Грубость не сдержал

      День удачно завертелся с первой же секунды. Металл лежал в кроватке в соседней комнате, отведенной для сына Каге специально, чтобы супруги смогли спать в объятьях друг друга. Ли все утро любовно расцеловывал изящные изгибы плеч Гаары, прижимая его к груди обеими руками, пока тот не проснулся. Алые локоны растрепались во время сна, и на лице Рока растянулась улыбка умиления. Тогда Ли едва не набросился на Гаару, вовремя вспомнив, что за стенами спят их родственники, а еще ближе - Металл. Пришлось сдержаться.       Сегодняшний праздник - ровно месяц после рождения Металла - Гаара совершенно не понимал. Для чего нужно отмечать неполные именины? Странность обычаев его всегда заставала врасплох, будь это принятые приличиями установки или же такие "неполные" праздники. В основном глава Суны узнавал о подобных мероприятиях одним из последних (поэтому особо не приходилось ничего планировать - все давно было подготовлено) и от Темари, потому что Ли не хотел нагружать и без того занятого Казекаге, на почве чего часто Гаара хмурился на супруга.       "Для тебя я найду время и место", - говорил он, без всякого подтекста, однако Ли тут же вспыхивал красным и заводился. Их юность пылала, и Ли, погруженный в путы своей романтической натуры, возбуждался едва ли не на ровном месте: когда волосы возлюбленного ярким потоком рассыпались по подушке, и еще не проснувшиеся глаза щурились от удовольствия и солнца; если в напряженно-душном кабинете из-под белоснежной вуали шляпы заметно только для Ли Гаара прикусывал нижнюю губу, такую тонкую, бледно-розовую, чью сухость хотелось в тот же миг исправить; или вечером, когда Казекаге приходил с кипой бумаг на проверку, кидал ее на стол, чтобы освободить руки для переодевания, и тягуче-медленно пальцами подцеплял пуговицу на высоком воротнике. В общем, молодость пылала. Однако моментов уединения у них осталось в раза три меньше, чем раньше, из-за появления Металла.       Сегодня их день, и Ли отчаянно надеется, что этой ночью он сможет воплотить в ней все, что скручивалось и кипело в его теле все это время. Приезд в Коноху, конечно, Гаара сначала не слишком одобрил, однако Канкуро дал тому ментального пинка, вырвал все документы прямо из рук опешевшего брата, и заявил, чтобы Гаара с супругом провели отличное время вместе, вдвоём, в Конохе, в своей комнате, и снова вместе.       "Вам обоим это нужно", - подмигнул тот. Гаара только похлопал глазами в недоумении и легком возмущении, а Ли благодарно улыбнулся Канкуро одной из своих белозубых улыбок.       Праздник пролетел в суете, но в кругу самых близких. Дом, отведенный для столь важных гостей, оказался переполнен, и Гаара, совсем не привыкший к такому скоплению людей, быстро устал.       Многолетняя привычка скрывать собственные чувства научила его гнать эту усталость, и Казекаге весь вечер продолжал сдержанно улыбаться друзьям. Ли превзошёл его даже в этом, хотя, чего еще можно было ожидать от супруга? Это же Рок Ли.       Веселье и суета стихли, и гости засобирались домой. Гаара смело провожал их до самых дверей. Конечно, он не хотел никого обидеть, но очень болела голова. Ли заметил настойчивость любимого в решении поскорее спровадить всех из их дома, и весело разбавил создавшееся напряжение и непонимание со стороны друзей.       "Гаара, неприлично же вот так резво всех, ну, провожать", - Ли отвел мужа в сторону, спрятав их за ширмой одной из комнат в глубине дома, и со снисходительностью пытался объясниться с ним. Но вместо ответа Гаара нахмурился и положил руку Ли на грудь, второй вцепившись ему в плечо. Рок склонился под давлением, и Гаара грубо прижался губами к его губам. Стрельнувшее в кровь желание быстро взбудоражило удивленного Рока, и зрачки его расширились. Притянул Гаару за талию обеими руками к себе и позволил бледным пальчикам вцепиться в волосы мёртвой хваткой. Боже, как давно они не занимались сексом? И считать было бы ужасом для обоих.       Поцелуй затянулся, Ли перехватил инициативу и впился в чудесные губы с неистовой силой голодного зверя, обезумевшего от позволения сгрысть что-то со стола. Гаара так вжался в него, что непристойный звук сам вылетел из горла.       В этот момент к ним зашёл Наруто, особенно любящий искать друзей в самые (не)подходящие моменты. Уставившись на резко отстранившихся супругов, тот широко открыл глаза, плотно сомкнув губы, а после прищурился лисьими глазками и самодовольно вышел.       Минут семь спустя в доме, кроме Гаары, Ли и спящего на втором этаже Металла, никого не было. В изумлении и благодарности к существованию их друга Наруто Узумаки оба стояли в опустевшей кухне среди грязной посуды и остатков угощений. Перевели взгляды друг на друга. Не веря собственному счастью, вздохнули почти синхронно. И набросились друг на друга с первобытным голодом. Сталкивались в поцелуе зубами, цепляли ими нижние губы и оттягивали, проникали глубоко внутрь языками и вызывали так много чувств и звуков, что удивлялись позже, каким образом они смогли так долго держаться без этой страсти, где она в своей силе скрывалась в их телах? Мгновение спустя Ли уже зажимал Гаару в первом попавшемся углу, продолжая кусать супруга в шею и нагло проникать ладонями в брюки, чтобы обхватывать упругие ягодицы. Очередное сжатие заставило Гаару простонать в голос и выгнуться в объятьях, столкнувшись с широкой грудью супруга. Рок отчетливо ощущал дрожь под пальцами, когда спиной вперед толкал любимого к дивану рядом с грязным столом. Повалив его на прыгучую поверхность, он крепко поцеловал показавшуюся из-под рубашки кожу, позволил обхватить себя ногами поперек талии и с силой притянуть - бедра Гаары практически оторвались от дивана. Рок отчаянно-быстро стянул с него всю одежду, затем выбросил и собственную футболку, облегающую его мышцы слишком плотно для приличия. Штаны так и остались на нем - настолько Року не терпелось взять Гаару. Сам повелитель песка не понимал, каким образом эта яркая страсть могла скрываться столь долгое время, но, конечно, это же Рок Ли, его выдержке мог позавидовать любой.       Канкуро рассказывал, что даже ночью, когда все нормальные шиноби восполняют силы крепким сном, Зеленый Зверь бегает вокруг Суны как угорелый, "сбрасывает напряжение". Ночь. Воздержание. Пробежки. Сопоставив все необходимые факты, Гаара смог с лёгкостью заключить, что Ли в моменты объяснения перед Канкуро думал только о том, как бы не проговориться о собственных влажных мучениях, черт возьми, о его младшем брате.       Новый импульс заставил Ли прижать Гаару к дивану сильнее, чем когда-либо, и под напором Казекаге почувствовал себя жертвой в лапах хищника. Кто бы мог подумать, что Рок может быть настоящим Зверем в постели (или на диване), что его укусы жестоко погружались в кожу, а крепкие руки сдавливали запястья, чтобы не позволить любимому вывернуться из-под него. Рок, оказывается, даже умеет рычать в изгиб шеи Гаары. Особенно громко низкий голос вырывается из его горла, когда Ли впервые заполняет Гаару по самое основание, и Казекаге корчится от смеси удовольствия и дискомфорта. Второе - лишь некоторое время, а уже после неприятные ощущения сменились жгучим покалыванием вдоль кожи и дрожью блаженства при каждом новом толчке. Прожигая возлюбленного страстью, Ли и не замечал, как сам выгибался в экстазе и оглушал собственным рычанием. Как же давно он не мог испытывать это потрясающее чувство! Он проникал все глубже, и все больше тело теряло границы дозволенного. Окончательно сойти с ума не давал только шуршащий голос Гаары: "Ли, умоляю, - ах! - н-не так быстро!" Но Рок уже не мог жахнуть по тормозам, а мольбы только ускорили и без того неумолимый темп.       Но не звуки плача со второго этажа.       "Ох, нет, - вздохнул Гаара. - Металл проснулся."       Да, Ли слышит. Только поэтому он остановил себя, заставив чуть отдалиться от Гаары. Однако его пальцы все еще сдавливали бедра и талию супруга до приятной боли, а член оставался глубоко внутри. Гаара чуть выправил дыхание: "Нужно идти к нему, Ли", - глухо прошептал Гаара под плач младенца.       Обычно к ребенку спешил кто-то один, и в этот раз, видимо, хотел успокоить сына Гаара. Они с Ли уже почти дошли до кульминации, оставалось каких-то пять минут неистовых толчков, и разочарование, выступившее на лице Рока, болью отдалось в груди Гаары: "Металл плачет", - напомнил он с сожалением. Рок почувствовал, как ноги на его талии сквозь приятную дрожь расцепляются и опускаются на диван. Гаара поднялся на локтях. Ли не двигался. Это смутило Гаару еще больше: "Ли?"       Но вместо ответа тот схватил Гаару за бедра и резко поднял ноги, укладывая их к себе на плечи. Гаара ахнул, повалившись обратно на диван с все еще погруженным в него членом. Ли резко поднялся на колени, увлекая мужа за собой в воздух. Возмущённо вскрикнув, Казекаге дернулся, но Рок резко наклонился вперед, грубо входя еще глубже, чем прежде. С первой же попытки Ли попал по простате, и Гаара закричал бы от удовольствия, если бы его губы не обхватили бы другие. Язык прошёлся по передним зубам и заставил Гаару ответить. Грубость страсти захлестнула, и Ли уже не смог себя сдержать. Теперь не ясно, кто кричал громче: Металл, покинутый обоими родителями, или же распрастертый под супругом Гаара, что запрокидывал голову от каждого нового укуса, поцелуя, толчка или сжатия пальцами хрупкой кожи. В последний раз сжав челюсти на шее возлюбленного, Ли почти сложил Гаару пополам в воздухе, умело доводя мужа до оргазма. Гаара не сдержал сладко-протяжный стон, и только после него Ли излился внутрь.       Какое-то время они приходили в себя, тяжело дыша друг другу в шеи, и, как и следовало ожидать, Ли совладал с собой первым. Это же Рок Ли с его необычайной способностью быстро восстанавливаться, хоть после перелома, хоть после грубого секса. Ли вышел из Гаары, и за членом по раскрасневшимся ягодицам стекла на скомканный под ними плед белесая жидкость. Одурманеный Гаара лежал почти без сознания, но прочувствовал пылкое прикосновение мягких губ ко лбу, и внезапный холодок в том месте, где над ним нависал Зверь. Спустя немного времени Металл перестал плакать.       Когда Ли спустился обратно, Гаара уже наливал им чаю в выброшенной в порыве страсти футболке Рока, что так удачно прикрывала самые возбуждающие места. Ли мягко с извинением улыбнулся и подошел ближе, с удовольствием отметив, что на возлюбленном, кроме его футболки, ничего больше нет.       - Прости меня, - глухо сказал Ли, заключая Гаару со спины в уставшие объятья.       Гаара прикрыл глаза.       - Я не должен был так себя вести, - продолжал Ли искренне. - Даже если бы я воздерживался на протяжении всего года - не должен был!..       Гаара молчал. Затем обернулся к Ли и мягко поцеловал.       - Нужно почаще заставлять тебя терпеть месяцы без секса, - внезапно заявил он с огоньком похоти в бездонных глазах.       - Нет! - воскликнул Ли и смущенно засмеялся. - Пожалуйста, Гаара, давай будем близки чаще...       - Давай, - тут же согласился Гаара. - Но именно так, как сегодня.       Ли с удивлением взглянул на возлюбленного, а тот незаметно поднял уголки губ.       - Хорошо, - ответил Ли и снова прикоснулся языком к хрупкой коже, наливающейся алыми разводами.