Реквием по миру

— Не знаю, что у вас случилось, но, не думаю, что это лезет хоть в какие-то рамки. — Строго начала Кацураги, когда перед ней оказались оба пилота после синхротеста, спустя пару дней после их ссоры. Сказать, что они не разговаривали друг с другом, это значит ничего не сказать, даже не смотрели, а Синдзи чуть ли не выворачивало наизнанку, когда Сикинами находилась рядом. — Кто из вас мне сможет объяснить, что вообще происходит? Мисато скрестила руки на красной куртке, у своей груди, и грозно смотрела сначала на одного пилота, затем на второго. Кацураги тяжело вздохнула и покачала головой, перешла на уже более спокойный тон, хоть и до сих пор достаточно неприятный. — Ну и видок у вас, ребята… Что молчите как воду в рот набрали? Я не могу это так оставить, если сейчас нападёт ангел, а вы с такими результатами синхротеста, да и… Вас отстранят, это в лучшем случае. Вы оба не глупые, так что понять меня должны. — Мисато снова просверлила «сладкую» парочку взглядом и топнула ногой по полу, кинув взгляд на часы. — У меня рабочий день закончился, времени у вас молчать ещё много будет. Лишь тишина послышалась в ответ. — Мы бы хотели сами разобраться с этим, Мисато. — Сказала Аска, посмотрев сначала на Синдзи, который, в прочем, и так всё мимо ушей пропустил, опустившись целиком и полностью в свои мысли. — Я не могу оставить это так, Аска, пойми! Я отвечаю за вас, и если это повторится… — Мисато осеклась, когда Сикинами снова заговорила, перебивая её. — Дай нам… Дай МНЕ время до завтра, и всё наладится, честное пионерское. Пошли домой, раз все свободны, торчать тут только сильнее нагнетает. — Немка грациозно развернулась и подошла к залипающему в пол Синдзи. Вскинув одну бровь, она пощёлкала пальцами перед его лицом, после чего тот пришёл в себя и, пару раз моргнув, уставился на Аску. — Домой пошли, или ты тут собрался до завтра стоять? Синдзи вздохнул и, сгорбившись, пошуровал к единственному выходу из Геофронта — монорельсу. Уставившись в пол, Икари снова даже не смотрел не то что на Аску, а даже на Мисато.       — Аска, что тебе нужно? — Тихо спросил Синдзи, когда к нему снова пришла Аска посреди ночи. Без одеяла и без подушки, то есть, вряд ли спать снова. — Если ты опять хочешь ругаться, то давай утром, ладно? Я поспать хочу… — С чего ты взял, что я ругаться буду? Может, и буду, но не сейчас точно, уступи местечко. — Русоволосая легла на футон, Икари лежал лицом к ней. По инерции, он стал разворачиваться на другой бок, но застыл, когда та повернула к нему голову и незаметно улыбнулась. — Лежи так, как лежал, так удобнее. Сикинами повернулась лицом к Синдзи, тот замялся и отвёл взгляд, снова переворачиваясь, но Аска взяла его за плечо и остановила. — Я хотела закончить то, что не закончила в камере… Так что, не пугайся, я предупредила. — Пилот резко подалась вперёд. — Закончить что? Ас-… — Икари широко раскрыл глаза, когда сам для себя неожиданно замолчал. А если точнее, его заткнули. Что-то мягкое и влажное, приятное… Губы?! Всё верно, это был первый поцелуй не только его, но ещё и Аски. Спустя пару секунд, девочка отстранилась и легла вплотную к парню, прижавшись. — Что… Что это было, Аска…?! Почему? Опять насмехнуться решила? — Да успокойся же, дурак! Сразу вспылил, ну что за дела? — Ласково говорила Аска, посмотрев ровно в глаза парня. — Хочешь ещё? — Я? Ещё? Ну… — Синдзи замялся и отвёл взгляд, сжав в руках одеяло, затем снова посмотрел Сикинами в глаза. — Хочу… Девочка улыбнулась и наклонилась к лицу юноши, положив руку на его щёку и аккуратно её погладив. Подавшись ещё чуть вперёд, Аска застыла перед губами парня, закрыв глаза. Синдзи коснулся губ Сикинами своими, неловко и неуверенно приобняв её за талию, хотя, скорее, просто положив на неё руку. Мальчишка даже на заметил, как Аска перекинула через него ногу и удобно уселась сверху, отбросив одеяло с обоих, а её руки поползли к лёгкой футболочке Икари. По их губам потекла слюна, стекающая на уста парня, затем на подбородок, некоторые капельки падали прямиком вниз. Холодный лунный свет осветил оголённый и чуть измучанный торс паренька, из-за частого стресса он часто не ел, LCL хоть и прекрасно латал все раны, шрамы никуда деваться не хотели. Влажный язык Аски нагло проник в рот парня, когда она взяла его одной рукой за затылок и чуть приподняла голову, Синдзи старательно, но немножко нелепо, впрочем, как и Сикинами, попытался ответить на такой поцелуй, заигрывая с язычком девочки. Из чего-то неловкого, усердные движения Синдзи перетекали из неловких, странных, в более сладкие и страстные, в ответ на это, девушка тихо и достаточно томно вздохнула прямо в его губы и положила его пока ещё небольшие руки на свою майку, движениями головы намекнув, мол, что сейчас стоит потянуть её прямо вверх. Икари что-то промычал, вопрошая, Сикинами угукнула и покивала головой. Ей невтерпёж сильно хотелось, чтобы сейчас он проявил какую-то с ней активность, открыл себя с новой стороны. Она не успела и глазом моргнуть, как осталась без верха одежды, оголились узкая талия, узкие, достаточно женственные плечи, и, что самое главное, хоть и небольшая, но грудь, какая ещё могла быть у девушки её возраста? Парень приоткрыл глаза, и его взгляд тут же приковался к такой завораживающей картине. Хотелось что-то сказать, дополнить, но настойчивая девчушка ни на секунду не собиралась выпускать, как ей казалось, уже своего парня из такого приятного поцелуя, будоражащего сознание, ведь для обоих он был первым. Можно ли представить наслаждение двух одиночек, которые в данный момент нашли друг друга. Аска пробежалась кончиками пальцев по голому торсу парня, через несколько секунд её руки оказались на резинке шорт, ещё через несколько секунд, на резинке его трусов, ещё через несколько — на своих. Кажется, они уже оба забыли и о своих обидах, и о разногласиях, сейчас их разум был абсолютно чист и спокоен от всего, что могло бы потревожить, будь то так называемый Проект «Е», будь то их одиночество, при чём для каждого оно было вынужденным, как бы они не хотели так думать, не волновали и ангела, да ничего, в принципе. Абсолютное спокойствие и умиротворение, разве что странные покалывания в области паха бросали в дрожь. Ни один из них ещё не испытывал подобного, да, может, какие-то журналы, фантазии, мысли, и были, но то, что происходит сейчас, не сравнится ни с одной такой фантазией, хоть их будет 10, хоть 100, хоть тысяча, ведь чуть ли не с самого знакомства, эти двое хотели друг друга не просто из-за играющих гормонов, подросткового возраста и прочих факторов, которые постоянно будут давить до самого совершеннолетия, а из куда более высших мыслей, намерений, целей и желаний. Синдзи громко сглотнул, когда они оба остались совсем без одежды, Аска разорвала поцелуй и поудобнее села на него, вновь её шаловливые и игривые зенки бегали по бледной коже парня. — Аска, ты правда этого хочешь? — Тихо спросил парнишка, подняв расслабленный взгляд на свою спутницу, хоть и заранее знал ответ, ему нужно было лишь убедиться в нём. Сикинами одобрительно покивала головой и хихикнула, искренне и светло улыбнувшись. Нежные женственные руки взяли Икари за кисти и перевели их с её талии на грудь. Ярко-голубые глаза подмигнули ему, рот снова расплылся в улыбке, всё тело, мимика, все действия кричали о том, что он не должен стесняться, бояться, а должен делать то, чего так долго они ждали в своих фантазиях. Девушка вновь положила свои руки на плечи пилота, а тот, в свою очередь, нежно пробежался пальцами по затвердевшим и набухшим от крови соскам, аккуратно сжав одну из грудей. Тишину, которую до этого разрывало лишь шуршание одеяло, пронзил и сладкий, хоть и тихий, девичий стон. Это вскружило голову обоим только сильнее. Синдзи стал ускоряться, делая движения настойчивее, и Аска закрыла глаза от удовольствия, покраснела и приоткрыла рот, продолжая изредка стонать, жадно глотая недостающий воздух.

***

Мисато подавилась собственной слюной, когда вошла на кухню и увидела тех самых детей, которые ещё вчера смотрели друг на друга с обидой и некоторым отвращением. Сейчас они, кажется, прекрасно ладили, Синдзи что-то кашеварил у плиты, Аска запрыгнула на кухонный стол рядом и, болтая ножками, о чём-то с ним тихо говорила, улыбаясь. Кацураги выпала в осадок и встала как статуя, пока её не заметила Сикинами. — Я же говорила, Мисато! «Честное пионерское»! — Сказала девочка, подмигнув шокированной Мисато.