Омегаверс

      

Глава 19

      

Не влюбитесь в Мадару.

      Спустя время я, наконец, успокоилась. Но покидать уютные объятия не желаю. Совершенно вымоталась. Даже, кажется, кости болят. Не хочу видеть окружающий мир и наивно прячусь на груди у Мадары. Мокро, сыро и пахнет горем. Моим горем.       – Я тебе рубашку испортила, – сжимаю кулачки сильнее, не хочу отрываться от этого столпа спокойствия и уверенности.       – Глупости. Ты забыла свою сельдь.       Я сейчас снова расплачусь!       – Ты явился сюда чтобы отдать мне рыбу и соленья? – обалдеть, не встать! Заверните мне этого мужчину… хотя нет, он ведет себя странно. (прим. автора.: Будто ты нормальная, ага). Еще и Неджи стоит спокойно за моей спиной и не предпринимает никаких действий. Это ведь ненормально, да? Мой супруг никак не реагирует на то, что его жена практически висит на шее у другого мужчины! Так, держите меня семеро, я совершенно не понимаю этот мир! (прим. автора. Я тоже, черт возьми! А не, все логично).       – Не только. Один из членов клана Учиха находится в стесненных обстоятельствах и в силу своего возраста не может попросить помощи. Я, как глава клана, обязан опекать его до совершеннолетия, – спокойно вещает Учиха, а у меня холодеет спина. Всё же, он здесь ради ребенка. Что будет, когда малыш родится? Спрошу у Итачи… когда он выйдет перерожденным. Выйди пожалуйста… Без тебя этот мир осыпается кусками. Так, а куда мы идем? Да, там, куда ты смотришь, господин Мадара, закрыт печатями Богини Луны твой бывший родственник.       – Храм разграблен, но Дух его всё здесь, – молвит Учиха на чистом русском и выходит из помещения. Неджи идет с нами по пятам и что-то пишет в телефоне. Злюсь. – Незнакомка.       – Да?       – Ты сейчас злишься?       – Да.       – Сильно?       – Не очень. Скорее даже не злюсь, а раздражена, – в этот раз смотрю в глаза Мадары. На красивом лице мужчины мелькает улыбка, а в его взоре сверкают хитринки. – А что?       – Ты стала горячей, – шепчет Мадара. У меня сжимается низ живота и далеко не от страха. – Сейчас ты именно Незнакомка, так как твой запах немного изменился. Ты все еще пахнешь зимней вишней, но легкий аромат кедра проступает вот в такие моменты. Твое поведение так же изменяется, словно омега в тебе засыпает. Не удивлюсь, родись ты в этом мире в своем теле, могла бы стать альфой.       – Или гаммой, – спокойно замечает Неджи.       – Гаммы редки по своей натуре, – холодно замечает Мадара. – И редко могут отпраздновать свое совершеннолетие. (прим. автора: жестокий мир).       А ты просто не хочешь чтобы тобой управляли, да, Мад? Впрочем, интересную информацию ты мне подкинул для размышлений. Вот только теперь я и Мадару боюсь. Если ему нужен только малыш?       – Куда ты меня несешь?       – Ты не можешь оставаться в этом доме, Юки. Вернешься сюда, когда его приведут в порядок.       – Поставь меня на пол. Благодарю. Господин Учиха Мадара, я, как единственный представитель семьи Рёмен не могу покинуть свои владения, – могу, конечно, но не оставлю Итачи и Неджи здесь без меня. – Моя благодарность не знает границ и в столь тяжелую для моей семьи ситуации ваша помощь особенно приятна и необходима.       – О, – Мадара лишь улыбается и достает телефон. – Дейдара. Все готово? Замечательно, заносите, – альфа отключает телефон. – Я знал, что ты не оставишь Итачи одного среди руин. Неджи, вели своим хвостатым пропустить моих людей, я привез подарки ко дню свадьбы. Кстати, моя прекрасная невестушка, я ведь не дарил тебе подарков ко дню зачатия?       Что-то мне не нравится его улыбочка. Страшно, мать его дери!       – Может не надо?       – Сладкий запах страха омежки. Очаровательно. Надо, Юки, надо!       – Мне нельзя нервничать!       – Зачем нервничать? Я всего лишь хочу сделать твою жизнь более комфортной в этих условиях.       Грохот в холле заставляет меня вздрогнуть. Мебель. Грузчики, клининговая служба, строители… и среди них стоит столь знакомая фигура Какаши.       – Ши…       Он словно меня услышал повернулся. Мне не видно, улыбается мужчина или нет, но его уважительный поклон греет мне душу. Обняла бы, если бы могла!       – Мадара.       – М?       – Благодарю.       – Сочтемся.       – Звучит дьявольски.       – Я ведь Дьявол, Юки.       – Как я могла забыть? – действительно, как можно забыть, что он дьявол? Смотря на его поступки, не скажешь, что Глава клана Учиха настолько страшен. Да, он пугающе силен, но сейчас он сдерживает свою ауру, совершенно не показывая ее окружающим! Удивительный контроль эмоций, желаний, сил и власти в одних мощных руках. Но… он умеет сделать широкий жест, заставить забыться рядом с ним, делать то, что он хочет… Хитрый демон. – Все же, я благодарна тебе за помощь. Видеть дом в таком состоянии болезненно. Реальность этого мира сурова.       – Твои альфы не должны были показывать эту сраную реальность.       – В этом была необходимость. Я знаю, что Итачи никогда бы не сделал такой ошибки, рискуя мной и детьми. Неджи, помог вернуть мне мое наследие. Теперь предстоит свыкнуться с мыслью о предательстве Сасори и крови на его руках. Ломать голову, зачем поступать так опрометчиво и жестоко с теми, кто помог ему встать на ноги… я не стану. Каждый в своей жизни поступает согласно своим установкам, жизненному пути и желаниям…       – Юки, ты столь наивна, – хмыкает Мадара, осматривая ближайшие кусты роз. Наклоняется и вытаскивает на свет украшение конька крыши в виде лисы… только у этой голова отрублена. – Он жаждет тебя и власти. Когда мужчина не может получить желаемое, он либо начинает искать пути достижения желаемого, либо пускается во все тяжкие – секс, наркотики, рок-н-ролл, – хмыкает альфа, рассматривая предмет в руке. – А вот Сасори решил объединить оба Пути. Его гложут похоть и ревность, а власть в его руках дает возможность наказать тебя. Все это: насилие, моральные и физические издевательства, разрушение основ твоей твердыни – лишь способ показать, на что он способен. Припугнуть.       – Так не доставайся ты никому? – не могу понять, к чему идет диалог. Разве что описывает его собственными эмоции? Только вот в отличии от дяди, Мадара сдерживает свои позывы, пусть и не всегда. Во втором случае, виновата я сама. Какаши принес мне стул. – Ох, благодарю тебя, Ши. Я рада тебя видеть.       – Госпожа Рёмен, скоро закончат уборку на кухне и в гостиной, потерпите еще немного.       – Благодарю.       – Доставаться никому? – Мадара помог мне сесть. Неджи расстегнул свое пальто и накинул на меня. Когда успел его надеть? И ушел в дом. – Твой альфа удивительно немногословен. Поссорились?       – Небольшие недоразумения, – аж до скрежета моих зубов. – Ничего другого от союза двух альф и одной омеги, созданного в одночасье, ожидать не следует. Не было никаких свиданий, походов в кино, в парки…       – Юки, подобные мероприятия не для старых семей.       – Знаю. Поэтому небольшие ссоры будут. Не исключено, что будущее пройдет тихо и без рычания.       – О.       – А еще, ты плавно съехал с темы.       – Ха-ха-ха, – от смеха альфы у меня по коже табун приятных мурашек пробежал. – Съехал с темы? Ты так мило переходишь с японского на русский. Не думала освоить стезю переводчика?       – Омеги не имеют права работать. И ты все еще съезжаешь с темы, – кутаюсь в пальто, одурманивающе пахнущее ландышами. Слюнки аж текут!       – Я закрою на это глаза, – и, пародируя свои же слова, Мадара прикрыл рукой лицо, при этом улыбаясь.       – Можно просто сказать: наипрекраснейшая, наимудрейшая, самая желанная Юки, я не горю стремлением продолжать наш прерванный диалог, – несмотря на легкий морозец, в пальто тепло, а рядом с Учиха спокойно. Даже если тот выгнал меня из дома. Хах-ха-ха. Зато приехал восстанавливать мой! Рабочие уже во всю трудятся над завалами в парке, едва слышно передвигаясь в темноте.       – Ха-ха-ха-ха, – зачем так громко смеяться? Я напугалась!       – Мад! Соседей разбудишь! – успешно пародирую змею.       – Ха-ха-хах, – сгибается в приступе смеха альфа, мелком утирая слезы. – Кхе, кхе-м. Ха-хаа-хах, Юки, – все не может успокоиться медведь, трясясь всем телом и прижимая руки к животу. – Ох...черти, что встали? Работать! – а? И правда, все стояли и смотрели на нас, пока Мадара не рявкнул! Ой, а чего они так быстро забегали? – Кхем. Юки, над территорией висит заклинание от прослушки, полог тишины и много чего еще, мне лень перечислять, – вот! Этот мужчина на прямую не сказал: не твое дело, что там еще висит, ты же омежка – а обошел все приятными словами. Не обидно, как бы. Вот только “как бы”. А еще не придерешься. – Давно я так не смеялся! Уважила старика.       – Старика? Ты на себя в зеркало смотрел?       – Да. Перед выездом сюда, – хмыкает мужчина.       – О, как. То есть не стесняясь говоришь мне, что ожидал встречи?       – Мне много лет, чего еще в этой жизни я должен стеснятся? Себя? Ха-ха-ха, Юки, ты удивительно наблюдательна в одних случаях и совершенно глупа в других.       – В силу твоего возраста, скорее всего уже запамятствовал, как быть молодым и глупым?       – Ах ты ж дитя неразумное! Аха-хаха! Тонко ходишь по грани. Умница! Насчет прерванного диалога – тема требует более интимного характера.       – Понятно, – смотрю, как Какаши сдвигает в сторону только что поставленное дверное полотно.       – Госпожа Рёмен, гостиная готова.       – Мадара, не желаешь отведать кипятку?       – Не напоминай мне о поездке в Китай.       – А что не так с Китаем?       – Неплохие конкуренты подрастают.       – А конкретнее? Любопытно очень.       – Есть там один ушлый демон, любит красное, кровь и благороден только с виду.       – Хм. Ты сейчас себя описал? – окидываю Мадару взглядом. – Сегодня на тебе достаточно красного.       – Интересная мысль. Мне нужно время на обдумывание.       Кажется глава мировой торговой корпорации ушел в себя.       – Ши, прости, что доставила тебе неудобство, – обращаю внимание на Какаши.       – Вы не доставляете мне неудобство, госпожа Юки, – пепельноволосый пропустил меня вперед, в гостиную. – Мне это в радость. Итачи сделал много для места, где я жил. Теперь я плачу ему тем же.       Этих двоих связывает куда большее, чем отношения слуга-хозяин. Хорошо, когда есть такие люди.       – В ближайшем магазине не столь обширный выбор чая, я взял лучший из представленного, – дворецкий склонился. – Прошу к позднему ужину.       – Благодарю, Ши. Ты не отведаешь с нами?       – Я не голоден.       – Еще раз благодарю за труд.       И ушел. Оставил меня наедине с Неджи. А из окна открывается неплохой вид на место проведения диалога Мадарой. То есть ты все это время следил за нами? Ревнуешь? Хех. Ой, едва на столе! Вкусно то как пахнет! У меня, от вида чайных пакетиков, аж слезы навернулись на глаза! Как же это знакомо!       – Юки? – боль в голосе Неджи резанула мне сердце. – Тебе плохо?       – Просто обними меня, – мой альфа меня обнял. Запах ландышей и соснового бора окутал меня покоем. Да, накал страстей улёг и теперь мне снова хорошо тепло в этих заботливых руках.       – Прости меня. Я глупец… – звучит шепот мне в макушку.       – И ты меня прости… Я переборщила… – поднимаю взгляд на лицо Неджи.       – Почему ты плачешь? – приятно, когда тебе ласково вытирают влагу с щек. А этот умилительный взгляд бледных глаз? Как не простить этого шикарного мужчину с не менее шикарными волосами, в который я все еще хочу запустить свои руки? Все же отвечаю:       – Всего лишь пакетики чая. Ностальгия моей души.       – Какая милая картина. Альфа и ее омега. Помирились? Рад за вас. Теперь перейдем к делу. Юки, ты мне кипяток обещала, – Мадара, как всегда к делу… Торгаш фигов!       – Кипяток или все же чай? Ши купил пакетированный.       – Ха-ха-ха. Давай чай. Вспомню, почему не люблю подобное варево.       – Знаешь, чем хорош пакетированный чай?       – Нет.       – С утра отеки под глазами снимать! Намочил пакетик и на глазки ложишь и вуаля – краснота глаз спадет и отек пройдет.       – Удивительные косметические процедуры. Век живи – век учись! Хм, я вспомни, почему не люблю это варево. Лучше кипяток, Юки.       – Как хочет гость. Кипяток, так кипяток. Как, кстати, зовут того демона из Китая?       – Хуа Чен.       И тут я словила флешбеки…              

***

      – Может не надо? – это я тут стонаю от переизбытка эмоций.       – Надо, – припечатывает Мадара. – Со стороны виднее.       – Не надо…       – Лежи давай!       – Дорогая, послушай старших, – Неджи убрал из под моего носа кипяток. От греха, так сказать. – Тебе стоит поберечься. Первый триместр у омег сложный..       – Тебе откуда знать? – может и сложный, а мне, как бы, в туалет хочется!       – Читал.       – Хах, – это уже Мадара в кулак кашляет. – Что это?       Что? Где? Мужчины в одно мгновение перешли в режим боя! Глаза Мадары посерели, а на висках Неджи вздулись вены. В саду рабочие побросали инвентарь и в панике бегут в дом.       – Да что случило…, – и тут я почувствовала… Холод. Неджи едва успел отбить нечто, прежде чем Мадара установил какой-то щит. Это нечто покрыло изморозью все поверхности! Из холла донеслись крики и звуки падения тел. Облачка пара вырываются изо рта. – Ам… простите… Успокойтесь… Итачи всего лишь разобрался, как активировать свиток… Теперь либо он поглотит технику...либо...я стану вдовой без главного мужа, – беру чашку с чаем и отпиваю горькую ледяную жидкость. Мне сейчас, как ничто другое, нужно мозги прочистить!       – Ненадолго, – ухмыляется Мадара.       – О, – сую стакан с кипятком главе клана. – Губу закатай! Что? Ты сексуален, горяч не в меру, но и с головой у тебя далеко не все в порядке, – кто бы говорил, Юки! – На сколько я знаю, омега, потерявшая своего мужчину может не выбирать другого, впрочем мне это не грозит, у меня есть второй супруг.       Вот же ж...Уба! Я тут дракона дразню! И страха не испытываю! Приятно!       – Надолго он там? – Неджи смотрит на темную громадину храма.       – Зависит от Итачи и от того, кто пришел на зов техники. От нескольких часов, до нескольких недель. Ну или на совсем… чего мне бы не хотелось… Завтра, на Встрече, нужно объявить о смерти Кицу Рёмен. Это значит, что я должна буду пойти на собрание. Почему до сих пор не известно о моем втором супруге?       – Срок первой метки не прошел. Истекает завтра в момент начала Встречи, – Неджи передал мне телефон со снимком приглашения. – Вторая метка была поставлена не по правилам и, возможно, станет очередным напоминанием твоей “раздутой” репутации.       – Хм… Но Элрики прибудут? Оба? – уточнение не помешает.       – Да.       Какая нехорошая ситуация, я б сказала – песец пришел… но куда более наглядно и матерно! Что делать?       Алхимики проведут нас на Встречу и только то. Что же делать? А что я, омега, могу сделать? Даже факт, что я приду с другими мужчинами будет расцениваться отрицательно. А если Итачи все еще будет за печатью? Одной идти? Но Неджи мой супруг…       Голова пухнет.       – Юки, – Мадара отпил кипяток. – Прекрати навязывать себе негативные мысли. Соберись. Выспись, сделай красивую прическу, макияж и покажи величественность дома Рёмен. Для остального мира лис – ты наследница клана. Супруга Учиха Итачи, даже если это ложь. Навыки дипломатии Хьюго тебе пригодятся. Да, Он альфа и ты обязана его слушаться, но, ты наследница клана и в этом случае твое присутствие на Встрече обязательно.       – Едва я объявлю о смерти дедушки, все будут искать главу клана Рёмен. А Итачи в данный момент под печатью.       – Двенадцатью печатями, – поправил мой альфа.       – Двенадцатью? – что-то мне не хорошо. Двенадцать печатей? Кто явился на зов? Кто? Двенадцать печатей… Кьюби? Девятихвостый снежный лис? Мне жарко. Душно. Воздуха не хватает! Ох, богиня Луна! Прошу, помоги моему альфе вернуться ко мне живым, здоровым и целым!       – Юки? Ты побледнела.       – Надеюсь, что я ошибаюсь. Надеюсь… Мадара, ты прав. Я пойду отдыхать. Завтра, – время за полночь. – Уже сегодня, серьезный день с тяжелым мероприятием. Вы мне скажите, у вас есть компромат на Сасори Китцу Нэ? Ответом мне послужила кривая улыбка Мадары.