Just a man / Всего лишь человек

             Снежная была страной, что круглый год утопала в снегу — даже от малейшего взгляда на очертания оснежённого королевства по спине пробегал холодок. Именно по этой причине жители здешних земель привыкли облачаться в тёплую и многослойную одежду, украшенную мехами. А если кто-то оголял щёки, те тотчас краснели от трескучего мороза, так что стоило носить ещё и маску, чтобы защитить кожу от холода.

***

       Тарталья, одиннадцатый из Предвестников Фатуи и пресловутый плохиш, очень надеялся, что путешественница — та самая, которой он прямо сейчас пытался внушить ложное чувство безопасности, сможет его простить за столь бесстыдное поведение. Застыв на месте с отвисшей челюстью, он откровенно пялился на её новый наряд. Видимо, шоппинг по женским бутикам Ли Юэ прошёл на славу, раз Сян Лин, юному шеф-повару, удалось запихнуть блондинку в новое одеяние.       По его скромному мужскому мнению, этот наряд смотрелся на ней гораздо интереснее предыдущего.       Как ни печально, Чайльд, носивший громкий титул Предвестника, по-прежнему был самым обычным человеком. Несмотря на то, что к четырнадцати годам он уже славился искусными навыками владения оружием, несмотря на то, что его имя наводило ужас на врагов, и даже несмотря на горящую внутри него жажду убийства да крайне скверное поведение в целом, он по-прежнему оставался… всего лишь мужчиной.       Чайльд совсем не испытывал вины за неосторожно брошенный взгляд на девичью фигурку. Глаза сосредоточились на том, насколько же высоко уходили разрезы платья на мягких ляжках; на ткани, которая тесно облегала её бёдра и собиралась складками спереди при каждом движении путешественницы, открывая взору молочную кожу. Покрой был облегающим: платье идеально сидело на её восхитительных широких бёдрах. Шею прикрывало высокое горло, а каплеобразный вырез на груди плотно сжимал мягкие полушария так, что декольте выглядело весьма и весьма завораживающе. Чайльду это явно приходилось по душе. Посмотри на её грудь раньше, он лишь мимолётно задержал бы на ней взгляд, но сейчас… Он всего лишь мужчина. Чёрт, а эти бёдра… они были самым настоящим произведением искусства. Их подчёркивали белые высокие сапоги с золотыми вставками по бокам, и те накрепко пережимали её роскошные ляжки. Просто сдохнуть можно.       Само платье было тёмных тонов — смесь коричневого с золотым создавала поразительный контраст с кремовой кожей. Единственное сходство с её первоначальным нарядом заключалось в ткани, что бережно обхватывала талию под грудью, и схожих лазурных узорах.       Чайльд был обыкновеннейшим человеком, самым простым пареньком, у которого секса не было с момента прибытия в Ли Юэ, и эту «оплошность» стоило немедленно исправить.       Желательно с путешественницей.       Чайльд был уверен, что она даже ни малейшего понятия не имела, какой эффект смогла произвести на него своим платьицем.       А вдруг таким образом ему удастся найти с ней точки соприкосновения? Если он с ней переспит, то уж точно сможет поколебать решимость путешественницы бороться с ним, не так ли? Наверняка до этого ни один из поверженных ею врагов не пробовал столь интересный способ одержать над ней верх. Он и сам никогда не пользовался подобной тактикой — больше отдавал предпочтение жарким битвам не на жизнь, а на смерть, однако… Чайльд хотел уткнуться носом в промежность, почувствовать её вкус на языке, желал услышать, как в порыве экстаза его имя сорвётся с девичьих губ, пока бедра девушки будут дрожать от каждого его толчка, глубоко проникающего в тёплое нутро.       Он без лишних усилий мог поднять её на руки: для него она была просто пушинкой. Тогда он прижал бы её к твердой поверхности и вошёл бы ещё глубже в тугое, влажное, горячее влагалище, скользя членом по нежным складкам; почувствовал бы, как она под ним вся извивается, сжимаясь, и прогибается в спине, отчаянно нуждаясь в мощных толчках, отчаянно желая кончить. Позволит ли он ей всё это заполучить? Кто знает… Возможно, Чайльд будет продолжать сладкие пытки, пока она сама не попросит довести её до исступления. Ох, а как же он хотел увидеть её личико во время секса. Интересно, сможет ли он трахнуть её так, что из глаз путешественницы непроизвольно брызнут слёзы? Расширятся ли её зрачки от вожделения, потемнеет ли взгляд золотистых глаз от жгучего желания? Увидит ли он мокрые дорожки на раскрасневшихся щёчках после того, как жёстко отымеет девушку до потери чувств?       Примет ли путешественница его дерзкий вызов? Она была невероятна сильна — всегда проявляла исключительное мужество и самоотверженность, из-за чего и прославилась на весь Мондштадт. Да она сама могла припереть его к стенке и оседлать, как породистую лошадку.       За купленные девушке обновки он позже обязательно поблагодарит дочь шеф-повара Мао.       И всё-таки, как её заманить в ловушку? Путешественница — личность загадочная. Она очутилась в Тейвате таинственным образом, и учитывая, что Глаз Бога у неё отсутствовал, она обладала невероятной элементальной магией. Болтала крайне мало (ну, по крайней мере с ним), и обычно за неё все разговоры вела маленькая спутница, а если девушка что-то и говорила, то с её губ слетала исключительная колкость или же саркастическая шутка в сторону одного из товарищей. Согласно слухам, она никому не позволяла себя унижать. Однажды она уже была его девочкой на побегушках, пока он выполнял поручение одного балбеса из ритуального бюро «Ваншэн». Он считал, что на эту авантюру девушка согласилась лишь потому, что ей попросту было по пути, да и добраться до нужного места втроем было проще. И вовсе не потому, что Предвестник имел над ней власть и девчонку контролировал.       Помимо всего прочего, Чайльду необходимо было продумать план по избавлению от назойливой спутницы путешественницы. Конечно же, на время. Нельзя позволить этой летающей пигалице мельтешить перед глазами, пока он будет яростно вдалбливаться в тело её подруги…       Что-то ему подсказывало, что задача будет не из лёгких — всё равно, что предложить блуднице из чайного дома «Яньшань» переспать за мешок моры. Это местечко он, кстати, заприметил давненько. Ну а что, вдруг потребность прижмёт? Но даже то удовольствие, которое могли бы ему принести умелые движения яньшаньевских профессионалок, не сравнится с «достойным призом», коим была путешественница. Хоть у его грандиознейших планов и не было никаких сроков, на их осуществление уж наверняка потребуется куча времени — Цисин обнаружили Сердце Бога и то быстрее. Между прочим, коварная группировка до последнего хранила молчание о своей находке.       Итак, он планировал её соблазнить: сделать так, чтобы Чайльд для неё стал предметом вожделения, а не просто очередным чудаком, благодаря которому можно приблизиться к заветной цели.       Если он сразу поставит её перед фактом, что крайне заинтересован в её персоне, сработает ли столь прямолинейный подход к делу? Ну, чтобы она наверняка поняла его истинные мотивы и не перепутала их ни с чем другим. Или, возможно, ему стоит продолжать строить из себя дурачка, притворяться паинькой и глупо смеяться; мило ей улыбаться, если он вдруг пригласит её на свидание? А может лучше пустить корни в жизнь девушки, да ждать, пока та поддастся его природному обаянию?       Что-то подсказывало Чайльду, что последний вариант из всех предполагаемых сценариев звучал лучше всего, только в таком случае всё это дело затянется на неопределённый срок. Долгая игра в кошки-мышки в его планы уж точно не входила. Будь его воля, он бы уже давным-давно схватил девушку, перекинул ту через плечо, прямо как мешок с картошкой, и отнёс бы в свою комнату, где там же ею и овладел бы.       Блять, да почему она раньше не могла надеть это чёртово платье?! При таком раскладе он бы уже как минимум вводил в её лоно пальцы. Если, конечно, теория вероятностей его не подводила.       — Господин Чайльд? — голос, раздавшийся откуда-то слева, вернул его внимание к делу, которым он занимался до того, как заприметил соблазнительную девичью фигуру. Екатерина смотрела на него пустым взглядом, скрытым за типичной маской Фатуйского клерка.       — Продолжай, — он даже не слушал; сосредоточиться мешало ноющее в паху возбуждение.       — Кажется, господин Чжун Ли ушёл в краткосрочный отпуск. Он принёс вам свои искренние извинения, поскольку у него появились срочные дела в другом месте. Господин нас заверил, что, как только вернётся, обязательно проследит за церемонией посвящения, дабы убедиться, что всё идёт чётко по плану.       — Он сказал, когда вернётся? — вся эта срань и с места не сдвинется без ебучего похоронного бюро, а местонахождение Экзувии по-прежнему окутывала тайна! Чайльд был уверен, что этот старый говнюк что-то да знал, но до сих пор молчал как рыба. Зато нашлось объяснение внезапному походу путешественницы по магазинам. Она не выполняла выданное Чжун Ли поручение, потому что её спутник попросту свинтил в неизвестном направлении.       — Боюсь, что нет, господин, — что ж, раз так… возможность выдалась просто блестящая. Настоящее, веское оправдание тому, почему же его планы до сих пор так и не претворились в жизнь. Чжун Ли даже и не подозревал, какой потрясающий шанс он предоставил парню: Чайльд наконец сможет заполучить то, о чём он так отчаянно мечтал.       — Отлично! Если мы задерживаемся — значит, задерживаемся, с этим ничего не поделать, да и в случае чего мы можем лишь усилить подозрения... На этом отчёт закончен?       — Ещё нет, господин. Наши агенты из Мондштадта передали нам информацию, которую вы запрашивали о путешественнице. Её имя — Люмин, происхождение в настоящий момент не установлено. Однако они выяснили, что девушка, скорее всего, обладает Анемо стихией. Она пользовалась ею в Мондштадте.       — Не только. У неё теперь и Гео в подчинении, — он видел это собственными глазами: то, как она призвала метеорит из глубин земли, от которого волнами исходили геокристаллические шипы. Те пронзили каждого, кто отважился на неё напасть. А тут вдруг узнаётся, что она использовала воздушную стихию в Мондштадте — на земле Анемо архонта, с которым, между прочим, она совершенно точно уже встречалась. Это подтвердила сама Синьора во время миссии по заполучению Анемо Сердца Бога. Вот так сюрприз!       — Всё верно, господин. Однако мы уверены, что доступа к Глазу Порчи у путешественницы нет, — и это действительно было правдой. Он бы сразу его заприметил. К тому же где она могла отыскать столь мощное сокровище, кроме как у самого Крио Архонта? Правда, во всяких закоулках торгаши втридорога впихивали наивным простакам жалкие подделки Глаза Порчи. Завладей ты таким «сокровищем», и даже самое слабенькое племя хиличурлов тебя порешает. А может они сами убьются в попытке его заполучить.       — Тогда разузнайте, что это за фокусы такие. Сюрпризы мне не нужны. А теперь — свободны.       — Вас поняла, господин Чайльд, — склонив голову, Екатерина оставила его в одиночестве наблюдать за девушкой, что с интересом исследовала торговый район. Она ещё его не заметила, слишком увлечённая разговором с подругой. Он мог пройти мимо неё, и та, вероятнее всего, даже не обратила бы на него никакого внимания.       И эту ситуацию нужно было менять. Он хотел, чтобы она на него взглянула. Хотел, чтобы её тело жаждало лишь его одного, хотел, чтобы каждое их дальнейшее взаимодействие было насквозь пропитано сексуальным напряжением. «Люмин…», пробормотал он себе под нос, словно пробуя имя на язык. Иноземное, необычное, оно определённо ей подходит. Ему понравилось.

***

             — Он смотрит? Так, ну-ка посмейся! — Сян Лин без раздумий подыграла и рассмеялась деланным смехом над какой-то несуществующей шуткой, а затем наклонилась к Люмин. Со стороны это выглядело так, словно она просто продолжила рассказывать что-то смешное своей собеседнице.       — Как ты угадала, что он в городе появится?       — Получила вести с полей от рыцарей Фавония. Эмбер прислала мне сообщение, что кое-кто из Фатуи наводил обо мне справки в Ли Юэ, а Кэйа поведал о подслушанном разговоре в «Доле Ангелов». Для такого жуткого выпендрёжника он слишком хорошо прячется у всех на виду, не так ли, Паймон?       — О да, Паймон в шоке от его способностей! Порой он даже умудряется спрятаться от господина Дилюка, причём в его же таверне! — ну самый настоящий мастер маскировки.       — Я всё понимаю, конечно, но как ты узнала, что он сюда придёт?       — Да когда он тут не ошивался?! Тоже мне, хитрец, — по правде сказать, как бы Чайльд не старался слиться с толпой и как бы хитры не были его агенты, путешественнице не составляло труда каждый раз отыскивать его взглядом. От одного только Глаза Бога Чайльда исходила невероятной силы энергетика — этого было достаточно, чтобы почувствовать его элементальную энергию. Ко всему прочему, силы и навыки Люмин росли с каждым днём, в течение долгих странствий по Тейвату.       Она же тоже не вчера родилась, а потому чётко осознавала, что лишь по двум причинам её фигура могла находиться под прицелом горячего взгляда Чайльда.       Первая — это намерение раз и навсегда избавиться от соперницы, вторая… вожделение. А платье было своего рода проверкой на прочность.        Ничто не могло заставить Чайльда отказаться от собственных намерений лишить жизни кого-то, кто встал ему на пути: ни облегающая ткань, ни соблазнительные изгибы девичьего тела, ни чёртово платье, которое не оставляло простора для фантазий. Но как такое возможно, что от короткого взгляда на свою противницу у него глаза темнели от похоти? Боги, да она чувствовала его испепеляющий взор с другого конца двора, прямиком с того места, где Чайльд сидел с чашкой какого-то напитка в руке, наполовину скрытый деревянной колонной. Нет, причина совершенно точно крылась в вожделении.       В теории, они смогли бы путешествовать вместе. Только страсть сулила гораздо более приятный исход событий. За всё время своего пребывания в Тейвате, Люмин не удалось найти мужчину, с которым у них была бы взаимная заинтересованность друг в друге. Кэйа — она была уверена в этом на все сто — интересовался парнями, Дилюк хоть и был красавцем, застопорился на идее, что она «малолетка». Серьёзно?! Люмин начала путешествовать ещё до того, как он стал сперматозоидом! Просто выглядела молодо. Что касается Венти… ну, он милый, даже очень, да нет, даже слишком. Не хотелось бы видеть на его лице ничего другого, кроме детского восторга и восхищения. Закроем глаза на то, что однажды он невнятно распевал песенки о будущем, находясь во власти девяти бокалов вина из одуванчиков.       Венти был совсем юнцом, настолько инфантильным, что даже в шутку частенько подражал нытью Паймон. К тому же, он был Богом; вечно занятой и потому недосягаемый.       — Паймон всё ещё думает, что эта идея просто ужасна, Люмин! Чайльд не просто один из Фатуи, он их Предвестник и, между прочим, чрезвычайно опасный… даже для тебя.       — Ради удовольствия стоит рискнуть, Паймон.       Путешественница не особо любила строить кратковременные интрижки с излишне мягкими людьми. Ей нравилось получать адреналин от действий партнёра, нравилось, когда он был грубым, нравилось чувствовать лёгкую боль в мышцах на утро и замечать свидетельства бурной ночи в виде укусов и отметин, а ещё красноватых синячков на коже — в тех местах, куда чужие пальцы вжимались слишком сильно.       — Она права, Паймон. Прилежного парня можно найти всегда, а вот плохиши просто так на дороге не валяются. С ними уж точно не соскучишься. Пока ты молода, надо брать кота за яйца!       Когда они прошли мимо того самого места, в котором, как она догадывалась, прятался Чайльд, Люмин демонстративно потянулась: подняла руки высоко над головой и слегка выгнулась в спине, тем самым показывая идеальные изгибы задницы и упругой груди, подчёркнутые плотно прилегающей к телу тканью. Чашка в руке Предвестника вмиг треснула от силы сжатия, как только разрезы по бокам платья слегка приподнялись, обнажая белое кружево трусиков.       Пф, проще простого. Слабак.       Если бы такую картину увидел Итэр, он непременно насмешливо бы фыркнул и обозвал её бесстыдницей, а затем слинял бы на поиски новых знакомств. Может, он смог бы подружиться с миленьким парнем из торговой гильдии Фэй Юнь, а ещё ему наверняка до безумия понравилось бы обращение «мой господин». Может, братец последует её примеру и тоже найдёт себе кого-нибудь в Мондштадте? Чёрт, она просто не могла дождаться того дня, когда наконец встретится с Итэром. Когда они наткнулись на этот мир, тот полнился беспорядками. По этой причине они планировали его покинуть, но обстоятельства сложились иначе. Люмин мечтала показать ему, как сильно всё изменилось в Тейвате.       Она была уверена, что новообретённая красота исконных земель придётся ему по душе.       — Л-а-а-адно. Тогда Паймон останется с Сян Лин, пока ты будешь занята соблазнением Предвестника. Паймон не хочет стать случайной свидетельницей всяких непристойностей… — она издала громкий вздох.       — Супер! — прощебетала Сян Лин. — Ты можешь стать моим новым дегустатором. У меня миллион новых рецептов из деревни Цинцэ! А Родея — самое настоящее сокровище; если поприветствуем её должным образом, прежде чем войти в её владения, она поможет отыскать самые лучшие чашечки лотосов, — За все свои бесчисленные походы в деревню Цинцэ Люмин лишь однажды столкнулась с Океанидом. И то, произошло это совершенно случайно: она ошиблась поворотом во время исследования пещеры. Само существо она не потревожила.       Родея лишь предупредила её, и на этом всё закончилось. Ну а зачем затевать драку там, где не надо?       — Ого-гошеньки! От такого уже урчит в животике! Хорошо, Паймон останется с Сян Лин, пока ты, Люмин, будешь в Ли Юэ. Отличный план, а? — она непринуждённо подлетела к своей «новой» хозяйке, словно решение было принято уже давным-давно. Путешественница совсем не возражала. В гавани она была не впервые и уже более-менее ориентировалась в Ли Юэ благодаря прогулкам с Сян Лин и различным поручениям Чжун Ли. В проводнике она уж точно не нуждалась, да и свободу, которое обеспечивало ей одиночество, ценила намного больше.       — План отличный, если против него никто не возражает. Мы бы не хотели навязываться, Сян Лин.       Она до сих пор чувствовала на своей спине чужой взгляд. Чёрт, как она была рада, что решилась на покупку платья с открытым вырезом сзади! Для битв оно совсем не годилось, но вот для соблазнения подходило идеально.       Люмин обладала духом и силой воина, мастерством человека, повидавшего на своём веку немало битв. Однако сражения не были единственным предметом её забот. Она тоже нуждалась в плотском удовольствии, а Чайльд был не самым худшим вариантом, даже наоборот. Словно он — настоящий лакомый кусочек, который как раз сможет утолить её голод.       — Да без проблем, Люми! Это меньшее, что я могу сделать, чтобы отблагодарить тебя за помощь в Спрингвейле. К тому же, мы уже давненько ищем хорошего дегустатора в ресторан. Паймон нас очень выручит.       Да благословят тебя Архонты, Сян Лин! За время, проведённое в Тейвате, Люмин обзавелась парочкой замечательных друзей. Когда придёт час, ей будет крайне сложно с ними распрощаться, но, увы, такова судьба любого странника.       — Замечательно. Что ж, тогда я пойду. Спорим на целого цыплёнка в медовом соусе, что Чайльд последует за мной?       — Эх, ведь знаю, что продую пари! Ладно, по рукам. И не волнуйся о Паймон, я о ней позабочусь.       Отлично. Дело оставалось за малым — соблазнить самого плохого парня во всём Тейвате. По её расчётам, времени потребуется немного.       Быстро попрощавшись с подружкой и парящей спутницей, Люмин вернулась на пристань, чтобы пройтись по набережной. Она решила проводить Сян Лин до ресторана, к тому же постоялый дом, в котором она остановилась, находился совсем недалеко от гавани, рядом со статуей Рекса Ляписа. Моры хватит надолго — она отыскала драгоценное нефритовое кольцо, владелец которого щедро вознаградил её за находку.       Люмин почти что добралась до торговой площади Фэйюнь, когда услышала звонкое «Девчуля!». Ухмыльнувшись про себя, она нацепила маску невозмутимости и развернулась, чтобы поприветствовать Предвестника. Тот следовал за ней всю дорогу. В этот момент в её голове проскользнула одна единственная мысль:       «Игра началась».