Боль режет душу

Нас зачастую преследуют такие мысли, которые не оставляют в покое даже тогда, когда, казалось бы, думать об этом уже невозможно. От одних только них голова раскалывается. Боль растекается по всему телу, а мир вокруг застывает. Глаза покрываются пеленой, а вокруг туман. Густой такой, что не видно ничего дальше вытянутой руки. Рассудок теряется где-то в нем. Но мы отчетливо слышим лишь одно: то, что мучает и не даёт покоя. Такие мысли и посещали голову Антона вот уже на протяжении нескольких месяцев, из-за чего он не спит по ночам. «Зачем это всё? Почему нельзя повернуть время вспять и исправить то, что так саднит в сердце, чтобы и без того кровоточащие раны не появлялись и не мешали жить спокойной жизнью, о которой так мечтают многие? Просто вернуться в прошлое и не допустить всего того, что есть сейчас?» Шастун — маленький ребенок, спрятавшийся где-то там, глубоко в себе, и вылезающий осмотреться только когда никого нет рядом, чтобы никто не заметил. Чтобы никто не узнал, что ему тоже бывает больно и ему может понадобиться помощь. Он сильный и может справиться со всем сам, что бы ни происходило в его жизни. Но никто, кроме Димы, не знает, как ему живётся на самом деле. За такими, казалось бы, философскими размышлениями он сидит целыми ночами напролет, встречая необычайной красоты рассветы. Те, что каждую ночь разделяют с ним всё, через что он проходит, не прося ничего взамен. Те, что не корят его за выкуренные сигареты, которые так портят его здоровье и с каждым разом отравляют всё больше и больше. Те, что помогают решить любую головоломку, которую в очередной раз подкинула маленькому мальчику судьба. Антон любит рассветы и восхищается ими в тайне ото всех. Это же романтика, свойственная девочкам, любящим драмы и плаксивые романы. А для паренька, который в школе может надрать зад тому, кто просто неровно на него смотрит, это ненормально. Но ведь каждый имеет право на мечты, эмоции, что порой так хочется запихнуть подальше…на любовь. Не правда ли?

***

Так и не сомкнув глаз, Антон отправляется собираться в школу, несмотря на то, что до начала уроков ещё несколько часов. Шастун слезает с такого удобного и широкого подоконника и идет к ящикам с кольцами, собирая все углы от усталости и затекших мышц после нескольких часов сидения на одном месте и тихо матерясь, проклиная каждый из них. В очередной раз потратив на подбор сочетающихся между собой украшений минут сорок, он направляется в ванную. — Да уж, видок не особо привлекательный, — усмехается он собственному высказыванию, все также разглядывая бледного и болезненно-худого парня в зеркале, — но что я, собственно, хотел? Проделав все водные процедуры, он идет в комнату, где надевает черные обтягивающие джинсы, такого же цвета безразмерное худи и белую рубашку под низ. В коридоре он натягивает на себя конверсы, идеально заканчивающие его сегодняшний образ, и, не забыв взять телефон и рюкзак, выходит на лестничную клетку. — Не, ну раз уж я спортом не занимаюсь, то хоть пробегусь шесть этажей пешочком вниз по ступенечкам. Спустившись на первый этаж и выйдя из дома, он долго не мог отдышаться, после чего пришел к мысли, что стоит бросать курить. Но с первым дуновением прохладного ветерка эта идея улетучилась и , поежившись, он достал никотиновую палочку, ибо мерзнуть, как и возвращаться обратно в квартиру, он не хочет. Посмотрев время, он понял, что у него в запасе ещё два часа. Решив, что Димка его очень любит, Антон подумал, что за столь ранний звонок Поз его не убьет, поэтому, найдя в контактах «низкорослый очкарик» нажал на кнопку вызова. Один Два Три «Если ты сейчас не ответишь, я больше с тобой не дружу» Будто услышав, о чем думает Антон, Позов ответил. — Шаст, твою мать, ты время видел? — грозно прорычал Дима в трубку, увидев который час. — Ой, да ладно тебе, Поз, ну семь утра. Ты обычно в это время и встаёшь. — Ладно, — смирился Поз, осознав, что вставать уже через пять минут, — чего хотел-то? — Да я это, уже к дому твоему подхожу. Можешь побыстрее выйти? — попросил Шастун. — Антон, что-то случилось? — испугавшись, спросил Позов, сразу начиная собираться. — Да нет, не волнуйся. — Слава, тебе, Господь. Шаст, не пугай. — Хахаха, — посмеялся Антон реакции друга. — Ладно, давай, жди. Минут через десять выйду, — сказал Дима и отключился, начиная сборы.

***

Выйдя из подъезда, Позов сразу зацепился взглядом за двухметровую шпалу, курящую на детской площадке. Подойдя к Антону, как мышка, Дима громко крикнул «Бу», чтобы испугать друга. — Дима, еб твою мать, — прокричал Шастун, испугавшись и выронив сигарету из пальцев, — ну нельзя ж так. Привет, кстати, — сказал Антон, обнимая Диму. — Здорова, Шаст. А что так рано-то? Я даже поесть не успел, но взял с собой нам, ты ж наверняка ел в последний раз хуй когда. — Поз, ты настоящий друг, спасибо. Как раз есть хочу, будто неделю не ел. Они сели на лавку, так как стоять совсем не хотелось, и принялись поглощать бутерброды с колбасой. Доев всё, что было, они решили покурить, уже направляюсь к зданию школу, до которого было минут десять ходьбы. Но спешить им было некуда, так как до уроков ещё час. — Шаст, ты как? — прервал глухое молчание Дима. — Нормально, а ты? — спросил Антон, действительно желая знать ответ на заданный вопрос. — Я-то как раз прекрасно, а ты выглядишь так, будто несколько суток не спал и не ел, да ещё и работал где-нибудь на стройке в три смены, — проговорил парень, не решаясь на прямые вопросы. — Да ладно тебе, Позов, всё хорошо. Просто спать не особо хотелось, поэтому выгляжу уставшим, — соврал Шастун, не рассказав правду своему другу, так как не хочет обременять его своими проблемами. — Ладно… Антон, ты же знаешь, что я всегда рядом? — спросил серьёзно Дима. — Да… Дим, спасибо. Конечно, они оба знают, что один что-то скрывает, а другой всё понимает. Но не на взаимопонимании ли построена дружба?

***

Первым уроком был русский, который ведёт Павел Алексеевич. Его любят все, потому что он отходчивый и ко всему относится с юмором. Но если дело касается чего-то важного, он относится к нему со всей важностью. — Шаст, пойдем в кабинет, — сказал Дима, докурив сигарету, — всё равно на улице холодно, а до начала ещё полчаса. — Давай, — пробубнил Антон, выбрасывая окурок в мусорку, — пойдем. Вновь пройдя мимо спящего охранника, они отправились в кабинет русского языка. Прошло минут пятнадцать и в класс зашел среднего роста мужчина вальяжной походкой. Оглядев класс, он сказал: — А что это мы спим, дорогие учащиеся? Антон и Дима, придя в класс сели за парту и, сами того не заметив, уснули. Шаст лежал на парте и посапывал, а Поз навалился на него сверху. Встрепенувшись, Дима раскрыл глаза, которые ослепил свет Божий. — Павел… Алексеевич, здравствуйте, — поприветствовал учителя Позов, зевнув. — Привет, Дим. Что, бурная ночка? — спросил Воля, покосившись на Шастуна. — Ага, конечно. Сидел, наверно, рассвет встречал. Давайте не будем его будить, — предложил Дима, просящим взглядом посмотрев на Павла, — а то он уставший постоянно, сейчас хоть поспит. — Дома спать надо, — посоветовал учитель, — ладно, пусть поспит, — сжалившись, разрешил Воля.

***

Проснувшись посреди урока Антон немного испугался, потому что совсем не помнил, как они с Димой дошли до класса и уснули. Видимо, он делал всё на автомате. — Антошенька, дорогой, вставай, соня, — пролепетал учитель, — иди к доске. — Ой, здрасьте, Пал Лексеич, — сонным голосом прохрипел Шастун, — иду. Чуть не упав из-за портфеля, стоявшего на проходе, он всё же дошел до пункта назначения. — Что ж, расскажи мне про корни чередования. Антон, хоть никогда особо и не учил правила, каким-то чудом всё запоминал и всегда мог рассказать о чем его просят. Так и сейчас, даже не запнувшись, он ответил на все вопросы учителя и даже без единой ошибки расставил знаки препинания в предложении. — Вот, учитесь, двоечники. Спал человек, проснулся, всё ответил, получил пятерку заслуженную и теперь идет на своё место, — то ли ругал, то ли хвалил Паша. Написав ещё пару тройку предложений в тетради, урок закончился. И Павел Алексеевич объявил о том, что сегодня после шестого урока будет классный час. Его мог назначать только Воля, так как являлся классным руководителем одиннадцатого «А» класса. Быстро собравшись, Антон и Дима направились в кабинет физики, учителем которой была Елена Евгеньевна. Так как Поз шел на красную медаль, он знал этот предмет, но только аттестата ради. Что уж говорить о Шастуне, если его знания не дотягивали даже до слабой тройки? Антон, просидев в кабинете все сорок пять минут в телефоне, даже не пытался вникать. Позов же сидел и записывал, то и дело отвлекаясь на нелестные высказывания о физичке. После этого Ада они направились в столовую, чтобы успеть до пятиклашек, которых всегда нужно пропускать и ни в коем случае нельзя задавить, что с ловкостью Шастуна просто невозможно. Вновь пожертвовав своим перекусом, Дима поделился с другом, так как денег у того так и не появилось, да и неоткуда. Следующим уроком была всеми ненавистная физкультура, но именно сегодня физрук решил сжалиться над пацанами и поэтому разрешил поиграть в футбол, ещё и на улице. Девочкам же было дозволено делать в спортивном зале то, что их душеньке угодно. Дима и Антон сразу, как познакомились, узнали, что самый главный их общий интерес — футбол. Поэтому почти каждый день играли и тренировались. Но последнее время они встречаются всё реже. Но вдруг этот урок вновь придаст им силы, чтобы продолжать заниматься любимым делом вместе? Выиграв со счетом 3:0, находясь в одной команде, друзья решили, что стоит начать играть хотя бы по выходным, чтобы вспомнить техники и научиться новым. Урок ОБЖ прошел мгновенно, потому что слушать о наркотиках было невозможно совершенно не хотелось. Поэтому, включив какую-то музыку, Антон уснул на Диме, так кстати предоставившим своё плечо. Английский также прошёл довольно быстро. Молодая учительница знала, что Антон понимает её предмет, поэтому быстро задала ему парочку вопросов на повторение и переключилась на других ребят. Последним же на сегодня предметом была геометрия. Дима знал её хорошо, потому что собирался сдавать профильную математику, а Антон, не учивший её с седьмого класса, так и не захотел приниматься за это дело. Поэтому, кое-как ответив на вопрос с помощью Димы, получил тройку и был этому безумно рад, потому что теперь его ближайшую одну/две недели трогать не будут.

***

Освободившись от цепкой хватки учебы, Антон собрался пойти домой, но Дима его придержал, напоминая о классном часе, который должен состояться на седьмом уроке. — Ты забыл что ли? — спросил Позов. — Блин, да, вообще из головы вылетело, — взгрустнул Шастун и поплёлся за другом к кабинету. Неспеша они дошли до класса, но уже приблизившись, поняли, что опоздали, потому что слышали приглушенные голоса ребят, доносившихся из помещения. Позов постучал и, извинившись, вошёл в кабинет. Антон последовал за ним, но, зацепившись за порог, упал в ноги мужчине. «Блять, как обычно» — Всё в порядке, — сказал он, выпрямившись, — извините. — Да, Антон, ты как всегда, — сказал Павел Алексеевич, — будь осторожнее, а то убьешься. — Ага, — пробубнил Шаст и поплёлся за парту. — Итак, вы выпускники, поэтому в этом году сдаёте экзамены. Но, думаю, вы наслышаны и знаете об этом, — монотонно говорил Воля. Никто его не перебивал. Все слушали внимательно. Учитель же продолжал говорить, как важно выбрать интересующие предметы и начать к ним готовиться. О том, что в школе будет походить дополнительные уроки по подготовке к экзаменам. — В общем, сейчас напишите мне на листочке свою фамилию и предварительные предметы, которые выбрали для сдачи, чтобы я примерно знал, что от вас ожидать, — усмехнулся Паша и положил листочек на первую парту. В классе сразу начались обсуждения об институтах и будущих профессиях. Дима знал, что будет поступать в медицинский и уже несколько лет к этому готовился. Антон же даже не думал о своей будущей профессии. «Блин, я не имею ни малейшего понятия, кем мне быть. Мне нравится география и английский, но я не особо горю желанием быть учителем. Ладно, это же не так важно сейчас.» Позов написал свои предметы и очередь подошла к Шастуну. — А, пофиг. — Шаст, да чего ты, придумаешь ещё. Черкани пока там что-нибудь, чтоб вопросов не было, а потом решишь, — посоветовал Поз. — Ага, — прошептал Антон и написал обществознание, географию и английский, — окей. Каждый ученик написал свои фамилии и предполагаемые предметы. Павел Алексеевич, получив листочек, мельком пробежался глазами по выборам своих детей и, удивившись некоторым, продолжил говорить. — Что ж, ребятушки, вы меня удивили. Ну да ладно, это ещё не все новости, — улыбнувшись, оповестил всех учитель, — все вы знаете нашего нового учителя географии, — класс согласился, поэтому Воля продолжил, — так вот, у него есть к вам заманчивое предложение, — сказал Паша и посмотрел на дверь лаборантской, что открылась после этих слов. В класс зашел Арсений Сергеевич собственной персоной. Казалось, он ищет кого-то глазами, и, оглядевшись, он встретился взглядом с высоким и худощавым мальчишкой, который от такого немного засмущался. Потому что синие, цвета бушующего океана глаза, заглядывали прямо в душу, выворачивая её наизнанку. — Что ж, одиннадцатый «А», — проговорил Попов, не отрывая взгляда от уже красного, как помидор, Антона, — у вас есть возможность научиться жить в дикой природе вместе со мной.