Система для самого преданного верующего

      — Системушка, свет моей жизни, понимаешь ли, прямо перед этим твоим сбоем, ты выдала квест на… — Тут Хуа Чен подвис на несколько секунд, раздумывая сколько баллов будут смотреться правдоподобно, — На 75 баллов за успешное сопровождение гэ… Хуа Се до безопасной зоны.       [Действительно? ( =ω=) К сожалению, у этой системы не сохранились данные об этом квесте… Чтож, запускаю квест «спасение императорского ублюдка»!]       Хуа Чен замер на несколько мгновений. Постойте, «императорского ублюдка»?! Этот художник просит прощения, во что он только что ввязался?!       Вот уж точно, как говорил один… Должник… «променял шило на мыло», чтобы это самое шило не значило, надеялся избежать сюжетного тропа о неучтенном родственнике с собою в главной роли, как наткнулся на клише с незаконнорожденным принцем?!       — Системушка, скажи пожалуйста, что ты имела в виду под «императорским ублюдком»?...       [А! Согласно моей базе Хуа это фамилия бастардов нынешнего императора, а за столько баллов я наверное могла назначить только кого-то ключевого…]       Хуа Чэн облегченно выдохнул, всё-таки он прямым участником всего этого не является. В любом случае, это подтверждает кажущиеся уже такими давними выводами о том, что Хуа Се является одним из сюжетных персонажей. К тому же, если Хуа Чэн решит воспользоваться им для получения максимальной свободы действия, то это скорее всего позволит избежать и конфронтацию с главным героем.       Насколько Хуа Чэн помнил сюжет оригинальной новеллы, Се Лянь нейтрально относился к своим родственникам, и просто забыл про большинство из них, кроме тех нескольких безумцев, которые решились выступить против него.

Какого шансы, что Хуа Се один из них? — не его мысль промелькнула в голове Хуа Чэна.

      С учётом его «удачи», шансы по мнению Хуа Чэна довольно высоки. И это удручало. Впрочем, кто не рискует, тот…

***

      — ...ан..? Сань Лан?.. — Хуа Чэн понял, что он замер уже как несколько секунд, в то время как Хуа Се звал его и судя по всему уже собирался потрясти его.       — А? Прости, Гэгэ, этот младший немного задумался, — Хуа Чэн виновато растрепал волосы, — Давай поторопимся выбраться отсюда, — смущённо буркнул он.       В ответ ему достался лукавый смех.       Глубоко вздохнув, Хуа Чэн выпустил из пальцев свои многострадальные волосы. Расслабляться сейчас было равным самоубийству.       — Гэгэ… ты не против пойти со мной? Я знаю безопасное место.       Хуа Чэн заглянул в глаза к Хуа Се и наткнулся там если не на сомнения, то на какую-то сложную и малопонятную эмоцию. Моргнув, Хуа Се отмер и кивнул Хуа Чэну.       — Конечно, Сань Лан, признаюсь честно, я плоховато знаю этот район. Поэтому я поверю тебе…       Хуа Чэн с трудом не вздрогнул от тех интонаций которые прозвучали в голосе Хуа Се. До чего же страшная личность. И почему этому несчастному художнику так «везет» на такие встречи?!       — Идём, — Хуа потянул Хуа Се на выход из переулка, на ходу прося систему выдать подробности этого квеста.

***

      Пока пара приближалась к крупной торговой улице, становилось все более шумно, казалось, все люди с окрестностей собрались на ней.       Хуа Чэн невольно напрягся. В такой ситуации худшее, что можно предпринять – это собраться в неорганизованную перепуганную толпу. Шансы умереть не от взрыва, а просто будучи затоптанным невероятно высоки. Между бровями Хуа Чэна залегла глубокая складка.       Хуа Чэн хотел уже предложить своему спутнику сменить маршрут, но вмешалась система       [Котенок, прости, но вам придётся пройти через эту толпу, это обязательное условие квеста]

Возвышенный ценитель искусства и тьма задумчиво перекинулись парой импульсов друг с другом. В этот раз система смогла считать мысли. Так почему в прошлый раз не смогла?

      Хуа Чэн напрягся ещё больше после этого ответа, чем заработал вопросительный взгляд от Хуа Се       — Сань Лан? Все в порядке?       — Не знаю… у меня дурное предчувствие.       Услышав это, Хуа Се лишь кивнул. Они только собирались начать пробираться сквозь толпу паникующих, однако на крыше дома чуть ниже по улице полыхнуло что-то красное. Из вспышки вышел человек с замотанным тканью лицом и чёрных одеждах.       Немногие люди кроме самого трансмигратора и Хуа Се обратили внимание на него. Появившейся человек окинул толпу внимательным взглядом и Хуа Чэну показалось, что тот искал кого-то конкретного.       Если сложить личность спутника и условие квеста от системы… Хуа Чэн стал чувствовать Неотвратимую Поступь Судьбы       Человек остановил взгляд на Хуа Чэне и Хуа Се.       За Неотвратимой поступью Судьбы стало угадываться Тяжёлое Давление Рока.       Вокруг вскинутой руки неизвестного начали образовываться красные стрелы из ци.       Хуа Се вскинулся точно гончая, почуявшая свою добычу. С его губ с чистейшим отвращением сорвалась лишь одна фраза:       — Темные заклинатели.       Хуа Чэн вздрогнул от той смеси омерзения и отвращения, что он услышал в голосе своего спутника, который до этого казался неспособным на такие эмоции.       Тьма внутри Хуа Чэна недовольно заворочалась, острыми бритвами царапая внутренности, требуя немедленно заткнуть, скрутить, подавить, разорвать, присвоить себеСЕБЕСЕБЕСЕБЕСЕБЕ СЕБЕ И ТОЛЬКО СЕБЕ И НИКОМУ НЕОТДАВАТТ ВЕДЬ ОН МОЙ МОЙМОЙМОЙ. Хуа Чэна снова пробрала дрожь. Разве он сам… не темный заклинатель? Вернее, ученик такового. Значит ли, что и на него эти прекрасные (совершенные, поправил Возвышенный ценитель искусства) медовые глаза будут смотреть с подобным отвращением? Точно на грязь? Хуа Чэн не хочет этого. А значит, он сделает все, что бы Хуа Се не узнал об этом.       Хуа Чэн не заметил странную эмоцию на лице Хуа Се, когда тот быстро глянул на Хуа Чэна.       Красные стрелы закончили формироваться.       И устремились прямиком в толпу вокруг Хуа Се и Хуа Чэна, взрываясь, едва касаясь чего-либо.       Только начавшая успокаиваться толпа, вновь пришла в хаос. От одного из взрывов человек стоявший недалеко от Хуа Се и Хуа Чэна потерял правую руку и ногу, защищая стоявшую рядом маленькую девочку.       Хуа Се, глядя на искалеченное тело старика, будто окаменел, он хотел было сорваться в его сторону, однако Хуа Чэн вцепился в него клещем, максимально пытаясь помешать тому.       — Почему ты останавливаешь меня, Сань Лан? — Хуа Се не понимал, у них ведь была возможность помочь человеку. Это был не преступник. Не условный бесячий аристократ. Это был простой человек.       Хуа Се смотрел на Хуа Чэна глазами, полыхающими от ярости. И Хуа Чэн не был готов с уверенностью утверждать, на кого именно она направлена.       Хуа Чэн замер с пустым выражением лица. И спустя пару мгновений, растянувшихся в вечность, произнес:       — Гэгэ.       — Что?       — Как ты думаешь… Много ли людей пострадало сейчас?       — Конечно! И мы должны им помо….       — Если ты спасёшь этого старика, спасёшь другого, ещё с десяток людей, — Хуа Чэн перебил Хуа Се, — Как бы чувствовали себя остальные?       Хуа Се замолчал.       — Я понимаю, что ты чувствуешь. Ты хочешь помочь всем, и это хорошо. Но подумай, пожалуйста, о чувствах людей, оказавшихся в той же ситуации. Почему не я? Почему он? Чем он лучше? Да, ты спасёшь с десяток людей, но твои силы кончатся и другим так же помочь уже не сможешь. Обрати внимание на реальность вокруг! В такой панике ХУДШЕЕ, что ты можешь сделать это броситься без разбору помогать всем. Иногда лучшее, что ты можешь сделать — это ничего, как бы ужасно это ни звучало. Хотя… Задумайся о тех, кто здесь, кто уцелел.       Хуа Чэн мрачно взглянул в глаза Хуа Се, с его лица медленно сползала повязка открывая кроваво-алый глаз.