Дней до...

Юнги буквально крадётся в любимую квартиру. Он бывает в ней настолько редко, что каждый раз, приходя домой, парень безумно радуется. Мин идёт сразу в спальню, зная, что Чимин лёг без него. Пак уже привык засыпать и просыпаться без любимого парня, поэтому он посапывает в темноте, свернувшись в калачик, обнимая одеяло вместо кого-то. Понятно, вместо кого. На месте одеяла должен быть любимый Юнги. Парень устраивается по-удобнее, приобнимая своего мальчика за талию и целуя в шею, после чего ложится на свое место. — Юнги? — тихо шепчет Пак. — Да, милый. — Мин бодает своим лбом его спину, словно кот, и прикрывает глаза. — Тебя три дня не было. — Знаю, малыш. — Случилось что-то серьёзное? — в голосе парня слышится испуг. — Всё в порядке. Пак выдыхает. Ему хочется, чтобы парень был рядом как можно чаще. Юнги снова целует. С любимым всё так спокойно и хорошо, с ним так легко засыпать. Утром Мин просыпается, слыша, как уже готовится еда. На весь дом раздаётся приятный аромат яичницы. Юнги встаёт с кровати и прямиком отправляется на кухню. Он видит своего парня, который старательно жарит яичницу и улыбается так довольно. — Доброе утро, милый! — Мин чмокает Пака в губы. — Доброе! — Чимин обнимает его, кладя подбородок ему на плечо. — Так вкусно пах... Юнги не успевает договорить, как его вовлекают в поцелуй. Чимин прижимается к его губам своими так чувственно, отдавая ему всю свою теплоту и нежность. Они оба улыбаются в поцелуй, потому что скучали друг по другу. — Я люблю тебя, Юнги, слышишь? — Пак заглядывает ему в глаза, — Приходи с работы чаще. Я очень скучаю. — Я постараюсь, — Юнги снова чмокает, но теперь уже в щёчку. — Садись, я покормлю тебя. Мин слушается, садясь за стол. Ему приносят белую круглую тарелочку, а ещё нож с вилкой. После этого Чимин подносит сковороду и перекладывает половину содержимого на тарелку. Себе он тоже оставляет кое-что и садится рядом. Он смотрит на парня пристальным взглядом, совсем не сводя с него глаз. — Вот смотрю на тебя и думаю: какой красивый у меня парень, — Пак расплывается в счастливой улыбке. Мин тоже улыбается ему, начиная разрезать яичницу. — Можешь остаться сегодня дома? — Малыш, — Мин кладёт палец на подбородок младшего, после чего подтягивает парня к себе и чмокает в губы, — я не могу, — снова быстро целует, — у меня работа, — и ещё, — когда-нибудь обязательно. Чимин выдыхает, отстраняясь и начиная есть, словно ничего не произошло. Юнги кладёт свою руку на его и чуть поглаживает. — Как дела? Что нового? — Мм, я беременный. Юнги резко смотрит на Пака, широко раскрывая глаза. — Что ты сейчас сказал? Как это беременный? Чимин усмехается, закидывая кусочек яичницы в свой рот. — Просто даже если бы это случилось, в чем я, конечно, сомневаюсь, ты бы всё равно выбрал работу... — парень вздыхает — Я приду вечером, ладно? — Пак переводит взгляд на их руки, а потом на самого Мина, и кивает. — Больше не буду задерживаться там так долго. Постараюсь быть дома чаще. А вечером обязательно посмотрим какой-нибудь фильм вместе и закажем пиццу. — Хорошо, — Чимин наклоняется за ещё одним поцелуем. — Можешь выбрать любой. — Дневник памяти? — Любой, кроме этого. Пак строит обиженные глазки, вздыхая тяжело. — Ну ла-аадно, — Юнги улыбается, беря Чимина за щёчки двумя руками, после чего чмокает его по всему лицу, — такой сладенький мальчик. Как тебе откажешь, а? Чимин слегка краснеет, хихикая, а Мин берет его за руку, заставляя сесть на свои колени. Пак садится на них сверху. — Милый, я очень люблю тебя... — шепчет Юнги, тыльной стороной ладони поглаживая мягкую щёчку. Их взгляды не оторвать друг от друга, и они улыбаются. — Люблю тебя, котёнок, — шепчет ему Чимин, наклоняясь, а Мин, в свою очередь, подаётся вперёд. Их губы соприкасаются. Они закрывают глаза и целуются так нежно и лениво. Юнги держит Чимина за талию, в то время как сам Пак обнимает его за плечи. Работается всегда легче, когда знаешь, что тебя ждут дома. Особенно, когда уже чувствуешь эту тёплую атмосферу, предвкушая её каждой клеточкой своего тела. Юнги откидывается на спинку стула, устало потирая глаза. Всё было бы в тысячу раз лучше, будь у Солнышка хоть какие-то изменения. — Хосок приходил рано утром и просил передать кое-что, — говорит Намджун, протягивая Мину белый конверт со снимками, — он заметил активность на Меркурии. Там вулканы извергаются один за другим. Юнги быстро открывает конверт, доставая фотографию, и действительно видит что-то странное: по всей планете разом вырывается столько много энергии, чего не было ещё никогда. — Разве на Меркурии не случалось последнее извержение лет так миллион назад? Если не больше... — спрашивает Мин вслух. — Да, именно. В этом-то всё и дело. Я правда не понимаю, что там такое. — Солнце, — не думая отвечает Юнги, — это оно послужило причиной. Мин берет в руки следующий листок с таблицей роста температуры на этой самой планете. И цифры шокируют. — Дневная температура увеличилась на двадцать градусов. — говорит Юнги, внимательно исследуя каждый миллиметр бумажки. — Это хреново, да? — Более чем. Это очень хреново, Намджун. Послушай, мне надо бежать наверх и следить за Солнцем. — Юнги встаёт с места, хватая нужные ему вещи, — Если Хосок будет меня искать, попроси его сделать почасовую таблицу дневной температуры на Меркурии за сегодня. Мин почти выбегает из двери, как слышит Намджуново: — Юнги, а? — А ты, — он подходит к Киму, — попроси у художников спроектировать поведение Солнца. Данные за сегодняшний день я пришлю им по почте. Намджун кивает. — Только сделай это, пожалуйста, как можно быстрее. — Юнги бежит в коридор, держа тетрадь с наблюдениями и шариковую ручку. Эти числа он позже перенесёт в компьютер. Солнце - оранжевый диск с огромным количеством тёмных пятен. Оно светит слишком ярко. Так, что слепит глаза. Мин, чтобы обезопасить себя, вставляет ещё один слой специального стекла в телескоп, чтобы не повредить сетчатку. На свои глаза он надевает солнцезащитные очки. Повсюду на планете виднеются вспышки, и от этого бежит мороз по коже. Они укутывают в себе Меркурий, но позже снова отступают. Каждая вспышка всё сильнее предыдущей, и это выглядит пугающе, но так же очаровывает. — Что же это такое? — спрашивает Юнги сам себя, после чего записывает что-то в тетрадь. Он сидит в этом месте до самого вечера, не сводя со Звезды глаз. Ему нужно уловить абсолютно всё, чтобы сделать модель как можно чётче и точнее. Только тогда начинаешь понимать, что такое творится. Почувствовав усталость, Юнги отходит от увеличительного прибора, садясь на стул и потирая переносицу пальцами. День был непростым. Ещё хуже - новости, что совсем не радуют. Что-то Солнышко совсем не хочет успокаиваться. Вдруг звонит телефон, и Мин сразу же отвечает на звонок: — Да? — Думаю, отменить заказ всё же уже не удастся. Я оплачу его твоей карточкой? — грустно спрашивает Чимин, и Юнги тяжело вздыхает. — Милый, я совсем замотался... — Ничего, я посмотрю фильм в одиночестве. Спокойной ночи... — Мини, я приду завтра, честно. — Не давай обещаний, если не можешь их выполнить. После этого слышатся короткие гудки.