Жена для лорда

Сон был беспокойный. Я снова оказалась в заснеженном лесу и подверглась нападению целой стаи подобных существ. Всё тело словно окаменело, не позволяя шевелиться. Чудовища медленно окружали, наконец один из них кинулся и впился зубами в руку. Мне хотелось закричать, но я не смогла издать ни звука. Поняв, что сопротивляться я не собираюсь, остальные существа осмелели и атаковали. Я чувствовала, как мою плоть разрывают на куски, но ничего сделать не могла. Кости трескались и ломались по напором чужих зубов, кровь хлестала во все стороны, забрызгивая морды и без того жутких тварей. Сзади один из монстров вцепился мне в шею, из губ вырвался сдавленный стон, челюсть сомкнулась. Сон изменился. Мне снилось, как тот самый незнакомец тащит меня по узким тёмным коридорам, запачканным кровью, как кладёт на кушетку и начинает раздевать. Сновидение было слишком реалистичным, я чувствовала, как мою правую руку отрезают. А затем, рану словно раскаленным железом обожгли. Я попыталась дернуться, но снова безрезультатно. Меня будто бы приковали к столешнице, а в рану запустили червей, которые медленно пробирались сквозь мышцы и прирастали к нервным окончаниям, вызывая судороги. Ощущение не из приятных. Я в очередной раз дернулась, но, как и в прошлый раз, ничего не вышло. Зато я смогла привлечь внимание мужчины, который склонился над моей правой рукой и что-то там высматривал. Он поднял взгляд на меня. На его лице заиграла ухмылка, больше похожая на звериный оскал. Я могла поклясться, что видела, как в его глазах танцуют огоньки безумия, хоть он и был в тёмных очках. На кой черт ему вообще в помещении солнцезащитные очки? Кажется я спросила это вслух. На какое-то время на его лице застыло недоумение, которое очень быстро снова сменилось ухмылкой. - Что, очнулась? - спросил он, я не до конца поняла смысл его слов, но по всей видимости, он сказал что-то такое. Голова гудела, а в горле пересохло. Я попыталась приподнять голову, но на шею что-то надавило, отчего я начала задыхаться и поспешила вернуться в прежнее положение. - Воды - прохрипела я, на родном языке, но судя по всему была не понята. - Воды, - на этот раз на английском, - Я хочу пить. Мужчина состроил недовольное лицо, но все же поднялся. Но воды я так и не дождалась - сон снова изменился. На этот раз я оказалась в своей комнате, в нашей с мамой маленькой квартирке. Тут ничего не поменялось с того момента, как я была здесь в последний раз. Разбросанные вещи по всей комнате, несколько чашек с остывшим чаем на письменном столе, многочисленные плакаты на стенах и гирлянда над кроватью. На этой самой кровати сидела мама. Выглядела она уставшей - круги под глазами, растрепанный пучок темных волос на макушке и мятая одежда. Всё это совсем на неё не похоже, она всегда уделяла много времени своей внешности. Дорогущие косметические процедуры, маникюр раз в две недели, салоны красоты, перечислять все это можно долго. Даже дома мама одевалась, как на подиум. Она и меня какое-то время пыталась приучить к подобному, но из этого так ничего и не вышло. Сейчас, сидя на моей кровати, она листала какую-то книгу. Присмотревшись, я поняла что это была не книга, а альбом с моими детскими фотографиями. По её щекам текли слезы. От этой картины у меня сердце сжалось. Как же она страдает, не зная жива я или нет. "Всё это твоя вина. Ты во всем виновата." - твердил мне внутренний голос, я старалась отогнать эти мысли, но в каком-то смысле это действительно так. Я сделала шаг вперед, на этот раз получилось, и осторожно подошла к маме. Она меня не заметила, продолжая вглядываться в фотографию с моего первого звонка. Я присела перед ней на корточки и заглянула в лицо. Она будто постарела, морщины возле глаз добавляли ей ещё лет десять, серые глаза словно остекленели, в них не было большой той искры с которой она всегда смотрела мир, они словно принадлежали мертвецу, а не живому человеку. - Мам, - позвала я, не в силах смотреть на такую неё, она никак не отреагировала, вынуждая снова позвать её, но и в этот раз она осталась сидеть неподвижно. - Мама, все хорошо. Я дома, - я докоснулась до ее пальцев, несильно сжимая их. Она подняла свой безжизненный взгляд и безэмоционально посмотрела на меня. Сердце замерло, неужели она меня не узнала? - Чего ты раскричалась?- раздражённо и даже грубо произнесла она, закрывая альбом. Эти слова выбили меня из калии. Она выглядела такой подавленной, почему же сейчас говорит со мной так, словно я разбила флакончик ее любимых духов? - Ну ты просто...- я не успела договорить, как она прервала меня. - Ну ладно, ладно. Вставай давай, у меня помимо тебя, еще куча дел - мама отложила альбом и встала, от чего я чуть не упала. На её лице заиграла улыбка, но не такая как всегда - добрая и ласковая, а как у того незнакомца - похожая на звериный оскал. Я в ужасе застыла на месте, не в силах пошевелиться. - Так и будешь спать или наконец проснешься? Мало того, что на свалилась мою голову и от работы отвлекла, так мне еще выхаживать тебя нужно. - заговорила она голосом человека с заброшенного завода, от этого меня передернуло. За окном завыли чудовища, вызывая очередной приступ паники. В комнате резко потемнело, а окна с громким звоном разбились, впуская холодный ветер и снег. Я зажмурилась, надеясь, что когда я открою глаза, все вернется, как было, но ничего не изменилось. Снег с бешенной скоростью заносил комнату, он даже не думал таять. Неожиданно я осознала, что тону в снегу, которого уже было мне по колени. Сзади раздался осточертевший вой монстров, заставляя обернуться. В один момент стены, будто сделанные из картона, разом упали назад и я снова оказалась в ебанном лесу. - Так ты собираешься просыпаться или я могу тебя на корм оборотням отправить? - я обернулась на голос. На месте, где до этого стояла мама, сейчас стоял тот самый незнакомец в бежевом плаще, шляпе и темных очках, держа в руках огромный молот. Я в ужасе попятилась назад. Но мужчину, по всей видимости, это только забавляло. Он громко расхохотался и замахнулся молотом. Но прежде чем он коснулся моей головы, я открыла глаза и резко села в постели, почти моментально закрывая ладонями лицо. Оно горело, а в горле пересохло, сердце билось так, словно я только что пробежала марафон. "Это все сон" - твердила я себе мысленно, - "Я дома. Вся эта погоня, лес с монстрами, похищение, мне все это приснилось. Сейчас я дома, в своей кровати, все хорошо." Однако, что-то было не так, но что именно я не могла понять. Голова гудела, мешая соображать быстрее. Я не сильно надавила на лицо и потёрла его ладонями, чтобы немного проснуться и наконец осознала, что все это время меня смущало. Прикосновения к правой руке совсем не ощущались, а лицо с этой стороны обдавало прохладой. -Нет...-тихо произнесла я, медленно отстраняя руки от лица. Глаза непроизвольно закрылись и открывать их я боялась. Боялась, того, что могу увидеть. Пересилив себя, я все-же открыла глаза и уставилась на дрожащие руки. Мои опасения подтвердились. Вместо правой руки у меня был металлический протез. Грубый, словно сделанный наспех. Неужели все то, что я пережила произошло на самом деле, а не во сне? Этого просто не может быть! Может я все же умерла, а это мои предсмертные видения? К глазам подступили слезы, которые сдержать я не смогла, да и не особо старалась, честно говоря. Я постаралась вспомнить, как вообще оказалась здесь. Воспоминания возвращались небольшими фрагментами. Я шла одна ночью домой, потом удар по голове, я очнулась в каком-то странном помещение. Но как мне удалось оттуда сбежать, вспомнить я никак не могла. Истерика все росла, от осознания, что это никакое не предсмертные видения. От досады я вырезала кулаком по стене. Протез жалобно скрипнул, оставляя в бетонной стене большую вмятину, заставляя меня дернуться. Сердце остановилось, от мысли, протез мог сломаться или повредиться. На секунду в голове пронеслась мысль, что первый сон с тем мужчиной вовсе не сон, от чего мы стало немного жутко. Но эта мысль так же быстро испарилась, как и появилась. Всё свое внимание я переключила на протез. Я попробовала пошевелить пальцами. Движения получились немного резкими и механическими. Какими же они ещё могли быть? Осторожно, боясь повредить протез, я дотронулась пальцами до запястья и с любопытством, словно новую игрушку, начала разглядывать. Мне стало интересно, как он работает, в конце концов, он практически идеально выполнил все движения, словно настоящая рука. Металл был гладкий, но все равно, не особо приятный на ощупь. Чуть ниже того места, до которого я докоснулась, обнаружилась гравировка - голова лошади в подкове. Я осторожно провела по ней пальцами, и перешла к осмотру места соединения протеза с рукой. Оно начиналось чуть выше локтя, напрямую соединяя протез с кожей. Стараясь не сделать никаких лишних движений, чтобы ненароком ничего не сломать, я перевела пальцы к этому месту, в поисках того, как отсоединить его. Протезы же должны сниматься, верно? С ними же не ходят двадцать четыре на семь. Но никаких кнопок, рычагов и чего-то подобного не обнаружилось. Слишком занятая осмотром столь занимательной механики, я не заметила, как в комнату зашёл тот самый незнакомец. Я вздрогнула от неожиданности, когда он что-то спросил, и уставилась на него, надеясь, что он повторит слова. Мужчина стоял в дверном проёме и держал в руках тарелку с едой. Желудок скручивало от желания наконец-то что-то съесть, он предательски заурчал, привлекая внимание, а я почувствовала, как щеки краснеют. Мужчина подошел ко мне, протянув тарелку и что-то сказал. Как и в прошлый раз, его слов я не поняла, но судя по всему, сказал он следующее: "Не успела прийти в себя, а уже ломаешь руку?". Я нервно улыбнулась в ответ, не зная что ответить, и быстро принялась изучать содержимое тарелки. Кусок вареного, по всей видимости, мяса с какой-то непонятной жижей. Я неуверенно взяла вилку, беспокоясь, что у меня отберут еду, но никаких действий со стороны незнакомца не последовало, и я принялась за еду. Она была несоленой и совсем безвкусной, но последние несколько дней проведенные в горах выдались голодными, так что даже это я съела с удовольствием. - Это ты сделать? - спросила я, указывая на протез, когда наконец покончила с едой. Мужчина ответил, но снова я не поняла ни слова. Но судя по насмешливому и даже слегка надменному тону, он сказал что-то едкое. А в таком случае я рада, что не поняла его. Он склонил голову набок, не сводя пристального взгляда с меня, ощутимого даже сквозь темные стекла очков, и опять заговорил. Но и эти слова остались для меня загадкой. Я выдавила из себя виноватую улыбку, ожидая реакции. Она не заставил себя долго ждать. Что-то грубо прорычав, он вытянул руку перед собой, сгибая её в локте. Не нужно знать языка, чтобы понять, что он от меня хочет. Я быстро повторила его жест, но кажется сделал что-то не так. На лице мужчины читалось раздражение. - Другую руку, - дрожащий от гнева голосом произнёс он. Эту фразу я поняла, и поспешила выполнить его просьбу, которая скорее походила на приказ. Я вытянул правую руку и так же согнула её в локте. Она согнулась так как я и хотела - резко. - Теперь медленней, - подвинув стул, он сел напротив меня, наблюдая, как я выполняю его приказ. Протез согнулся плавно, слово это и не протез вовсе, а обычная рука. Даже удивительно. Его очередные слова, так же как и прошлые, я не поняла. Вся эта ситуация начинает меня раздражать, и кажется не меня одну. Скривив недовольную рожу, мужчина откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. И в этот момент, начало происходить что-то странное, даже по меркам последних событий. Металл на протезе будто под действием магнита потянулся вверх. Это произошло настолько быстро, что я никак не успела отреагировать, так и застыла с поднятой вверх правой рукой, которую опустить не смогла, как ни старалась. - Хайль Гитлер, - как-то нервно произнесла я, чтобы хоть немного разбавить, неловкую паузу, которую, кажется, ощущала только я. Мужчина в один момент изменился в лице, как будто я ворвалась к нему в дом, убила его любимого кота и пригрозила вырезать всю его семью, а потом прикончить и его. Ну что ж, сама виновата. Нужно было думать, прежде чем говорить, не каждый может оценить подобные "шутки". Однако, мой собеседник быстро взял себя в руки, подвинулся ближе, схватив меня за запястье и принялся что-то рассматривать, словно ничего не произошло, хотя все его движения были грубыми и резкими. - Как много я спящий? - наконец решилась спросить я, подозревая, что использовала половину не тех слов. - Три недели, - отстраненно произнес он, поочередно сгибая и разгибая пальцы на протезе, - у тебя был жар, чуть не откинулась. Я не верила своим ушам. Три недели без сознания? Да быть такого не может. Мне казалось, что прошло несколько часов. - Какие языки знаешь? - вдруг спросил мужчина, отпуская руку и поворачиваясь ко мне. Честно, кроме своего родного я не знала больше никаких языков. В школе я, конечно, учила французский, но кроме "как дела" я так ничего не запомнила, даже как представиться. Еще я пыталась самостоятельно выучить турецкий и итальянский, но бросила это занятие через месяц. Короче говоря, английский я знаю лучше всего. - Ну, - протянула я в своей излюбленной манере, как всегда делала, когда не решалась что-то сказать или спросить, - никто... Нет... Не так - тихо проговорила я, мысленно перебирая все английские слова, которые знала, пытаясь вспомнить нужные, но это выходило откровенно плохо. Голова, казалось, потяжелела и соображала медленно, не давая вспомнить столь простое слово, которое вертелось на языке. Я зажмурилась и положил ладонь на лоб, моментально вздрагивая от прикосновения холодного металла к коже. - Никакой, - наконец сказала, пялясь на металлическую ладонь. Похоже к протезу я не скоро привыкну. Мужчина фыркнул, явно неудовлетворенный таким ответом. А все что я могла сделать, это виновато улыбнуться, будто тут есть моя вина. Нет, ну по сути есть, но сейчас не об этом. - Ладно, - сквозь зубы произнес он, стараясь говорить медленно и четко, - ты не выходишь из этой комнаты. Поняла? - дождавшись моего утвердительного кивка мужчина продолжил - Если что-то понадобится, говоришь мне, я тебе это приношу. - Ну, я думать, что на первое первое время я нужен словарь, - пошутила я, мысленно удивляясь, что я вспомнила, как сказать "на первое время". Мужчина замолчал на какое-то время, что-то обдумывая, а потом продолжил. Я слушала, стараясь не пропустить ни единого слова. Многие слова, из тех, что он говорил я слышала впервые, другие знала, а значения третьих просто-напросто забыла. Приходилось довериться интуиции и молча кивать каждый раз, когда мужчина спрашивал меня все ли я поняла, надеясь, что ничего аморального и опасного он мне не предлагает. Вдруг его монолог прервал непонятный громкий звук, похожий на тот, с которым обычно заводится старая машина, донесшийся из приоткрытой двери. Я дернулась, готовая в любой момент вскочить с кровати и бежать отсюда. Но для мужчины, по всей видимости, этот звук не стал неожиданным. Я бросила на него быстрый взгляд, он казался взбешённым - поджатые губы, сморщенный нос выдавали его. Звук стал громче, резко встав со стула, так, что тот упал, широкими шагами мужчина подошел к двери и, рывком открыв ее настежь, рявкнул: - Заткнись! Звук моментально стих, а я в ужасе уставилась на распахнутую дверь. - Ч-что... Что... Что это? - запинаясь спросила я, будучи не до конца уверена, в том, что использовала нужное слово для вопроса. - Неудачный эксперимент, - будничным тоном ответил мужчина. - Ммм, - только и смогла выдавить я из себя, решив, что не хочу знать, что это за эксперимент и поспешила сменить тему, - Так, и где тут туалет? Мужчина вздохнул. - Пойдем, - велел он и вышел в коридор. Я немного помедлила, опасаясь того самого "неудачного эксперимента", но быстро взяла себя в руки и поднялась с кровати. Голова тут же закружилась, а в глазах потемнело. Дождавшись, пока зрение вернется, я вышла следом за ним в плохо освещенный коридор. Мужчина стоял, скрестив руки на груди, заметил меня он вытянул одну руку вперед и показал: - Прямо по коридору и направо до конца, - затем добавил что-то про душ, я молча кивнула. Кинув на прощание фразу про работу, он развернулся и пошел прочь. А меня только сейчас посетила мысль - я не знаю его имя. - Стоп, - я хотела сказать "постой", но "стоп" тоже подходит, вроде, - как тебя зовут? Он остановился и повернулся ко мне, его лицо выражало удивление, словно этот вопрос был каким-то нетипичным. Я уже начала было переживать, что сказала что-то не так, как он заговорил. - А, точно, - произнес он через какое-то время, и помолчав добавил, - Гейзенберг. - Гейзенберг, - тихо повторила я, сомневаясь, что смогу запомнить его имя в ближайшее время. Гейзенберг опять собираясь уйти, но я его опять остановила. - Не хотеть знать, как мое имя? - спросила я, чувствуя, непонятно откуда взявшуюся обиду. Не то, чтобы мне хотелось представиться, просто такое пофигистичное отношение с его стороны меня начал подбешивать. Неужели ему действительно похер на имя незнакомого человека, которого он оставляет у себя, как я подозревала, дома? Кстати, насчет дома. Мы же вроде на заводе были, разве нет? Я бы спросила об этом, но мой скудный словарный запас не позволял. - Эльза, - не поворачиваясь, бросил он. - Ч-что? - не поняла я, - это не мое имя. - Если хочешь обезопасить себя, то будешь использовать это имя, - раздражённо прорычал Гейзенберг, прежде чем захлопнуть дверь, соединяющую этот коридор с другим. А я так и осталась стоять одна, обдумывая, правильно ли я поняла его последнюю фразу.