Как Хюррем и Махидевран комнату делили

꧁༺ ༻꧂

      — Ты... — продолжила темноволосая госпожа. — Аллах, будет, что будет, — прошептала она. —Ты мне нравишься!       Рыжеволосая девушка застыла на месте. Она не могла поверить, что слышит это. Весенняя Роза стояла прямо перед ней, сильно краснея, и смотрела в пол. Тишина давила на стены, пол, потолок, казалось, что просто сейчас всё лопнет и исчезнет, как невероятный сон.       — Хюррем... — опять начала Махи, — прошу, ответь хоть что-то, — она умоляюще смотрела на собеседницу, но потом опомнилась и пролепетала: — Я понимаю, что это невозможно, прости меня, забудь всё, что я сказала.       Только эта фраза вывела огненную из транса:       — Постой! Я… тоже люблю тебя...       Глаза Махидевран заметно округлились. Как говорят, «Надейся на лучшее, но готовься к худшему», потому темноволосая уже настроилась на выслушивание насмешек. Хюррем, поняв, что своими словами ввела в транс султаншу, легонько потянула ту за руку и усадила себе на колени. Положив одну руку на талию, а второй приподняв подбородок Махи, Хасеки сделала то, что так давно мечтала, – долгий, любящий поцелуй. Осознав, что происходит, мать Мустафы углубила поцелуй. Воздуха стало предательски не хватать, потому пришлось оторваться от губ возлюбленной. Девушки с такой нежностью посмотрели друг на друга, как никогда. Вдруг Роксолана нарушила тишину:       — Скажи мне, ты хочешь этого? — скромно спросила она и подняла руку ближе к груди девушки, сидящей на её коленях.       — Хочу, — ответила та и начала целовать шею рыжеволосой султанши.       В этот момент госпожи будто бы выпустили из себя ненасытных демонов. Руки каждой стали по-хозяйски рыскать по телу любовницы, снимая полотенце. Махидевран уже была готова прильнуть к груди Хюррем, как вдруг послышался голос служанок:       — Госпожи, у вас всё хорошо?       Поняв, что здесь ничего не получится, девушки синхронно ответили:       — Да, подавайте одежду.       Дамы быстро накинули на себя халаты и рванули в свои покои. Приказав служанкам не входить, они скинули с себя ненужные предметы гардероба и бросились друг к другу в объятья. Рыжая легко толкнула Махи на кровать и провела ладонью по внутренней стороне бедра. От таких ощущений по телу темноволосой пробежали мурашки, и от удовольствия она закатила глаза. Поняв, что она двигается в правильном направлении, Хасеки положила руку прямо на грудь любовницы и начала мягко массировать, параллельно стимулируя сосок язычком.       — Ах! — воскликнула Махидевран, почувствовав горячий язык Хюррем на себе.       — Тише, родная, ты же не хочешь, чтобы нас услышали, — произнесла Хю, продолжая свои действия.       Рыжеволосая девушка стала медленно спускаться поцелуями вниз к заветному месту. Добравшись до пункта назначения, она начала ласкать клитор шатенки. Махи всеми силами пыталась приглушать свои стоны, но это было так тяжело.       «Она просто волшебница, никакая не ведьма», — единственная мысль была в голове темноволосой.       Немного опомнившись, мать старшего шехзаде решила доставить удовольствие и своей любовнице. Она лёгким движением опустила руки на грудь рыжей и начала аккуратно, несмело массировать. Хюррем, от такого неожиданного действия, тоже застонала, причём достаточно громко. Хорошо, что никто не услышал. Хюррем решила не томить свою госпожу и резко вошла внутрь двумя пальцами, далее третьим. Казалось, что Махи своими громкими стонами сейчас разбудит весь дворец, но каким-то чудом никто не проснулся. Вскоре, дойдя до пика, шатенка вскрикнула и обмякла, вцепившись в одеяло. От таких райских звуков Хюррем также феерично кончила и легла рядом со своей любимой.       — Ну как тебе? — спросила Хасеки.       — Волшебно, — ответила Махи, приобняв рыжеволосую. — Ты просто великолепная.       Девушки переглянулись и засмеялись. Обеих посетила мысль: «А что подумали стражники?», но им не хотелось уже об этом думать. Они легли рядом и спокойно уснули.

༺ ༻