Реквием по миру

— Синдзи, к тебе тут гости. — Сказала Мисато, открывая дверь в камеру содержания и обернувшись. Синдзи тут сидел уже день или два, сам он сбился со счёту. Его нашли на следующий день, как он сбежал, ближе к утру, где-то в руинах старого Токио и, ясное дело, сразу же швырнули сюда без лишних разговоров. Дверь так и осталась открытой, внутрь никто не зашёл. Кацураги кивнула головой и так даже не смотрящему на неё Синдзи и покинула поле зрения, но, через несколько секунд, с грохотом в камеру ввалился самый неожиданный на тот момент гость, — это была Аска. Дверь тут же закрылась с обратной стороны, но хотя бы включили свет, чего почти не делали до этого. Девочка замялась и сделала неуверенный шаг к Икари, который тут же поднял на неё уставший взгляд и в тот же момент отвернулся к стене. — Ну и что тебе нужно? — Тихо спросил Синдзи, но отрывисто и нервно, будто бы рычал на неё, почти что срываясь на плач. — Иди отсюда, и без тебя весело… Сикинами осмотрелась по сторонам. Изменений не было, дверь всё так же намертво закрыта. «Выбора нет.» — Подумала русоволосая и села рядом с пареньком и, что самое удивительное, подняла на него виноватый взгляд. Когда он повернулся, немка попыталась натянуто улыбнуться, на что Синдзи сначала немного на неё посмотрел, затем сильно нахмурился и отвернулся к стене только сильнее, даже прикрыв лицо ладонью, чтобы она точно не увидела его глаз. — Ну… В общем, я… — Улыбка Аски поползла вниз, как и её взгляд, сначала скользнул по металлической стене, затем упал на точно такой же пол, серый и максимально скучный, давящий, что было неудивительно для такого-то места. — Ты обижаешься на меня, да? До сих пор? — До сих пор! — Раздражённо рявкнул заключённый, не поворачиваясь к Аске, лишь сжимаясь сильнее. — Я же сказал, что не хочу видеть тебя! Ни сейчас, ни завтра, ни послезавтра, дура ебаная! Синдзи резко повернулся к чуть напуганной Аске, что заставило её отдёрнуться подальше от него. Тот до ужаса покраснел, а глаза его снова наполнились слезами, голос дрожал. — Что ты тут вообще делаешь?! Опять надо мной издеваться пришла, да?! Да?! — Икари вскочил со скамейки и сжал руки в кулаки, сильно задрожав, тело его всё было в напряжении. Первый всхлип донёсся прямо с его горла кряхтением и хрипом, он сразу же зажмурился и стиснул зубы, пытаясь сдерживать плач. — Уходи… Уходи! — Не уйду. — Твёрдо сказала Сикинами, встав вплотную к Синдзи, настолько близко, что они уже почти касались друг друга носами. — Да… Да что ты вообще понимаешь?! — Крикнул Синдзи и уже поднял руку, сжатую в кулак, рывком бросаясь вперёд. Он даже не заметил, что Аска подошла так близко к нему, потому просто навалился на девушку. Русоволосая, вскрикнув, припала на скамейку, а Синдзи — на неё, прямо сверху, садясь ей прямиком на бёдра. Осознание пришло к обоим лишь спустя пару секунд. Раскрыв зенки, оба таращились друг на друга ещё несколько секунд, заливаясь багровой краской по всему лицу. — Аска… Прости, Аска! Я… Я случайно… Я… Я… Я… — Паренёк совсем растерялся, когда русоволосая чуть улыбнулась, смотря ему прямо в глаза. Рука её скользнула с края скамейки сначала к его кисти, потом по предплечью вверх, а затем и к плечу, нежно его сжав. — Что ты… Ты что делаешь… Аска… Что происходит?! Синдзи отстранился и наконец встал с неё, отшатываясь к двери, и отвернулся. Всё его тело пробила дрожь, чуть ли не судороги, когда пришло осознание того, что сейчас произошло. Румянец сильнее расплылся по юношескому лицу и заполонил его полностью. Мысли путались, связывались нитями в клубок и укатывались куда подальше, развязываясь на полпути и снова посещая голову парня. Сикинами тяжело вздохнула и направилась к выходу из камеры, неслышно фыркнув, когда посмотрела на Синдзи. Уже посмотрев на находящийся над дверью «глаз», цель которого была чётко отслеживать каждое событие тут, та резко перевела своё внимание на пытавшегося что-то сказать ей парня, но он потерял дар речи. — Аска, я… Я… — Уже было поздно, дверь открылась, и Аска, не услышав ничего дельного, подошла к выходу. — Через несколько часов тебя должны отсюда вытащить, я имею в виду, срок закончится. Тогда и поговорим. — Спокойно ответила девушка и вышла, оставив Третье Дитя наедине с собой и своими мыслями, а скорее, с их отсутствием.