Инквизитор

      В Убежище было холодно. Впрочем, может быть, холодно было только ей?..       Она чуть не умерла, пытаясь закрыть Брешь. Но Брешь была лишь запечатана. Ей не хватило сил? Или дело было в чем-то другом?       Может, эту Брешь вовсе нельзя было закрыть…       Тогда-то она впервые и увидела Каллена. Он зашел к ней в комнату вместе с Кассандрой. Она сидела на кровати, завернувшись в шкуру, и тряслась от холода.       На Каллене был его обычный меховой плащ – что-то совершенно неотделимое от него. Он посмотрел на мерзнущую эльфийку – она была настолько бледна, что выделялась на фоне темной шкуры – как белое на черном.       Он бросил взгляд на горящий камин. И не отдавая себе в том отчета, подошел к нему и подбросил поленьев.       – Ничего не вышло,– сказала эльфийка Кассандре,– может быть, эту Брешь совсем нельзя закрыть.       – У нас есть размышления на этот счет. Это – командир Каллен.       На этих словах Каллен чуть наклонил голову.       – Если есть командир, должна быть и армия, хоть даже и два десятка человек. А если есть армия, то должно быть и наименование. Кто вы?.. Он храмовник,– она кивнула на Каллена,– но вы не Орден. А ты Искательница – и снова мимо… собранные вместе разные люди, которым не безразлична судьба Тедаса… Только не говори, что вы планируете возродить Инквизицию?       – Что ты знаешь об Инквизиции? – спросила Кассандра тихо, стараясь не показывать, как сильно она удивлена проницательности Лавеллан.       – Я не помню, что я делала на этом Конклаве, и как вышло то, что вышло… но я помню как я на него отправилась. Даже с живой Джустинией многие говорили о необходимости глобальной перемены… и об Инквизиции тоже. А теперь Джустинии нет, есть Брешь и совершеннейшая неопределенность…       – И ты. Вестница Андрасте.       – Кассандра поддерживает слухи о том, что это правда и из Тени тебя вывела именно Андрасте,– вмешался Каллен.       – Понимаю. Не поддерживаю, но понимаю.       – А как ты сама считаешь?       Лавеллан усмехнулась.       – Я считаю, что это самое меньшее из зол, что на нас обрушились. И еще обрушатся. Значит, Инквизиция…       – Канцлер Родерик полагает, что тебя нужно отвезти в Вал-Руайо и судить.       – Замечательно. Хоть что-то постоянное в этом мире.       Она встала с кровати и скинула с плеч шкуру.       – Мы не выдадим тебя на суд,– невпопад уточнил Каллен, растерянно смотря, как ее трясет от холода, хотя в комнате было очень жарко.       Лавеллан бросила на него пронзительный и даже немного презрительный взгляд.       – Вы могли бы попробовать. Только прежде отрубите эту руку с меткой, вдруг она вам еще понадобится.       – Мы не враги тебе,– Кассандра попыталась загладить острые углы. – Мы прекрасно видели, как ты закрывала разрывы поменьше. Для Бреши просто не хватило только твоих сил.       – Что ж, хорошо, что видели. И в итоге хорошо, что Брешь еще тут… а то может быть тогда бы меня уже тут не было.       – Ты несправедлива к нам.       – Главное, чтобы вы оставались справедливы. Это ведь вы возрождаете Инквизицию, а не я…              Гордая, непокорная, сильная – такой Каллен впервые увидел ее. А еще замерзшая. Просто умирающая от внутреннего холода. Она смогла согреться только через несколько дней.       А он?.. Может быть только теперь?..       Каллен невесомо поцеловал Лавеллан в щеку, оставил на тумбочке у кровати еще одну кружку с травой и тихо покинул ее покои – так же как пришел – по веревке, спускающейся с ее балкона.