Я нашел тебя на краю своего мира

Ставни, открытые настежь, впускают свежий воздух и разбавляют запах медикаментов. Лучи заходящего солнца пробиваются через шторы, рассеиваясь по комнате. Ресницы вздрагивают, как только сознание возвращается. Парень на кровати прерывисто вдыхает. Голова кажется ужасно тяжелой, веки отказываются открываться, неясные мысли начинают вертеться в голове. Биение сердца ощущается в районе горла, плечи и грудь отдают ноющей болью и неясной тяжестью. Он не понимает, сколько проходит времени, когда наконец у него получается открыть глаза. В комнате темно, но можно легко различить очертания мебели. Помещение можно было бы назвать пустым, если бы не кровать, на которой лежит сам парень, и два больших книжных шкафа. Брюнет осторожно глубоко вдыхает, ощущая тяжесть и боль. Затем медленно двигает руками: сначала пальцами, затем запястьями, предплечьями. Когда удостоверяется, что руки в относительном порядке, он старается приподняться. Как только он напрягает тело и опирается на правую руку, его прошибает острая боль по всему телу, заставляющая задыхаться и расплываться взгляд. Чанбин с болезненным стоном падает обратно на спину. Вдалеке начинают слышаться шаги. «Не один» - замечает Чанбин. Затем в дверь учтиво стучатся два раза и входят. - Я не стану включать свет, думаю, это будет лишним, - вежливо кланяется Хенджин, за ним стоит Чонин. «Этого еще не хватало» - думает Чанбин, закатывая глаза. Парень, что постарше, подходит к окну, раскрывает шторы, впуская естественный свет. - Думаю, так будет лучше, - добавляет он и отходит к макне. Младший становится рядом с высоким парнем: - Спасибо, что спасли меня, - он благодарно кланяется и снова прячется за старшим. - Хм, ты пострадал, поэтому мы забрали тебя к себе. Ты у нас дома, - брюнет не подходит ближе к Чанбину, прекрасно чувствуя, как тот напряжен и внимательно следит за ними. – Мы в 50 км от города. У тебя повреждены спина и правое плечо, Сынмин с Минхо перевязали твои раны. На тебе сейчас штаны Бан Чана и футболка Минхо, если ты о запахе. Ты был без сознания два дня. Может, воды? – внезапно осекается оборотень. Чонин подрывается на месте и быстро выходит из комнаты: - Он побежал за водой, - уточняет Хенджин. -Какой сегодня день? – севшим голосом говорит Чанбин. Чонин быстро входит в комнату, держа стакан воды в руках. - Я помогу, - говорит Хенджин, медленно подходит и помогает парню сесть, берет лежащие подушки и подкладывает их под спину. Он старается всё делать быстро, чтобы не заставлять раненного нервничать. Чонин стоит подальше, всё также удерживая стакан. Когда у Чанбина выходит сидеть без посторонней помощи, Чонин подает стакан. Парень быстро осушает его и передает обратно младшему. - Сегодня воскресенье. Ты пропустил пятницу в школе, но проблем быть не должно, мы сказали твоему учителю, что простыл. - С чего бы это? – саркастично поднимает бровь. - Ты спас Чонина, это благодарность, - говорит Хенджин, отходя на небольшое расстояние. Чанбин неопределённо хмыкает, парни не выглядят враждебно, мелкий старается держаться за спиной старшего. Запах, исходящий от одежды, окутывает, даря чувство безопасности. «Как никак запах альфы» - мелькает мысль. Не долго думая, он осторожно перемещает ноги на край кровати. - Подожди, - останавливает его Хенджин, намереваясь подойти. Но слышит глубокий гортанный рык, Чанбин смотрит исподлобья. По запаху чувствуется, что он недоволен. Хенджин быстро поднимает руки в примирительном жесте и отходит на пару шагов. - Тебе не стоит вставать в таком состоянии. Ты только очнулся. Нужен отдых. Раны не могли зажить за такое короткое время. - А они и не зажили, - глухо говорит Чанбин, продолжая попытку встать. Он смог свесить ноги с края кровати и упереться ступнями в пол, боль разливается по телу спазмами. - Тебе же больно, - тихо бубнит Чонин. По виску катится капля пота, здоровая рука упирается в край кровати, спина сгорблена. Тяжело вздохнув, Хенджин медленно подходит к парню: - Я помогу, - он берет раненного за предплечье здоровой руки и подставляет свое плечо для поддержки. Через пару минут Чанбин не без помощи стоит на ногах и тяжело дышит. - Спасибо, - он благодарно кивает. - Остальные уехали за продуктами и лекарствами. Ты можешь спуститься и познакомиться с теми, кто остался дома, - говорит Хенджин, крепко удерживая за предплечье. - Они очень хотят познакомиться, - слабо улыбается макне. Чанбин раздраженно выдыхает и кивает. Чонин открывает дверь настежь для них и ожидает в коридоре. Хенджин с Чанбином идут медленно. Боль в спине постепенно стихает, а вот плечо жжет и ноет. Когда они минуют коридор, осторожно спускаются по лестнице. Чонин маячит рядом, не зная, как помочь хёнам. Спустя долгие три минуты, которые для раненного показались вечностью, они добираются до гостиной. - Принеси подушки, - говорит Хенджин, помогая Чанбину сесть в одно из кресел. Чонин быстро убегает наверх, когда входит веснушчатый парень. За ним заходит другой, старший, в нем узнает Сынмина. Макне быстро возвращается с тремя подушками. Хенджин быстро подкладывает их под спину парня и отходит. - Я Феликс, - широко улыбаясь, - Сынмина ты уже знаешь, - указывает он на друга рядом. Тот быстро приветствует старшего. - Чанбин, - коротко кивает парень. - Мы знаем, хён. Скорей всего ты голоден, сейчас я что-нибудь разогрею, - Феликс уходит в сторону, как предполагает Чанбин, кухни. Двое младших уходят за ним. -Как добраться до города? – пауза затягивается. - Сомневаюсь, что в таком состоянии ты сможешь жить один, - говорит Хенджин насторожено. – Мы все тебе очень благодарны за спасение макне, - Чанбин начинает злиться. – Мы можем помочь тебе восстановиться. Но если хочешь уйти, то Чан-хён тебя отвезет. Даже если ты обратишься, ты не сможешь в таком состоянии добраться до дома. Брюнет тяжело вздыхает, устало откидывая голову на подушки. Уютная гостиная, запах еды и тепла, прохлада и шум посуды и воды со стороны кухни. «Напоминает дом» - проносится в голове. Спустя десять минут на удивление спокойной тишины, с улицы слышен звук колес. Чанбин слышит негромкие голоса, шуршание бумаги и пакетов. Входная дверь и прихожая ограждены стеной от гостиной. Вошедшие с пакетами быстро уходят на кухню, в противоположную сторону от зала. Хенджин отходит к ним. Чанбин осторожно наклоняется корпусом вперед, прикидывая, сможет ли он встать самостоятельно и закрывает глаза. Он улавливает слухом, что к нему приближаются двое. - Добрый день, - тихо говорит Джисон с порога, боясь заходить в комнату. Минхо усмехается и тянет его за собой в зал. Он садится на диван, боком к Чанбину и протягивает руку для рукопожатия: - Я Минхо, рядом со мной - Джисон. - Минхо смотрит в глаза настороженно, напряженно ожидая реакции. Чанбин также внимателен, пожимает ладонь здоровой рукой. - Чанбин. – Он видит, что Минхо выглядит обычным, но на самом деле это не так. Для молодого оборотня он достаточно силен. И расправиться с больным Чанбином ему будет легко. Чувство беспомощности, слабости неимоверно раздражают, отчего Чанбин морщится, упираясь локтями в колени. Плечо продолжает жечь, действуя на и так раскаленные нервы. Наконец, самым последним ему представляется Крис. Он входит в гостиную уверенно и тихо. Чанбин пристально наблюдает исподлобья за перемещением альфы. Бан Чан становится перед Чанбином и протягивает руку: - Я Бан Чан, можно просто Кристофер, - он учтиво улыбается и протягивает руку. Рукопожатие выходит напряженным. Хенджин подпирает косяк у входа в зал, выдавая свою нервозность, Джисон вжимается в спинку дивана, утыкаясь носом в спину своего парня, Феликс и Чонин выглядывают из-за спины Хенджина. - Со Чанбин, - говорит Чанбин и смотрит в глаза прямо. «Красиво» подмечает он. Радужка сейчас определённо серая, а не голубая. Альфа отходит и садится в кресло напротив Минхо. - Как себя чувствуешь? – интересуется он. - Сносно, - коротко отвечает Чанбин. Он видит, что младшие опасаются, и Минхо явно напряжен, хоть и старается не показывать это. - Поговорим сейчас или позже? – спрашивает Крис. - Позже, - говорит вошедший Феликс, - Чанбин-хен только очнулся, он еще не ел. - Сейчас, - глухо говорит Чанбин, взглядом останавливая младшего, который уже направлялся к нему, чтобы помочь встать. - Не стоит спешить, - предлагает Чан, - поешь, поговорим в комнате. – Встает он, заканчивая разговор и выходит. Хенджин отлипает он косяка и подходит к Чанбину. Старший упирается ладонями в колени, медленно наклоняет корпус и с усилием встает на ноги. Хенджин предусмотрительно хватает за предплечье, но Чанбин отдергивает руку. Корпус немного покачивается, но стоит он твердо. Феликс растерянно моргает, Минхо удивленно вскидывает бровь. - Следуй, пожалуйста, за мной, хён, - дружелюбно басит Феликс и идет медленно в сторону кухни, чтобы старший мог успеть за ним. Хенджин идет позади, подстраховывая на момент, если тот упадет. *** Еда на удивление оказывается вкусной, и, когда Чанбин озвучивает это вслух, Феликс начинает воодушевленно рассказывать рецепт блюда. Он не замолкает до самого окончания трапезы. В это же время Хенджин сидит рядом, лениво попивая чай, никак не стараясь остановить монолог Феликса, и Чанбина жестами предупреждает, что это бесполезно, пока младший отворачивается. Подъем по лестнице занимает долгие пять минут вместо трех, приходится прибегать к помощи Хенджина, который всё время находится рядом. Чанбин сначала думал, что его оставили на него, на самом же деле, Хенджин так называемая первая линия обороны, если Чанбин решит внезапно напасть. Остальных младших он не видит, видимо предусмотрительно увели в другие комнаты. Когда тело ложится на кровать, Чанбин ощущает себя измождённым. Хенджин осторожно подправляет подушки, вежливо интересуется, нужно ли что-нибудь старшему, когда тот отрицательно качает головой, покидает комнату. Парень закрывает глаза и прислушивается к шуму в доме. Шум воды, вполне вероятно это Феликс моет посуду на кухне, Сынмин и Чонин спорят насчет задачи по физике, Джисон громко спорит с Минхо, но он так быстро говорит, что тяжело разобрать слова. Вслушиваясь в тихие голоса, он пропускает момент, когда к двери кто-то подходит. В дверь стучат тихо, затем подождав пару секунд, заходят в комнату. Бан Чан тихо закрывает за собой дверь. Он берет стул за спинку, который Чанбин в комнате не заметил, и ставит возле кровати. - Хенджин сказал, что ты не собираешься оставаться, - альфа скрещивает руки и внимательно смотрит на сидящего парня. - Не собираюсь, - утвердительно кивает брюнет, вызывая тихий тяжелый вздох другого. - Ты омега, верно? – брюнет ничего не отвечает, пристально смотря альфе в глаза. – Я должен оповестить кого-нибудь из твоих, чтобы о тебе позаботились. - Чанбин презрительно усмехается. - Я один, - наконец говорит парень, - Справлюсь сам. Брюнет замечает, как ранее ярко-голубая радужка тускнеет, становясь серо-голубой. Альфа чуть хмурится: - Огонь вас не задел, ты повредил спину. Рана на плече не от столкновения с деревом, - утверждает. – Спина пройдет быстро, но плечо, - небольшая заминка. - Кровотечение никак не останавливалось, пришлось прижечь там, где кровоточило. Чанбин неосознанно ведет плечом, тревожа рану. - Она так просто не заживет, верно? - Бан Чан говорит спокойно и спрашивает осторожно. Он уже понял, что парень перед ним довольно агрессивный. - Спрашивай прямо, - уверенно и твёрдо говорит Чанбин, с ним в прямом смысле нянчатся, что неимоверно раздражает. В бывшей стае его давно бы уже заставили работать, не давая времени на отдых. Волк должен быть выносливым и сильным, слабаки не выживают. - Должен ли кто-нибудь прийти за тобой? – Альфа скрещивает руки на груди, настороженно хмурится, и по запаху чувствуется, что опасается. «И не зря», - думает Чанбин. В старой стае он был самым сильным среди сверстников, и, если бы он был здоров, то был бы серьезным противником Бан Чану, Минхо и Хенджину. Опыт в борьбе с оборотнями постарше и охотниками у него был. - Если придут, то это будет не твоё дело. - Всё, что происходит на моей территории – моё дело. - Тогда ты вмешаешься в разборки чужой стаи. - Ты больше не в стае, - горькая усмешка служит ответом. В тишине проходит пара минут, когда Чанбин глубоко вздыхает и намеревается встать. Бан Чан протягивает руку для помощи, но Чанбин предупреждающе рычит. Альфа отходит, убирая стул в угол, в котором тот стоял ранее. Когда парень становится прямо, Бан Чан подходит к нему, смотря в глаза. Физически они не настолько разные: разница в росте у них совсем небольшая, по телосложению альфа разве что чуть крупнее. Но оба осознают, что если им придется столкнуться в борьбе, то она будет тяжелой. - Я отвезу тебя домой, вещи оставь, те в которых ты был в лесу, пропитались кровью, мы сожгли, - глаза сверкнули ярко-синим. Альфа открыл дверь, придерживая ее для Чанбина. Осторожно размяв шею, брюнет вышел и медленно последовал за альфой. Феликс стоял внизу с пакетом в руках, грустно посматривая то на одного, то на другого. Минхо, скрестив руки, стоит рядом с Сынмином, который всё порывается что-то сказать. Альфа слегка улыбается грустному Феликсу и забирает пакет из рук, Чанбин игнорирует предоставленную ему обувь и выходит за лидером на улицу. Босиком он ощущает холод и влажность почвы. Ночной воздух был свежий и влажный. «Такой должна быть свобода» - внезапно вспыхивает мысль в голове. Альфа подходит к машине, открывает переднюю пассажирскую дверь, ожидая парня. Чанбин скептически поднимает бровь, послушно усаживается на пассажирское сиденье и думает «было бы жалко замарать салон кровью». Рану постоянно жжёт. Кристофер садится за руль, предлагает помочь пристегнуть ремень безопасности, на что другой отмахивается, предпочитая не пристегиваться. Шатен неопределённо жмет плечами и легко давит на газ, медленно трогаясь с места. Чанбин хочет спросить, почему Феликс сильно отличается от остальных, но быстро гасит эту мысль - не его дело. Поездка домой проходит в тишине.