Парень с вражеской базы

— Даже не верится, что он поверил в такую чушь. — Усмехается Кейн, идя по длинному, будто бесконечному коридору. По бокам, которого находятся двери темных цветов. Каждое помещение играет здесь свою роль, но вот какую именно знать никому не дано, кроме членов преступной группировки, конечно. Денег у них немерено, но здание внутри не выглядит как-то роскошно или богато. Наоборот, краска на стенах уже потрескалась и местами отвалилась, оголяя некрасивую кирпичную стенку. Пожелтевший от времени потолок, на который никто никогда не смотрит. Через одну перегоревшие лампы, в которых умерли пауки так и оставив свой труп и паутину внутри. Света они почти не добавляют, поэтому коридор становится чуть ли не зловещим, являясь на половину освещенным. Но при этом отдельные комнаты этого здания выглядят по-настоящему великолепно. Ремонтировать его полностью нет никакого смысла, когда есть опасность от вражеской мафии. Опасность обнаружения. — Он ничего не помнит. — Заступается Рав за парнишку, закатывая глаза. — Я на его месте тоже поверил бы… Лучше скажи, где находится доктор. — Он у нас разве есть? — Недавно босс принял его обосновывая тем, что профессиональный медицинский работник нам не помешает. — Ну.. В таком случае… Скорей всего у себя в кабинете. — Останавливается у нужной двери Кейн, указывая на нее большим пальцем. — А зачем он тебе? — Ну ля, нужно же узнать о состоянии этого Яла. — Закатывает глаза киллер. — Не будем же мы держать его там вечно. — Открывает дверь кабинета блондин. — Ты прав. Нужно будет что-то придумать.

***

Как только дверь открылась и замок щелкнул, Леша слегка повернул головой к источнику звука, прислушиваясь к каждому шороху и звуку. Он не знает сколько прошло часов и сколько он проспал, после последнего визита парней, но уверен в том, что чувствует себя гораздо лучше, чем раньше. По крайней мере боль в теле беспокоит не так сильно. Он даже сказал бы, что чувствует себя просто замечательно. Относительно того, что было, конечно. Настроение у него прекрасное сегодня, и он правда рад появлению напарников. Пожалуй впервые за время нахождения тут. Расстраивает только то, что он не в курсе событий, которые окружают его. Или пугает. Почему его не посвящают в дела, если ему можно доверять? Естественно, это можно оправдать тем, что не стоит нагружать парня, когда он только-только очнулся или тем, что не успели рассказать. Но оправданий можно придумать целую кучу, а вот сомнения из Леши так просто не уберешь. Он уверен, что чувство тревоги пока он без зрения никуда не уйдет, сколько бы времени не прошло и как бы он не пытался поверить парням. Медбрат садиться на край кровати зеленоглазого. — Как ты себя чувствуешь? Это его третий визит к нему, и он надеется на то, что парень сейчас сможет хотя бы членораздельно и осознано говорить. В ином случае, прогнозы о его состоянии составить невозможно, а это плохо. Медлить в такой ситуации не стоит. Когда он заходил к нему во второй раз, зеленоглазый был в полуотключке, и сказать, что он с этого момента ничего не помнит — ничего не сказать, так что спрашивать его об этом будет бесполезно, лучше узнать от него другую информацию, нежели бесполезно тратить время. А здесь каждая минута на счету. Ял сразу понял, что это какой-то другой человек. Кажется у него знакомый голос, как будто уже где-то слышал, но никак не вспомнить. Странное ощущение, не поспоришь. — Лучше, чем было… — С хрипом в голосе выдает Алексей. Русоволосый догадывается, что это тот самый доктор, о котором говорили когда-то, и уже предвкушает ненужные и раздражающие вопросы о его здоровье, но от них некуда не убежишь. Не сможет, и к тому же, это часть работы медбрата. Как бы не хотелось, отвертеться от них не получиться. Зеленоглазый отмечает для себя, что врач не представился. Безусловно, смекалочка у него хорошо работает, не всегда правда, но это малость напрягает. Возможно, забыл про это, устроился недавно или переволновался, а может торопится. Или это как-то связано с потерей памяти? Кажется, ответа он не узнает. — Обезболивающе нужно? — Нет. — На удивление всем уверенно заявляет Ял. Недавно он и двинуться с места не мог от боли, а теперь отказывается от спасительного препарата. Чтож, это на его совести. Хелд отложил укол на тумбочку и приготовил планшет с зажимом. Он задал несколько вопросов раненому, записывая что-то на закрепленную бумагу, делая для себя некоторые выводы и готовясь рассказать о них Кейну с Равом. На самом деле, кареглазый крайне удивлен, что они оба волнуются за парня, которого почти не знают или же они затеяли какой-то план, который не дает спокойствия ему. Если они и в правду что-то затеяли, то они могут всё разрушить. А этого допустить нельзя, а иначе вся его работа, окажется напрасной. Впрочем, надо быть начеку и не расслабляться, а то получится так, что Хелд окажется не на койке, а в гробу, что не хотелось бы от слова «совсем». Медбрат прекрасно знает, что у Яла хорошее, просто замечательное здоровье, поэтому он быстро поправиться, но проблемой остается память. Если зрение само собой в скором времени восстановится, то с памятью такого чуда не произойдет. Тут нужны уже специальные терапии, или любое другое напоминание, но увы, устроить он это не может. Не то место, не то время. Да и рано ему ещё память возвращать. План сорвется. — Можешь сесть? Хочу проверить твое зрение. — После многочисленных вопросов, Хелд отложил планшет с записям и приготовил медицинский фонарик. — На сегодня это будет последнее, что от тебя требуется. Алексей угукнул и выполнил просьбу с горем пополам. Лежать для него и не двигаться было намного легче. Должно быть, он поспешил с выводами о том, что раны его никак не беспокоят. Беспокоят, ещё как. Но лишь устраивается по удобнее, пытаясь отвлечься от неприятных ощущений, надеясь, что все пройдет быстро. Он не любит казаться слабым. Врач осторожно прикоснулся к бинту, и дернулся вместе с Лешей. Конечно, зеленоглазый понимал, что сейчас будут снимать ткань, но всё равно испугался неожиданного прикосновения. Хелд тихо извинился за свой непрофессионализм, ему все же стоило сначала предупредить о своих действиях, и продолжил свою работу. Пока доктор снимал повязку, Алексей задумался о напарниках. Они сидят тут или он с доктором тут один? По звукам он еще не научился определять, и надеется никогда не научиться, а голос звучал только медбрата. Эта неизвестность начинает его конкретно раздражать. Кейн и Рав действительно сидели на соседней койке. Они посчитали не обязательным сообщать зеленоглазому о своем визите, пусть думает, что их тут нет. Так он будет сто процентов честным и не будет лишний раз отвлекаться. Все же от выводов доктора зависит его жизнь. Если парень окажется бесполезным, то зачем он тогда им нужен? План «Б» — застрелить парня, все ещё является актуальным и будет таковым до конца, но все же остается самым крайним. — Не открывай глаза сразу, хорошо? — Предупредил врач и, когда Ял в очередной раз угукнул, он снял бинт полностью с лица. Несколько секунд спустя Леша открыл глаза, но ничего не изменилось. Пустота, как была, так и осталась. Что с повязкой, что без нее. Хах, а на что он собственно надеялся? Это не сказка про Алису — здесь чудес не бывает. Пока врач осматривал фонариком глаза русоволосого, точнее проверял реакцию зрачка на свет, и прикидывал насколько долго будет восстанавливаться его зрение, парни подмечали его внешность. Без крови и осколков, он конечно, выглядел намного симпатичнее. А чего только стоили одни его глаза цвета изумруда. Красивые, ничего не скажешь. Только вот парней слегка насторожило, что взгляд будто не живой, какой-то неправильный и пугающий. Направлен в никуда, такой пустой и… грустный? Они сразу подметили его худобу и бледную кожу, которая различается с их в несколько оттенков. Пялиться не красиво и парни это знают, но ничего поделать не могут. Да и в любом случае, он ничего не видит, так какая тогда разница? Раву становится жалко его. Беспомощно лежа на кровати, он выглядел, как побитый щенок. Как маленький котенок, который пищит требуя вернуть его маму обратно. С этой капельницей в руке и датчиком сердцебиения, в куче бинтах и бесчисленных ранах, порядком уже затянувшихся, он и в правду выглядит жалко. Негатив, который был к нему изначально, перерос в какое-то сожаление. Наверное худшее чувство, которое можно испытывать к человеку. Но он всё ещё зол, то ли на друга, то ли на него. Естественно, когда твой напарник внезапно спасает врага, вряд ли из этого что-то может хорошего выйти. А может и сможет, тут как повезет. А везение всегда на их стороне, особенно у этого парнишки. Александр даже немного удивлен, он смог выжить в такой критической ситуации, хотя частично и даже больше, это заслуга все же Никиты с Сашей. Кейн все это время смотрел на работу врача. Новый наемник грамотно все делает и аккуратно, не то, что они с Равом тогда. Засматривается на Яла, отметив для себя бинты на нем и множественные раны, которые ему совершенно ни к лицу. Было сразу заметно, что одежда, выданная врачом, на нем слегка висела и была велика, но ту пришлось сжечь, она все равно была испорчена. Когда врач поднес к глазу Леши фонарик, Никита порадовался вместе с Хелдом, ведь зрачок хоть и медленно, но среагировал на свет, что не может не радовать. Значит, не всё потеряно. Они еще смогут сработаться. Шансы на удачное завершение плана, на то, что вся работа проделана не зря, повышаются все больше с каждым днем. А это хорошие, просто отличные, замечательные новости, которые вызывают улыбку у Канеусса. Врач закончил осматривать зрение, убрал фонарик и снова что-то записал на бумагу. Наложил новую повязку на глаза и перешёл к другим побоям на его теле. Обработал раны повторно: продезинфицировав их и обновив старые бинты. Задал несколько общих вопросов про его состоянии и память, и наконец сообщил об окончании своего визита. Пожелав спокойной ночи, так как на дворе уже во всю сияла луна, вышел вместе с парнями в коридор, оставив Яла в покое. Зеленоглазый искренно улыбнулся, когда принял положение лежа. Теперь можно расслабиться и не терпеть ту боль, которая уже стала невыносимой. Он уверен, что всё наладиться, что всё будет хорошо, а иначе и быть не может. Русоволосый вздохнул и чувствуя умиротворение, слегка улыбнулся. Невольно слушая звуки с улицы из-за открытого окна и речи снаружи, он и не заметил как провалился в сон. — И что скажете? — Останавливает Рав врача, недалеко от комнаты Яла. Медбрат старался рассказывать быстро, ведь время уже позднее, все устали за день, поэтому не хотелось задерживаться и говорить о чем-то долго, но при этом как можно подробнее о том, что успел выяснить и о прогнозах на выздоровление. Закончив монолог, он попрощался не дождавшись ответа, и скрылся за поворотом коридора, убегая в свой кабинет. Взяв со стола мобильник, он написал какое-то огромное сообщение знакомому абоненту и почти сразу увидел ответ: «принял», что вызвало у Хелда мимолетную улыбку и чувство выполненного долга. Парни оценили хорошие новости, но расслабляться нельзя. Этот, так называемый врач, не вызывал доверия, странный какой-то, подозрительный. Да и нужно было лучше продумать план. Зрение вернется к Леше через несколько дней, а значит нужно было выводить его из базы, чтобы внезапно вспомнив правду, он не взорвал это место к чертям. Рав падая на свою кровать задумался о том, что стоит оградить зеленоглазого от всего того, что ему может вернуть память, ведь честно, он бы хотел попробовать поработать с ним. Сводить со счетов не узнав его в деле — это как минимум, неправильно. Он же тоже профессионал. Кейн же закрывая дверь своей комнаты, задумался о квартире, куда можно было бы отвести раненого. Ведь, другого выбора нет. Наверное, это самые оптимальный вариант событий в данной ситуации. И наверное, самый единственный. В ином случае, другого выхода нет, план составлен на чистой импровизации, но хотелось бы, чтобы он сработал. Забирать жизнь у того парня не самая лучшая идея, что приходила к нему в голову. Хотя, выжить ему не получится только за счет одной милой мордашки. Но видимо не в этом случае. Только вот, Ял, доверишься ли ты парням?