Я скотина, но пацифистская

      — Послушай, Эмма, а вдруг это ловушка? Не доверяю я этим скелетам. Вот заманят они тебя к себе домой и запрут, и что тогда делать? Разве ты не хочешь домой?       Они, замерзшие, шли вперед, к городу, до которого ещё минут сорок. Одежда и волосы покрылись снежными хлопьями, их приходилось стряхивать время от времени, чтобы не превратиться в снеговика.       — Конечно, я хочу вернуться, цветочек! Меня преследуют так-то, нужно переехать в далекую деревню, замести следы, разработать план…       «… отмщения» — мысленно продолжила она.       — В бегах?!       Девушка усмехнулась на очевидную реакцию.       — Хех, у меня не простая жизнь, Флауи. Смотри! Там снеговик!       Искусно слепленный снеговик выглядел каким-то озлобленным. Перевернутая улыбка из семечек показывала, что он недоволен, а маленькие палочки, служившие бровями, были нахмурены. Немного не стандартно лепить злого снеговика, но он идеально вписывался в атмосферу этого места.       — На что уставилась?!       Брюнетка отскочила назад от неожиданности, споткнувшись, упала спиной на снег и большими глазами с удивлением смотрела на говорящий снег.       — Я с тобой разговариваю, человек! Чего уставилась? Никогда снеговиков не видела?       Она пришла в себя через некоторое время, думая, что это нормально и когда станет взрослой, она все поймет.       — Привет. Я просто не часто разговариваю со снеговиками. То есть, часто, постоянно, каждую зиму. Но не привыкла, чтобы они отвечали. Ты тоже монстр? Что случилось?       Эмма встала, отряхнувшись от снега.       — С чего ты взяла, что что-то случилось? И вообще, я не стану делиться чем-то с таким жалким человеком, как ты.       Флауи стоял рядом, не опасаясь за жизнь подруги — снеговик не может двигаться, следовательно, не представляет угрозы.       — Я не заставляю тебя доверять мне. Но, возможно, ты хочешь кому-то выговориться. Может, тогда тебе станет легче? Я же вижу, что что-то не так.       Снеговик перестал хмуриться и, кажется, загрустил.       — Ты права, — он сделал паузу, собираясь с мыслями, — знаешь, у меня есть мечта. Я хочу путешествовать по миру, побывать в каждой части света! И увидеть всё. В мире наверняка так много удивительных вещей, так много загадок… Но я не могу сдвинуться с места. Я просто снеговик.       Он совсем помрачнел, как показалось брюнетке, потому что точно распознать эмоции на лице снеговика невозможно.       — Я тоже мечтала путешествовать. Хотела увидеть прекрасные архитектурные сооружения, новых людей, море, горы, водопад, я так хотела увидеть северное сияние! Но потом… многое поменялось. Я была не в состоянии двинуться, связана по рукам и ногам этой «работой», — она грустно усмехнулась. — Они следили за каждым шагом, и было невозможно спрятаться. Сбежать от них и путешествовать по миру — мечта и навсегда ей останется. Поэтому, хэй, приятель, мы с тобой похожи: оба не в состоянии исполнить мечту.       Вся эта ситуация напомнила Эмме детство.       — Привет, снеговик! Как ты? У меня всё снова… ужасно. Мама приводит домой чужих дядей. Я боюсь возвращаться… А сестра все еще лежит в больнице, я собираюсь навестить ее завтра и принести новые комиксы!       Маленькая девочка лет семи в синей курточке и красном длинном шарфе сидела на корточках возле небольшого снеговика, построенного ею же пару дней назад.       — В школе тоже плохо… Очень скучно. Снеговик, тебе тоже одиноко? Не волнуйся, я буду каждый день с тобой разговаривать! Обещаю!       Но на другой день от него остались лишь бесформенные куски снега.       — Человек, спасибо… Что не стал смеяться надо мной. Прошу, возьми кусочек от меня и отнеси как можно дальше. Пусть хотя-бы часть меня осуществит мечту. Можешь использовать его, когда появится необходимость. Это благодарность за то, что слушала меня, — девушка послушно взяла кусочек снеговика, — ты хороший человек. Будь осторожна и приходи, если понадобится компания. Я буду здесь… вечно.       Эмма попрощалась со снеговиком, и вновь команда «цветок-человек» двинулась дальше, к городу.       — Как у тебя вообще это получается?       Флауи в который раз замечал, что ее слова «я понимаю тебя, я верю тебе» и все в таком духе по-волшебному влияют на монстров, даже удивительно!       — Цветочек, всё просто! В мире нет злых людей, эм, монстров. Они несчастны и ждут, когда им помогут, и кто-то должен сделать первый шаг. Если монстр или человек не является конченным психом, то с ним всегда можно договориться. С другой стороны, если твой собеседник не адекватен — применяй насилие. Как видишь, психов нам не попадалось.       — А когда попадется? Тебе придется убить его.       Девушка засмеялась.       — Нет, ты что! Зачем? Только лишь обездвижить, вырубить и всё, жизнь отнимать ни у кого не нужно. Я, конечно, та еще скотина, но пацифистская.       «Хотя-бы в этом Подземелье я не собираюсь никого убивать.»       Флауи вздохнул. По крайней мере она не пыталась строить из себя святую и понимала, что однажды придется применить силу. Они продолжили идти, обсуждая дальнейшие действия. И сейчас Эмме начало казаться, что одета она все-таки не слишком по погоде. Черные шорты, черный топ, ботинки, но зато любимая синяя куртка согревала. Успокаивали лишь слова цветка о том, что долго им здесь задерживаться не придется, а в следующем городе, Водопадье, намного теплее.       Среди деревьев что-то сверкнуло. Была лишь секунда, чтобы уклониться.       — Какого черта?!       Цветок и человек непонимающе смотрели на нож, вонзившийся в дерево, который только что чуть не проткнул их. Послышалось движение в деревьях, и они резко повернулись на источник звука. Монстр-пес.       — Человек. Как необычно видеть здесь человека.       — Что тебе нужно? Ты чуть не убил нас.       — Чтобы сломать барьер и отомстить людям, нам необходимо семь человеческих душ. Твоя душа последняя. И я заберу ее.       Не дав произнести и слова, он набросился на девушку, но та успела увернуться, отбегая подальше.       — Постой, пожалуйста! Мы не должны драться!       Разговоры здесь бесполезны, монстр решительно настроен вырвать душу из человеческого тела. Его движения пусть и видно, что отточеные за долгие годы тренировок, но он как-то…судорожно оглядывается по сторонам, когда Эмма уворачивается и отбегает на несколько метров, словно не может найти ее. Нельзя постоянно убегать и уворачиваться. Брюнетка подбегает к монстру со спины и, когда тот резко поворачивается на звук ее шагов, со всей дури бьет кулаком в морду.       Он медлит пару секунд, приходит в себя, и затем вновь замахивается ножом, девушка с разворота выбивает оружие из лапы монстра ногой. И он бросается с кулаками, его движения замедлились, кажется, он устал.       Но стоило Эмме ослабить бдительность, как ее повалили на снег. Она сразу стала предпринимать попытки скинуть с себя пса, но блокировать удары и уворачиваться становилось сложнее. Девушка ударила монстра кулаком в живот, и тот согнулся от боли, в тот же момент брюнетка поменяла положение и села сверху, нанося удар за ударом и получая в ответ уже слабое сопротивление. Раны, полученные от удара ножом, кровоточили, несколько костей точно треснули, и удары не были даже в половину так сильны, как раньше, монстр кашлял кровью и совсем бросил попытки сопротивляться. Ноги и руки не двигались даже на сантиметр, глаза с трудом держались открытыми, а воздух еле-еле поступал в лёгкие. Эмма понимала, что ещё удар — он превратится в пыль. И встала с монстра, заваливаясь рядом спиной на снег.       — Флауи?       Девушка хрипло позвала друга, которого успела откинуть куда-то подальше прежде, чем завязалась битва.       — Э-эмма…— чуть ли не плача отозвался цветок.       Брюнетка облегченно вздохнула. Он был цел и невредим. Девушка подняла взгляд вверх, прикрывая глаза, но не отключаясь, давая себе минуту отдохнуть.       Монстр все еще лежал без сознания. Девушку приподнялась и взяла у Флауи свой портфель, который тоже скинула с себя в самом начале, чтобы не мешался. Она достала пончик, который Ториель дала ей с собой в дорогу, и силы немного восстановились — все-таки битва на голодный желудок была не лучшей идеей. А еда в этом месте волшебным образом и действует на организм.       — Сиди на месте, я полечу тебя.       Цветок положил на руку девушки свой лепесток, от которого шло зеленоватое свечение, и по телу распространилось тепло.       — Спасибо, Флауи, этого достаточно.       Шумно выдыхая от глухой, немного утихшей боли, брюнетка с огромным усилием встала и склонилась над монстром-псом.       — Цветочек, ты можешь немного полечить его?       — Ч-чего? Он враг! Скорее, надо уходить, пока он не-       — Флауи, пожалуйста!       Это был первый раз, когда она о чем-то просила, и несмотря на абсурдность этой идеи, Флауи двинулся к пушистому серому монстру и принялся лечить его. Эмма сидела рядом на снегу, выпрямив ноги, и наблюдала внимательными голубыми глазами.       — Монстры заточены здесь из-за людей, и они хотят снова выйти на поверхность. Он тоже просто хочет помочь монстрам обрести свободу. Моя душа — это все, что нужно?       — Мы собрали шесть душ… Осталась еще одна, — Флауи нахмурился, что-то вспоминая, — но это не правильно, мы не можем забирать человеческие души, словно это какая-то вещь. Так нельзя.       Флауи прервался и зеленый свет пропал.       — Он в порядке, только без сознания пока, но через некоторое время придет в себя. А нам пора уходить… Что ты делаешь?       Эмма достала из портфеля еще один пончик и положила в руку монстра.       — Пусть подкрепиться, когда придет в себя. Наверняка проголодался.       — Да… ты… боже. Ты не нормальная! Он пытался тебя убить. Простого лечения было не достаточно, да? Ух… Ладно. Идем.       Она звонко засмеялась.       — Спасибо, Цветочек, что понимаешь.       Они продолжили путь.

* * *

      — Мы… Хух… Пришли…— жадно хватая воздух, брюнетка с трудом говорила.       Пусть они периодически и делали остановки, но раны все еще ныли, а тело требовало полноценного отдыха. Их радушно встретила вывеска «Проваливайте из Снежнеграда.»       — На «добро пожаловать» можно было и не надеяться, — вслух буркнул Флауи.       Через пару минут дыхание выровнялось, и брюнетка с цветочком пошли в город. В глаза сразу бросилась гостиница.       — Уже темно, нужно переночевать где-нибудь. Не многие из монстров знают, как выглядит человек, так что можем просто снять номер.       Девушка вновь мысленно поблагодарила Ториель. Эта милая добрая козочка дала ей денег, еду, одежду и ничего не попросила взамен! Только взяла обещание, что когда-нибудь они снова испекут ирисково-коричный пирог вместе.       Двое друзей быстро сняли самый дешевый номер, пусть денег Ториель дала достаточно много, но стоило экономить их, ведь никогда не знаешь, что ждет тебя в подземелье, кишащем монстрами, которые каждую секунду грозятся вырвать душу из твоего тела. Завалившись в комнату, Эмма и Флауи провалились в беспокойный сон. Их обоих преследовали призраки прошлого.       «Почему, почему, почему.»       Дождливый день. Голубизна неба скрыта под толстым слоем свинцовых туч, которые время от времени прорезают белые полоски молний. Землю сотрясают раскаты грома, дождь то моросит, то льет как из ведра. Девочка склонилась над холодным камнем с выгравированными на нем женским именем и годами жизни. Раскрытый зонтик валялся рядом, заливаемый водой.        «Сестра, почему?.. Почему ты была в том автобусе?..» — мысленно кричала она.        По щекам катились соленые капли, волосы и одежда были насквозь мокрыми от холодного дождя.        «Клянусь, я убью его.»        Снова в небе мелькнула белая полоска. Гром. Сидя под проливным дождем, среди безмолвных могил на богом забытом кладбище, девочка осталась одна.       Из тяжелых воспоминаний ее вытащили сдавленные крики.       — Нет… сестра, не надо!.. Не уходи…       — Цветочек!       Вытаскивая друга из кошмара, Эмма разбудила его, про себя отмечая, что во сне он звал свою сестру. Он тоже потерял семью? Флауи был странным. Очень. Его поведение в КОРНЕ отличалось от других монстров. Да он вообще не походил ни на одного встреченного жителя этой горы! Он говорящий, разумный, красивый цветок.       — Эмма?..       — Всё хорошо, уже утро.       Монстр по-тихоньку приходил в себя, огляделся вокруг, вникая в происходящее. Небольшую комнатку заливало светом, было ранее утро.       — Так, нам нужно идт-       *урчание в животе*       — Сначала позавтракаем, — посмеиваясь на красные щеки девушки, говорил цветок.       Эмма приняла душ и, высушив волосы, решила заплести из них косичку — чтобы не мешались. Если ей снова придется столкнуться с той собакой или кем-то похуже, она будет готова.       Черные шорты и такого же цвета топ на широких лямках, коричневые ботинки, синяя куртка с маленькими желтыми звездочками на концах шнурков и черные перчатки без пальцев — привычный наряд. Еды в портфеле, учитывая, что теперь ее потребляли двое, становилось меньше, им следовало найти магазин и закупиться чем-нибудь съедобным.       Человек еще раз окинул взглядом свое отражение, схватил рюкзак и, позвав Флауи, отправился на выход. Магазин искать долго не пришлось, его вообще искать не нужно было, потому что продуктовая лавка соседствовала с гостиницей, в которой они остановились на ночь.       Их приветствовала не слишком дружелюбная крольчиха, но каким-то образом Эмме все-таки удалось разговорить ее. Комплименты — волшебная штука. А человек еще и флиртует умело. Стоило ей случайно задеть нужную тему для разговора, как крольчиха не могла остановиться. Оказывается, отелем владеет ее сестра, что, впрочем, не слишком удивительно — они довольно похожи друг на друга. Крольчиха по скидке продала коричных заек, ее собственный рецепт, и успела рассказать о своей милой племяннице, которая мечтает стать певицей. И тут уже Эмму было не остановить. Девушка в детстве тоже мечтала петь на большой сцене, она была самоучкой, но очень старательной.       В конечном итоге они купили много всего, так еще и с огромной скидкой, что было отлично. Брюнетка договорилась с крольчихой как-нибудь пообедать вместе с ее сестрой и племянницей.       — Она очень милая.       — От такой горы комплиментов любой будет милым.       Почему-то глаза девушки загорелись новой идеей.       — И Санс?.. — тихо спросила саму себя брюнетка так, чтобы Флауи не услышал.       Они заметили высокую, пышную, зеленую елку посреди площади и милого желтого монстра рядом с ней в черно-красном полосатом свитере.       — Эй! Слышь, ты че пялишься?       Как только он подал голос, образ милого монстрика с треском раскололся о грубую реальность. Или, наоборот, такая хамоватая речь по-нелепому мило сочеталась с угрюмым ребенком-монстром и его высоким детским голосом.       — Ты такой милашка! Как тебя зовут?       Монстрик покраснел и постарался нахмуриться и скрыть улыбку, отведя взгляд в сторону.       — М-милашка?.. Вовсе я не милый!       — Нет! Ты очень очаровательный. Такая прелесть~.       Он был совсем крохотным, гораздо ниже человека. И пока слух ласкал поток восторженных комплиментов, цвет лица багровел, озаряясь тщательно подавляемой улыбкой. Что монстры, что люди — падки на приятные слова.       — Давай будем друзьями? — наконец выдала Эмма.       — Я-я не стану дружить с таким хлюпиком, как ты! — он убежал весь красный.       Флауи разразился смехом.       — Х-хлюпиком? Пф… Ах-ха-ха! Он просто не видел, как ты вчера Догго отмутузила. У меня нет слов! Хлюпик Эмма!       — Я всего лишь по шнобелю дала чутка! А нефиг было на меня агриться. Да и он же в порядке, благодаря лечению, да?       — Да-да, он наверняка почувствовал себя таким жалким, когда очнулся. Ты же еще ему и пончик оставила. Надо было записку написать. «Подкрепись, ты молодец, в следующий раз точно побьешь меня!»       Цветочек продолжал смеяться со своей шутки. Лечить, кормить и подбадривать своих врагов в духе «ты еще убьешь меня! Главное, не сдавайся!» — точно в стиле этого человека. Приняв задумчивый вид, девушка подала голос.       — Ты прав, у меня же в портфеле есть блокнот. В следующий раз так и сделаем, Флауи, спасибо за идею! — Она ярко улыбнулась, будто и впрямь сделает так в будущем, и зашагала вперед.       Экскурсия по городу была интересной, пусть и кроткой, но она подошла к концу прямо напротив дома скеле-братьев. Крольчиха из лавки сказала, что их дом самый последний и стоит на выходе из Снежнеграда, а так как Папирус звал ее в гости, Эмма решила посетить их дом и отведать обещанных спагетти. Она позвонила в звонок.