Hey New Kid

– Я просто хочу пойти домой, – прорычал Курт, ворочаясь в своей больничной кровати. Прошла уже неделя с того момента, как он и Блейн решили быть вместе, и Курта окончательно достало лежание на одном месте. – Ты уйдёшь отсюда в конце недели, – ласково ответил ему Блейн, мягко сжимая его руку. – И врач сказал, что твои ребра уже почти зажили, так что всё в порядке. И у тебя может остаться только гипс на руке, когда ты поедешь на Отборочные. – Пиздец оптимистично, – пробормотал Курт, хмуро глядя на своё скованное повязками тело. – А мне хорошо бы быть оптимистичным, - сказал Блейн. – Ты-то в них участия не принимаешь. Курт закатил глаза и бессильно пробормотал: – Просто скажи мне, что Рейчел не получила все чёртовы соло, – он посмотрел на Блейна, который работал над заданием по истории. – Не, – ответил Блейн, не поднимая глаз. – Мы начинаем с номера Good Life парней без припевов – на их месте Арти будет читать рэп, потом Сантана начинает Set Fire to the Rain и к ней присоединяются все остальные, а после у меня будет соло. – Они отдали соло тебе? – Курт чувствовал себя одновременно шокированным, удивлённым и уязвлённым. Он пел соло всего один раз – пару строк на соревнованиях в прошлом году. – Да, – Блейн насторожился от тона Курта. – А что такое? Это плохо? – Нет, – спешно поправился тот. – Нет, это… хорошо. Блейн посмотрел на него в упор. – Мне пришлось упрашивать их отдать его мне, – сказал он, – так что не расстраивайся. – Что ты поёшь? – в голосе Курта скользнуло лёгкое любопытство. – Это секрет, – ответил Блейн, возвращаясь к своей домашней работе. – Ну и пошёл нахуй тогда, – пробормотал Курт. Его настроение снова упало ниже плинтуса. – Расслабься, – Блейн мягко улыбнулся, – это секрет, потому что это сюрприз для тебя. – Чёрт, ты же не будешь петь мне какую-нибудь сопливую романтическую песенку, правда? – его лицо вытянулось. – Нет, – Блейн покачал головой, улыбаясь. – В смысле, это что-то вроде баллады, но не… В общем, ты сам всё увидишь. Курт сверлил его взглядом ещё несколько мгновений, но быстро понял, что ничего больше уже не услышит. – Мне скучно, – уныло сказал он. – Так почитай что-нибудь, – Блейн кивнул в сторону книг на прикроватном столике. – Я бы лучше сбросил напряжение, – угрюмо протянул Курт. Блейн ничего не делал вот уже неделю с того момента, как подрочил Курту, и тот уже начинал отчаиваться. – Я сказал нет, Курт, – отрезал Блейн, сдувая крошки ластика со страницы. – У меня гора домашки. – Зачем ты вообще утруждаешься и приходишь сюда? Блейн вздохнул и поднял глаза. – Ты правда хочешь об этом поговорить? – едва слышно пробормотал он. – Я очень серьёзно отстаю по программе. А прихожу, чтобы видеться с тобой, потому что думал, что тебе бы хотелось провести со мной время, но если ты продолжишь так себя вести, я уйду. Курт открыл было рот, чтобы злобно ответить, чувствуя себя нашкодившим котёнком, но тут же закрыл его, увидев грустный блеск в глазах Блейна. – Нет, – пробормотал он, – всё в порядке. Прости. – Всё хорошо, – Блейн сжал его руку. – Я думаю, что тебе здесь скучно и одиноко до чёртиков. Скоро ты будешь дома, а Финн сказал, что твой отец устраивает всё в подвале для тебя, и я смогу приходить к тебе для просмотров фильмов и остального. – А под остальным ты имеешь в виду твою руку в моих штанах? – Курт ухмыльнулся. – Если тебе повезет. А тебе не помешало бы иногда думать и об остальных. – И что ты имеешь в виду? – Не припомню, чтобы ты предлагал хоть что-то, связанное с твоей рукой в моих штанах, – Блейн поднял одну бровь. – Я вообще не думаю, что чья-то рука должна быть в чьих-то штанах. В дверях стоял Берт Хаммел, сжимая в руке стаканчик кофе и ошарашенно на них глядя. – Блять, – пробормотал Курт. Блейн тут же отдернул руку, покраснев, и изо всех сил избегая встречи с Бертом взглядом. – Блейн… – Я пойду, – Блейн перебил Берта, прежде чем тот закончил предложение, и начал торопливо собирать книги. Он посмотрел на Курта, безмолвно извиняясь и обдумывая, можно ли ему поцеловать его. Решив не рисковать, он выбежал из комнаты, всё ещё не встречаясь глазами с Бертом. Курт попытался выглядеть совершенно невинно, улыбаясь, пока его отец подходил к кровати, пристально на него глядя. – Привет, пап, – сказал Курт. Берт прочистил горло, и Курт замолчал, немного волнуясь. У него вполне получалось разделять две свои жизни. Его отец ничего не знал ни о курении, ни о регулярном употреблении алкоголя, ни о том, что Курт был сексуально активен вот уже больше года, и Курт точно не хотел бы, чтобы это все выплыло наружу вот так. – Итак, - произнес Берт, аккуратно поставив на столик стакан с кофе, который он принес для Курта, – ты ничего не хочешь мне рассказать? – Сюрпри-из, – Курт снова улыбнулся, надеясь, что его голос не дрожал от страха. Неважно, насколько бесстрашным он казался в школе - его отец всегда был слишком пугающим, особенно когда смотрел… так. Улыбка Курта медленно угасла. – Вы двое вместе? – на выдохе произнес Берт. – Угу, – Курт, сам того не замечая, сминал рукав своей кофты. – Как долго? – Эм… пару недель, думаю, – быстрый пробормотал Курт, кидая на отца беглый взгляд. Тот медленно кивнул. – Что ж, я рад, что ты нашел себе кого-то, у кого всё на своих местах. Но, думаю, ты понимаешь, что если он будет продолжать приходить, здесь или дома, то дверь остается открытой и я буду вас регулярно проверять, понятно? Я счастлив за тебя, сынок, но правила есть правила. Курт закатил глаза и тяжело вздохнул. – Есть, сэр, – угрюмо сказал он, нахмурившись. – Эй, – сердито окликнул его отец. – Ты уедешь отсюда через несколько дней, и я обещаю, что Блейн сможет приходить к тебе. Я просто прошу тебя уважать мои правила. – Хорошо, – Курт всё ещё сидел, уткнувшись взглядом в свои колени. – Не унывай, – Берт слабо улыбнулся и передал сыну его кофе. – Ты выберешься из больницы, и скучно дома тебе не будет, обещаю. Курт посмотрел на него и внезапно почувствовал прилив любви ко всему тому, что, он думал, он оставил в прошлом. И искренне улыбнулся. – Хорошо, – сказал он, – спасибо, пап. – Без проблем, – Берт сел в свое излюбленное кресло и достал журнал. – Просто скажи мне, если мне нужно будет проломить кому-нибудь череп, хорошо? Курт закатил глаза, смеясь. * – Мы можем уже уехать наконец, блять? – воскликнул Курт, пока все ждали непонятно чего у стойки регистрации. Блейн и Финн опирались о стену, пока Берт занимался бумажной волокитой. Все трое сильно возвышались над сидящим в инвалидном кресле Куртом. – Следи за словами, – строго сказал Берт, одновременно расписываясь на очередном листке. Курт вздохнул и от ощущения собственного бессилия откинул голову назад, не имея возможности пнуть или ударить кого-то, чтобы выплеснуть злобу, потому что его состояние всё ещё оставляло желать лучшего. Он на самом деле ненавидел отсутствие возможности выражать свое отношение ко всему вокруг через насилие, и то, как отец контролировал его речь, заставляло его рвать у себя на голове волосы. Блейн, вероятно, почувствовав состояние Курта, отошёл от стены и положил ладони на плечи своего парня. – Мы скоро отсюда уйдём, – прошептал он прямо в ухо Курта, позволяя своим губам касаться кожи чуть дольше необходимого. – Наконец-то, бля...блин, - Курт запнулся, когда его отец повернулся, многозначительно на него глядя. Блейн улыбнулся этой его нерешительности. – И почему только меня ты так не слушаешься? – с лёгким сердцем спросил он. – Это уберегло бы нас от кучи споров. – Потому что тебе это нравится? Блейн улыбнулся и поцеловал его в уголок губ. – Не спорю. – Педики, – Курт услышал, как кто-то в комнате ожидания зашипел от отвращения, и тут же повернул голову, готовый разорвать гомофоба в клочья, но – к его непередаваемому раздражению – обнаружил, что его кресло быстро откатывают от сидящих людей. – Блейн, что ты делаешь? – зашипел он. – Ты не слышал, что сказал этот человек? Блейн не притормозил. – Слышал. – Тогда почему ты не дашь мне поставить его на место?! – Потому что ты в инвалидном кресле и на самом деле ни капельки не пугаешь, когда у тебя все тело перевязано, а сам ты в пижаме Финна с суперменами, – мягко ответил Блейн. – Кроме того, это был один пятидесятилетний старик с узким мышлением, и он из Огайо, так что это точно не то, из-за чего стоит нервничать. – Если бы я не был в этой дурацкой хренотени… – Тогда ты бы встал и вышиб из него всё дерьмо, не обращая абсолютно никакого внимания на то, что он сам мог бы причинить тебе немалый ущерб. Знаю. Берт и Финн догнали их уже около машины, что означало, что Курт перешел на тихий шепот. – Не было бы никакого ущерба. Берт проигнорировал этот разговор. Он открыл дверь машины и подкатил к ней кресло Курта. – Так, Блейн, Финн, не могли бы вы помочь Курту подняться? Курт ухмыльнулся, поняв, что Берт специально подбирал слова, и в секунду, когда его отец не мог его услышать, шепнул Блейну: – Ты знаешь, что мне не нужна никакая помощь, чтобы подняться. Блейн чуть смутился, а Финн, сконфузившийся донельзя, шумно втянул носом воздух и переступил с ноги на ногу. – Так, ага, а если ты сядешь на заднее сиденье, а потом я подниму его и положу туда, что-нибудь получится? – неловко пробормотал он, пытаясь продолжить разговор. Блейн кивнул и скользнул на сиденье, приготовив руки. Курт скривился, когда Финн наклонился, чтобы поднять его на руки, уже ненавидя, что с ним обращаются, как с инвалидом. Ну, технически, он и был инвалидом, но абсолютно не нуждался в том, чтобы ему об этом постоянно напоминали. Он понял, почему так сильно протестовал против этого всего, когда Финн поднял его слишком воодушевленно и нога Курта ударилась о машину, тут же взорвавшись болью. Его мускулы напряглись, пытаясь ослабить боль, а Финн бормотал извинения ему на ухо, пытаясь положить в машину без ещё каких-либо повреждений. К тому моменту, когда его руки сменились руками Блейна, у Курта разрывались от боли ещё два места как доказательства неуклюжести его сводного брата. – Блять, блять, блять! – повторял он, как мантру, пока боль медленно – пиздец как медленно – ослабевала, оставляя его в холодном поту, пытающегося дышать спокойно. И только тогда он почувствовал мягкие губы Блейна у себя в волосах, бормочущие успокаивающие слова в ожидании, когда Курту станет легче. Курт наконец выдохнул и положил голову ему на грудь. – Этот неандерталец больше меня не трогает. В следующий раз ты меня поднимаешь, хорошо? – Если заслужишь, – Блейн слегка улыбнулся. Он протянул руку, обнял парня за плечи и поцеловал в волосы. – Прости-прости, постоянно забываю, что это всё не в твоем вкусе, – быстро проговорил он, после того как Курт посмотрел на него убийственным взглядом. – Слишком приторно для меня, – буркнул Курт, когда Финн забрался наконец в машину и его отец завел её, медленно выруливая с больничной парковки. – Всего хорошего, – пробормотал Курт удаляющейся в окне машины больнице. – Никогда больше там не появлюсь. Никогда. Там жутко скучно и еда на вкус как дерь... мусор, – он глянул на отца, чтобы удостовериться, что тот не слышал, после чего снова положил голову на Блейна. – Две недели до Отборочных. Вы готовы? Блейн вздохнул, чуть передвигаясь и снова обнимая Курта. – Надеюсь. Курт ощутил его неуверенность. – Что не так? – спросил он. Он всё ещё не привык ко всей этой заботе. Если честно, Блейн был первым его настоящим парнем, и он до сих пор не привык к изменениям. – Просто не особенно хочется соревноваться с моими друзьями из Далтона, – Блейн нахмурился. – Почему? Они лучше нас? Блейн много часов рассказывал ему об а капелла-хоре мальчиков из частной школы. Лично Курт сначала воспринимал всё это как дохлый номер, но Блейну это так нравилось, что Курт с трудом, но держал своё мнение при себе. – Нет. Я имею в виду, что я не хочу соревноваться со своими друзьями, понимаешь? Это отстой. – Понятно, – сказал Курт, устраивая свою руку поудобнее. Потом внимательно посмотрел на Блейна. – Но ты же не собираешься нас подводить специально или что-то вроде того? – Что? – Блейн выглядел оскорбленным. – Нет, конечно, нет! Я полностью верен Новым направлениям! – Эй, просто проверяю, – Курт приподнял свою здоровую руку в знак капитуляции. – Я не рассказывал тебе о фиаско Рейчел и Джесси, успокойся. Блейн вздохнул. – Я здесь не для того, чтобы шпионить или заставить вас проиграть, – снова заговорил Блейн, когда машина уже подъезжала к дому. – Поверь мне, я тоже хочу выиграть. – Хорошо-хорошо, расслабься - просто проверяю. Его отец припарковал машину и жестом остановил Блейна, который уже собирался выйти. – Блейн, Финн поставит кресло, поможешь мне посадить его туда? – спросил он, пока Финн вылезал на тротуар и вытаскивал кресло из багажника. – Конечно, мистер Хаммел, – вежливо ответил Блейн. Курт закатил глаза. Блейн перегнулся через него, чтобы открыть дверь, и охнул, когда Курт поднял руку и провел ей у него между ног. – Курт! – прошипел он, толкая дверь. – Что? – Курт вложил в это слово столько любопытства и невинности, сколько мог. – Ты ужасен, – и Курт просто ухмыльнулся. Финн подвёз кресло к открытой двери, Блейн аккуратно обхватил Курта одной рукой под колени, а второй – вокруг спины, Берт повторил то же движение с другой стороны, и вдвоём они осторожно вытащили его из машины и посадили в кресло. Курт облегченно выдохнул, наконец почувствовав себя в относительной безопасности, и расслабился окончательно, оставшись невредимым после всех этих передвижений. Блейн стоял позади него, пока Берт и Финн устраивали импровизированную рампу на лестнице. Кэрол уже ждала их внутри. Она выглядела взбудораженной и беспокойной, когда увидела Курта. Она навещала его в больнице несколько раз, но в основном она постоянно работала, брала часы сверх графика, чтобы дать возможность Берту проводить больше времени у кровати Курта. – Привет, сладкий, – она подошла к нему и немного неловко обняла. – Как ты себя чувствуешь? – Бывало и лучше, – беззаботно ответил Курт. Она улыбнулась и отошла, чтобы Берт мог ввезти его в гостиную, где уже лежало несколько коробок с пиццей, какие-то другие вкусности и гора дисков – любимых фильмов Курта. Он поднял бровь и вопросительно посмотрел на отца. – Мы подумали, что ты бы хотел провести остаток дня здесь, отдыхая, – сказала Кэрол. – Нас отпустили с занятия Хора, – добавил Финн. – Меня и Блейна. Поэтому мы просто будем смотреть фильмы и есть. Остальные придут навестить тебя завтра. – Мы должны будем вернуться обратно к работе, – сказал Блейн, легонько сжимая плечо Курта. – Ты хочешь, чтобы я положил тебя на диван или предпочел бы остаться в кресле? – Диван, – ответил Курт, немного улыбаясь, когда Берт аккуратно поднял его и положил на диван, а Блейн накрыл ноги пледом. – Ладно, – сказал Берт, уже подходя к двери, – ведите себя хорошо и зовите, если что. Финн, ты помнишь, что делать, если ему понадобится в туалет? – Пап! – возмущённо воскликнул Курт. Блейн прикрыл рукой рот в попытке скрыть улыбку. – Просто проверяю, – Берт поднял руки в знак примирения. – Успокойся. Курт чуть ли не рычал от злости, уставившись на свою загипсованную ногу, пока они прощались. Он едва мог двигаться и только привыкал снова пользоваться туалетной комнатой, ненавидя тот факт, что он всё ещё не мог справляться с этим без посторонней помощи. Ему приходилось мочиться сидя, что напрочь убивало все его мужское достоинство. Блейн сел рядом, вытаскивая один диск, а Финн открыл коробку с пиццей и начал есть. – Что хочешь посмотреть? – спросил Блейн. – Никогда бы не подумал, что ты фанат детских мультфильмов. – Отдай, – Курт отобрал у него “Историю игрушек”. – Это был мой любимый мультик, когда я был маленьким, ты, придурок. Блейн широко улыбнулся. – Я не говорил, что тут есть что-то неправильное, – хихикал он. – Я тоже люблю эти фильмы. Курт проигнорировал его, кидая диск куда-то вбок, и бегло просмотрел остальные выбранные Блейном. Выбор пал на “Бриолин”, Курт устроился прямо на Блейне и неохотно, но даже позволил кормить себя пиццей после того, как сам он не удержал кусочек еще плохо слушающейся правой рукой и обжёгся сыром. – Это так мило, – сказал Блейн несколько часов спустя, когда они смотрели уже третий фильм, а Финн успел заснуть. – Было бы гораздо лучше, если бы я снова мог использовать все свои конечности, – буркнул Курт, открыл рот, чтобы Блейн дал ему потянуть напиток через соломинку, и пробормотал тихое “спасибо”. – Просто попытайся не сойти с ума, – Блейн поставил стакан на прикроватный столик. – Тут будет очень скучно одному, но я обещаю, что буду навещать тебя так часто, как только смогу. Но мы будем заняты репетициями, так что не ругай меня, если у меня не получится приходить очень часто… – О, я знаю, что могло бы стимулировать тебя приходить чаще, – прошептал Курт, ведя пальцами по бедру Блейна. – Ха-ха, очень смешно, – Блейн остановил его пальцы своими. – Что, ты даже не позволишь помочь тебе расслабиться? – не веря спросил Курт. – Блять, Андерсон, это совсем не смешно. – Я просто не хочу, чтобы ты потянул себе что-то или причинил себе вред. А самостоятельно ты следить за этим явно не собираешься. Курт мгновенно расслабился от этих слов. Он слегка потряс головой и моргнул. – Ну, просто скажи, если хочешь повеселиться, – сказал он, пытаясь звучать раздраженно. Блейн слабо рассмеялся и убрал руку. – Расслабься, – проговорил он, когда Курт сжал пальцы. – Обещаю, никому не скажу, что ты на самом деле заботишься о ком-то. Курт попытался как-то отшутиться, но ему было не по себе от того, что Блейн был прав, что он на самом деле заботился о чём-то. Когда он волновался и тормозил в больнице, он мог обвинить в этом десяток различных препаратов, но не сейчас. Это был будто не он, серьёзно – у Курта Хаммела не заплетается язык, Курт Хаммел не краснеет от подобных вещей. Что, блять, с ним происходит?