известно? Зачем она вам? —Тише, тише, прокурор. Мне и моим помощникам известно всё. Все её болезни и что сейчас она на лечении в Лондоне. В клинике отца вашей общей подруги. Я долго следил за тобой и всеми составляющими твоей жизни. Знаю все точки давления. Мы знаем в какой она клинике и палате. Кто знает, может её соседка одна из наших и ночью перережет ей глотку? Кто знает. Ярость, агрессия, злость, гнев, страх, паника, безысходность... Всё это смешалось в Грегори и ему с трудом удавалось сдерживать подавлять до сих пор, сейчас вырывалось наружу. А голос всё продолжал: —Милая, дружелюбная и болтливая медсестричка или как их называют в подобных местах, санитарка, может она даст лишнюю дозу препарата или, напротив, не будет давать необходимое Эноле лекарство? Или даст совершенно не те. Просто перепутает рецепт одного больного с другим, с кем на бывает. А малышка, хотя какая же она малышка, будет мучится, выламывать себе кости или будет под таким кайфом, что сама покончит с собой. Не важно, от боли или глюков. А может... —Хватит! Стоп! Прекрати! Заткнись! —заорал Грэг, краснея от злости, распирающей его изнутри. Но дрожащим голосом от страха, что вот так может её потерять. —Чего вы хотите? —Отзовите вертолёт и позвольте девушке покинуть границы. —Это невозможно. —Зато навредить Эноле очень даже возможно. Или Вы, прокурор, не до конца в этом убеждены? —Вертолёт сейчас завис над городом. —Нам это известно. Это наших рук дело. Но на долго ли это? Вам нужны доказательства, что наши люди рядом с Эйноллией? Они будут. Скоро придёт курьер с посылкой, откройте. И имейте ввиду, прокурор, я никогда не блефую. На этом их диалог завершился, зовущий себя как Спаситель, сам сбросил, оставив Грегори одного. В глазах мужчины темнело, голова шла кругом. Быстро сообразив, Одри быстро подставила стул, на который через секунду упал он. Умом он понимал, нельзя соглашаться на их условия. Поддашься раз и придётся плясать под из дудку всё время. Как говорится: «Убежишь раз и будешь бегать всю жизнь». Умом то понимал, но сердце разрывалось от одной мысли, что его решение может причинить Эноле боль или вред, что она может серьёзно пострадать. Сердце умоляло согласится на всё, абсолютно всё. А ум отказывался верить в реальность всего происходящего. Блеф, это всё блеф. Блеф и только. Ничего они не сделают. Наверняка даже не знают где она. Он так думал до тех пор, пока курьер не принёс посылку. Все сомнения были разбиты в пух и прах.