Комплекс превосходства: Следствие

      В логове пахло сыростью и тяжелым, животным потом. Лайон расхаживал по бетонному залу среди наиболее преданных бойцов, заложив массивные руки за спину. Его черный хвост с кисточкой нервно рассекал воздух. Под теплым светом люстры со свечами блестели черные растрепанные волосы. С большого тела свисала расстегнутая старая зеленая армейская куртка.       Уайт скромно сидел на металлическом стуле перед круглым деревянным столом. На лбу сбоку белел широкий пластырь, закрывающий дырку, оставшуюся после внедрения чипа.       Вдруг Лайон остановился, его карие глаза с зелеными вкраплениями хищно сузились. Он повернулся к деревянному столу. Свет от свечей выловил нос, похожий на орлиный клюв и ряд точек пирсинга над правой бровью. На столе — карта Острова с купольным городом посередине. Левая сторона карты — жилая, а правая, по другую сторону города под куполом — мертвая.       — Да этот городок сам сгинет, — говорил Лайон, — если мы просто подтолкнем его. Но нам не нужны горы трупов. Нам нужна покорность граждан. Резать патрули смысла нет, но есть смысл делать их носителями вируса. Власти сдадутся, когда поймут, что их люди заражены. И приползут к нам вымаливать вакцину.       Лайон глянул на Уайта, сидевшего сбоку.       — Но для начала мне нужен твой брат. Поговори с Блэком, Уайт. Уговори его присоединиться. Скажи, что здесь навалом красоток, ждущих, когда он придет и вставит им по самые гланды. И себе одну из моих выбери. Нам от вас двоих отпрыски нужны.       Уайт сглотнул вязкую слюну, глядя на свои дрожащие пальцы, впившиеся в край стола. Мысль о Блэке отозвалась тупой болью в голове, но лишь на миг: био-чип, подавляющий чувства, уже работал.       За столом напротив Уайта сидел медик Прайда в замызганом халате. Этот ягуар был таким же черным, как Лайон, но гораздо ниже. И гораздо старше, но пока еще без намеков на увядание. Жидкие волосы зачесаны назад. Острые, хищные черты лица делали его похожим на постаревшего лиса, а не ягуара. Он оглядел присутствующих и остановился на Лайоне.       — Хорошо говоришь, вожак, — проворчал медик, — но мне нужны формулы, дозировки. Я не смыслю, как готовятся эти вакцины. Мы не можем тупо вливать кровь твоего дружка другим людям. Без знаний ебаной медички твой план — просто красивая сказка.       — Да без проблем, — усмехнулся Лайон, блеснув клыками. — Нападем на клинику, ебнем медичку, заберем карту памяти из ее черепушки. Наверняка все, что нам надо, есть там.       — А если нет? И если там будет армия?       — Тоже верно, — он обратился к собравшимся. — Есть у нас кто-нибудь, кто там работает?       — Есть, — послышалось со стороны собравшихся.       К ним шагнул человек породы пум. Средний рост, русые волосы, угловатое лицо, мешковатая одежда. Невзрачный паренек. Один из самых слабых, но преданных.       — Подрабатываю там, — сказал он. — Таскаю всякое. Могу помочь.       — Ништяк. И ты, Уайт, — сказал Лайон альбиносу. Тот оглянулся на лидера. — Сходишь, допросишь Агату, с братом заодно поговоришь, и как разберетесь со всем — дадите сигнал, мы подстрахуем, — Лайон снова уставился в карту. — Если поднимется слишком много шума — свалим все на фанатиков из Тонгва.       Лайон оперся ладонями о край стола, вглядываясь в отметку Цитадели.       — Еще нужно решить, как быть с Норфолками. Отис — фигня, а вот с Биллом труднее. Он из-под защиты Цитадели не выходит. Снять его нужно незаметно, чтобы не поднялась тревога. Думаю заразить его. Ждать долго, но помрет точно и на нас подозрений не падет. Пока только не знаю, как заразить. Может, отравим его еду. И самое главное — нужно позаботиться о том, чтобы старика не вылечили. А для этого, опять же, сперва нужно обокрасть Агату.       Вожак Прайда выпрямился во весь свой огромный рост.       — С Норфолками мы разберемся, как только получим образец вируса. А когда вирус дойдет до армии, мы отдадим им первую партию вакцины на наших условиях…       Уайт слушал это, а внутри — никаких эмоций. Он лишь робко поглядывал на того паренька, с которым ему придется посотрудничать. В его угловатом, неброском лице не было хищной поступи, свойственной Лайону. Из-под растрепанных русых волос на Уайта смотрели настороженные янтарные глаза.

***

      Обвалившийся выступ открывал вид на зал, среди которого все так же росло дерево. Наверное, дуб. Уайт сидел на полу, не решаясь свесить ноги с третьего этажа. Он слышал тяжелые шаги позади, но значения им не предавал. Не оглянулся и тогда, когда подошедший Лайон обратился к нему.       — Ты все еще переживаешь за брата?       Уайт не поднял головы.       — Я просто… Блэк всегда был рядом, — глухо отозвался Уайт. — Мне сложно привыкнуть.       — Блэк был рядом? — Лайон издал короткий смешок. — Очнись, Уайт. Твой любимый брат держал тебя за дурачка. Они знали. Знали, что в твоих жилах течет лекарство. И молчали.       В груди Уайта заворочалось что-то тяжелое, холодное. Сочувствие глушилось, а вот обида — нет. Обида на Блэка, который почему то думал, что вправе решать, о чем Уайту стоит знать, а о чем нет. И на Агату, которая утаила ключ к спасению Флай.       — Ты заставишь его открыть глаза. Вы выберите телок по нраву и дадите жизнь людям, которые никогда не будут служить рексам. Круто же.       Уайт поднял глаза.       — Мне кажется, Блэк не согласится, — произнес Уайт, и его собственный голос показался ему чужим, пугающе ровным. — Он тебя недолюбливает.       — Ты найдешь нужные слова. А если не найдешь — нам придется убрать Блэка.       Как только Уайт услышал это, голову пронзила вспышка боли. С болезненным стоном белый схватился за голову. Сочувствующе помычав, Лайон сказал краткое «пардон» и ушел, оставив Уайта. Когда боль ушла, он выдохнул и опустил руки.       Раньше одна мысль о том, что брату может грозить опасность, заставила бы Уайта волноваться. Конечно, он не рад, что Блэка придется убить, но понимал, какую угрозу может представлять его брат для плана Лайона. А Блэк упрям, и уж очень любит тот мир под куполом, в котором они жили раньше. Он не пойдет против той системы и Уайту вряд ли даст. И наверняка убьет, если Уайт начнет грозить безопасности того мира своим существованием.       ​«Ты не захочешь понять», — равнодушно подумал Уайт.       ​План Лайона был грандиозен, и Уайт верил в его надежность. И если Блэк откажется стать частью этого плана, если он решит защищать Цитадель и город — придется его остановить. Внутри системы их учили исполнять приговоры, Блэк всегда был в этом лучшим, а Уайт — лишь обузой. Что ж, роли меняются. ​      Если Блэк встанет на пути у Прайда, Уайту придется его убить. ​      Эта мысль казалась пугающе простой. Никакой ярости, просто логичное следствие того выбора, который сделает Блэк. Уайт медленно повернул запястье, глядя на неактивный экран наручников.       ​Однако он надеялся, что до этого не дойдет. Он попробует уговорить Блэка. Но если брат выберет другую сторону — Уайт нажмет на курок. И ухом не поведет.       Внизу он заметил маленькую группу людей во главе с толстым «дегустатором», которому Лайон доверял подбор девочек в гарем. Один из группы, крупный боец породы тигров, шел сбоку от толстяка и бережно, но крепко нес на руках новенькую. Ее руки и ноги связаны, тело обмякло, а голова плотно спрятана в грубый холщовый мешок.